Единственный сын отмеченных Смертью

      Прошло совсем не много времени с тех пор, как ситуация стала напряженной, но Гарольд уже начинал чувствовать подступающую мигрень. Конечно, встреча с сыном после стольких лет разлуки несомненно сбивали градус напряжения, но, очевидно, недостаточно, если его собственное желание поубивать всех к чертям что-то значило. Он рассказал Мстителям о своей слезливой предыстории, немного поругался с Тором о морали Одина, поругался с Фьюри о том, почему нельзя вешать всю вину на человека с явно промытыми мозгами и, наконец, смог уйти вместе с сыном в отведённую ему каюту. Локи по дороге уже задремал, так что он осторожно уложил его на свою кровать, и, присев рядом и начиная ласково перебирать его волосы, начал обрабатывать ситуацию.       Итак, его сын какое-то время находился в ментальном и физическом плену у кого-то, кому хватает сил пробить довольно мощные обереги, которые он сам ставил на разум Локи. Конечно же Гарольд допускал возможность того, что обереги просто ослабли с течением времени, но даже тогда кто-то заурядный не смог бы этого сделать. Ситуация выходила неприятной. Не стоило так же забывать обо всем, что Локи сам рассказал ему в своей маленькой истерике.       «Чтож… — плотоядно ухмыльнулся мужчина мысленно, — Видимо Асгард падёт в скором времени.»       Рядом раздался едва слышный шорох. Фигура, оказавшаяся радом с ним, определённо была женской. Чёрное платье, по виду напоминающее дементора, крывало всё тело, а глубокий капюшон, который, от чего-то у этого платья имелся, был накинут на голову и скрывая во мраке тени подробности. Лицо женщины было исключительно красивым, но излишне мрачным, глаза отливали кроваво красным, как и передние пряди чёрных, как смоль, волос. Длинные рукава платья красиво плыли, словно в воде, открывая вид на тонкие руки — определенно человеческие, но черные, словно в копоти.       — Явилась, наконец, — тихим, но твёрдым голосом произнёс Гарольд, даже не смотря в сторону появившейся фигуры.       — Вы знаете, что я всегда рядом, Повелитель, — прошелестел голос Смерти в ответ, — поздравляю вас с долгожданным воссоединением. Он выглядит очаровательным ребенком.       — Он не может не быть очаровательным, — ласково фыркнул мужчина, смягчая свой тон, — Он похож на свою мать. Она никогда не желала этого слышать, но она была действительно милой. Форма лица, задатки по фигуре тела. Посмотри-ка, у него даже с волосами видимых проблем нет. Рад, что ему удалось избежать проклятых поттеровских волос. А вот глаза у него, похоже, мои.       — Сила его явно пошла от вас, мой Повелитель, — в шелестящем голосе усно слышалась улыбка, — Он ещё не может меня видеть, но даже в детстве он был способен почувствовать меня. У него большой потенциал.       — Кроме Одина, — наконец задал нужный ему вопрос Гарри, — Кто ещё причастен к его несчастьям?       — Вы хотите мести?       — Никто во вселенной не смеет обижать тех, кто мне дорог, а после уходить безнаказанным. Сколько бы лет не прошло, я не забуду этих обид. Никто не уйдёт.       — Это будет много душ.       — Назови всех. Дальше будем судить по степени причастности. В конце концов, Тор, очевидно, тоже будет вовлечён, но мне совершенно ясно, что он любит Локи и, если и делает что-то не так, то явно не осознаёт этого. Он всё ещё примет соответствующую кару, но его приговор будет значительно мягче, чем если бы он делал это с намерением.       — Как пожелаете, Повелитель.

***

      Тони мысленно вздохнул и снова погрузился в информацию на своём планшете. Ситуация была странной. Сначала их всех собирают по идее Фьюри, что бы они стали командой героев, — а они даже не пересекались до этого к слову, — которые будут хорошо работать между собой. Потом, когда они поймали вроде как главного виновника, им в лицо кидают факт о подчинении разума — и могли ли они винить во всём парня, который и сам пострадал от всего этого? — а после этого вываливают на них историю о путешествии в мультивселенной. И стоит ли вообще упоминать тот странный разговор о Смерти? Чтож, здесь определённо есть что распаковать, но Тони займётся этим позже. Сейчас его основной задачей было раскопать корзину белья Щ.И.Т.а и попутно отследить тессеракт. Он мог это сделать с содействием Беннера.       — Итак… — несколько нервно нарушил наконец тишину Брюс, — Что мы теперь делаем?       — Не доверяю я всему этому, — покачал головой Роджерс и сложил руки на груди, — Тор? Как думаешь, что они могли задумать?       — Если бы спросили раньше, я бы сказал, что Локи ждёт армию читаури. Они бы захватили для него Землю, а за это он бы отдал им тессеракт.       — Армию? — уточнил Капитан, в надежде, что ослышался.       — Да, — кивнул Тор, — Они не из Асгарда. Их мир далёк, но они могущественны своим числом. Я думаю, они всё ещё идут, но теперь… Сложно сказать.       — Тогда им нужен будет портал, — вздохнул Беннер, — Ясно зачем им нужен тессеракт и Селвиг       — Селвиг? — неожиданно для всех взволновано отреагировал Тор.       — Он астрофизик, насколько я знаю, — раздался голос Певерелла. Все присутствующие тут же к нему обернулись, заставив его немного, едва заметно сжаться и нахмуриться от внимания, — Ты с ним знаком?       — Он друг, — неопределённо пожал плечами Бог Грома.       На некоторое время воцарилась тишина. Все молча обдумывали ситуацию. Всё выглядело довольно безрадостно, но теперь, по крайней мере, появилась надежда на хороший итог.       — Они придут рано или поздно, — снова нарушил тишину Гарольд, — Локи умён и, в определённоё степени, я понимаю, почему они решили поставить его главной куклой представления, но они явно его недооценили. Теперь они злы.       — Что ты имеешь в виду? — уточнил Брюс.       Гарольд прошелся взглядом по всем присутствующим, прежде чем начать что-то объяснять. Тони Старк, Наташа Романофф, Стив Роджерс, Тор Одинсон Брюс Беннер, Ник Фьюи и куча его людей-массовки. Из всех этих людей ему действительно нравились только Старк и Беннер. Романофф неприятно напоминала ему одного зельевара во времена, когда их отношения были, мягко скажем, отвратительны, Роджерс был солдафоном, который жил лозунгами, но легко нарушал любую мораль и здравый смысл, если считал, что это во имя его идеи, Фьюри был практически помесью его старого школьного директора и того-чьё-имя-похоже-на-тук-тук-шутку, что действительно вызывало беспокойства, а Тор… Он был просто наивным идиотом. Шанс на исправление у него был, так что Гарри мысленно поднял его в рейтинге. С другой стороны, Тони был похож на странную смесь близнецов Уизли и слизеринского хорька, что, каким-то образом, успокаивали и беспокоило одновременно. Брюс же был похож на Люпина, но без завываний побитой собаки. Жизнь его потрепала, но он не скулил, а действительно пытался найти выход.       «Ещё раз, каким образом я к этому пришёл?» — мысленно спросил у вселенной Гарри, но, очевидно не получив ответа, принялся пояснять своё предыдущее высказывание.       — Локи является Богом Огня и Хаоса. Если хочешь разжечь как можно больший хаос, ты должен сделать все приготовления незаметно. Тогда почему он столь явно о себе заявил? Он буквально сделал всё, чтобы ситуацию заметили. Контроль был силён, но он не смог пройти дальше определённого уровня. Они дали ему цель, но не указали путь, а он выбрал самый заметный и провальный. Он сорвал их операцию и, кроме этого, фактический увёл у них и тессеракт, и то, что находиться в его посохе. Они придут в любом случае. Даже просто ради мести. Исходя из этого есть несколько вариантов дальнейших событий. Первое: они доберутся сюда тогда, когда это сделают. На это им потребуются годы, но так у нас, по крайней мере, будет время подготовиться. Второе: у них есть запасной план на случай дезертирства Локи, а потому они окажутся здесь в самое ближайшее время. Третье: они вообще не придут, потому что всё это может быть одним из этапов Большой Игры какого-то космического мудака. И в итоге это просто укусит нас за задницы в самое неподходящее время. Могу показаться пессимистом, но, по опыту, я бы поставил на второе и третье.       — Значит, нам всё ещё нужно придумать план, как остановить этих читаури, — пожал плечами Роджерс, заслужив несколько скептических взглядов, — Что?       — Вы явно не понимаете ситуации, Капитан Роджерс, а потому прошу вас пока молчать, — дипломатично ответил Певерелл, но его неодобрение было довольно заметным, — Мы мало что знаем о читаури, а потому не можем составить грамотный план. Мы не знаем, стоит ли кто-то за ними, а если стоит, то мы не знаем кто. Локи мог бы сказать, но он сейчас не в том состоянии. Лучшее, что мы можем сейчас сделать? Найти тессеракт и людей, которых успели собрать, и разобрать то, что они успели построить. Сейчас у меня есть отпечаток энергии, так что проблем возникнуть не должно.       — Сколько займёт поиск? — спросил Фьюри.       — От часа до трёх. Зависит от того, насколько далеко и глубоко он от меня находится. Я уже запустил процесс, сейчас остаётся только ждать.       — А что на счёт Локи? — наконец подала голос Романофф, внимательно наблюдая за колдуном, — Мы вот так просто должны отпустить его?       — Я точно знаю, что твой друг оказался под влиянием посоха. Станешь ли ты винить его за все совершённые под влиянием убийства? — посмотрел на неё в ответ Певерелл.       На этом вопрос был закрыт, но женщина явно была недовольна исходом. На самом деле, доволен не был никто, но одни боялись противостоять Певереллу, а другие были разочарованы по другим причинам, а потому просто молчали. В основном.       — Ну, раз этот маленький вопрос закрыт, то у меня есть вопрос получше, — наконец оторвался от своего планшета Старк, окинув взглядом всех присутствующих и остановившись на Фьюри, — А что такое «Фаза 2»?       С этими словами над столом появилась голограмма планов, приглядевшись к которым легко было понять чем они были на самом деле. Гарри присвистнул. Разработка оружия на основе тессеракта. Определённо было бы интересно теоретизировать над чем-то подобным, но он никогда не воплотил бы это в жизнь без острой на то необходимости. Особенно учитывая банальнейшие ошибки в некоторых системах и подборе материалов. На самом деле на его взгляд планы были слишком сырыми и он просто надеялся, что ничто из этого ещё не испытывалось.       — Вы знали об этом? — его привлёк вопрос Беннера, обращённый к нему, Гарри, и агенту Романофф, которая стала ещё более недовольной из-за, очевидно, поимки на горячем.       — Планы, несомненно, интересные, но крайне сырые и, скорее всего, приведут к большому взрыву, — спокойно ответил Гарри, продолжая вчитываться в планы, — Я не знал, но мне бы определённо хотелось почитать подробнее. Надеюсь, ничто из этого не было реализовано, не так ли? Иначе у нас внезапно может появиться куча проблем, — он вопросительно посмотрел на Старка.       — Для тебя это кажется интересным? — возмутился Роджерс, — Они создают бомбы! Оружие массового уничтожения!       — Ничего, чего бы я не мог ожидать от организации, главный постулат которой «Во имя всеобщего блага», — фыркнул колдун, — Мне почти семнадцать сотен лет. Я знаю, чего можно ожидать от людей. Причина, по которой я согласился помогать здесь? Убрать опасную игрушку подальше от теневых добродетелей. Мир ещё не готов к этому, а если толкать его к этому насильно, может случиться катастрофа. Это и… Ну… Планы ужасны. Куча непростительный ошибок. Я полусонный и с бодуна на коленке лучше сделаю. Эти планы — просто оскорбление для любого хоть сколько-нибудь себя уважающего артефактора.       — Ты хотел украсть у нас тессеракт?! — теперь Фьюри действительно был зол. Этот колдун, похоже, всерьёз вознамерился доставить ему аневризму.       — Не понимаю, зачем он вообще тебе нужен был изначально.       — Из-за него, — Фьюри указал на Тора, к его величайшему удивлению, — Год назад на Землю явился гость с другой планеты, чьи разборки стали причиной уничтожения маленького городка. И мы поняли, что не только не одни во вселенной, но безнадёжно, до смешного безоружны. Мир полон теми, с кем нам трудно тягаться. Кого нельзя контролировать.       — Ах, святая паранойя, — закатил глаза совершенно не впечатлённый Гарольд, — Знаешь, я рассказу тебе одну историю. Жил один человек. Дадим ему имя Том. Он был очень талантливым мальчиком, который действительно хотел лучшего для мира. Но была у него одна проблема. Паранойя. Из-за своей паранойи с течение времени он разрывал свою душу и сходил с ума до тех пор, пока не превратился в жалкое подобие лидера. Он заклеймил как скот всех, кто был ему верен, он жестоко пытал тех, кто смел противиться ему, и мучительно убивал тех, кого он не мог контролировать. Так продолжалось до тех пор, пока он не убил родителей одного ребёнка. Ребёнок очень расстроился, что его родителей убили только потому, что они имели наглость не соглашаться с маньяком-геноцидником, и, в итоге, убил Тома, когда подрос. Уже сейчас, Фьюри, я могу сказать, что ты был не на том пути, так что скажи спасибо, и прекрати попытки тотального контроля. Они из тебя героя не сделают. Тессеракт — это не то, с чем можно играть без последствий. Используешь его просто так? Готовься к тому, что на тебя слетятся все, кому не лень. Впрочем, теперь уже поздно. Нас уже заметили.       — Тогда что мы делаем сейчас? — напряженно уточнил Беннер. Нарисованные перспективы ему совершенно не нравились, но мужчина точно понимал, что Певерелл может знать, как найти выход с наименьшими потерями. Между военной шпионской организацией и непонятным колдуном, он ставил на колдуна.       Гарольд несколько долгих секунд пристально смотрел на него, прежде чем начать объяснять им свои мысли по поводу ситуации.

***

      В одном из пустых, но хорошо охраняемых помещений хеликэрриера мелькнул яркий синий свет, но погас через мгновение. Помещение было странным и незнакомым, что немного напугало, но он знал, что ему в любом случае ничего не угрожает. Где-то совсем рядом был один из его братьев и ещё двое были на одной с ними планете.       Он не помнил, как здесь оказался. Казалось бы, всё всегда было довольно туманно. Он смутно помнил женщину и ощущение ускользающей жизни, привычную боль разрыва и одиночество. Он помнил жар, пришедший со смертельным ядом. Потом на какое-то время было спокойствие, а после внезапно прогремел взрыв, снова оставивший его в одиночестве. Впрочем, на этот раз он точно знал, что не один, что таких же одиноких, как он ещё, по крайней мере шестеро, даже если один из них не знает, что он из них. Смутные воспоминания о миллиардах ярких миров, о разумных существах, о развитии и падении цивилизаций. Он помнил монстра. Чудовище, коим, как он мог вспомнить он и сам был однажды, но это был не он. Этот был хуже. Намного хуже. Страх, что его будет использовать этот монстр. Долгие, невыносимо мучительные годы страха и опасения. А после сожаления, за все души, которые забрали, используя его. Печаль за судьбу испуганного, почти сломленного, но всё ещё упрямо стоящего ребёнка, что попал в лапы монстра. Ребёнок, к слову, тоже был необычным. Определённо не встречался раньше, но вкус его силы был знаком. И глаза. Этот пронзительный взгляд, пробуждающий воспоминания о другом, почти забытом ребёнке. Тот тоже явно боялся, был почти сломлен, но продолжал упрямо стоять на своём.       «Можешь ли ты им быть?»       Нет. Он определённо не был тем ребёнком. Тот шёл напролом. Этот затаился. Он хотел ему помочь. Так сильно этого хотел! Чтож… Кажется, придётся хитрить. Его отдали в руки ребёнку, предварительно надев на него ошейник, и отправили в долгий путь. Место, куда они прибыли, казалось почти знакомым.       «Я вернулся к самому началу?»       Нет. Не так. Это было другое место. А может, другое время? Это было не так важно. Что важнее, он впервые за многие тысячелетия почувствовал своих братьев. Они всё ещё были далеко, но ближе, чем когда-либо за последние эоны лет. Он был этому рад.       Ребёнок, наконец, оказался достаточно далеко от монстра, так что он начал потихоньку ослаблять ошейник. Тяжеловато делать это незаметно, но ребёнок умён. Ему хватит и маленькой лазейки, чтобы найти выход. И он находит его. Ребёнок наконец свободен, а он может видеть не одного, а сразу двух своих братьев. Один из них спит, а тот, что ближе…       «Неужели это он?»       Он медленно потянул за слабую связь, желая проверить и, по возможности, собраться во что-то целое, — действие, которое ему не удавалось многие тысячелетия, — но был крайне удивлен метафорическим ударом по рукам с другой стороны.       «Кто ты? Что тебе нужно?»       Странно. Чтож, тогда ему придётся подождать, пока брат не придёт в себя и не вспомнит. До тех пор, ему, вероятно, придётся сидеть тихо-мирно и ждать. «Ах, не впервой» — проскочила быстрая, чуть насмешливая мысль, прежде чем он снова погрузился в метафорический провал.