Children are not to blame

документы в ванной комнате. Стол на чердаке. Деньги в унитазе, тебя я видел под кроватью. Ты что-то нервно искала и всё твердила: «Вишня, Лучик…» Аля, 2022

***

На улице давно потемнело, самое время для нарушения закона, пряток, разглядывания звёзд и неожиданных слов. — Передай фонарик — шикнул из тьмы Бомгю, блеснув чёрной макушкой. Фонарик затерялся на самом дне рюкзака, как и уверенность всех четверых в правильности действий. Самым отважным оказался Субин, он уже несколько часов излучал лишь хладнокровие и сосредоточенность. Это пугало и настораживало, после своего рассказа он был сам не свой, но донимать его расспросами, особенно в такой момент, было сравнимо с самоубийством, поэтому все молчали, опустив глаза, старались как можно тише перелезть через скрипучий школьный забор. Адреналин как никогда дышал в спину и выворачивал наизнанку. Острые штыри заборного преграждения напоминали клыки ночного чудища из-под кровати, которым пугают детей, чтобы не вылезали из своих постелей. Но кроме него препятствий попасть в школу не было, насчёт системы безопасности по всей видимости никто не заморачивался. — Давайте быстрее — Подталкивает сзади Субин, перебрасывая рюкзак со снаряжениями через забор, прямо в руки Бомгю. План был достаточно прост: пробраться в кабинет директора, ключи от которого уже достал Сынмин, одноклассник и по совместительству очень подозрительный тип, блистающий своим стеклянным глазом. По школе ходили слухи, что он потерял зрение во время стрельбы, но мало кто действительно в это верил. Из плюсов была его молчаливость и тактичность, которая позволила избежать лишних вопросов. А вторая часть плана уже ждала своего часа в рюкзаке Бомгю. — Я думаю нам следует разделится, — шепнул Тэхён,— несмотря на то, что на всю школу один охранник, лучше соблюдать осторожность. Кто-то должен остаться снаружи и проследить за охранником, например Кай, он сможет отвлечь в случае чего, Бомгю и Ёнджун прикройте камеры и начните расклеивать листовки, а мы с Субином достанем документы и подложим директору наводку. Согласно кивнув, все быстро распределились в своих направлениях. Ночной дух пускал обрывки ветра через открытые форточки в коридорах и приносил запах, сопровождающий только это время суток, прохлада, звёзды, сложно назвать что-то конкретное, это скорее сочетание всего и сразу, а от того и прекрасное. Как например с Бомгю. Он был необыкновенным, совсем непохожим на людей, что встречались прежде. Как звёздное небо, черёмуховое варенье, травяной чай и тёплый свитер на два размера больше, что-то единственное в своём роде, что невозможно забыть и оставить в одиночестве. Он как олицетворение слов дом и уют. Ты встряхиваешь головой, стараясь вытрясти эти мысли, мозг пытается отвлечься от подгоняющего стресса на всякие глупости. Нужно сосредоточиться Ёнджун. Блеснув тёмной макушкой, Бомгю разбегается и прокатывается по полу на скользящей подошве и так потрёпанных чёрных конверсах, загроможденных цветастыми брелоками из магазина комиксов. Тебе ничего не остаётся кроме как ускорить шаг и затормозить рядом с камерой напротив кабинета директора. — Хм, я думаю можно заклеить изолентой или… — Или просто нажать на кнопочку сбоку — улыбается Бомгю, перебивая тебя и выскакивая вперёд, ближе к камере — подсади. Оттолкнувшись от твоих рук ногами он легко отключает камеру, всё оказалось намного легче. Прошерстив весь этаж и не оставив ни одного мигающего огонька на камере, вы перешли к расклейке компромата. Это были различного вида листовки, фотографии и улики с доказательствами причастности Вонхо и его печально известных друзей к дракам, травле, толканию дури и всякой незаконщины. Самый действенный способ открыть людям глаза — выставить проблему на всеобщее обозрение. Нужно оставить после себя что-то значимое, чтобы побег не был просто чем-то пустым и трусливый, а кричал во всю мощь о изменениях, о том, что всё не может так продолжаться. О том, что всем здесь нужна помощь. Никто не должны страдать от насилия. Дети не должны терпеть травлю от невнимательности взрослых, а иногда от их же рук, это отравляет изнутри. Обклеив весь этаж сверху до низу и осмотрев его по второму кругу, вы тормозите возле входа в школьный бассейн, где обычно занимается команда плаванья, от туда по ногам бьёт прохладный воздух из-за приоткрытых окон. — Я думаю этого хватит, никто не сможет обойти первый этаж стороной, листовки точно бросятся в глаза — опираясь на входную дверь ждёшь, когда Бомгю доклеит последнюю бумажку с фотографиями, но неожиданно с грохотом и удивлённым криком валишься назад, распахивая дверь настежь. — Эй, ты в порядке? —подскакивает Бомгю, протягивая руку и осматривает тебя со всех сторон — эту дверь обычно закрывают на замок. — Если не считать отбитой задницы, я цел целиком и полностью — бубнишь, потирая ушибленное место. Придя в себя, ты ловишь взгляд Бомгю, направленный куда-то тебе за спину и тут же оборачиваешься. Помещение с бассейном было действительно пусто, если не считать духов издающих странные звуки или точнее фильтра, через который прогоняется вода. В голову тут же приходит мысль, которая заставляет переступить через страх глубины и поддаться. — Может…подождём ребят здесь — предлагаешь, разглядев явную заинтересованность во взгляде Бомгю и тут же ловишь многочисленные кивки с его стороны — только чур в воду не толкать! Переглянувшись, вы оба рванули к бассейну наперегонки, стараясь зачерпнуть в ладони как можно больше воды, но, не успев порадоваться заминки соперника, в тебя тут же целым роем полетели крупные брызги воды. — Ах так, — помещение одаривает громим эхом в ответ на твои крики — не думай, что сможешь убежать! Зачерпнув побольше воды, ты несешься в след за Бомгю и спустя три минуты беспрерывного бега и подскальзываний всё-таки заливаешь его макушку водой. — Эй мои глаза А дальше время тянется тугой патокой под крики, визги и непозволительно громкий для такого времени суток смех. Мокрые волосы, футболки, липнущие к телу, хриплое от криков горло и приятный туман в голове ещё долго будут врезаться в память. Этот момент казался безумно ценным для обоих, как те, что хочется положить в кармашек и отнести скорей домой в самую красивую шкатулку, чтобы хранить как самое хрупкое и значимое воспоминание, доставать и разглядывать, но не в коем случае никому не показывать! Такие сокровища только для себя и под сердцем, как напоминание о настоящей жизни, поистине неоценимой и счастливой, на данный момент пахнущей хлоркой и ощущающейся как продрогшее от воды тело. — Вот видишь, даже плавать не пришлось и так мокрые — улыбается Бомгю, стараясь разглядеть твоё лицо через мокрую чёлку на глазах — я выполнил просьбу И ты смеёшься. Над его лежащими как попало волосами, дурацкой улыбкой и своими же страхами. Сейчас всё это казалось таким незначительным, все эти кошмары и волнение меркли на фоне карих глаз и звонкого смеха. Ты даже задумываешься, о том, что находись Бомгю с тобой круглосуточно, тебе бы не пришлось просыпаться каждый час в панике, беспокоится о том, что дома вновь беспорядок, сплошные крики и пьяный отец. О матери, что снится каждую ночь и даже не удосужилась оставить записки перед своим уходом. — Ладно, ладно, допустим, только давай передохнём, кажется я вечность так долго не бегал — усталость и правда приятно обжигала лёгкие. Вы разместились на бортике бассейна, опустив и так продрогшие ноги в воду, с ней не хотелось расставаться, она сегодня как никогда напоминала о море. — Знаешь, давай после побега поселимся возле моря, прямо на пляже — тут же ловишь эту мысль похожую больше на беспросветные мечтания, но они иногда оказываются самыми приятны, пусть и до глупости смешными — будем зарабатывать на жизнь рыбалкой. Рядом доносится приятный, тихий смех — Я согласен, с детства мечтал жить рядом с большой лужей — Ээй, мне кажется или я слышу нотки сарказма — обижено тыкаешь Бомгю в бок и тот тут же сгибается от смеха. — Нееет правда, это отличная идея, будем вставать с рассветом, гулять по вечернему пляжу, а по ночам танцевать на кухне под украденные пластинки. В голове тут же закрутились образы запутанных после плавания чёрных, с белыми прядями, волос, весёлых посиделок впятером у костра, немного пьяных танцев, тёплых объятий и глаз, что больше не пугали, а лишь дарили комфорт. По телу распространялось незнакомое доселе чувство, похожее на спокойствие, как ремень безопасности спасающий при серьёзной аварии, вперемешку с желанием жить. Да именно жить, а не существовать без надобным призраком, да так, чтобы пить эту жизнь без остатка, схватив за хвост и не отпуская. — Правда не думаю, что это одобрит Тэхён с его постоянными аллергиями и Субин со своей морской болезнью — звучишь немного разочаровано. — Не парься, поселим их в самый дальний от воды домик, а сами будем жить отдельно— и снова этот смешок, кажется или Бомгю был таким всегда? — подобным маяку во время шторма, дарующим ту саму тёплую надежду он казался таким близким, но хрупким, будто вот-вот растворится, из-за этого с ним хотелось быть мягким, тихим и настоящим, чтобы сохранить и ни в коем случае не повредить. Тишина в компании с кем-то редко бывает такой же комфортной, как сейчас, в его присутствии всё шло до чертиков не понято, по-другому, никак раньше. Как будто цветы наконец-то получили долгожданное солнце, щенки нашли своих хозяев и весна совсем рядом, а впереди только свет. Хотелось ощущать это всегда, двадцать пять часов в сутки, всё-таки взяв один дополнительный час на поспать, но и во сне не расставаться, там ведь уже ждёт домик у моря и блинчики по утрам. — Фух, я думаю лучше момента всё равно не будет, поэтому скажу сейчас — нервно светит своими карими глазами и съехавшей под конец предложения речью, Бомгю. Он явно взволнован. Ты сразу замечаешь по этим подрагивающим пальцам рук и тону голоса, что тут же переменился — на самом деле мы давно знакомы, скорее всего ты просто не замечал меня. Я пытался наблюдать из далека, но оказалось в этом и нет необходимости. Можешь считать меня странным, так наверное и есть, но, когда ты рядом, я совсем не могу удержать себя в руках, мне хочется тебе мир подарить буквально лишь бы ты улыбался и смеялся как сегодня. Если честно я был в шоке и невероятном восторге, когда впервые увидел тебя и почувствовал этот ураган у себя в голове и очень долго думал, почему это мне не здороваться. Я тогда даже в книжки полез, чтобы найти объяснения, но Тэхён сказал, что всё намного проще. в общем Ёнджун ты мне… Этот сахарный переполох смущал до кончиков покрасневших ушей, в голове смешались все его слова вместе со своими мыслями и ворохом чувств, что ты старался удерживать при себе ровно до этого момента. Совсем не верилось, не понималось, не укладывалось. Тело само поддалось вперёд, хотелось касаться касаться касаться касаться касаться касаться, каждого миллиметра его души, спрятать от других и никому не показывать, смолоть в порошок и вынюхать без остатка. Оставалось только поддаваться этому порыву, чтобы совсем не растечься в лужицу и не смешаться с хлорированной водой. Но поцелуя на человеческом уровне тоже пока достаточно. Возможно слегка резкого, переполненного эмоциями и чувствами, немного влажного и тёплого, главное искреннего, передающего не проклятия, а принятие всех чувств, всего его целиком и полностью, всех тех переживаний и дрожащего голоса во время признания. Руки на шею, в волосы, щёки, к сердцу, как можно ближе, лишь бы не растаять и не лопнуть раньше времени от этого фестиваля внутри. Выражать чувства словами иногда смертельно сложно, поэтому хотелось передать их другим путём, переступая через смущение и возможные предрассудки, ничего не имеет значение, если ты чувствуешь, что больше никогда не захочешь отпускать руку этого человека. — Ты тоже мне безумно нравишься, мне не хватит жизни, чтобы описать то, насколько ты замечательный и как много значишь для меня, — задыхаясь, от недостатка кислорода, проглатывая слова, быстрее, быстрее тараторишь, пока рассвет не украл возможность подарить себя — знаешь, большего всего я жалею о том, что ты не познакомился с прошлым Ёнджуном. Он был таким простым, открытым и добрым, вы бы поладили, правда. Он всегда прощал всех и отдавал всю свою любовь. Даже если её не хотели принимать в ответ. Он бы точно сумел вывалить на тебя все свои чувства. Несмотря на то, что сейчас мы с ним совершенно разные люди, я всё равно рискну и доверю это чувство кому-то в последний раз. Я безумно хочу, чтобы ты оставался в моей жизни каждый день, делил со мной все её закрученные перевороты и эмоции. — Ты не прав, — резко прерывает Бомгю, оставляя вопросы в твой голове заполнять всё свободное пространство — мне кажется, всё в жизни — это искусство. Оно живёт в каждом нашем атоме, в том, что мы едим, как одеваемся — во всяком нашем выборе. Например, в музыке, которую ты слушаешь, в комиксах, что читаешь и играх тоже. Это всё — твои составляющие, то, что делает тебя — тобой. А также выбор людей, с которыми ты общаешься, иногда вы можете быть очень разными, но всё равно вас будет тянуть друг к другу, а иногда всё совсем наоборот, и это совершенно нормально. Да, на некоторые обстоятельства ты просто не в силах повлиять, но то, как ты на них реагируешь и есть ты сам. Несмотря на то, что они могут что-то в тебе поменять, а иногда даже сломать, ты останешься собой, даже закутавшись в три одеяла и выстроив вокруг себя самые прочные стены. Так что тот Ёнджун, о котором ты говоришь всё ещё здесь, он всегда с тобой, просто сейчас он испуган и спрятался — Бомгю улыбается, заправляя растрепавшиеся волосы тебе за ухо и молчит долго-долго всматриваясь — знаешь, по всей видимости мой ценитель прекрасного нашёл это искусство в тебе. я понятия не имею, как это объяснить, но я как будто всеми своими клеточками и атомами чувствую, что должен быть только с тобой. Поэтому я и начал следить за тобой, сначала просто из интереса, а потом появилась необходимость. Я видел, что у вас происходило в семье и мне казалось, что я должен тебя защитить, а ещё я очень хотел с тобой подружиться, но ты такой не разговорчивый. Поэтому прошу, прости меня и не считай сталкером. — Не извиняйся, главное то, к чему нас это всё привело и приведёт в будущем. И если уж на то пошло, то это я должен извинятся за то, что дальше своего носа не видел и игнорировал твоё и ребят присутствие, я правда не знаю, что бы со мной произошло, если бы в ту ночь я не встретил тебя — облегчение, наконец оно наступает вместе с тёплым поцелуем в лоб и мыслями о том, что будущее будет намного светлее, теплее и ярче прошлого, вы определённо со всем справитесь. — Ой, извините, я кажется помешал — звук удара о ведро и упавшей швабры опережает присутствие Кая — я ничего не видел, не слышал и вообще давайте сделаем вид, что меня никогда не существовало — бормочит он, одной рукой прикрывая глаза, а другой отмахиваясь, словно от всех возражений и смущённых лиц и двигается вам на встречу — ничего не хочу прерывать, но, если мы сейчас же не сбежим отсюда, то завтра окажемся либо в участке, либо в кабинете директора, так что руки в ноги и вприпрыжку отсюда, нам ещё суп варить. ••• Июнь 2001 года И так дряхлая дверь бьётся с размахом о стены убежища, когда в него влетает взволнованно чудо, сносящее на пол пути карточный домик Тэхёна, что конечно же заставило его отвлечься и убийственно просверлить взглядом Бомгю. — Если у тебя нет весомой причины на твоё поведение последние несколько дней, то так и знай, сейчас эти карточки окажутся у тебя прямо в… — Стой, стой, стой, вообще-то причина как раз таки имеется. У меня рак, так что прояви хоть какое-то милосердие в последние дни моей жизни — драматично обижается Бомгю, кладя руки на сердце. — Да что ты несёшь?! — Ну или сердечно-сосудистая дистония — Бомгю, у меня не так много терпения, давай ближе к сути. — Все же помнят, что к нам недавно перевели мальчика? — резко надевает маску серьёзности и уточняет Бомгю, дожидаясь многочисленных кивков Кая и вялого угуканья Тэхёна, чтобы продолжить — ну я и решил с ним подружиться из вежливости, а он оказался ещё той занозой. Вот представляете, он делает вид будто не видит меня, берёт и игнорирует все мои прекрасные шутки и шоколадное молоко, которое я ему приношу. Конечно я был в шоке и полной растерянности. — Не хочу тебя расстраивать, но не знай я тебя, поступил бы точно так же — бормочет себе под нос Тэхён и тут же получает лёгкий подзатыльник от подошедшего сзади Субина — кхе, продолжай. — И мне пришла гениальная мысль выяснить, что с ним не так и чем я ему не угодил. Проследил за ним пару раз, оказалось, мы живём рядом, тогда я долго не мог понять, чего он такой равнодушный и запуганный, когда дело касается общения с людьми, пока не застал пару очень плачевных сцепим с его родителями… — Юху, а это уже статья, знаешь, подглядывать за людьми очень не хорошо — усмехается Тэхён, снова встречаясь с далеко не добрым взглядом Субина, и закрывая рот на невидимый ключик. — Оказалось, что у нам много общего и вообще, как-то странно мой организм реагирует, это он заставляет меня им интересоваться, я тут не при чём — размахивает руками Бомгю и на секунду замолкает — просто понимаете — продолжает уже совсем тихо, почти шёпотом — в нём как будто сосредоточились все прелести мира, прикиньте! В одном человеке, это же… — Феерически! — вскрикивает Кай, который до этого слушал Бомгю в пол уха, поедая какао ложкой, Субин опять упустил этот момент из виду. — Именно! — соглашается Бомгю. — А я кажется знаю, что же с тобой случилось — ухмыляется Тэхён — и вовсе ты не болен, ты просто влюблён. — Влюблён? — переспрашивает Бомгю, будто до этого не разу и слова такого не слыхал и только сейчас пробует его на вкус. — Да, гений, правда не знаю как ты будешь с этим жить, учитывая твою романтичную натуру и порывистый нрав, главное не проглоти его от радости, если он вдруг с тобой заговорит. — Постараюсь… — бубнит себе под нос, направившись в сторону «кухни», о чём-то серьёзно задумавшись и от этого неуверенного ответа Тэхёну становиться страшно. Нет, не из-за варианта что Бомгю всё же переварит Ёнджуна. Тут скорее страх за то, что эти двое просто-напросто не умеют любить.