Напомни мне снова

…Именно так Гарри и обнаружил себя полностью измазавшимся в майонезе и бургерном соусе. — Это просто ужасно. — Рукой у него вышло прикрыть только половину рта, так что Питер во всей красе наблюдал полнейшее отсутствие высоких манер и мелкие кусочки мяса, вылетающие изо рта Гарри при каждом движении челюстью. — Зачем люди едят руками? — Потому что это, — Харли указал на его тарелку, где красовались остатки картошки фри и недоеденный бургер, — и есть настоящая американская кухня. Они заняли кабинку в конце зала в любимой забегаловке Харли, заказали огромную тарелку картошки фри (которую Гвен по какой-то никому неизвестной и отвратительной по природе своей причине продолжала макать в милкшейк) и, раз уж Гарри сам предложил за всех расплатиться, — еще и полный обед. И нет, никаких угрызений совести за это Питер не испытывал. Гарри, в общем, довольно быстро освоился: ослабил галстук, наскоро закатал рукава и отбросил пиджак куда-то на тот конец лавочки. — И всё-таки, где приборы? — Он покосился на маленькие пластиковые вилки, что шли в наборе с картошкой, и бесцеремонно вытер ладони о рубашку. — Чувак, расслабься, — заглотив едва ли не полстакана колы за раз, сказал ему Питер. — Складывается ощущение, что веселиться ты ходишь в оперу. Харли подавился картошкой. — Оу, это жестко. — Даже я так низко не пал. — Хм-м, не напомнишь, куда мы ходили на первое свидание? — Гвен захихикала при взгляде на пунцовеющее лицо Гарри. — Ты же говорила, что любишь оперу! — Ненавижу, ты хотел сказать. — Она быстро наклонилась и клюнула Гарри в щеку. — Знаешь, ты становишься гораздо милее, когда просто ходишь на свидания, а не планируешь их. — Да-да, я понял, — буркнул Гарри, запихивая в рот целую жменю картошки фри. — И как же долго вы двое вместе? — поинтересовался Харли. — То сходимся, то расходимся, но в целом вот уже… года два? — Нахмурив брови, Гвен глянула на Гарри. — Мне кажется, полтора. — Что-то вроде того, — согласилась Гвен. — Кто вообще считает-то? — Вот именно. Ты это будешь, или?.. — Рука Гарри в нерешительности замерла над тарелкой с луковыми кольцами и, получив отмашку, тут же принялась за добычу. — А вы двое, — Гвен деловито поставила на стол локти и опустила на руки подбородок, — выходит, не встречаетесь. У кого-нибудь из вас кто-то есть? Питер уставился в свою тарелку. Нахмурился. Посчитал крошки булки и мясной котлеты. Почему нет больше той резкой боли где-то в животе? Каждый день с момента, как их с ЭмДжей пути разошлись, эта боль преследовала его, но вот теперь… Да, конечно, будь у него шанс стереть воспоминание об их первой встрече после заклинания забытья, он бы стер, не раздумывая — но всё-таки мука расставания и бесконечных бессонных ночей начинала помалу растворяться, сходить на нет. — Неа, — тем временем ответил Харли, пока Питер искал в себе следы душевной тоски. — Почему-то мой номер спрашивают только девчонки. — Ох, ну-ну. Как жаль, что мы для тебя недостаточно хороши. — Гвен показала ему язык, и Харли захохотал. — Да-а, вы не в моем вкусе. Без обид. — Ну а ты? — Э-э, нет, — собравшись с мыслями, сказал Питер. — У меня… был кое-кто, но в прошлом году мы разошлись. — О, мне так жаль, — тут же смутилась Гвен. — Да нет, все в порядке. — Удивительно, но Питер сказал это совершенно честно. — В том смысле, что было не в порядке, конечно, но сейчас все хорошо. Понимаешь, о чем я?.. Харли фыркнул, уголок его губ дернулся вверх. — Не тараторь. — Почему? — Потому что тебя потом не остановишь. — Я должна спросить. Можешь не отвечать, если не хочешь, — со всей серьезностью сказала Гвен. Казалось, сейчас будет вопрос жизни и смерти. — Парни или девушки? — Подумай дважды, — добавил Гарри, расправившись наконец с луковыми кольцами. — Тебе не хочется ее расстроить, поверь. — Да нет, все окей. — Старательно избегая зрительного контакта с Харли, Питер ответил: — И те, и те. — Правильный ответ. — Гвен потянулась и похлопала его по руке. — У меня тоже. Главное, папе моему не говори. — Судя по взгляду Гвен, Гарри и сам не ожидал такого признания. Переглянувшись, они без слов обменялись улыбками. Тут Харли извлек из кармана телефон. Поглядел в экран, нахмурился и тяжело вздохнул. — Мне пора, — объявил он. — Что, прямо сейчас? — Гвен вздернула бровь. — Подружка написала, попросила до дома проводить. — Хочешь, мы пойдем с тобой? — предложил Питер. Просто мысль о том, что Харли пойдет домой один по темноте, ему немножко не понравилась. Или не немножко. Но Харли улыбнулся ему подбадривающе и легонько стиснул плечо, как бы заверяя, что все будет в порядке. О, Питеру явно пора что-то делать со своей паранойей. И жизнь его альтер-эго в этом явно не помогает, со всем ее обилием эпизодов криминального характера. — Все в порядке, — сказал Харли. — Отдыхайте. Всем хорошего вечера, увидимся! Еще несколько долгих секунд Питер просто пялился на него. Обычно он старался не делать этого так открыто, но кому какая разница? Гвен и Гарри явно дали понять, что осуждать его пристрастие к парням не собираются. И ему нравится, как Харли выглядит сегодня. Очень нравится. — Эй, ты его не в последний раз видишь, — напустив раздражения в голос, прокомментировала Гвен. Однако, повернувшись, Питер увидел на ее лице хитрую ухмылку. Бороться с румянцем, ползущим по шее, оказалось выше его сил, так что он напихал полный рот картошки и сделал вид, что отвечать на провокацию не собирается. — Ты — худший человек на свете, — промычал он с полным ртом. Гвен прыснула. — Думаю, ты мне нравишься. И это было… странно. Должно было быть, да? Питер не знал, что отвечают на такие слова. Он нравился людям до… словом, до заклинания, но не после. Разве что Харли, но и в это ему до сих пор тяжело всерьез поверить. Равно как и в то, что еще целый час Гвен и Гарри болтали с ним в этой забегаловке, как старые друзья, а не без двух часов чужие друг другу люди. Питер мог бы запросто к такому привыкнуть. *** И к тому, чтоб улыбаться самому себе по пути домой, мог бы привыкнуть тоже. Конечно, идти вместе с Харли было бы куда приятней. С ним всегда приятней. Но Гвен и Гарри все-таки были неплохими ребятами, так что Питер вполне бы повторил их рандеву снова. Особенно учитывая, что Гвен путем натурального шантажа вытянула из него номер мобильного. Решив срезать часть пути через переулок, Питер совершенно не учел, что может наткнуться на что-нибудь эдакое. И, естественно, наткнулся: ровно после того, как взобрался вверх по стене дома напротив и собрался уже перепрыгнуть на свою пожарную лестницу — карабкаться по ней он не захотел, так ведь и соседей перебудить можно. В последний момент он уловил что-то краем глаза. Обернувшись, замер. Поверить в картину, что развернулась перед ним, оказалось не так уж просто. И ведь не заползи он на стену дома, у перекрестка обязательно бы столкнулся с этим нос к носу. Существо было в майке на водолазку и носило короткие штаны, что заканчивались как раз над его… похоже, коленями, обнажая алую кожу и козьи копыта. Лицо его было скрыто косматыми темными волосами, над головой торчали внушительного размера рога. Хвост тоже был, тонкий и длинный — существо вымахивало им из стороны в сторону. Питеру всегда было интересно, все ли рассказы о дьяволе и демонах врут. Похоже, не все. И прямо спиной к Питеру стоял Харли. Желудок тут же скрутило животным ужасом. Питер всерьез испугался за друга. Не может же такого быть на самом деле! Не здесь. Не сейчас. Точно не с Харли. Не будет в жизни Питера такого дня, когда он не кинется грудью защищать тех, кто ему дорог — так что через какие-то пару секунд размышлений он резко подался вперед и прыгнул. Существо подняло голову, и хоть глаза его по-прежнему были скрыты, Питер во всей ясности ощутил, как оно глядит ему в душу. Правда, это ненадолго, ведь Питер летел прямо на него. В последний момент существо зачем-то указало на него своим костлявым пальцем. Тут Харли обернулся. Глаза его расширились, он сделал шаг назад и поднял раскрытые ладони, будто толкнул что-то. Блеснули сиреневые искры — и на всей скорости Питер влетел в невидимую стену вокруг существа. Ответный импульс ударил его в грудь, отшвырнув в другой конец улицы. Дыхание сбилось, под веками замелькали звезды. Питер закашлялся и, поморщившись, предпринял попытку пошевелиться. Все тело прошило болью. Кое-как он поднялся с холодной земли на колени, задвигая неприятное ощущение на задний план. Джинсы все измазались грязью. Питер подождал, пока картинка перед глазами вновь станет четкой, и снова поглядел на Харли. Харли замер в том конце улицы с выпученными глазами, по-прежнему не опуская рук. Вокруг него поблескивала сиреневым магическая стена. И цветные искры летели прямо с его ладоней. Питер не мог пошевелиться. Челюсть наверняка валялась где-то на полу в немом шоке, но его это волновало мало. В мозгу мелькали картинки прошлых месяцев: их спор о прикиде Парня-Ведьмака, долгие скучные вечера, в каждый из которых «занятость» Харли удивительным образом совпадала со встречами Ведьмака на патрулях, магия эта фиолетовая… Питер запоздало моргнул. Харли моргнул в ответ, все так же не шевелясь. — Питер, какого черта?