Близко к сердцу

— Я считаю, Гарри, что вам с ним надо поговорить. Если и не признаваться, то хотя бы попробуй наладить отношения. Предложи помощь, например. Он же вечно занят, а тут ты… — Гермиона, да он скорее удавится, чем мою помощь примет. Вот если он пергамент уронит, а я подниму, то он его даже не возьмёт из моих рук. Пару лет назад, на шестом курсе, в этом укромном углолке Поттер пытался утешить плачущую из-за Рона Гермиону. Теперь же Гермиона, держа Гарри за руку, утешала его самого. Тогда она плакала из-за Рона, а Гарри… Он не плакал, но если бы делал это, то именно из-за Снейпа. Поттер влюбился в профессора, который унижает его при любом удобном и неудобном случае, как же в таком случае оставаться спокойным? Кому он нужен со своими не до конца сформировавшимися чувствами? Неужели главному мизантропу Хогвартса? Несмотря на абсурдность своего положения, Гарри надеялся, что нужен. Надежда, противоречащая здравому смыслу, не оставляла его. Может, и не зря? — Знаешь, я попробую ему признаться. Только не сейчас. Потом, возможно…

* * *

Урок Зелий начался для Поттера как всегда из рук вон. Когда он вбежал в класс, все уже заняли места у котлов. Гарри достался последний и самый старый котёл возле преподавательского стола. Снейп никак не отреагировал на опоздание Поттера, только приказал: — Приступайте. Рецепт на доске. Сесть рядом с Поттером он не рискнул, поэтому отошёл подальше. «Находиться рядом с Поттером, варящим зелье, возможно только под магическим куполом» Однако не прошло и пяти минут, как громкое бульканье привлекло внимание Снейпа. Он приблизился к Гарри, словно знал заранее, что именно его котёл вот-вот взорвётся. Из-за ученических спин с нетерпением выглядывал Драко Малфой. Все слизеринцы знали, что пока Поттер опаздывал на Зелья, Драко подсыпал в единственный оставшийся котёл специальный порох. В реакции с любой жидкостью он давал мощный взрыв, гарантирующий замену котла и долгое мытьё полов, ведь пенистая зловонная жидкость растекалась очень быстро. Но не настолько быстро, как реакция Снейпа. Остановив поток пены, Северус оттащил стоящего в ступоре Гарри. — Э, сэр, я сейчас все объясню! Это всё Малфой! Он подстроил… — быстро залепетал Поттер. Северус молча смерил взглядом Малфоя и Поттера. Остановившись на последнем, он сказал тихим, не обещающим ничего хорошего голосом: — Останетесь после занятия, — и, не дождавшись от Гарри никакого отклика, громче добавил: — Не слышу. — Да, сэр, — послушно ответил Поттер. Даже не посмотрев на него, Северус отвернулся и начал подбирать заклинания, чтобы избавиться от большого количества пены на полу. По окончании урока Гарри подошёл к преподавательскому столу, прижимая к груди мокрый учебник по Зельям. — От вас одни проблемы. Целых восемь лет гадите вы, а разгребать приходится мне. Ещё и учитесь через пень-колоду! Пропустив унижения мимо ушей, Гарри терпеливо объяснил: — Сэр, этот взрыв подстроил Малфой. Он что-то подсыпал в мой котёл. — Да ну? Что ещё сделал мистер Малфой? — Это правда он! — Знаете, Поттер, глядя на вас я вновь убеждаюсь в том, что бессмысленно искать доводы в пустой голове. Поняв, что Снейп продолжает издеваться, Гарри сжал зубы, чтобы не наговорить лишнего. — Я могу идти? Сэр. — Разумеется. Видеть противного мальчишку мне хочется меньше всего. Поттер резко взглянул на лицо Снейпа, не выражающее ни одной эмоции, кроме отвращения. В этот момент Гарри стало холоднее, будто презрительный тон, которым были сказаны такие обидные слова, повлиял на температуру в кабинете. Слышать подобное от человека, в которого он почти влюбился, было больно и неприятно, пусть Поттер и привыкал к такому отношению с детства. Сверля Северуса неодобрительным и даже злым взглядом, он запихал тяжёлый учебник по Зельям в сумку и вышел из класса, не сказав ни слова больше.

* * *

Следующие две недели прошли для Гарри Поттера и тяжело, и легко одновременно. Тяжело, потому что все мысли были по-прежнему о Северусе, а именно о его ненависти и извечных оскорблениях. Гарри не выходил в Большой зал, чтобы лишний раз не спровоцировать Снейпа на новые колкости, которые Гарри ещё долго бы прокручивал в голове. Если бы не Гермиона, приносящая ему еду, умер бы Поттер голодной смертью. Впрочем, не всегда Гарри ел даже то, что приносила его подруга. Легко было, потому что учиться он перестал. Сначала его, конечно, волновало собственное безделье, но вскоре он наплевал и на это, даже не пытаясь справиться с нежеланием учиться. Единственным предметом, на который он иногда приходил, была Трансфигурация. Нельзя сказать, что он выполнял задания вместе с остальными учениками. Он лишь присутствовал. — Мистер Поттер, почему у вас не выполнено домашнее задание? Чем вы были так заняты? — Извините, директор. Я забыл. Вскоре прозвенел колокол, после чего Минерва Макгонагалл отпустила всех студентов на перерыв. Почти всех. — Мистер Поттер, подойдите сюда, пожалуйста, — она дождалась, когда Гарри дойдет до её стола. — До меня дошли сведения, что вы две недели пропускали занятия и не выполняли домашние задания. Может быть, у вас какие-то проблемы? — Нет никаких проблем, профессор. Теперь её привычный строгий тон сменился на взволнованный. — Гарри, я же вижу, что вы изменились. Я заметила, что вы не приходите в Большой зал, не общаетесь с мисс Грейнджер, да и обучение… Поймите, Гарри, я переживаю за вас. Вы можете довериться мне. — Я очень благодарен вам за заботу, директор, но у меня всё хорошо. А с учёбой разберусь, обещаю. Выйдя из кабинета Трансфигурации, он направился в гостиную Гриффиндора, где его чуть не сбила с ног Гермиона. По её румяным щекам градом лились слёзы и оставляли следы на шее Поттера, в которую Грейнджер уткнулась. — Гарри, милый, я тебя прошу, перестань себя мучить! Он не знал, как реагировать на это. Чуть отстранившись, Поттер дотронулся до её щёк, большим пальцем стирая крупные слёзы, и спросил вполголоса: — Ну ты чего, Гермиона? — Закончи это, Гарри, — продолжала умолять Грейнджер. — Так не может больше продолжаться! — Успокойся, — Поттеру пришлось её перекрикивать, — я сейчас вообще ничего не понимаю. Гермиона шмыгнула носом и за руку повела Гарри к дивану. — Пойми, вам с ним надо поговорить. Для начала хотя бы начни приходить на его уроки. — Не уверен, что это хорошая идея, — пробурчал он и поморщился. — Зато мучить себя — это идея превосходная! Страдая, Гарри влюбился. Окончательно и бесповоротно. «Быть рядом с ним просто невыносимо, но без него ещё хуже, — подумал Гарри, решив для себя, что попробует предпринять хоть что-то. — Сегодня как раз есть Зелья»

* * *

Северус Снейп дал задание студентам восьмого курса Гриффиндора, а сам в это время проверял эссе. Сосредоточиться на тексте ему было гораздо сложнее, чем обычно. «Исчез на две недели, а сегодня решил объявиться, — думал Северус, тайно разглядывая Гарри. — И как Минерва может считать, что этот идиот мне «небезразличен»? Глупый, наглый и…и… самонадеянный мальчишка», — еле закончил мысль Снейп. Раздражённо вздыхая, он отодвинул от себя стопку эссе. Как же проверять работы, если голова забита одним только Поттером? Северус снова уставился на него. «Бескровные, искусанные губы… Синяки под глазами… А сами глаза? Сколько он не спал? Кто над ним издевался эти две недели, что он так выглядит?» — Что это у вас лицо такое постное, Поттер? Чем-то недовольны? Невольно сжав губы в тонкую линию, Гарри поднял печальный взгляд на кривящегося Северуса. «Что, снова противно смотреть на меня, профессор?» — мысленно спросил Гарри. Брови Поттера нахмурились, как от головной боли, а нижняя губа неожиданно вздрогнула. С искренним удивлением Гарри ощутил, что в его глазах появилась излишняя влага, которая стала стекать по его щекам, оставляя мокрые дорожки. «Что это ещё такое? Это слёзы? И что делать?» — растерялся Северус. — Какой же вы слюнтяй. К восемнадцати годам вы не научились сдерживать себя? Или, быть может, давите на жалость? Что же, если это так, то жалость вы у меня вызываете ещё с первого курса. «Не могу больше находиться здесь, с ним. Не могу больше чувствовать эту любовь, пока он издевается надо мной», — подумал Гарри и поднялся из-за парты. Не сказав ни слова и даже не обернувшись, он покинул кабинет под перешёптывания студентов и оклик Гермионы.

* * *

— Поттер! — рявкнул Снейп, выйдя из кабинета. Гарри не успел уйти в свою гостиную, поэтому пришлось остановиться и обернуться. Он не мог не обернуться на его голос. — Сэр? — непривычно равнодушно произнёс он. Северус крадучись подошёл к нему, сложив руки за спиной. — Если вы считаете, что имеете право без разрешения уходить с моего урока, то ошибаетесь, — высокомерно заявил он. — Я сегодня же доложу о вашем поведении директору. Поттер был слишком опустошён, чтобы спорить со Снейпом. Спор с ним всегда означал борьбу, соперничество. А Гарри бороться устал. — И ещё, Поттер, вы забыли свой учебник. Я привык к вашей расхлябанности. Северус протянул ему старую книгу, жёлтые страницы которой еле держались на корешке. Гарри опустил голову и отсутствующим взглядом осмотрел руку Снейпа. «Тонкие, белые, такие длинные пальцы… Прямо паучьи ножки», — не к месту подумалось Поттеру. — Спасибо, сэр, — почти прошептал он. — Глаза бы мои вас не видели. Гарри сделал глубокий, почти ровный вдох и сказал, медленно выдыхая: — Больше не увидят. Не дожидаясь реакции на свои слова, он принял учебник из рук Северуса и развернулся, чтобы уйти в директорский кабинет.

* * *

— Мистер Поттер, — с теплой улыбкой поприветствовала Макгонагалл. — Вы хотели что-то обсудить со мной? — Да, директор. Я хочу забрать свои документы.