Твои раны.

      Она мило улыбается, озаряя светом своей девичьей улыбки его мир. Рег знаком с ним не так долго из-за потери памяти, но он готов с уверенностью сказать, что без этой девчонки его мир стал бы темным и неприветливым. Дотянуться бы до нее, прикоснуться к ее улыбке, добраться бы хоть до границы излучаемого Рико света…       Мальчик открывает глаза и видит перед собой ее лицо. Не такое свежее, не такое светлое, но ее лицо, разглаженное, умиротворенное. Девочка все еще спит, а Рег помогает Наначи в ее островке безопасности в Бездне. Не много, пожалуй, таких мест здесь. Наначи еще повезло его найти.       — Опять пялишься на нее? — хмыкает пушистая девочка, пихая несильно мальчишку в плечо. — Она от этого не проснется.       — А вдруг я пропущу ее пробуждение… — бубнит тот себе под нос, опуская взгляд на Митти, расположившейся рядышком со спящей Рико. — Наначи, а она…?       Ушастая девчонка понимает, о чем Рег хочет спросить, видит в его глазах надежду и отчаяние одновременно, и сердечко екает от этой картины. Наначи бросает короткий взгляд на Рико, на Митти, а затем поджимает губы и легонечко стукает мальчика по лбу. Тот раскрывает глаза, не понимая, за что получил по голове.       — Она корчится?       — Нет…       — Кричит?       — Ну, нет…       — Все будет нормально, — кивает Наначи уверенно, делясь этой уверенностью и с мальчонкой. — Ты ведь ей не голову отрезал. Поспит еще немного и проснется. Рико идет на поправку.       Это успокаивает. Недавняя боль, вина и обида на самого себя душат уже не так сильно, и Рег твердо уверен, что как только его подружка очнется, он извинится перед ней. Сразу, в лоб! Будет молить о прощении. Рико добрая, она простит, но он не уверен, простит ли сам себя…       К вечеру паренек успевает помочь Наначи по хозяйству, поговорить с ней, разобраться в каких-то хлопотах, обсудить то, как тут все-таки красиво, съесть тарелку невкусной еды и пообещать ей, что Рико обязательно приготовит что-то вкусное, когда очнется. Перед сном пушистая подружка уходит к себе в комнатку, забрав Митти с собой, чтобы провести с ней время (все мы знаем, как это тяжело), а Рег остается у спящей девочки.       Он садится рядом и аккуратно вытирает мокрую от слюны Митти руку Рико тряпочкой. Здоровую руку… Рег не понимает, почему так зацикливается на этом, было бы проще успокоиться и дождаться, когда она придет в себя, но… Черт возьми, ожидание хуже всего!       Уже окончательно темнеет, а Рег все сидит рядом, наблюдая за ровным дыханием девочки. А не будет ли плохо, если он ляжет рядом? Просто приляжет рядышком, под боком, и подождет, пока она проснется или хотя бы подаст признаки жизни?       Робот долго не может решиться, но все-таки снимает шлем и аккуратно опускается на расстоянии локтя от Рико. Он смотрит на то, как чуть-чуть расширяются ее ноздри при вдохе, как вздымается грудная клетка. Она совсем крохотная. Сам Рег, конечно, тоже не великан, но Рико кажется такой хрупкой по сравнению с ним. Той, кого хочется и нужно защищать.       И снова он зацикливается на том, что накосячил. Вздохнув, Рег прикрывает глаза, мягко берет девочку за ладонь и жмет ее тыльной стороной ко лбу. Теплая. Живая. Как хорошо, что живая.       Он всхлипывает, но не позволяет себе заплакать — стыдно рыдать, когда физически больно не тебе. При Наначи было стыдно тем более. Но парнишка все же пускает слезу, вздрагивает в плечах, притягивает колени к груди и прижимается дрогнувшими губами к пальцам Рико, чувствуя, как по щеке ползут его слезы. Почему он не может остановиться?       А если Рико не очнется? А вдруг все кончится плохо? Вдруг успела попасть какая-то зараза? Вдруг… Да что ж такое!       Робот придвигается ближе к девочке, аккуратно, боясь сделать что-то неправильно, обхватывает ее талию рукой, совсем не давя весом металла и держа ее на весу. Рег обнимает ее, утыкается лбом в бледное плечико, чувствует ее пульс и радуется тому, что она жива. Главное, что жива. Прекрати реветь!       Ему уже чудится поглаживание по голове. Совсем с ума сошел. Кажется, что кто-то его гладит по голове, успокаивающе, мягко…       Вдруг вскинув голову с глазами, полными надежды, Рег видит все такое же мирное лицо Рико и ее спокойное дыхание. Надежду смывает, как волной. И робота прорывает.       Он плачет тихо, чтобы Наначи не услышала, шмыгает носом, пачкает плечо Рико слезами и думает о том, что потом все протрет. Он все вытрет, все уберет, но сейчас так хочется прижать спящую девочку к себе поближе.       И Рег прижимает. Притягивает теплое тело к себе, дышит ей в ушко, чувствует запах подросткового пота, немытой головы, но совсем не смущается этого. Он надеется, что утром все наладится. Все будет хорошо. Наначи говорит, что все будет хорошо.

***

      На следующий вечер он снова садится к Рико поближе и смотрит за ней. Охраняет, как верный пес. Рег точно знает, что жизнь отдаст за эту девчонку, и сейчас, спустя столько дней ожидания, он реально готов отправиться на поиски артефакта, способного поменять их местами. Наначи ему за эту мысль раздала дружеских пиздячек, мол: «А ты подумал, кто ее защищать тогда будет?!»       Он снова ложится рядом, снова обнимает ее, греет Рико и сам греется надеждой.       Робот прикрывает глаза, надеясь заснуть. Он трется щекой о макушку девчонки, ему снова грезится поглаживание по голове. Паренек готов заснуть, воображая себе, что это Рико гладит его, убаюкивает, может, даже обнимает в ответ, и они спят вместе в обнимку, а она живая, в сознании, выздоравливает…       Воображает, как он позволяет себе обхватить ее талию крепче, притянуть ближе, прижаться губами к щеке, к шее. Воображает, как Рико не против, подставляется под его мягкие поцелуи, выгибается навстречу. Воображает, как она могла бы тихонько простонать, а он, ведомый этим прелестным звуком, опустить руку выше, к небольшой груди, а вторую — ниже, к бедрам, к худым, но сильным ножкам.       — Рег… — слышится шепот, заставивший его приоткрыть глаза. Наверное, Наначи пришла.       Мальчик приподнимает голову и озирается по сторонам, но не видит пушистую. Тогда его сердце пропускает удар.       — Рико?       Он видит в темноте, как бледные губы блондинки тянутся в улыбке. На глаза наворачиваются слезы, Рег даже не успевает пристыдиться своих фантазий, настолько он безразмерно рад.       — Рико! Очнулась! Рико! — счастливо смеется сквозь слезы робот, прижимая ладонь девочки к губам, выцеловывая ее, чувствуя, как ее пальчики касаются его мокрой щеки. — Я так скучал, Рико… прости меня, пожалуйста! Рико, я…       — Эй.       Рег открывает глаза и поворачивается назад, щурясь от утреннего света.       — Ты всю ночь так спал? — спрашивает она, кивая на так и не очнувшуюся блондинку. — Не просыпалась?       Рег смотрит на Рико и, облизав пересохшие губы, убито мотает головой. Он опускает взгляд и замечает, что здоровая рука девочки лежит на его боку, и пытается вспомнить, не сам ли он ее так положил. Хотя, к Рико он точно не прикасался ни в каком контексте, кроме объятий…       — Не знаю… — сухо шепчет робот, боясь встать: лежащая на нем девичья рука кажется чудом. — Наначи, а она точно проснется?       — Точно, — отвечает та.