Alexisverse. Несовместимость циклов

Следующий день начался с того, что после завтрака учёные предложили закрыть окна ставнями, включить проектор и устроить совместный с хамальской гостьей просмотр фильма. Обитатели лагеря, включая Алестру и Финна, ответили с энтузиазмом, и, пока планетоход снова отправлялся в здание посольства за второй партией его сотрудников, остальные члены группы расположились во времянке перед большим экраном. Для просмотра выбрали такую классику земного анимационного кино как «Головоломка» — Финн сам смотрел её давным-давно и не против был пересмотреть. Алестра с интересом следила за происходящим на экране, время от времени задавая другим зрителям какие-то вопросы, — например, ей пришлось объяснять, кто такие клоуны, почему главная героиня их боится (не то чтобы Финн сам понимал происхождение клоунофобии… простите, коулрофобии — но учёные могли худо-бедно разъяснить это инопланетянке), и почему при этом клоуны вроде как развлекают детей. Её удивило, что главная героиня играет в хоккей, и она спрашивала, нормально ли это для девочек Земли, — ей ответили, что да, и спросили в ответ, существует ли на Эарсии женский спорт, — хамалька, замявшись, ответила, что да, но в большинстве видов спорта преобладают мужчины… учёные уже готовы были расспрашивать хамальку о видах спорта её планеты и страны, когда кто-то из зрителей недовольно крикнул: «Давайте потом поговорим о спорте, давайте кино смотреть!». Алестра спросила, почему эмоции главной героини представлены именно этими пятью — Радостью, Печалью, Гневом, Страхом и Отвращением — ей начали было излагать современные представления землян и облачников о психологии, но сошлись на том, что мультфильм довольно старый и вообще не претендует на максимально достоверное изображение работы человеческого разума. Просмотр уже закончился, и обитатели лагеря вместе с хамальской гостьей обсуждали мультфильм, когда вернулся планетоход с сотрудниками посольства, и они вошли во времянку — руководитель группы узнал журналистку, приходившую в посольство Облака для интервью, поприветствовал её, поинтересовался, как ей жизнь в лагере инопланетян. А затем, когда Халлен посвятила Де Луку, как своего начальника, во все вопросы безопасности лагеря и уступила должность начальника службы безопасности лагеря ему, он устроил проверку всего, что только можно — работы видеонаблюдения, готовности челнока к срочному взлёту, связи с охранявшими лагерь джалийскими военными, работоспособности взрывных устройств для уничтожения оборудования лагеря (все, включая самого начальника СБ, надеялись, что им этого делать не придётся), надзора за хамальской гостьей и всего такого прочего, так что у всех, особенно у безопасников, день был очень суматошный. Досталось и Финну — Де Лука вызвал его к себе, расспросил обо всём, что касалось Алестры и могло относиться к безопасности лагеря, молодой инженер отвечал, стоявшая рядом Халлен время от времени вставляла слово, наконец, повторив наставление обо всём подозрительном докладывать службе безопасности, руководству группы или психологам, Де Лука отпустил молодого инженера, и тот мог вернуться к своим прямым обязанностям — сборке кроватей для новых обитателей лагеря. Вечером Финна вызвал на разговор Леон — руководитель группы с видимым интересом расспросил молодого человека о его отношениях с хамальской девушкой (Серьёзно, теперь его личная жизнь — это не его личное дело, а дело всей экспедиции?! ВОТ ИМЕННО ПОЭТОМУ он и не хотел отвечать на чувства Алестры!), Финн сперва отвечал на уже третий раз задаваемые ему вопросы, тоскливо вздыхая, но затем Леон начал расспрашивать его о том, нравится ли ему Алестра, чем нравится, и всё такое прочее, — молодой инженер отвечал, краснея, — хоть у руководителя группы, похоже, был здесь совсем другой интерес, чем у службы безопасности, это были СЛИШКОМ ЛИЧНЫЕ вопросы (ох уж эти венерианцы!). Когда эти одновременно утомительные и смущающие расспросы были закончены, руководитель группы сказал: — Финнеган, я буду с тобой честным. Я пока что не вижу возможности вернуть твою девушку, — (Финн при этих словах вздрогнул и возмущённо воззрился на руководителя группы), — к ней домой так, чтобы об этом никто не узнал. Особенно сейчас, когда дипломатические отношения с государствами северного полушария Эарсии приостановлены. Но мы надеемся, что нам не придётся этого делать, что во время пребывании твоей девушки, — (Финн шумно выдохнул при этих словах, смиряясь с тем, что Алестра уже считается его девушкой), — в лагере не произойдёт ничего такого. Насколько я понимаю, основная опасность заключается в том, что во время течки она может потерять контроль над своими эмоциями и сделать… что-нибудь… сможешь ли ты её успокоить, если у неё произойдёт… вспышка эмоций? — Не знаю… — тяжело вздохнул юноша. — То есть… я не знаю, какая она в течке, я не знаю, насколько у неё сильные могут быть вспышки эмоций, не знаю, не набросится ли она на меня с кулаками, если я попытаюсь её остановить или успокоить… Но я попытаюсь, конечно, — он снова тяжело вздохнул: раз уж Алестра его девушка, конечно, он ДОЛЖЕН будет попытаться её успокоить! — Ну, я понимаю, что ты, как и все мы, ни разу не видел хамальку в течке и не знаешь, на что она способна, — развёл руками руководитель группы. — Но ты не один, здесь будет наша служба безопасности, и она сможет её остановить, если… ситуация выйдет из-под контроля. Ты, пожалуйста, следи за её настроением очень, очень тщательно… если она под воздействием… гормонов сделает что-либо, угрожающее оборудованию или личному составу экспедиции, ты можешь оказаться первым, кто должен будет её успокоить, остановить — если получится, словами, если понадобится, физически. — Понял, — обречённо вздохнув, согласился Финн. Ну, действительно, если что-нибудь такое случится, именно так он и должен будет поступить, верно? — Тебе не нравится мысль о том, чтобы применять к своей девушке силу? — испытующе посмотрел на него Леон, по-своему истолковав его обречённый вздох. — Нет, — честно ответил Финн. — Так что я постараюсь успокоить её словами… потому что, ну, раз теперь она моя девушка… — он смутился, произнеся эти слова, и поспешил поправиться, — раз она теперь считается моей девушкой, то я, ну, отвечаю за её настроение… душевное состояние… и всё такое прочее. — Это правильно, — кивнул Леон, а затем рассмеялся, — это и не должно тебе нравиться… кстати, пощёчина — плохой способ успокоить любимую женщину, и я надеюсь, ты не будешь им пользоваться, — Финн густо покраснел при этих словах. — В целом мы надеемся, что никаких серьёзных проблем не возникнет, и нам не потребуется срочно вывозить твою девушку из лагеря. Если… мы тоже надеемся, что это не произойдёт, но ЕСЛИ нам придётся бросать лагерь и взлетать на орбиту, нам придётся взять Алестру с собой на челноке… — Финн округлил глаза, — это КРАЙНЕ нежелательно для нас, потому что мы не знаем, как её организм перенесёт перегрузки, невесомость и всё прочее, но если — ЕСЛИ — нам придётся бросать лагерь, мы, разумеется, не сможем оставить её на планете. А дальше… будем действовать по обстоятельствам. — Понял… — протянул Финн, мысленно надеясь, что ничего из этого их группе делать не придётся. — Но мы надеемся, что нам этого делать на придётся, — продолжил руководитель группы. — Наши учёные надеются, что у них будет возможность своими глазами увидеть процессы, протекающие в организмах хамальцев во время течки, — Финн при этих словах уставился на руководителя негодующим взглядом. — Не потому, что мы хотим использовать её в качестве подопытного кролика, а потому, что нам НУЖНО получить информацию о том, как функционирует физиология хамальцев, и от такой возможности не следует отказываться. Тебе ведь тоже не помешало бы знать некоторые… особенности физиологии той, с кем ты хочешь иметь отношения. Я знаю, некоторые люди считают, что знания о физиологии противоположного пола, о физиологии других человеческих рас «неприличны»… но я знаю множество примеров, когда незнание этих вещей приводило к дурным последствиям, и не знаю ни одного, когда это незнание приводило бы к чему-то хорошему. — Я могу просто спросить её, если мне понадобится? — недовольно буркнул молодой инженер. — Ну, далеко не факт, что она обладает глубокими познаниями в области собственной физиологии, — никто не рождается с этим знанием, хотя казалось бы, что может быть более естественным… — развёл руками Леон. — Насколько мы поняли, хамальцы не считают необходимым ограждать свою молодёжь от знаний о сексе, о беременности и прочем, но… в общем, лучше один раз пронаблюдать своими глазами, чем сто раз прочитать в научной литературе — вдруг мы своим свежим взглядом увидим то, на что хамальцы, зная только одну человеческую расу, не обращали внимания. — А… наши учёные, врачи не причинят случайно вреда её здоровью… они ведь не знают, как работает физиология хамальцев? — высказал свои опасения Финн. — Понимаю твои опасения, — с серьёзным видом кивнул руководитель группы. — Но я верю в профессионализм наших учёных, плюс у нас — у них будет доступ к информационной сети и выложенной в неё медицинской литературе хамальцев… и если ничего другого не останется, мы попытаемся обратиться за помощью к местным врачам… хотя мы надеемся, что к этой крайней мере прибегать не придётся, потому что здесь будет множество осложнений, — Финн при этих словах поёжился: для этого придётся раскрыть пребывание Алестры в лагере? А медицинские службы Эарсии вообще работают в сезон течки? А… — Мы постараемся, чтобы с твоей девушкой не случилось ничего плохого. — Спасибо… — вздохнул в ответ Финн, уже окончательно смирившийся с тем, что Алестра считается его девушкой. Ну, да, он и правда о ней беспокоился. Ещё через день вернулся челнок с материалами для строительства «будки для секса» для Алестры, и большую часть дня Финн вместе с другими инженерами был занят сборкой «будки» — собрать из панелей каркас, закрепить, чтобы будку не повалило ветром, покрыть пол теплоизолирующим пластиком, установить внутри кровать, вентиляцию, освещение, подключить к электросети лагеря… Когда всё было, наконец, закончено, позвали Алестру — собственно, она сама пыталась наблюдать за работой инженеров, но потом её попросили не отвлекать рабочих — и попросили оценить своё новое жилище. Алестра, осмотрев будку, выдала какую-то фразу, которую без перевода было не понять, и кое-как пояснила, что это, ну, не самое худшее жилище, где ей приходилось жить, но и не самое лучшее. Ну, да, это была просто металлическая коробка с дверью, окнами и кроватью, без каких-либо изысков… Ещё через день, позавтракав, инженеры начали установку разделительных панелей внутри времянки… это было не так-то просто — прорезать в панелях вентиляционные отверстия, обработать места срезов шлифовальным инструментом, затем внести большие панели через шлюз и… большую часть персонала выгнать на открытый воздух (точнее, в челнок), потому что в тесноте времянки у работавших инженеров и обитателей здания не было просто никакой возможности не путаться друг у друга под ногами. Финн с коллегами был занят тем, что, отключив питание освещения, перевешивал электролампы на потолке — установка разделительных панелей должна была изменить освещённость помещения и требовала изменения расположения осветительных приборов — когда его окликнул Сон: — Финнеган! Закончишь с этой лампой — и… там от тебя чего-то хочет наша служба безопасности! Сходишь к ним, они тебе скажут, что им нужно. — А??? — Финн поёжился: когда тебя вызывает служба безопасности, у которой ты уже находишься под пристальным наблюдением, потому что у тебя роман с девушкой, которую СБ параноидально подозревает в шпионаже, это не к добру. Но раз зовут, значит, что-то им нужно… и можно сделать небольшой перерыв в работе — аккуратно сняв лампу, которую нужно было перевесить, он слез со стремянки, положил лампу и инструменты рядом и поспешил к шлюзу, стаскивая на ходу рабочие перчатки. Выйдя из шлюза наружу, он увидел рядом с шлюзом Алестру с взволнованным лицом — она вместе с большей частью персонала ушла из времянки, пока внутри шли работы — и маячившего за её спиной Теппо, изо всех сил сдерживавшего расползающуюся по лицу улыбку. Одного взгляда на Алестру хватило, чтобы тревога Финна усилилась — в чём дело??? Она что-то сделала??? И при чём тут он??? — Что слу…? — молодой инженер даже не успел договорить фразу до конца, когда Алестра схватила его за руку и потянула куда-то в сторону. Финн опешил, Теппо закашлялся, давясь смехом, но молодой землянин был всё же крупнее и тяжелее девушки, и сдвинуть его с места Алестре так просто не удалось. — Да что случилось?! — повторил он свой вопрос одновременно встревоженно и возмущённо. — У меня… течка… — ответила Алестра, заметно покраснев… вот только, кажется, не от смущения, а от возбуждения, и то, что землянин принял за встревоженность, было не находившим выхода сексуальным желанием. Краска бросилась Финну в лицо, он готов был провалиться сквозь землю, когда Теппо расхохотался уже в голос. — Пожалуйста!.. мне нужно это сейчас! — девушка умоляюще посмотрела на парня, а тот застыл истуканом, не зная, что делать… у него ТАКОЙ «опыт», с перевозбуждённой инопланетянкой в течке, был впервые! — Пожалуйста! — повторила Алестра и, видя нерешительность своего любовника, буквально набросилась на него, обнимая его, прижимаясь к нему, пытаясь поцеловать, но Финн испуганно шарахнулся назад, в шлюз. — Voi hyvä jumala, всё, я не смотрю, если тебя это смущает! — крикнул Теппо, демонстративно отворачиваясь… правда, тут же бросил любопытный взгляд в сторону любовников. Финн только мучительно застонал в ответ. — Хорошо… пойдём! — и позволил Алестре снова схватить себя за руку и потянуть в сторону её «будки». По правде сказать, он согласился только для того, чтобы Теппо не стоял рядом и не ржал (ну или он сам себя в этом убеждал). Алестра втащила его в свою «будку для секса», прикрыла дверь и уже безо всякого стеснения, со всей возможной страстью набросилась на него, впиваясь поцелуем в его губы, руками блуждая по его телу и забираясь под рабочий комбинезон, и Финн обнял её тоже, отвечая на её поцелуи, и не мешал ей раздевать себя, но… — Я… не уверен, что смогу… — смущённо проговорил он, разрывая поцелуй, однако объятья только ослабил, а не разжал, и отстранить свою страстную любовницу не пытался. — Какого (незнакомое слово)?! Что значит не сможешь, почему?! — в голосе Алестры слышались возмущение замешательство, но её руки, расстёгивавшие рабочую одежду Финна, не собирались останавливаться. — Я… я работал… и устал… возможно, у меня сейчас не хватит сил… — запинаясь и краснея, попытался объяснить юноша — он и правда после работы был порядочно уставший… и потный — он работал в жарком и душном (хоть людей во времянке было и поменьше, но вентиляцию для работы с электросетью пришлось временно отключить) помещении — но он не мог вспомнить нужные слова на дорнийском, чтобы объяснить это своей любовнице. — У меня может не… не получиться достичь возбуждения… твёрдости… члена, — он покраснел гуще, формулируя это на знакомых ему дорнийских словах (и кровь прилила к его лицу, а не к совсем другой части тела). — Ты устал??? — обеспокоенно спросила Алестра, отстранившись чуть назад. — Сильно? Ну… может быть… всё-таки попробуем? — её рука скользнула вниз, трогая парня между ног (Финн смутился сильнее… хотя, в сущности, смущаться сильнее тут было не с чего) — да, эрекции у него сейчас не было. — Давай? — девушка снова прижалась к парню, рукой забираясь ему под комбинезон, в трусы, — из-за жары Финн, как и многие его коллеги, носил рабочий комбинезон почти на голое тело. Финн, подумав «а, ну его к чёрту!», ответил ей поцелуем и объятьями, крепко прижав девушку к себе. — Давай… — прошептал он, разрывая поцелуй, — только включим вентиля… а, fuck, — он досадливо поморщился, — вентиляцию включать нельзя… пока в здании идут работы!.. Ааа, ладно! — и с мыслью «я буду после этого очень, очень потным» он вновь прижал Алестру к себе, впиваясь в её губы новым поцелуем. И они уже ничего не говорили, только страстно целуясь друг с другом, прижимаясь друг к другу и стаскивая друг с друга одежду. — Ммм, какой ты (незнакомое слово)… — широко улыбнулась Алестра, скользнув взглядом по обнажённому торсу космонавта, уже избавленному от одежды, — Финн слегка смутился, подумав, что он и правда очень потный. Но сам попытался снять с уже оставшейся в одном нижнем белье Алестры лифчик — хамальке пришлось помочь своему любовнику, не разобравшемуся сходу в незнакомом ему фасоне одежды — затем слегка отстранился, посмотрев на свою любовницу топлесс, и ощутил прилив возбуждения при взгляде на её светлую веснушчатую кожу, лишь тронутую загаром и контрастировавшую с загорелыми руками, лицом и шеей, на её округлую грудь с розовыми сосками. Всего один раз, в их первую встречу, ему удалось увидеть Алестру без одежды (кажется, она тогда была менее загорелой), он вспомнил, как смутился тогда при виде обнажённой хамальской красавицы, но теперь… — Ты… очень красивая, — страстно прошептал он, вновь обнимая девушку и целуя её, и Алестра ответила на этот поцелуй, обнимая его. Им пришлось прерваться, чтобы снять с себя ботинки, сбросить спущенные штаны и стащить трусы — Финну показалось, что на трусах Алестры, больше похожих на шорты, между ног большое мокрое пятно — это от пота, или она настолько возбуждена??? — но рассмотреть их как следует он не успел, прежде чем девушка бросила их на пол. Оставшись полностью обнажёнными (пластиковое покрытие на полу позволяло им не ходить босыми ногами по голому металлу в жару), они снова бросились друг другу в объятья, прижимаясь друг к другу разгорячёнными и потными от тропической жары телами так крепко, будто каждый хотел ощутить каждую клеточку тела другого. Алестра снова опустила руку вниз, трогая своего любовника между ног… но несмотря на то, что Финн чувствовал страсть, эрекции у него пока что всё ещё не было. — А… — в глазах девушки промелькнули растерянность и смятение. — (Незнакомое слово), ты и правда устал как (незнакомое выражение)??? — Fuck it, — лишь с секундной заминкой ответил юноша, прижимая девушку к себе и целуя, — ответил на более привычном ему английском, не зная подходящих слов на дорнийском. — Я могу… мне не нужен член, чтобы… сделать тебе хорошо! — с этими словами он подтолкнул девушку к кровати — на ней ещё никто ни разу не спал, постельное бельё лежало на ней идеально разглаженным — Алестра, кажется, не очень понимала, что собирается делать её любовник, но села, а затем легла на кровать, раздвинув ноги, позволив своему мужчине делать с собой всё, что он захочет. И Финн забрался на кровать, накрыв тело девушки своим, сливаясь с ней в новом поцелуе, руками лаская её тело, — да, пусть он не был героем-любовником, он вполне мог доставить девушке удовольствие и одними руками и ртом. Алестра страстно стонала, запрокидывая голову, когда он целовал её в шею, когда он ласкал руками её упругие налитые груди, она стонала громче, извиваясь под ним от страсти, когда он обхватывал губами её розовые соски и проводил по ним языком, и ещё громче, когда его рука забралась ей между ног, пройдясь по жёсткой щетине на лобке (ну, да, за дни своего пребывания в лагере Алестра не имела возможности бриться там, и волосы у неё на лобке успели отрасти), и коснулась её истекающей влагой возбуждённой киски. Всё её тело задрожало, колени непроизвольно сжались, когда он принялся ласкать её между ног, она буквально закричала от переполнявшей её страсти, выгибаясь всем телом, её грудь, такая соблазнительная и возбуждающая, вздымалась и опадала, она выкрикивала что-то бессвязно-непереводимое — Финн мог разобрать лишь отдельные слова страсти — она вцепилась пальцами в рыжие волосы парня, ногами обвивая его торс… интересно, она сможет кончить от одной только стимуляции руками? Вот только сам Финн уже чувствовал, что его член, наконец, достиг возбуждения, и он готов был овладеть девушкой (Девушкой??? У неё же двое детей!)… но внезапная мысль остановила его. — Ты… принимаешь свои противозачаточные, да??? — спросил он, прервав ласки и посмотрев на девушку. — Да!.. и ты можешь меня (незнакомый, но явно грубый глагол)! — почти выкрикнула в ответ Алестра, возбуждённая и неудовлетворённая тем, что её любовник остановился и задаёт ей глупые вопросы. И Финн уже не медлил — он сдвинулся вверх, Алестра с готовностью подалась навстречу ему, их губы соприкоснулись, их языки переплелись, девушка широко раздвинула ноги, помогая своему любовнику направить свой член в её жаждущую мокрую киску, и буквально закричала, запрокидывая голову и выгибаясь всем телом навстречу своему любовнику, когда тот вошёл в неё. И Финн принялся двигаться в девушке, а она извивалась под ним, крича так, что её, наверное, слышали снаружи… господи, а если Теппо стоит рядом и подслушивает??? Ааа, да и плевать, всё равно уже все знают о его отношениях с Алестрой, пусть завидуют! Хорошо, что они поставили «будку» в отдалении от времянки и челнока, и вряд ли их страстные стоны сейчас слышат коллеги Финна! И, выбросив все прочие мысли из головы, Финн отдался этому жаркому, потному, страстному сексу — они оба двигались в унисон, тяжело дыша, их тела буквально лоснились от пота, и их руки скользили по мокрой коже друг друга, Финну казалось, что он задыхается от страсти и не сможет, выдохнется раньше, чем кончит, но вот Алестра закричала громко-громко, выгибаясь под ним, и обмякла, тяжело дыша, хватая воздух ртом как рыба. — Воздуха!.. дайте воздуха!.. — простонала она. Финн испуганно вздрогнул — так это был не оргазм, а удушье?! Ну, чёрт возьми, они занимались сексом в крошечной металлической коробке без вентиляции (и без возможности открыть окна — стандартные строительные шаблоны экспедиции не предусматривали такой возможности по соображениям химической и биологической безопасности) в тропическую жару — теперь он и сам чувствовал, что воздух в «будке» и правда ужасно спёртый! Испугавшись, что Алестре стало плохо, он вскочил, бросился к двери, распахнул её, впуская в будку свежий воздух… и тут же испуганно прикрыл её, оставив широкую щель, вспомнив, что он совершенно голый и с эрекцией, да и Алестра… чёрт, тут, возможно, вопрос жизни и смерти, а он думает о приличиях! Лучше пусть его увидит голым весь лагерь, чем Алестре станет плохо! — Ты… в порядке??? — крикнул он, оборачиваясь и придерживая дверь, чтобы она, с одной стороны, не закрывалась, а с другой, не распахивалась полностью, — порыв ветра немедленно попытался захлопнуть дверь. Да, возле двери дышалось лучше… но насколько широко открыть дверь будет достаточно??? — Ууу… — донёсся голос Алестры, пока молодой инженер пытался вспомнить нужные формулы и провести расчёты в уме, — тут ужасная (незнакомое существительное), ужасно (незнакомое прилагательное) воздух! — девушка села на кровати, затем слезла с неё и поспешила к приоткрытой двери. Она широко улыбнулась и блаженно зажмурилась, подставляя лицо свежему воздуху, проникавшему в будку через щель, и обняла Финна сзади, прижимаясь грудью к его спине, — молодой человек, который так и не успел кончить, ощутил новый прилив возбуждения. — Ты был (незнакомое прилагательное)! Лучше, чем половина моих (незнакомое существительное, смысл которого был, впрочем, понятен)! Интересно, все земные мужчины так хороши в постели? — Что, правда??? — Финн зарделся — вроде бы он никакого такого мастерства в постели не проявил. — Что, все твои предыдущие любовники были хуже??? — он смущённо улыбнулся. — Да им главное самим (незнакомый глагол), а (тот же незнакомый глагол в другой форме) ли я под ними, на это им плевать! — махнула рукой девушка. — А… — протянул землянин. — Из-за… гормонов… в течке? — Алестра угукнула в ответ. Финн, наконец, повернулся к ней, одной рукой обнял и поцеловал, второй продолжая придерживать дверь. — Извини… не хочу открывать дверь… не хочу, чтобы меня, нас видели голыми… — смущённо пробормотал он — Алестра понимающе-разочарованно вздохнула: мол, такие уж вы, земляне, со своими землянскими заморочками. — Ничего, к вечеру подключат вентиляцию… а ещё нужно сделать… такую штуку, чтобы дверь не закрывалась… — это была совсем не та тема, на которую нужно говорить, стоя обнажённым и обнимаясь с красивой, тоже обнажённой девушкой, но у молодого инженера включилось профессиональное мышление… но пока он рассуждал вслух, Алестра опустила руку и погладила его мужское естество. — Ммм, ты ещё твёрдый? — широко улыбнулась она. — Ты… хочешь…? — смутился парень. Судя по ещё более широкой ответной улыбке Алестры, она именно этого и хотела, и Финн сам был не против, но… — Слушай… может, в другой раз? — неуверенно предложил он. Алестра удивлённо вскинула рыжие брови, и Финн попытался объяснить: — Просто… в твоей комнате сейчас душно… а заниматься сексом, придерживая дверь, ну, неудобно… — он принуждённо рассмеялся. Алестра удивлённо приподняла брови выше, но затем рассмеялась тоже. — Ясно… хорошо вы там в Облаке (незнакомый глагол): хотите — трахаетесь, не хотите — не трахаетесь, хотите — (другой незнакомый глагол), не хотите — не (тот же незнакомый глагол)! — сказала она, смеясь. — Ну… не совсем так… — смущённо улыбнулся Финн, — мы не то чтобы НАСТОЛЬКО контролируем свои сексуальные желания… — про себя он порадовался, что Алестра в течке, кончив один раз, не пытается немедленно трахнуть его снова. Кстати… — Слушай… — он смутился, но ведь у хамальцев нет табу на обсуждение таких тем? — А… сколько раз тебе нужно… заниматься сексом в день… когда ты в течке? — (Незнакомое выражение), — рассмеялась Алестра. — Иногда ни разу в день, а иногда… я сбиваюсь со счёта. Но три — хорошее число, — она улыбнулась своему любовнику. — Меньше уже маловато, больше — (незнакомое слово). — Три раза в день??? — ужаснулся Финн. — Для меня, когда я был… учащимся высшего учебного заведения, три раза в день — это был самый-самый максимум, в самые лучшие дни, когда у меня было время, и силы, и всё… а для тебя это минимум??? — серьёзно, он не такой герой-любовник, чтобы по три раза в день в течение месяца удовлетворять гиперсексуальную инопланетянку в течке, тем более, что… — И там было не так жарко… и я меньше работал… и у нас было больше возможности… побыть одному… — Ооо? — удивлённо-разочарованно протянула Алестра. — То есть вы можете трахаться круглый год, но не так часто каждый день, как мы? — Примерно так, да… — кивнул Финн. — Слушай, можно я оденусь? — стоять голым, придерживая дверь, было не слишком удобно… на самом деле юноша предпочёл бы обнять девушку обеими руками, прижать к себе и… сделать всё, что должно было следовать после объятий, но боялся, что в жаркой будке без вентиляции им не хватит на двоих воздуха. — Ох, и ты ещё работаешь… — тяжело вздохнула Алестра, отпуская своего любовника. — Ладно, иди, — она махнула рукой. — Я просто (незнакомый глагол), если будет совсем (незнакомое слово), — Финн уже повернулся к своей сброшенной на пол одежде, но понял, что оставлять девушку в таком состоянии он не может, — снова обернувшись к ней, он обнял её и нежно поцеловал, и Алестра ответила на объятья и поцелуй, прижимаясь к парню, — дверь, которую больше никто не придерживал, захлопнулась, но воздух в будке был уже не такой спёртый. — Закончу работу, отдохну, и… если у меня будут ещё силы… я весь твой, — улыбнулся он ей, отрываясь от его губ. — Буду ждать, — расцвела улыбкой девушка. Финн с неохотой выпустил её из объятий и принялся одеваться, Алестра же подошла к двери и встала рядом с ней, приоткрыв дверь, с наслаждением вдыхая свежий воздух, не стесняясь своей наготы. Наконец, одевшись, он ещё раз поцеловал девушку (эх, он бы не отказался провести с ней побольше времени… но только при работающей вентиляции!) и выскользнул наружу. Теппо сидел на скошенной траве рядом с шаттлом — увидев Финнегана, он обернулся к нему и широко ухмыльнулся, но, к счастью, ничего не сказал… но ведь наверняка много чего подумал! Финн остановился, не зная, то ли ему поскорее вернуться к своей работе, то ли сказать что-нибудь Теппо, пока тот не придумал себе чего-нибудь, не решаясь сделать ни то, ни другое, а ухмылка видевшего его замешательство безопасника тем временем, кажется, стала шире. Наконец, решившись, Финн подошёл на пару шагов к Теппо и громко крикнул ему: — Если ты хочешь спросить: «как там было?» — то я тебе отвечу: там было отсутствие вентиляции! — Теппо рассмеялся в ответ, но удивлённо переспросил: — Так вы же её вчера подключали, нет??? — Так сегодня на время работ с освещением электричество отключили! — Ааа, ясно! Требуй прибавку к пайку за работу во вредных условиях! — Теппо засмеялся. — Иди нафиг! — Финн досадливо отмахнулся, но всё же криво улыбнулся этой шутке. — Всё, я пойду работать, нам надо ещё установить эти панели! — Давай-давай! — махнул рукой ему вслед безопасник, вставая с земли. И Финн направился во времянку — пройдя через шлюз, он не мог не отметить, каким спёртым ему кажется воздух внутри после свежего воздуха снаружи, и подумать, что поскорее бы вентиляцию включили снова. Во времянке стоял запах человеческого пота — инженеры в рабочих комбинезонах поверх нижнего белья, а то и на голое тело, возились с установкой панелей и переустановкой освещения, поминутно ругаясь на множестве разнопланетных языков. — Вернулся, готов работать! — оповестил о своём прибытии Финн. — Что от тебя хотели? — отозвался Сон, и Финн покраснел: он не мог, никак не мог сказать прямо, ЧЕМ он занимался вместо работы. — Ладно, помоги Майку, Ариум, ты займись лампами! — Есть! — и молодой инженер, обрадованный тем, что ему не придётся отвечать на щекотливые вопросы, поспешил к старшему товарищу, который, сдвинув в сторону кровати, устанавливал одну из панелей. — Вот, придержи тут и дай мне шуруповёрт… Чего там от тебя хотели-то? — поинтересовался Майк, точнее, Михаэль (или Михаил?), усатый марсианин постарше и поопытнее Финна. — Ничего особенного… — юноша снова залился краской и отвёл взгляд. Михаэль остановился и удивлённо воззрился на него. — У тебя какие-то проблемы с СБ? — этот вопрос напрашивался сам собой: Финна вызвала служба безопасности, а теперь он молчит о том, зачем! — Нет, нет у меня никаких проблем, — буркнул молодой инженер, хватая шуруповёрт и протягивая его Михаэлю. Тот взял инструмент, но всё ещё удивлённо-испытующе смотрел на младшего коллегу. Финн мучительно застонал. — Никаких проблем… просто у Алестры началась течка, — с тяжёлым вздохом признался он. Ну, всё равно этого шила он в мешке не утаит, так что это всё равно неизбежно. Михаэль удивлённо вытаращил глаза, а затем расхохотался в голос. — Так тебя за ЭТИМ вызывали??? — спросил он со смехом. — Я же не сам себя вызывал! — взорвался возмущением оскорблённый парень. Нет, ну не он же в этом виноват?! — Я сам не знал, зачем меня вызывали! Я мог бы и подождать… по крайней мере, пока снова не включат вентиляцию! — Чем раньше закончите, тем раньше вентиляцию включим! — раздался недовольный голос Сона. — Так что меньше криков, больше работы! — кажется, из всех слов Финна он расслышал только про вентиляцию… и оно было и к лучшему. — Вентиляцию… да, без вентиляции там было, наверное, жутко душно, — смеясь, проговорил Михаэль. — Угу… а окна там не открываются, — обиженно буркнул Финн, подозревавший, что старший коллега смеётся над ним. Он замолчал, Михаэль, к счастью, не развивал эту тему… но затем вдруг закрылась внутренняя дверь шлюза, послышался шум работающих механизмов воздушного шлюза, означавший, что кто-то вошёл в него, а затем внутренняя дверь открылась снова — в шлюзе стояли врачи группы и Алестра. — Прошу прощения, товарищи… — обратился к инженерам доктор Надер, — мы можем воспользоваться лазаретом? Нам нужно взять несколько анализов, мы постараемся вам не мешать. — Пользуйтесь, конечно, только я должен предупредить, что мы временно отключили электрическое освещение… на время проведения работ! — откликнулся Сон. — Если бы вы предупредили нас, мы смогли бы согласовать ваше… проведение анализов. — Да, конечно, прошу прощения, нет, электричество нам не понадобится, — отозвался доктор Надер, вместе с коллегами направляясь к перегородке, за которой находился лазарет. — Вентиляцию вы, кха-кха, тоже отключили? — поинтересовалась на ходу, поморщившись, Изес. — Это может дать… искажение результатов. — Простите, если бы вы предупредили нас заранее, мы смогли бы согласовать ваши исследования! — повторил Сон. — Простите… это было несколько неожиданно для нас самих, — повторил доктор Надер, и вскоре он с коллегами и Алестрой скрылся за перегородкой, и инженеры могли вернуться к работе. — Что-то случилось с Алестрой? — нахмурившись, озабоченно спросила Ариум, возившаяся с потолочными лампами рядом с Финном и Михаэлем. Младший инженер покраснел снова — он ОЧЕНЬ не хотел отвечать на этот вопрос — а его старший коллега посмотрел на него и усмехнулся в усы, будто спрашивая: «Ты ей скажешь или я?». Финн покраснел гуще — он хотел полностью погрузиться в работу и не отвечать на такие вопросы, и чтобы его коллеги тоже думали о работе, а не о его личной жизни… — Ничего особенного не случилось, — ответил Михаэль сирианке, ухмыльнувшись. Финн облегчённо вздохнул: старший товарищ не стал его выдавать. — Тогда зачем у неё… — непонимающе переспросила Ариум — и тут до неё дошло. — Аааа! У неё течка началась?! — сирианка рассмеялась. Финну захотелось провалиться сквозь землю. — Угу, — ухмыльнулся Михаэль. Финн мученически застонал, а Ариум рассмеялась снова. — Так тебя за ЭТИМ вызывали? — Ариум обернулась к Финну, улыбаясь до ушей. «Да чёрт возьми, я уже отвечал на этот вопрос десять минут назад?!» — раздражённо подумал молодой землянин. — Теперь… весь лагерь собирается обсуждать, с кем я сплю, в каких позах и… так далее?! — процедил он сквозь зубы, не скрывая своего раздражения. — Товарищи, вы будете работать или обсуждать чужую интимную жизнь? — с недовольством в голосе вмешался начальник инженеров. — Я думал, вы взрослые люди, а не спермотоксикозные подростки! — Виновата, тарщ старший инженер! — Ариум попыталась убрать с лица ухмылку… но получилось ненадолго. — Я просто завидую. — Завидуй молча, — беззлобно улыбнулся усатый марсианин. — Было бы чему! — недовольно буркнул Финн. — Если хочешь… — он чуть было не сказал «если хочешь, можем поменяться ролями», но представил себе, как он будет отчаянно ревновать Алестру, к которой он и правда неравнодушен, и оборвал фразу. — Что если хочу? — с любопытством переспросила Ариум. — Забудь… — Финн смущённо покраснел, — забудь об этом, это плохая идея. — Плохая идея — обсуждать свою личную жизнь вместо работы! — снова раздался недовольный голос Сона. — Мы поддерживаем это мнение! — из-за перегородки высунулся доктор Канимото. — Это ухудшает психологический климат в коллективе и может привести к вспышкам «экспедиционного бешенства»! — Всё-всё, я молчу и завидую молча! — Ариум постаралась посерьёзнеть и вернуться к работе. Финн возился с установкой панели, поначалу напряжённо поглядывая на Ариум, ожидая, что та снова что-нибудь скажет, но сирианка действительно молчала и занималась работой. Вот только молодому инженеру было сложно не пытаться прислушиваться к обрывкам разговоров, доносившихся из лазарета, — сквозь лязг металлических панелей и визг инструментов ему было сложно понять, о чём конкретно разговаривают врачи и их «объект исследований», но по интонациям Алестры ему показалось, что она… флиртует с мужчинами-врачами??? Финн ощутил неприятное чувство ревности… это из-за того, что Алестра сейчас в течке, да??? Она будет флиртовать теперь с каждым представителем мужского пола (а может быть, и не только мужского)??? И что, если её флирт будет успешен??? Молодой инженер старался прислушиваться к разговору в лазарете — но, кажется, пока его опасения были беспочвенны, и мужчины не отвечали на флирт хамальки… — Финн? — окликнул отвлёкшегося коллегу Михаэль. — Ааа, да-да! — густо покраснев, молодой инженер попытался сосредоточиться на работе, а не на подслушивании флирта своей девушки (ну, видимо, да, его девушки, теперь уже окончательно) с врачами экспедиции. — Да уж, не было у нас забот — решили поселить у себя течную хамальку… — проговорил Михаэль. — Угу, — поддакнул Финн. — Вот поэтому я и хотел бы, чтобы ей помогли вернуться домой, так было бы лучше для всех, включая меня и её, но… нельзя, нет возможности, нет возможности сделать это так, чтобы не привлечь к Алестре внимание всей планеты. — А это точно должно быть нашей проблемой? — возразил Михаэль. — То есть… если она здесь находится… в нарушение местных законов, должны мы её покрывать? Я понимаю, «не навреди», но должны ли мы стараться помочь всем и каждому? Нет, нашим дипломатам, учёным, руководителям, конечно, виднее… ладно, они приняли решение — будем надеяться, что оно было правильным. Финн ощутил внутренний протест: хоть слова старшего коллеги звучали логично, но… а, ладно, стоило просто признать, что он неравнодушен к Алестре и переживает за её судьбу. — Учёные… хотят за ней наблюдать и… получить информацию из первых рук… как эта течка работает у хамальцев, — сказал он и тут же подумал: «А мне стоило об этом говорить?». — Ааа, — понимающе протянул Михаэль, — ну, на то они и учёные, — он помолчал, а затем добавил: — Хотя пока что, по-моему, это, как его, эмоциональность повысилось не у неё, а у тебя. Финн вспыхнул — ну, да, это было правдой, но… не он же в этом виноват?! — Потому что… потому что попробуй побыть спокойным, когда за твоей личной жизнью следит и твою личную жизнь обсуждает весь лагерь, и у тебя никакой приватности! — ответил молодой человек с обидой. — Понимаю, понимаю, — беззлобно рассмеялся старший инженер. — Да уж, завидовать тут особенно нечему, тут сочувствовать надо. — Надеюсь, это не приведёт ни к каким инцидентам! — снова послышался голос Сона. — Так что давайте мы оставим Финнегана и его личную жизнь в покое! — Финн, при первой фразе обиженно подумавший снова, что не он в этом виноват, облегчённо выдохнул. — Спасибо… буду всем очень благодарен, — ответил он вслух. — Да мы понимаем, — откликнулась Эрикс. Работа продолжалась, а тем временем врачи, очевидно, закончили брать у Алестры анализы и вместе с ней вышли из лазарета. — Мы закончили, больше не будем вас стеснять! — окликнул инженеров доктор Надер. — Спасибо, — отозвался начальник инженеров. Врачи со своей «пациенткой» направились к шлюзу, но Алестра вдруг остановилась на полдороге — Финн, бросив взгляд на неё, увидел, что она смотрит на работающих инженеров с какой-то совершенно дурацкой улыбкой во весь рот. — Рейсса? — окликнула её Изес. — Из-звините! — смутилась девушка. — Просто… тут такие (словосочетание из незнакомых слов), что я засмотрелась! — она улыбнулась снова той же глуповатой широкой улыбкой. — Переведите, пожалуйста? — переспросил доктор Надер. — Ну… — попыталась объяснить девушка, всё ещё улыбаясь до ушей, — тут столько полуголых, потных, мускулистых (незнакомое слово)… и девушек тоже… что я бы им всем (незнакомый глагол)! — Ариум рассмеялась, Изес заинтересованно скосила глаза на работавших инженеров: мол, они и правда так возбуждают своим видом? — Михаэль тоже не удержался от улыбки и посмотрел на младшего коллегу, а тот чувствовал, как его лицо пылает… или оно пылает от жары? — Ммм, как я понимаю, во время течки вас возбуждают… очень многие вещи? — поинтересовался доктор Канимото. — Очень! — ответила Алестра, всё ещё улыбаясь до ушей. — Когда я в течке, меня возбуждает ВООБЩЕ ВСЁ! Но голые потные (опять словосочетание из незнакомых слов) — особенно, потому что они, ну, такие сексуальные! — Ариум снова хохотнула, Михаэль ухмыльнулся в усы, а Финн тихо застонал. Он предпочёл бы отмолчаться и сделать вид, что его здесь нет, что он погружён в работу, но ведь все сейчас думали именно об этом, о нём и Алестре! — Я ра-бо-та-ю! — раздельно и громко сказал он. Ариум снова рассмеялась, вгоняя молодого инженера в краску, но он решил, что раз начал, то должен договорить до конца. — Мне нужно закончить работу, подключить электричество, включить вентиляцию… а потом я хочу принять душ и отдохнуть! — Да что ты на меня (незнакомый глагол), я всего лишь…! — вспыхнула в ответ обиженная девушка. Финн и сам почувствовал, что он сказал это слишком резко. — Я… просто сказала! — неловкость ситуации была буквально ощутима. — Финнеган занят, он работает! — отозвался начальник инженеров, недовольный тем, что посторонние гражданские лица мешают рабочему процессу. — Товарищи врачи, это действительно срочно?! — Сон то ли рассчитывал на ответ «нет», то ли хотел спихнуть с себя ответственность за принятие решения. — Финнеган? — обернулся к Финну доктор Надер. Молодой инженер снова тихо мученически застонал — ну зачем нужно было спрашивать об этом его?! Лучше бы это решение принял за него кто-нибудь другой, лучше бы сейчас все не смотрели на него, ожидая его решения! — Он не хочет, — раздался голос Ариум. Финн от этого смутился ещё сильнее: да, он хотел бы, чтобы кто-нибудь сказал это за него, и от него все отстали, но… но от него правда все отстанут?! — Не… не могу, — подал голос он. — Мне нужен душ и отдых… и работающая вентиляция! — Да, я думаю, он сейчас не в лучшей для этого форме, — подтвердил доктор Канимото. Алестра шумно выдохнула. — Да я понимаю… — обиженно проговорила она. — Ладно, пойду к себе, (незнакомый глагол)… — и она направилась к воздушному шлюзу, врачи за ней. Вскоре внутренняя дверь шлюза закрылась за ними, а Финн не знал, чувствовать ли ему облегчение от того, что его больше не пытаются вогнать в краску, или вину от того, что он расстроил Алестру… или на этом его мучения ещё не закончились? — Финнеган? — окликнул его Сон, заставив молодого инженера вздрогнуть, — нет, похоже, от него так просто не отстанут! — Ты в порядке? По-моему, ты сегодня эмоциональнее, чем обычно, — Финн покраснел, не зная, что ему ответить. — Нет, я в порядке!.. не совсем… в основном… я в порядке!.. нет, не совсем… в общем… — Ему просто нужно немного приватности, чтобы все вокруг не обсуждали его отношения с его девушкой! — раздался голос Ариум (как будто это не она громче всех смеялась и активнее всех расспрашивала его об этом самом!). — И чтобы его не дёргали каждые пять минут, спрашивая, как у него дела, — да, Финн? — Ну, да, — смущённо кивнул юноша, чувствуя благодарность к сирианке. — А я уж испугался, что течка — это заразно, — недовольно проворчал Сон. — Ладно, если тебе нужно, чтобы от тебя отстали, — давайте, работаем! Но с психологом на всякий случай поговори. — Да, товарищ старший инженер! — облегчённо выдохнул Финн, радуясь, что этот вопрос, кажется, закрыт. Во всяком случае, он очень надеялся, что закрыт… Но действительно, к этому вопросу больше не возвращались. Инженеры продолжали работать ещё час, другой, пока система климат-контроля не запищала, предупреждая о падении уровня кислорода в помещении, и Сон не приказал всем покинуть помещение, остаться только ему и Михаэлю, и молодые инженеры, усталые и потные, поспешили выйти из времянки через шлюз. Воздух, свежий воздух! по-настоящему свежий после спёртого воздуха внутри! Ариум бухнулась на скошенную траву, раскинув руки и ноги и блаженно улыбаясь, вдыхая свежий приморский воздух, и остальные, включая Финна, последовали её примеру — им и правда хотелось просто лежать, наслаждаясь отдыхом, свежим воздухом, приятным морским бризом и солнечным светом. Из времянки послышался приглушённый шум вентиляторов — похоже, Сон и Михаэль включили вентиляцию, чтобы впустить в помещение годный для дыхания воздух, — а затем они и сами вышли из шлюза. — Пока вентиляция продувает помещение, можете отдохнуть, — сообщил Сон, а Михаэль уселся на землю рядом с коллегами. — Ура! — выразила общее мнение Ариум. Можно было ещё несколько минут поваляться на земле, вдыхая свежий воздух и отдыхая. — Зачем у нас вообще не открывающиеся окна, если мы всё равно входим и выходим наружу без скафандров? — спросила вдруг Эрикс, глядя в небо. — А ты предпочла бы в скафандрах? — хохотнула Ариум. — Потому что… — начал Михаэль, но сбился. — Для того, чтобы никакие опасные микроорганизмы не проникали внутрь строения, — ответил за него Сон. — Поэтому воздух снаружи проходит через фильтры, а мы при входе через шлюз проходим антисептическую обработку. — Да, только для ПО-НАСТОЯЩЕМУ качественной антисептической обработки нам нужна цистерна с антисептиком во много раз больше, — поморщилась таукитянка. — Лучше частичная защита, чем никакой, — возразил Михаэль. — Лучше, конечно, не вариться тут заживо… — пробурчала Ариум. — Это тебе сейчас кажется, когда мы массово не страдаем от местных болезней, что жара хуже, чем якобы незначительная опасность заразиться местными болячками, — возразил сирианке Михаэль. — Да понимаю я… — вздохнула Ариум. А тем временем вдруг приоткрылась дверь «будки» Алестры, из неё высунулась рыжая голова и окликнула инженеров: — Вы закончили?! — Не мы отдыха… — начал Сон, но сбился, вытаращив глаза, когда дверь будки открылась полностью, и Алестра выбежала из неё… потная и совершенно голая! — Оденьтесь! — крикнул начальник инженеров, а Финн густо покраснел. — Вы… вы хотите, чтобы вас гвардейцы увидели?! И поняли, что вы не… одна из нас?! — Ой! — спохватилась девушка и бросилась обратно к своей будке, скрываясь за дверью. Только сейчас до Финна дошло, где её одежда — комбинезон, выданный гостье лагеря, сложенный в несколько раз, был заткнут в щель между дверью и дверным косяком, удерживая её в приоткрытом положении, но сейчас Алестра вытащила свою одежду из щели, и дверь закрылась за ней. — Идиотка! — возмущённо выдохнул Сон. — Это ей её течка так даёт по мозгам?! — Просто… у хамальцев нет такого отношения к наготе, — возразила Ариум. Финн ощутил благодарность к коллеге, вступившейся за ей девушку… хотя, судя по широкой ухмылке сирианки, вид обнажённой Алестры ей очень даже понравился. — Когда у них нет течки, им плевать на наготу, потому что их ничто не возбуждает, а когда они в течке, им плевать на наготу, потому что их так и так ВСЁ возбуждает, — Финн не удержался от смешка при этих словах, Михаэль тоже улыбнулся. — Ладно… — вздохнул начальник инженеров. Дверь будки Алестры тем временем снова открылась, и девушка, уже снова одетая, подошла к отдыхавшим инженерам. — Вы закончили? — повторила она свой вопрос. — Нет, мы отдыхаем, — ответил Сон. — Вентиляционная система в данный момент… нагнетает в помещение богатый кислородом воздух. — Ааа… — разочарованно протянула девушка, подходя к инженерам и усаживаясь на траву рядом с ними, точнее, рядом с Финном. — Вы сегодня вообще (незнакомый глагол)? — Что, закончим ли мы работу к концу сегодняшнего дня? — переспросил Сон. — Конечно, закончим! Половина работы уже сделана. — (Незнакомое выражение, вероятно, означавшее надежду), — проговорила Алестра и, скосив взгляд на Финна, лежавшего на траве рядом с ней, широко улыбнулась. Юноша покраснел и поспешил принять сидячее положение. — Извините… это была моя идея, с перегородками, — смущённо проговорил он, чтобы хоть как-то отвлечься от без стеснения разглядывавшего его взгляда девушки. — Нормально, — махнул рукой Михаэль. — Извиняться будешь, если окажется, что с ними хуже, и нам придётся их демонтировать, — вот тогда будешь извиняться, — он засмеялся сам, другие инженеры заулыбались, а Финн густо покраснел, подумав: что если это и правда была плохая идея с его стороны, из-за которой и челноку пришлось везти лишний груз, и всех людей из времянки пришлось выгонять наружу на время работ? — Просто тогда ты в следующий раз подумаешь, прежде чем выдвигать такие предложения, — добавил Сон, и Финн втянул голову в плечи. — Ну, вообще, хоть немного личного пространства — это неплохо, — решила вступиться за коллегу Эрикс. — Да, но стандартные процедуры сборки временных строений написаны людьми, которые были поумнее нас с вами, — возразил Сон. На этот раз ему никто ничего не ответил, а Алестра тем временем, придвинувшись к Финну ближе, обняла его и положила голову ему на плечо — юноша вздрогнул и покраснел, он покраснел ещё сильнее, когда Ариум хохотнула. — Финнеган, у тебя ещё есть силы на ЭТО? — с иронией поинтересовался Сон. Финн покраснел ещё гуще, Михаэль ухмыльнулся, а Ариум подавила очередной смешок. Но нужно было что-нибудь ответить, и юноша обернулся к обнимавшей его девушке. — Нет… у меня нет сил на ЭТО… извини… — смущённо выдавил он из. — Я устал, мне нужен воздух… и отдых, — но отстранять девушку он на стал — её объятья были ему приятны… если бы только на него сейчас не глазели коллеги. — Ох… — разочарованно вздохнула Алестра. — А завтра? Завтра ты тоже работаешь? — Товарищ старший инженер… мы завтра работаем? — краснея, спросил Финн своего начальника. Он, конечно, знал, что на завтра никаких плановых работ не запланировано, но… пусть его начальник это подтвердит? — Если что-нибудь сломается и потребует ремонта или обслуживания, то работаем, — недовольно поморщился Сон — ему явно не нравилось, что его подчинённый, видимо, всё своё свободное время собирается посвящать сексу с рыжими инопланетянками. Финн ощутил одновременно смущение и обиду — не он же виноват, что Алестра застряла тут с ними, не он же виноват, что она такая гиперсексуальная! — А… какова вероятность, что что-то сломается, и его нужно будет ремонтировать? — Алестра сникла. — Ну, мы надеемся, что никакого срочного ремонта или обслуживания не потребуется, потому что в этом нет ничего хорошего, — пожал плечами Сон. — Ясно… — буркнула Алестра, кажется, обидевшись на такой ответ — ни да, ни нет. — Я тогда… просто посижу тут? — она крепче прижалась к Финну, обнимая его и вновь заставляя его краснеть. — Просто посидеть — можно, — ответил Сон, явно подозревая (и явно небезосновательно), что хамалька в течке на самом деле хочет не «просто посидеть». Ариум, видимо, подумав то же самое, снова хохотнула. — Просто посидеть! — обиженно ответила Алестра, обнимая Финна как плюшевого мишку (увы, он бы и рад был обнять её в ответ, но… не при всех коллегах же!). — Я… потный… — смущённо прошептал молодой человек, не пытаясь, впрочем, отстраниться от девушки. — Это возбуждает меня сильнее! — с широкой улыбкой прошептала в ответ Алестра, снова вгоняя юношу в краску. — Ты такой… (незнакомое слово), в одной (другое незнакомое слово) на голое тело, что я прямо ммм! — Финн готов был сгореть от стыда, он отчаянно надеялся, что Алестра шепчет достаточно тихо, чтобы коллеги его не слышали. А Алестра тем временем прижалась к нему сильнее, руками забираясь под его рабочий комбинезон и без стеснения поглаживая голую потную кожу… ооо, боже! Ну не при всех же! — и с этой отчаянной мыслью юноша дёрнулся, отстраняясь от девушки. — Извини, я… я правда сейчас не могу! — скороговоркой выпалил он, красный как помидор. — Оооо! — Алестра возмущённо-страдальчески закатила глаза. Ариум рассмеялась снова, а Сон недовольным голосом подтвердил: — Он не может. — Да понимаю я, понимаю! — обиженно ответила Алестра. — Ты устал… и вообще… ладно, пойду к себе! — с этими словами она отстранилась от Финна, резко встала и направилась в свою будку. Финн обернулся ей вслед, глядя на удаляющуюся девушку виновато-умоляющим взглядом, думая «Ну что я сделал?! Теперь она на меня обижена! А я не могу сейчас ничего ей сказать, не могу догнать её, когда все смотрят на меня!». Алестра тем временем вошла в свою будку и хлопнула дверью, но затем дверь приоткрылась, и рука девушки снова просунула в щель между дверью и косяком скатанный комбинезон. Финн тихо страдальчески застонал и упал спиной на землю, закрывая ладонями глаза, лишь бы только не видеть своих коллег с их насмешливыми улыбками. — М-да, — услышал он голос Эрикс. — Завидовать тут и правда особенно нечему. — Ну, я бы позавидовала, — с улыбкой в голосе отозвалась Ариум, — но если она будет тебя ХОТЕТЬ всегда, даже когда ты не можешь и не хочешь… то да. — И когда тут никакой приватности, — добавил Михаэль. Финн облегчённо выдохнул и отнял ладони от лица. — Спасибо… спасибо вам за понимание, — он с благодарностью посмотрел на коллег. — Если эта… — скривился Сон — он не закончил словосочетание, но Финн возмущённо воззрился на начальника, догадываясь, какое слово тот имел в виду, — если она будет… домогаться нашего сотрудника каждые пять минут и дальше… я должен буду поставить перед руководителем группы вопрос о целесообразности её дальнейшего пребывания здесь. — Но ведь… — неуверенно попытался возразить Финн — он не хотел, чтобы все думали «А, он её защищает, значит, он всерьёз в её втюрился!», но вступиться за свою девушку был обязан, — но ведь… она же не виновата, что её физиология так работает? — Не виновата, — поморщился Сон, — но хочет она этого или нет, нельзя, чтобы её поведение, чтобы её присутствие здесь провоцировало вспышки экспедиционного бешенства. — Тем более, ты же сам говорил, что дома ей будет лучше, чем здесь? — решил поддержать начальника Михаэль. — Только как мы её отсюда вывезем?.. — пробормотала Эрикс. — Если она будет буквально на всех бросаться в течке… это будет даже не самой большой проблемой! Финн шумно выдохнул. — Если не хотите… чтобы мы впали в экспедиционное бешенство… — произнёс он, — то лучше будет… если вы, пожалуйста… не будете так пристально следить за моей личной жизнью и обсуждать её! — А мы её обсуждаем? — искренне удивился Сон и посмотрел на своих подчинённых: мол, мы действительно обсуждаем личную жизнь Финнегана? Финн стушевался: теперь все будут думать, что он сам впал в это экспедиционное бешенство, раз несправедливо обвиняет своих товарищей?! — Да я чего, я просто молча завидую! — рассмеялась Ариум — и тут же получила строгий взгляд начальника. — Вот, пожалуйста, завидуй… более молча! — произнёс старший инженер, и сирианка стушевалась. — Хорошо… постараюсь! — Да, приватности явно не хватает, — проговорил Михаэль. — Надеюсь, когда мы установим эти панели, её станет немного больше… — Спасибо вам за понимание, — благодарно вздохнул Финн. — Если можно… — он смутился, но решил, что эту просьбу лучше всё-таки озвучить, — я могу… если мне нужно будет поговорить с Алестрой… или если она сама этого захочет… сделать это… наедине? — Ну… только в нерабочее время, — неохотно разрешил старший инженер. — Так сейчас же нерабочее время? — вмешалась Ариум — и все, включая Финна, удивлённо посмотрели на сирианку. — Секунду… — Сон вытащил из кармана комбинезона коммуникатор и посмотрел на экран. — Уровень кислорода — девятнадцать процентов из двадцати одного… ладно, можете ещё немного отдохнуть. — Тогда разрешите…? — Финн торопливо принял сидячее положение, а затем встал. — Я… просто извинюсь перед ней… за свою грубость! — краснея, попытался объяснить он. — Иди, иди! — досадливо махнул на него рукой начальник. И Финн (провожаемый тихим смешком Ариум) поспешил к будке — подошёл к двери, открыл дверь, поймал выпавший из щели свёрнутый комбинезон Алестры… и увидел её саму, совершенно голую, раскинувшуюся на постели, и, похоже, ласкавшую себя — но стоило ей услышать звук открывающейся двери, как она резко села на кровати и увидела юношу. — Финн! — Алестра вскочила с постели и бросилась к нему на шею, прижимаясь к нему своим обнажённым телом и впиваясь в его губы жадным поцелуем. Финн застыл, не зная, что ему делать и как реагировать, а Алестра, похоже, возбуждённая до предела, прижималась к нему, руками забираясь под рабочий комбинезон, а одну ногу закинув ему на бедро, ёрзая по штанине своей киской. — Я… я думала о тебе, я рада, что ты пришёл! — прошептала она, снова припадая губами к его губам. Финн чувствовал, как горит его лицо… хотя у его тела, похоже, ещё хватало сил на эрекцию. Нет, это приятно, когда тебя пылко обнимает влюблённая в тебя красивая девушка, но… но… ему работать надо! И, пересилив себя, Финн с неохотой отстранил девушку, отрываясь от её губ. — Извини… — смущённо проговорил он, — я просто… просто хотел извиниться, что… был с тобой слишком груб, — Алестра издала разочарованный стон, закатывая глаза, но снова прижалась к юноше, — мне очень сложно… отвечать на твои чувства, когда все смотрят и слушают! — Алестра издала шумный разочарованный вздох, обнимая юношу и утыкаясь головой ему в плечо, и Финн вздохнул тоже, обнимая девушку в ответ. — Нет, мне приятно, но… пойми, я землянин, у нас не принято это… вот это всё… быть голой при других людях, проявлять такие чувства при других людях, всё вот это… я к этому не привык… — (Незнакомое слово), — страдальчески вздохнула Алестра. — Но… сейчас мы одни рядом нет других людей? — она с лёгкой улыбкой посмотрела на юношу, прижимаясь к нему. Финн в ответ тихо вздохнул и коснулся губами губ девушки, чувствуя, как она со страстью и пылом отвечает на его поцелуй, а затем с неохотой разорвал поцелуй. — Мне надо работать, — вздохнул он. — Надеюсь, вечером у меня ещё останутся силы на… на секс, — он слабо улыбнулся, подумав, что вообще-то вентиляционной системе при мощности в 1000 кубических метров в час нужно ещё… сколько минут, чтобы полностью продуть помещение свежим воздухом? А, нет, в «будке» Алестры же всё ещё нет вентиляции! Алестра же разочарованно вздохнула и, обняв парня напоследок, неохотно отстранилась от него. — Ох… я буду ждать тебя, (незнакомый деепричастный оборот)! — слабо улыбнулась она, и снова обняла юношу, явно не желая отпускать его. Финн бы тоже не отказался остаться в её объятьях, обнимаясь по-настоящему, а не через порог (ой, а их снаружи не видно через полуприкрытую дверь???), но он всё же отстранился от девушки, поцеловав её напоследок. — Я тоже, — смущённо улыбнулся он, отступил на шаг назад и протянул Алестре её свёрнутый комбинезон — она посмотрела на него обиженными глазами, в которых читалась мольба «не уходи!», но не стала его останавливать. И Финн, ещё раз слабо улыбнулся девушке, повернулся и зашагал к своим коллегам… его сердце нехорошо ёкнуло, когда он увидел, что почти все (кроме лежавшей на спине Эрикс) смотрят в его сторону. Ариум, сидевшая на траве, поспешила лечь на спину, будто говоря: «Нет, нет, я вовсе не подсматриваю, тебе показалось!». Финн подошёл ко входу во времянку — Ариум, лёжа на спине, улыбалась до ушей, Сон смотрел на него с каким-то сложноинтерпретируемым выражением, а Михаэль беззлобно улыбался в усы, и Финн снова почувствовал себя неловко. Но деваться было некуда — он подошёл к времянке и уселся в тени стены. Повисла пауза, очень неловкая для Финна — её, наконец, решил нарушить Михаэль: — Всё в порядке? — участливо спросил он. — Да… в основном… — вздохнул молодой инженер. Ну не говорить же своим коллегам, что он не уверен, что сможет удовлетворить сексуальные аппетиты хамальки в течке?! Но хотя бы его никто пока что не подкалывал по этому поводу… пока что… даже Ариум. — Слушай… — стоило ему подумать об Ариум, как та напомнила о себе. Кажется, сирианка собиралась что-то сказать ему, но передумала и, сев на траве, обратилась к начальнику. — Извините… сколько у нас ещё времени на отдых? — Сон пожал плечами, снова вытащил из кармана коммуникатор и посмотрел на экран. — Минут… пять, — ответил он. — Вот, у тебя пять минут есть! — незамедлительно сообщила сирианка Финну — тот вздрогнул и воззрился на неё, пытаясь понять, это она серьёзно или издевается. — Пять минут есть, вентиляции работающей нет! — ответил он. — Ууу, вентиляция, да-а-а! — понимающе протянула Ариум. — Да, без вентиляции в такой коробке… м-да. — Вот-вот, — буркнул Финн. Повисла короткая пауза, которую затем нарушил старший инженер: — Кстати, о работе… давайте сначала закончим с лампами, чтобы мы могли снова включить электричество… и наши коллеги могли заняться обедом. Чтобы наши работы не оставили весь лагерь без обеда. — Обе-е-ед! — оживилась Эрикс. — Так точно, ясно-понятно! — Финн тоже почувствовал, что от обеда в обозримом будущем он не отказался бы. Ещё несколько минут инженеры отдыхали на свежем воздухе — Ариум и Эрикс по примеру Финна тоже перебрались с солнцепёка в узкую полоску тени — затем атмосферные датчики просигналили, что уровень кислорода во времянке вернулся в норму, и инженеры снова прошли через шлюз, возвращаясь к работе. Где-то час они возились с осветительными приборами и электропроводкой, наконец, можно было запустить электросистему строения в обычном режиме, и Сон сообщил об этом учёным в челноке — инженеры снова расположились на отдых снаружи, а учёные, отвечавшие за готовку, вошли во времянку, чтобы приготовить обед на всю группу. И Финн уже почти не удивился, когда открылась дверь «будки» Алестры, и девушка выбежала наружу — на этот раз, к счастью, одетая — и подбежала к отдыхавшим инженерам. — Ну теперь-то всё? — спросила она почти что с уверенностью в голосе. — Не совсем, — отозвался Сон. — Мы сделали перерыв, чтобы наши коллеги могли приготовить обед, после обеда мы продолжим. — Ох… — разочарованно вздохнула Алестра. — Но вентиляцию вы подключили, за это вам большое спасибо! — Пожалуйста, — откликнулся старший инженер. — У нас есть время, пока там готовят обед? — Алестра не замедлила подсесть к Финну, широко улыбаясь, — юноша снова покраснел, а Ариум снова хохотнула. — Ты очень устал? — она придвинулась к нему ближе, касаясь своим плечом его плеча. — Ох… — Финн смутился, не зная, что ответить. Ну, да, он устал… он, пожалуй, был бы не против провести немного времени с девушкой, но не был уверен, что был бы способен сейчас на эрекцию. — Устал, — признался он. — Мне нужно отдохнуть. — Посидеть-то с тобой можно? — разочарованно вздохнула Алестра. — Можно, — ответил, смиряясь со своей судьбой, молодой инженер. Алестра немедленно придвинулась ближе, прижимаясь к нему плотнее… вот она положила ладонь ему на колено… вот она второй рукой обняла его за плечи… чёрт, она и правда возбуждена!.. и он, между прочим, не железный, ему это нравится… в смысле, если они будут так сидеть до обеда, он не выдержит и… и сам захочет ей отдаться! Финн почти машинально сам положил руку на колено девушки, полуобернувшись к ней, и она улыбнулась к нему и потянулась к нему губами… Финн вздрогнул и поспешил отстраниться. — Только не при всех, пожалуйста? — прошептал он. Лицо Алестры исказила гримаса разочарования, а Финн поспешил, повернувшись к начальнику, спросить: — У нас… есть время? — Вот только мне не хватало выдавать своим подчинённым разрешения заняться сексом! — не сдержал своего раздражения Сон, и Финн поспешил втянуть голову в плечи. — Короче… я не запрещаю, но если пропустишь обед — сам виноват! — Понял, товарищ старший инженер! — Финн испытал одновременно смущение и радость — первое заставляло его желать уйти поскорее с Алестрой от сурового взгляда начальника, а второе — желать поскорее уйти с Алестрой, чтобы провести время с ней, — в общем, он хотел уйти с ней! И он поспешил встать и протянул руку Алестре, помогая ей встать. — Надеюсь… постараюсь… в общем, не опоздать на обед! — Ариум снова хохотнула, а Сон лишь досадливо махнул на него рукой, и Финн с Алестрой, держась за руки, поспешили к «будке» девушки. Финн едва успел войти вместе с Алестрой в будку, закрыть дверь и отметить, что наконец-то работающая вентиляция создаёт внутри приятную прохладу, как Алестра буквально набросилась на него с жадными поцелуями, прижимаясь к нему всем телом. И он принялся целовать её в ответ, прижимая её к себе, их руки блуждали по телам друг друга, а затем они принялись стаскивать друг с друга одежду, бросая её на пол, — Финн, одетый в рабочий комбинезон на нижнее бельё, оказался обнажённым раньше и помог Алестре избавиться от лифчика, а затем и трусов и снова не смог не залюбоваться её обнажённым телом с линиями загара и округлой грудью с розовыми сосками… и вроде бы за время работы он достаточно часто видел Эрикс, в спецовке поверх нижнего белья, и Ариум, в рабочей одежде вообще на голое тело, но Алестра была во много раз лучше (и не только отсутствием члена)! И Финн хотел продолжения… но его усталое тело реагировало с запозданием, и эрекция у него появляться не спешила. — Мне… нужно время… — смущённо проговорил он, разрывая очередной поцелуй. Он мог бы попытаться, как в прошлый раз, довести Алестру до оргазма одними руками, но сейчас он не был уверен в том, что сможет даже это. — Я… правда устал… — Ничего, — улыбнулась Алестра, — теперь я буду вести тебя, — она подтолкнула своего любовника к кровати (на которой, кажется, все эти несколько часов лежала и яростно мастурбировала — или эти пятна на постельном белье от пота, а не от того, от чего он подумал?), Финн послушно лёг на спину, а Алестра забралась на него сверху, встав над ним на четвереньки с широкой улыбкой на лице и принимаясь тереться о него всем телом, как голодная хищная тигрица — да, именно такое сравнение, с большой хищной мартовской кошкой приходило Финну на ум сейчас. Она целовала его, тёрлась о него грудью, бёдрами, промежностью, он обнимал её в ответ, отвечая на её поцелуи, она опустила руку вниз, принимаясь ласкать, мять и тискать его гениталии… юноша слегка ойкнул — ласки течной хамальки были, пожалуй, даже чрезмерно страстными. Постепенно ласки Алестры, её страсть, близость её соблазнительного тела делали своё дело, и член парня начал наливаться кровью — тогда Алестра, широко улыбнувшись своему любовнику, сместилась вниз и принялась ласкать его член рукой, а затем взяла его в рот — Финн застонал, раскинувшись на кровати, позволяя своей страстной, горячей любовнице ласкать его. Он сам не сразу заметил тот момент, когда его член уже полностью окреп, зато это сразу почувствовала его любовница — выпустив член парня изо рта, она уселась на него верхом, упёршись в его грудь ладонями и опустившись киской на его мужское естество, и принялась скакать на нём, громко постанывая. Финн тяжело дышал, пытаясь двигать бёдрами навстречу своей любовнице, маленькая комната наполнилась их стонами и звуком шлепков обнажённой потной плоти о плоть — так хорошо, что вентиляционная система работала, обдувая прохладным потоком воздуха из разгорячённые тела! — вид Алестры, разгорячённой, с прилипшими ко лбу мокрыми от пота рыжими волосами, её округлых грудей, подпрыгивавших при каждом новом движении, безумно заводил Финна. Наконец, Алестра громко застонала, выгибаясь всем телом в сладком спазме, и остановилась, переводя дыхание, но ещё не кончил сам Финн — он притянул девушку к себе, впиваясь в её губы страстным поцелуем, обхватил ладонями её бёдра и задвигался сам под ней, продолжая трахать её, и Алестра не смогла сдержать стона. Наконец, Финн кончил тоже и обмяк, раскинувшись на кровати, чувствуя себя ужасно потным и очень уставшим, — даже шевелиться не хотелось — а Алестра засмеялась и нежно поцеловала его в губы. — Я очень долго этого ждала! — проговорила она, широко улыбаясь. — Надеюсь… вечером у меня ещё останутся силы, чтобы… сделать тебе хорошо ещё раз, — смущённо рассмеялся в ответ Финн. — Понимаю, работа, — вздохнула Алестра, но затем улыбнулась снова и улеглась на кровать рядом со своим любовником, прижимаясь к нему, а юноша обнял её. — Вы, земляне, такие… совершенно непохожие на наших мужчин в постели… Ну, то есть, наши, когда у них течка, сами (незнакомый глагол) на тебя… ну, если только они только что не (другой незнакомый глагол), а тебя ещё надо возбудить… но мне всё равно нравится секс с тобой! — Спасибо, — Финн слегка натянуто рассмеялся и поцеловал обнимавшую его девушку. С одной стороны, ему не хотелось шевелиться, не хотелось вставать, хотелось понежиться в объятьях Алестры… но с другой стороны, вдруг она возбудится и захочет секса снова — его на два раза подряд не хватит, он уставший, он потный и голодный! — Надеюсь… мы не опоздали к началу обеда? — вместо того, чтобы встать, он снова обнял Алестру — шевелиться ему всё ещё не хотелось, но, если его попытаются трахнуть второй раз подряд, он лучше сбежит на обед! — Да мы, вроде не так уж долго протрахались, — засмеялась Алестра, но, хоть и тоже с неохотой, встала и принялась подбирать свою одежду. Финн ещё раз лениво подумал, как же он устал, и как же ему не хочется лишний раз шевелиться, но сел на кровати, спустил ноги на пол и принялся подбирать свою одежду. Они оба оделись, и Алестра уже подошла к двери, когда Финн решился сказать ей: — Послушай… — он замялся. — Если ты… в общем… мне не очень… удобно, когда ты… трогаешь меня в сексуальном смысле при других людях — если ты захочешь секса со мной, просто скажи это, ладно? Только тихо, — поспешил добавить юноша, покраснев при мысли о том, как Алестра может заявить на всё помещение «Финн, пошли трахаться!». — Хорошо, — Алестра тихо вздохнула. — Ну, знаешь, это будет непросто — НЕ (незнакомое слово) к тебе, когда я тебя прямо хочу! — она всё же улыбнулась. — Хорошо, если мне захочется трахаться, я скажу это словами! — она рассмеялась, и Финн улыбнулся в ответ. Когда они оба, одетые и довольные, вышли из «будки» Алестры, у входа во времянку уже собрались другие члены группы, ожидавшие обеда… и инженеры стояли рядом с Леоном, Де Лукой, врачами и психологами и о чём-то с ними дискутировали. Финн ощутил нехорошее предчувствие, что предметом обсуждения может быть он сам… он направился к коллегам, а Алестра за ним. — А, лёгок на помине! — обернулся к нему руководитель группы, немедленно подтвердив опасения молодого инженера. Повисла короткая пауза, а затем Финн решился спросить: — Вам… что-нибудь нужно от меня, товарищ руководитель? — Ммм… — протянул Леон. — Ты справляешься со своими обязанностями? — поинтересовался он. — Ну… — молодой инженер потупил, взгляд, пытаясь оценить, насколько он, в самом деле, справляется со своими обязанностями. — Наверное?.. в целом… Товарищ старший инженер, я справляюсь со своими обязанностями? — он посмотрел на Сона. — В целом, скорее да… — поморщился тот. — Но мне кажется, ты стал более эмоциональным за сегодняшний день… и мне это очень НЕ НРАВИТСЯ. Финн втянул голову в плечи, ощущая целую гамму эмоций: смущение оттого, что его отношения с Алестрой обсуждает весь лагерь вплоть до руководителя группы, глухое раздражение оттого, что его, по-видимому, считают из-за его отношений с Алестрой непригодным к дальнейшей работе, вплоть до того, чтобы обсуждать это с руководителем группы, и полное бессилие как-то доказать, что он не виноват. Если он действительно так уж непригоден к работе, может быть, ему попросить разрешения вернуться на орбиту, и пусть вместо него пришлют кого-нибудь другого? Может быть, ему действительно так и поступить?.. но прежде, чем молодой инженер успел озвучить это, вмешался Михаэль: — Финнегану просто нужно немного приватности. Он обычный молодой парень, который начал встречаться с девушкой, и ему просто не нужно, чтобы за его отношениями все следили, и чтобы их обсуждали на уровне руководства группы. Он нормально справляется со своими обязанностями, ему просто нужно, чтобы его не дёргали по пустякам. — Финнеган? — посмотрел на молодого инженера руководитель группы. Финн вздохнул в ответ, пытаясь найти подходящие слова. — Ну… да, мне просто нужно… чтобы я со своими отношениями не был на виду у всех… потому что когда твои отношения обсуждает вся группа вплоть до руководителя, то ОЧЕНЬ ТРУДНО, бл… извините — в общем, очень трудно не быть эмоциональным. — Понятно, — кивнул Леон и повернулся к остальным инженерам. — Ну, что ж, товарищи, я надеюсь, мы все здесь взрослые люди, не ханжи и не гиперсексуальные подростки, не первый раз работаем в гендерно-смешанном коллективе, и вроде бы живём не в то время, когда наличие в коллективе женщины — это непонятно, что делать, и парализует работу коллектива… я очень рассчитываю на то, что мы все будем взрослыми людьми и не будем устраивать здесь… непонятно что из-за того, что у одного из наших сотрудников появилась интимная жизнь. Пока это не влияет на его работоспособность, это его личное дело, давайте будем взрослыми людьми и не будем заглядывать в чужую постель, потому что именно это, скорее всего, на его работоспособность повлияет. Если возникнут какие-то проблемы — у тебя, Финнеган, или у других — обращайтесь, в зависимости от характера проблем, к руководству группы, к нашим психологам или… ну, надеюсь, что службу безопасности привлекать не придётся, — Финн облегчённо выдохнул и благодарно посмотрел на руководителя группы, однако тут вмешался Де Лука: — Вообще-то, учитывая, что эта девушка — инопланетянка, представительница цивилизации, с которой мы пытаемся установить первый контакт, и которая пытается установить контакт с нами, и учитывая… все прочие обстоятельства, его отношения с ней — это не только его личное дело… — Рафаэль, — перебил начальника СБ руководитель группы, — я понимаю, что ты отвечаешь за безопасность нашей группы, и в вопросах безопасности тебя должны слушаться все, включая меня, но как руководитель группы, я тебе скажу, что говорить человеку «мы будем следить за твоей личной жизнью ради общего блага» — это не слишком способствует… благоприятному психологическому климату. Пока ещё у рейссы Мирсер только первый день течки, — он повернулся снова к остальным слушателям, — так что ещё неизвестно, как будут развиваться события дальше, но мы — руководство группы, психологи, служба безопасности — будем наблюдать за развитием событий. — Да, только первый день… — Сон поморщился, затем кивнул. — Понял вас, товарищ руководитель. Да, я надеюсь, мы все здесь взрослые люди, и… в общем, я с вами согласен. — Если возникнут новые проблемы — обращайтесь, — кивнул руководитель группы и отошёл в сторону. Старший инженер же обвёл взглядом своих подчинённых и проговорил: — Ну, что ж, я НАДЕЮСЬ, — он выделил это слово, — что мы ВСЕ здесь взрослые люди, — он посмотрел на Финна, будто говоря ему «особенно ты!», — и… появление женщины в нашем коллективе не приведёт ни к каким… эксцессам… что никто не будет вести себя как старшеклассники, сплетничать о чужой личной жизни и болезненно реагировать на обсуждение своей личной жизни… — Постараюсь! — подала голос Ариум. — Финн, ты, если что, извини, если я тебя нервирую, я постараюсь, ну, не лезть в твою личную жизнь, и всё такое прочее. Я, если что, не со зла, а исключительно от зависти! — сирианка принуждённо рассмеялась. — От зависти или от ревности? — вдруг спросила, ухмыльнувшись, Эрикс — Ариум обернулась к таукитянке, и её лицо вспыхнула, Сон удивлённо вскинул брови, а Финн невольно вздрогнул: какой ещё ревности??? Ревности кого к кому?! — Эээ, давай не будем усложнять — от зависти, только от зависти! — поспешила ответить Ариум. — Вы это о чём? — подозрительно спросил Сон. — Ни о чём! Мы взрослые люди, сами с этим разберёмся, в смысле, кто кому завидует! — ответила Ариум. Сон подозрительно посмотрел на сирианку, затем на старавшуюся не улыбаться Эрикс, и проговорил: — Ну, я ОЧЕНЬ на это надеюсь… что у нас не будет НОВЫХ проблем. — Тем более, что непонятно, как Алестру будут вывозить из лагеря, если, ну, придётся это делать, — пробормотала Эрикс. — Да, поэтому лучше, чтобы делать это не пришлось, — поддержал Михаэль. — Я очень надеюсь, что не придётся… — только и смог ответить Финн, не вполне понимавший смысл разговора. Повисла пауза — а затем Алестра, всё время разговора молчавшая и державшая Финна за руку, подала голос: — О чём вы тут говорили? — и все повернулись к хамальке, повисла короткая неловкая пауза — никто не решался ответить первым — а затем попытался ответить Финн: — Речь шла о том, что… — он вздохнул и скомкал ответ. — Нет, не обращай внимания… это мои проблемы, — он смущённо замолчал, Алестра удивлённо подняла брови, не понимая. — Речь шла о том, что… ну, мы делаем Финна нервными, когда расспрашиваем его о ваших с ним отношениях, и так далее, — влезла Ариум (тактично умолчав о том, что речь на самом деле шла о служебном соответствии Финна). — Нас попросили это не делать. — Ааа… — в лёгком смятении протянула Алестра. — У вас это считается неприличным, да? — неуверенно спросила она. — Простите, я инопланетянка, я не знаю, что у вас, облачников, считается приличным, а что нет… держаться за руки можно? — она на всякий случай отпустила руку Финна и на полшага отступила от него, спрятав руки за спиной. — Мо… можно, — Финн поспешил шагнуть следом за ней и снова взять девушку за руку. — Можно ведь? — он посмотрел на своего начальника. — Если мне придётся выписывать своим подчинённым письменное разрешение держаться за руки с девушкой, то… к такому меня не готовили! — не выдержал Сон — Финн смутился, остальные инженеры рассмеялись. — Финнеган, всё можно, пока ты не забываешь, что у тебя есть другие обязанности, кроме секса с твоей девушкой! — Конечно, я помню!.. — с ноткой обиды ответил юноша, едва не забыв прибавить: — товарищ старший инженер! — Да-да, конечно, я всё понимаю, работа и (незнакомое выражение)! — закивала Алестра, почти незаметно для окружающих сжав сильнее руку Финна. Вскоре толпившихся снаружи членов группы позвали на обед, и они, разбившись на небольшие группы и пройдя этими группами через шлюз, уселись за обеденным столом и принялись за еду. Финн и Алестра сидели рядом, девушка незаметно под столом то прижималась коленом к колену парня, то клала ему руку на колено и поглаживала, заставляя его смущаться, густо краснеть, и аккуратно отстранять под столом руку девушки, надеясь, что этого никто не видит. Потом, когда обед был съеден и посуда вымыта, лишних людей попросили снова покинуть помещение, и инженеры продолжили установку перегородок. Это заняло ещё несколько часов — долгих, утомительных, потных часов. Во время работы Финн попытался спросить Ариум, о чём это они с Эрикс говорили, но сирианка смутилась (оказалось, что это возможно!) и уклонилась от ответа. Наконец, перегородки были установлены, инженеры закрыли окна жалюзи и включили свет, проверяя, насколько изменилась освещённость помещения, проверили, как теперь циркулирует воздух по помещению, убедились, что всё в норме, как и было рассчитано, и разрешили остальному персоналу, уставшему торчать снаружи, вернуться во времянку, а сами с наслаждением по очереди залезли в душ. (На Ариум, вышедшую из душа в костюме Евы — или кто там заменял праматерь человечества у сирианцев в их мифологии? — пришлось снова шикнуть, чтобы она, чёрт возьми вспомнила о стеснении и прикрылась, и, слава богу, сирианка смутилась и не заставила просить её дважды… хотя Алестра, кажется, засмотрелась на, так сказать, анатомию двуполой инопланетянки, так что Финн даже ощутил лёгкую ревность). К посвежевшему после душа и отдыхавшему на своей койке (сменившей местоположение — установка разделительных перегородок потребовала некоторых перестановок мебели) Финну немедленно подсела Алестра, прижавшись к нему и поглаживая рукой его по бедру, и зашептала: — Понимаю, ты, наверное, сейчас устал как (незнакомое выражение)… скажи мне, когда мы сможем потрахаться, ладно?.. мы ведь сможем, да? — Да… устал… но ты продолжай, — улыбнувшись, проговорил в ответ Финн, лёжа и наслаждаясь отдыхом, чистотой, работающей вентиляцией, любимой девушкой рядом… а ещё тем, что, благодаря установленным сегодня разделительным перегородкам, он на виду не у всего лагеря, а только у двух его соседей по «боксу» — Михаэля, который тоже просто отдыхал, и Теппо, который ухмылялся, но молчал… ну и ещё у всех, кто проходил мимо, но это было терпимо. (Четвёртым человеком в «боксе» на две двуспальные кровати была сама Алестра — ей разрешили поселиться рядом с Финном при условии, что никаких инцидентов не произойдёт). Всё-таки приятно, когда ты лежишь, отдыхаешь, а тебя гладит влюблённая в тебя девушка, — и не против бы погладить её в ответ, но сил нет, хочется просто лежать и наслаждаться. А вот Алестра явно хотела бы возбудить парня — её руки уже подбирались к его промежности, и Финну пришлось закрыть бедром, согнув ногу в колене, своё мужское достоинство — тогда Алестра улеглась на кровать рядом с ним, обнимая его, прижимаясь к нему, целуя его, поглаживая его буквально везде. Юноша смутился, бросив взгляд на Теппо, который с широкой ухмылкой на лице смотрел на них с Алестрой, но потом, подумав, «А, к чёрту всё!», повернулся к Алестре, уже не глядя на безопасника, и обнял её в ответ, отвечая на её поцелуи. Это было приятно, очень приятно… хотя Алестра, хотевшая его не просто ласкать, а по-настоящему трахнуть, была даже слишком горяча, и ей плевать было на то, что их кто-то видит… а ещё от неё после нескольких часов в своей «будке» при отключённой вентиляции ощутимо так пахло потом, и тело её было ощутимо липким — для Финна после душа это было сейчас отчётливо заметно… но плевать! — Вы прямо тут трахаться не начните, ладно? — услышал вдруг Финн голос Теппо — хорошо хоть, тот сказал это негромко, а не на всё помещение, но юноша невольно вздрогнул. А вот Алестра широко улыбнулась в ответ на реплику безопасника, будто говоря «А я на самом деле и не против!», и крепче обняла своего любовника… вот только тот из-за смущения не мог ответить на её ласки. — Приватность, приватность… — раздался с верхней полки голос Михаэля. — Если у кого-то есть силы на секс, значит, кто-то сегодня мало работал! — Я работал! — возмутился Финн. — Поэтому сил на секс у меня… в общем, нет. — Оно заметно, — рассмеялся Теппо, — я бы на твоём месте уже не выдержал. — Ох… — Алестра издала вздох разочарования оттого, что ей не удавалось растормошить своего любовника. — Завидуй молча, — буркнул Финн — Теппо засмеялся в ответ. Похоже, то, чего не удавалось сделать Алестре, удалось сделать вуайеристу-безопаснику — Финн неохотно разжал объятья и сел на кровати. — Ладно… пойдём… кажется, мы тут мешаем… — смущённо проговорил он. — Пойдём! — Алестра, переполняемая энтузиазмом и страстью, буквально вскочила и, схватив Финна за руку, потащила его к шлюзу — едва внутренняя дверь закрылась за ними, как Алестра, пользуясь тем, что санитарная обработка, требовавшая надевать защитные очки и маску, проводилась только на входе, а не на выходе, набросилась на Финна снова с объятьями и поцелуями. А когда открылась наружная дверь, Алестра потащила Финна за руку к своей «будке», и закрыв за собой дверь и включив вентилятор, они оба принялись страстно целоваться, срывая друг с друга одежду. В третий раз они занимались сексом так же, как и во второй — Финн, полностью отдавшись своей активной любовнице, лежал на спине, а Алестра скакала на его члене… но на этот раз, когда они оба кончили, их никто никуда не торопил, и они могли лежать вдвоём, наслаждаясь тем, что они одни, и им никто не мешает, болтая о разном и нежно, уже не так страстно, лаская обнажённые тела друг друга… пока в дверь громко не постучал Теппо и не позвал их на ужин. После ужина Алестра просила разрешения принять душ, но ей ответили, что потребление воды в лагере нормировано, и сегодняшнюю норму выработали инженеры. Финн заикнулся о том, чтобы один раз разрешить персоналу, например, завтра, сходить искупаться снова, но Де Лука ответил ему категорическим отказом, обосновав это соображениями безопасности. Потом обитатели лагеря легли спать — кровать Финна находилась над кроватью Алестры, и юноше сквозь полусон казалось, будто он слышит снизу какие-то звуки, будто… будто Алестра тихо, под одеялом, стараясь не стонать, мастурбирует, и Финн, встрепенувшись, судорожно думал, что будет, если это услышит Теппо, не придётся ли им с Алестрой срочно выскальзывать через шлюз, чтобы удовлетворить неуёмную похоть хамальки, и как, чёрт возьми, сделать это, не разбудив пол-лагеря… но ничего из этого не случилось, и молодой человек провалился в сон. День сегодня выдался довольно хлопотный, но моменты, проведённые с Алестрой, были всё же очень приятными… что готовил ему следующий день?