A Sorcerers Ambiton / Амбиции колдуна

Найти оленя оказалось на удивление легко. С моими новыми чувствами я мог слышать их копыта по лесной подстилке и поймать их было просто. Я просто превратил бревно в деревянного волка, затем погнал одного из них ко мне, остальное сделало оглушающее заклинание. Stupefy — это заклинание пятого курса, но когда это меня останавливало? Единственная причина, по которой я не мог использовать его раньше, заключается в том, что это было бы слишком утомительно. Моя магия не стала внезапно всемогущей, Поттер и сейчас вытерла бы мной пол на дуэли, но ее магия особенно сильна и ей, кажется, нет конца... но она определенно улучшилась. До моей трансформации я мог использовать несколько оглушающих, прежде чем мне нужно было остановиться, теперь это было очень просто и почти не доставляло неудобств. Левитируя его глубже в лес, я нахожу красивую полянку и начинаю подготавливать площадку, превращая траву в каменный круг, чтобы я мог нарисовать круг Данталиона. Я стираю его почти четыре раза, прежде чем довольствуюсь им, в конце концов, призыв Великого Короля Ада — это не то, что нужно делать небрежно. Затем я бросаю несколько основных заклинаний конфиденциальности, единственные, которые я знаю. Придется поискать получше, но пока хватит чар глушения и отвлечения. Я сделал паузу, бросив оленя в круг, я хмуро смотрю на бессознательного зверя. В письме говорилось, что животные подойдут, но один олень для Великого Короля Ада? Нет, я не могу призвать демона этой недостойной жертвой. Оскорбить Великого Короля — это очень быстрый способ закончить путь, который я выбрал. Возвращаясь в лес, я на мгновение благодарю судьбу за то, что здесь так много оленей, что я наловил уже есть шесть оленей и кабанов. Мне нужно перерисовать круг, чтобы он был намного больше и снова оглушить медленно пробуждающегося оленя, но вскоре я был готов. Вытащив свой ритуальный кинжал, я колеблюсь, замечая, что демон, вырезанный на рукоятке, кажется, ухмыляется. Я уверен, что он хмурился, когда я впервые нашел его. Слишком поздно отступать сейчас. Данталиону не нравятся пытки или садизм, поэтому я оставляю существ спящими и перерезаю им глотки. Они умирают без страданий, это самое малое, что я могу сделать. Моя рука на удивление устойчива, когда я заканчиваю семь жизней, их кровь стекает на землю, двигаясь неестественно, образуя тот самый круг, который я только что нарисовал. Подпрыгнул ли я, когда животные, которых я только что убил, снова вскочили, их глаза загорелись зловещим красным светом? Возможно. — Ну, разве ты не жадный? Обычно первой жертвой является кошка или даже крыса. — Каждое животное говорит своим голосом, немного восточно-европейским мужским голосом, мелодичным женским голосом, там есть русский акцент и азиатский и это только те, которые я слышу сквозь завывание ветра. Даже будучи одетым, я чувствую, как ледяной ветер кусает мою кожу. — Между прочим, я сожрал того придурка, который пытался принести мне в жертву крысу, — указывает Данталион с весельем в тоне. — Великий король Данталион, для меня большая честь познакомиться с вами, — говорю я. Честно говоря, годы обучения Чистокровных манерам и вежливости берут верх. Краем глаза я вижу, как другие животные приближаются к кругу, все они стоят вокруг поляны и смотрят на меня пустыми глазами. Десятки оленей стоят рядом с волками и лисами, сотни птиц садятся на деревья вокруг нас. — Такие вежливые, манеры так редки среди нас, демонов, — говорит Данталион. Я не могу точно сказать, издевается он надо мной или нет. — Приятно наконец познакомиться с вами, наследник Раум. Я ждал твоего прихода около семнадцати столетий. Раум всегда был так уверен, что ты рано или поздно появишься и обычно он прав в таких вещах. Я так понимаю, это он сказал тебе вызвать меня? Или ты просто решил призвать Великого Короля для развлечения? — Мой Предок оставил сообщение в своем Гримуаре, советуя мне сначала призвать тебя, — признаюсь я. Морды животных искривляются в неестественной улыбке. — Умно с его стороны, он заставил меня трижды поклясться справедливо обращаться с его потомками. — Данталион легко признается. — Так скажи мне, чего ты желаешь, наследник Раума? Прежде чем я успеваю ответить, он хихикает. — Ааа, сила, знание, секреты. Какой амбициозный у тебя маленький ум, ты попадешь прямо в ад. У меня есть кое-что для тебя. Обычно я требовал жертв за это, но Раум заставил меня удержать эту силу для своего Наследника и он был хорош в том, чтобы заставить людей трижды поклясться следовать его планам, — признается Данталион. Это заставляет меня воспользоваться моментом, чтобы поблагодарить моего предка, который помогает мне из могилы. Круг вспыхивает и прежде чем я успеваю даже взглянуть на него, мои глаза темнеют, в них проносится сильное жжение, когда я хватаюсь за лицо, кусаю губу, чтобы сдержать крик и падаю на колени. Боль проходит так же быстро, как и появилось, мое зрение проясняется. Очистка всего выглядит так же? — Подарок от твоего предка, ты скоро поймешь. Как моя благосклонность за твои жертвы. Обычно простых зверей было бы недостаточно, чтобы заслужить мою благосклонность, но считай это вложением в будущее Ада. Что вы хотите больше всего? Способность сокрушить ваших врагов огнем и молнией? Нет, ааа... Теперь я вижу. — говорит Данталион, когда мое тело снова начинает гореть. — О, да… это напомнило мне. Это будет больно». «Боль» — это не совсем то, как я бы описал ощущение от самой моей магии, сжигая меня изнутри, мучение кажется более подходящим. — Впечатляет, они обычно кричат. — Данталион добавляет, когда я поднимаюсь с колен, глядя на тыльную сторону ладони, Печать Раума, выжженную на плоти. — Небольшой совет, наследник Раума. Если вы решите призвать меня снова, я ожидаю человеческих жертвоприношений. Предпочтительно монахини или религиозные люди, хотя маги тоже приносят приличную жертву. Если ты снова призовешь меня с животными, я возьму твою душу. Помните, что мои родственники не такие вежливые, как я. До свидания, наследник Раума. — Данталион спокойно говорит, прежде чем какофония криков заполнит область, жертвенные животные визжат, когда они горят, запах огня и серы наполняет воздух и обжигает мой нос. Через несколько секунд все кончено и не осталось ничего, кроме пепла и крови, окружающие меня животные приходят в себя и бегут в ужасе. Я просто хочу пойти и рухнуть на кровать, мое тело болит от того, что он сделал со мной, но я пока не могу. Уничтожая пепел, я использую несколько простых заклинаний по уборке дома, чтобы собрать кровь в заколдованный пузырек, в конце концов, кровь не может исчезнуть. Затем я прекращаю свою работу, превращая круг обратно в траву и накладываю как можно больше освежающих воздух чар, чтобы рассеять запах серы и смерти. Отбросив заклинания, я осматриваю поляну в поисках малейшего намека на улику, прежде чем вздохнуть про себя. От магических следов так просто не избавиться, придется поискать для этого заклинания. Что-то, что будет сложно, потому что такие заклинания запрещены законом, поскольку они очень затрудняют работу аврорам. Со временем они рассеятся, но в течение следующей недели или около того следы останутся. Далее моя одежда. Я не могу допустить, чтобы домовые эльфы стирали окровавленную одежду, поэтому я носил старые джинсы и рубашку с длинными рукавами. Сняв их, я просто сжигаю их, а улики исчезают. Почему можно стереть пепел чего-то кровавого после его сжигания, но не саму кровь? Возможно, придется изучить это. К ним присоединяются и мои ботинки. Направляясь в поместье, я прокрадываюсь в свою комнату в одних боксерах и носках и быстро принимаю душ перед тем, как лечь спать. Я хочу попытаться разобраться в том, что я получил... но сейчас я почти не сплю. - На следующее утро - 18.08.1994 - Сидя за столом, я с жаром ем свой завтрак, едва замечая, как домовые эльфы кладут передо мной еще еды, просто с легкостью пожираемой мною. — Притормози, дорогой… ты чистокровный аристократ, а не животное, питающееся из корыта. — добавляет мама, входя в комнату, заставляя меня остановиться и замедлить темп поедания еды. —Извини, я просто… голоден. — Я признаюсь, глядя на нее снизу вверх и мои глаза расширяются от того, во что она одета или правильнее сказать раздета, в зависимости от обстоятельств. В маленьком черном корсете, едва удерживающем ее грудь и крошечных черных трусиках она входит в столовую со своей обычной прохладной ухмылкой на лице. Она садится рядом со мной и перед ней появляется ее завтрак, гораздо меньшая тарелка с фруктами, хлебом и джемом. Мать никогда не была застенчивой и не носила так много одежды по дому. Но обычно на ней был хотя бы халат, что создавало слабейшую иллюзию скромности. Откусив сливу, она издает бессмысленный стон, ее соки стекают по подбородку, падая на грудь. — Ты смотришь, дорогой. — спокойно говорит она, отводя мой взгляд от своей груди, когда я чувствую, как мое лицо краснеет от ее забавного тона. Отводя от нее взгляд, я сосредотачиваюсь на еде, что на самом деле помогает, поскольку Чревоугодие также является одним из моих грехов. Оглянувшись на нее, я хмурюсь, когда что-то в моем сознании шепчет мне, трудно объяснить, как я мог это сделать, но посылая часть своей силы в глаза, мое зрение меняется и вокруг матери появляются слова. Йеннифер Раум, урожденная Блэк Фракция — Ложа Волшебниц Мысли о тебе – Любовь, Амбиции Маленькие секреты — она демонолог, она часть тайного общества, она проверяет ваш контроль Главные секреты – ??? Самый большой секрет - ??? Пытаясь сосредоточиться на недостающей информации, у меня начинает болеть голова, чем бы ни была эта магия, этого недостаточно, чтобы узнать ее большие секреты. Ложа Чародеек... никогда о них не слышала, но тот факт, что мать - демонолог, говорит мне, что она знает гораздо больше, чем признается... и проверяет мой контроль? Любопытно. — Что-то не так, дорогой? — спрашивает Мать, поднимая бровь, когда я понимаю, что все это время смотрел на нее. — Нет, ничего. — говорю я, отводя взгляд. Если она проверяет мой контроль, она знает, что я изменился. Я могу почти подтвердить, что мать знает, что я демон. Знала ли она, что я найду зелье и Гримуар, я не могу сказать наверняка. — Тебе сейчас лучше? — спрашивает она, заставляя меня слегка улыбнуться. — Я, извини, что застил побеспокоится тебя. — спокойно отвечаю. —Замечательно, я вижу, что твои ментальные барьеры снова в порядке. Молодец. — она хвалит, подождите, когда она проверила мою защиту? Когда она берет одну из своих ягод, мой взгляд притягивается к ее губам, пока она их ест, они такие надутые и полные. — Тем не менее, окклюменция — это только половина искусств разума, теперь нам нужно убедиться, что твоя легилименция не ослабла. Войди в мой разум, я как всегда постараюсь что-то от тебя скрыть, найди это. — спокойно приказывает она, встречаясь со мной взглядом. Погружаясь в ее разум, я начинаю свой обычный поиск ее слабостей, которые я могу использовать, находя крошечную дыру, которую она оставила в рекордно короткие сроки. Как обычно, она бросает мне свои воспоминания, но что необычно, так это воспоминания, которые она использует. Сняв халат, она шагнула в ванну, погрузившись в горячую воду. Откинувшись в большой ванне, она удовлетворенно застонала, ее рука двигалась к груди, когда она щипала сосок, а другая опускалась ниже. Покачав головой, я почти разрываю связь, когда она смотрит на меня с ухмылкой. Сдерживая возбуждение, я пытаюсь снова. Как и ожидалось, каждое воспоминание на моем пути больше похоже на то, как она извивается на кровати, пока пальцами себя трогает и раздевается, просматривая небольшой набор игрушек. Что-то о чучеле единорога? Он мелькает слишком быстро, чтобы я мог его разглядеть. Сосредоточившись, я пробиваюсь через защиту. — Я сказала это уже три раза, все будет хорошо. — сказала Йеннифэр, закатив глаза. — Прости меня, я беспокоюсь о своем крестнике, ты его видела? – возразила Трисс. — Я не могу просто смотреть, как какие-то идиоты гоняют мяч, пока мой крестник буквально кричит от боли. — Ты можешь и будешь. Мы знали, что это должно было случиться и мне нужно, чтобы остальные ушли из дома, когда он проснется. Морриган, какой бы враждебной она ни была, несомненно, разозлит его и мы понятия не имеем, каковы будут его грехи. – заметила Йеннифэр. — Хорошо, черт возьми. Ты права. Почему ты не помешал Морриган стать такой агрессивной, я не знаю, но мы не можем рисковать тем, что она заставит его потерять контроль. — Трисс призналась с глубоким вздохом. — Я не останавливала ее, потому что в будущем она станет прекрасным членом Ложи, она разделяет наши мысли, даже если не совсем осознает это. Она не более враждебна, чем Филиппа и уже начала изучать темные искусства. — указал Йен. —У меня есть планы, что она будет учиться у Филиппы и выместить ее гнев на каких-то идиотских одноклассниках не проблема. — Пока она не попытается что-то предпринять против Дамиана или Грея. И ты понимаешь, что Филиппа позволяет себе вольности со своими учениками? — добавила Трисс. — Морриган никогда не причинит вреда Грею, а Дамиан может защитить себя. И, пожалуй, это самый страшный секрет в Домике, я не думаю, что есть хоть один из нас, кто не заставал ее с головой какого-то жеманного ученика между ног. ... Морриган не любит мужчин, и ей не помешало бы немного дисциплины. Кроме того, Филиппа никогда их не принуждает. — Йен усмехнулся. — Справедливо, позаботься о Грее, пока меня нет, ты будешь его проверять? — спросила Трисс. — Естественно, я должна разобраться с его грехами, прежде чем ты вернешься.— согласилась Йен. — Это четырнадцатилетний мальчик, я уже могу угадать один из них. — со смехом сказала Трисс. —Особенно, если он чем-то похож на своего отца, я помогу проверить его, когда увижу. Ты знаешь, что Филиппа уже начинает добиваться возможности изучить его? — Да, но он мой сын и она подождет, пока я так скажу. Удачи с этими тремя, постарайся не дать Морриган и Дамиану убить друг друга, — сухо сказала Йен. — Я попробую. — так же сухо ответила Трисс. — Кира и Грей, даже с его новыми изменениями, ничто по сравнению с этими двумя. — она смеялась. Когда воспоминание заканчивается, я моргаю, вспоминая то, что только что узнал. Тетя Трисс тоже член Ложи. Та кого-то зовут Филиппа... Я знаю это имя, мы никогда не встречались, но я слышал, что Трисс и Мать упоминали ее, она... что-то в политике? Они никогда не были уверены в этом. —Что… что такок Ложе? — спрашиваю я, мой гнев вспыхивает при мысли о том, что какое-то тайное общество использует меня как пешку, а двое взрослых, на которых я больше всего равняюсь, являются его частью. — Чего ты хочешь от меня? — спрашиваю я, заставляя ее вздыхать, когда она поднимается, протягивая руку. — Пойдем со мной, нам нужно поговорить. — говорит мама, когда я беру ее за руку и веду в гостиную. Несмотря на мой гнев, я не могу отвести взгляд от ее покачивающейся задницы, ее ягодицы практически пожирают тонкую ниточку ее стрингов. Толкая меня в кресло, она улыбается мне. — Ты прекрасно контролируешь свои грехи, Грей. — говорит она, заставляя мои глаза округлиться от того, что она на самом деле признает, что знает, пусть и косвенно. — Но я должен быть уверен, что твой главный грех — это похоть, не так ли? — спрашивает она. — Да, Жадность, Зависть и Чревоугодие — другие мои грехи, а Гнев — второстепенный грех. Признаюсь, несмотря ни на что, я доверяю ей. Зачем показывать мне воспоминание о том, что Ложа заинтересована во мне. Она дает мне небольшую улыбку. —Я не удивлена, что нет лени... ты никогда не был ленивым, а гордыня — один из самых опасных грехов, многие Демоны лишились жизни из-за высокомерия. — гордо говорит она. — Мы собираемся сыграть в игру, Грей. — говорит она, заставляя меня слегка нахмуриться, — игры? На нее это не похоже. — Я отвечу на любые ваши вопросы пока ты будешь контролировать свои грехи, я буду отвечу правдиво. Вот теперь это, больше похоже на нее. — Хорошо, мы можем начать прямо сейчас? — спрашиваю я, заставляя ее улыбаться, когда она забирается ко мне на колени. — Конечно, спрашивай. — говорит она, гладя меня по волосам, прежде чем потянуться к кружеву своего корсета. Что спросить в первую очередь? У меня тысяча вопросов, но с чего начать? — Ты знала, что я найду зелье? — спрашиваю я, опуская взгляд на ее грудь, когда корсет ослабевает, намек на розовый сосок высовывается, когда он начинает опускаться. — Конечно, ты всегда умел находить спрятанные вещи — признается мать. — Знала ли я, что ты выпьешь его? Не совсем так, как я думала, но всегда был шанс, что ты откажешься. — А если бы я это сделал? Если бы я положил его обратно и оставил? — спрашиваю я, когда ее корсет снимается, ее груди подпрыгивают, освобождаясь из тюрьмы. — Тогда нам пришлось бы изменить наши планы, я бы не стала принуждать тебя, чего бы ни хотела Ложа. Морриган сразу же воспользовалась бы усилением, но она гораздо более опрометчива, чем ты, она, скорее всего, убьет себя в спешке. – признался Йен. —Нам пришлось бы взять ее к себе и присматривать за ней гораздо ближе, что было бы не идеально. — легко говорит она. —Ее окклюменция хуже, чем у тебя, ее гнев мешает ей сосредоточиться. Да, я вижу это. Морриган высокомерна и вечно взбешена, это не лучшая комбинация для того, кто вызывает демонов, так что на всякий случай она была запасной. — Чего хочет Ложа? — спрашиваю я, кусая губу, когда она берет одну из моих рук и кладет ее на свою обнаженную грудь. — Они все это спланировали? — Да, мы сделали. Даже мой брак с твоим отцом был для этого, хотя я действительно любил его, даже если я не ожидала этого. — признается она с ласковым вздохом. — Что касается наших целей? Краткосрочные - захват Волшебной Британии. В долгосрочной перспективе мы хотим контролировать правительства и школы каждой волшебной страны. — Ваш краткосрочный план — захватить страну? Амбициозный план, не так ли? — спрашиваю я с легкой ухмылкой, но все же… если они достаточно сильны, чтобы хотя бы попытаться это сделать, мне нужно действовать осторожно. — Так как же я вписываюсь в эти планы? — Ложе нужно оружие, мы можем быть сильными, но мы не можем сражаться со всем миром и мы не можем действовать открыто, не привлекая нежелательного внимания. Нам нужен кто-то, кто может действовать открыто, уничтожая наших врагов и ослабляя страны для чтобы мы пришли к власти. Они хотят начать войну, а ты возглавишь Демонов. Разрушить наше общество, чтобы мы могли собрать осколки и собрать их вместе в так, как хотим того мы. Мы планировали это очень давно. — признается мама, когда я хмурюсь. — Значит, ты вырастила меня, чтобы я стал твоим оружием? — спрашиваю я, видя, как она морщится от боли, глядя вниз, где моя рука сжимает ее грудь, мои ногти впиваются в нее, я насильно успокаиваю себя и ослабляю хватку. — Все, успокойся, глубокий вдох. — успокаивающе говорит она, слегка прижимаясь ко мне. — И нет, я этого не делала. Я научила тебя быть независимым, думать самостоятельно, я даже научила тебя распознавать манипуляции и ложь. Я бы не стала этого делать, если бы хотела сделать из тебя послушное оружие. — объясняет она, заставляя меня остановиться. Она не ошибается. — Тогда какая твоя роль? — спрашиваю я, стиснув зубы, чтобы сохранить контроль, пока она трется о мою затвердевшую длину. — Два десятилетия назад я полностью согласилася с Ложей. С такими идиотами, как Фадж и стариками, которые стоят у них на пути, вроде Дамблдора, наша страна застряла в темных веках. Мы хотели изменить это, привести нашу страну к успеху и славе. Волшебный золотой век, волшебное возрождение. Я по-прежнему согласна с тем, что Фаджа нужно заменить, а Дамблдору нужен дом престарелых, а не три самых важных места работы в Волшебном обществе. Кому-то было бы трудно сделать что-то одно, но он уже давно держит все три и он слишком распыляется. — она рассуждает. Хм, я никогда не разговаривал с Дамблдором, но не могу сказать, что она неправа. Первый курс, тролль чуть не раздавил Грейнджер, а наша учительница Защиты была одержима? Может быть? Слухи стали странными. Кроме того, что было в той комнате, в которую нельзя было заходить, «Если не хотите умереть страшной смертью»? Он преподает в школе для подростков, он практически осмелился всех проверить. И я знаю, что Дамиан и Близнецы пошли туда на вторую ночь. Второй год, что-то превратило людей в статуи? Кроме того, наш учитель защиты был полнейшим мошенником, это мог сказать любой, кто читал хотя бы одну из его книг. Третьекурсники, дементоры и серийный убийца. Трудно решить, что хуже. Кроме того, наш учитель был оборотнем. Самый крутой оборотень, который хорошо справлялся со своей работой, так что я дам Дамблдору презумпцию невиновности в этом. Это чудо, что еще никто не умер. Я уверен, что в следующем году будет что-то удивительно опасное и это просто Хогвартс, я понятия не имею, как он справляется с ролью Верховного судьи Визингомота (дурацкое название), Великого Волшебника и Президента Международной конфедерации магов. Все три работы требуют полной ставки, а Дамблдор только один. — Ты не ответила на вопрос. — указываю я, поглаживая большим пальцем ее соски. — Я просто рассказала тебе некоторые мотивы моих действий. — Она призналась, слегка постанывая. — Как я уже сказала, я действительно была согласна с их целями и я все еще согласна. Но после того, как ты родился, Филиппа заметила, что твоя слабая магия даст тебе преимущество в Магии Разума и что ты с большей готовностью пожертвуешь своей человечностью ради силы. До этого Морриган всегда была в центре твоего внимания— признается мать. — Я согласилась, но по мере того, как ты рос, я начала сомневаться. Не то чтобы ты был не лучшим выбором, но я не могла заставить себя подавить твою растущую любознательность, твою независимость, поэтому я изменила свою стратегию. Филиппа слишком привыкла к тому, что люди делают то, что она хочет и она ненавидит детей, поэтому никогда не проверяла тебя. И Трисс слишком сильно тебя обожает, чтобы использовать тебя, она слишком легко попала в список «тетушки». — Йен слегка смеется. — Значит, вы ослушались Ложи? — спрашиваю я, заставляя ее ухмыляться. — Технически у нас нет лидера. Филиппа ведет себя как лидер и у нее хорошо получается заставлять людей выполнять ее приказы, но у нас нет официального лидера. Я верна целям Ложи, я просто не согласна с их методами. Но да, Филиппа сказала бы, что я их предала, посмеиваясь над мыслью, что материнская любовь мешает нашим целям. — Я благодарю тебя. — говорю я, заставляя ее улыбнуться, наклоняясь и целуя меня в щеку, край ее губ касается моего рта. — Я люблю тебя, Грей. С тех пор, как впервые взял тебя на руки. Никогда не сомневайся в этом. — обещает Йен. — Я тоже тебя люблю. — Я признаюсь, заставляя ее улыбнуться мне, ее бедра все еще прижимаются ко мне. — Но я тебя знаю, у тебя все еще есть план, не так ли? — спрашиваю я, заставляя ее смеяться. — Конечно, есть. Как я уже сказала, я согласна с их целями, но не с их методами. — соглашается она. — Я хочу сделать то же самое и у меня есть план на этот счет. Повелители Демонов обладают силой доминировать над умами низших существ и природной харизмой, которая позволяет им легко собирать последователей. Я хочу, чтобы ты делал то, что хочет Ложа, только без контроля со стороны Ложи. — признается она, кусая губу, ее лицо раскраснелось. — Ты хочешь, чтобы я захватил Волшебную Британию? — спрашиваю я, мой разум почти полностью отключился от удовольствия от ее прикосновения ко мне или от мягкой плоти в моей руке. — Да и я хочу, чтобы ты сформировал свою собственную группу и взял на себя управление Ложей. — говорит она, в ее тоне много удовольствия. — Я на твоей стороне и Трисс было бы легко завербовать, она ненавидела идею использовать тебя с тех пор, как впервые увидела тебя, она всегда была мягкосердечной. Остальным будет нелегко. Особенно Филиппа, но я верю, что ты сможешь это сделать. — говорит она, ее бедра снова ускоряются, ее сосок твердеет под моей рукой. — С чего бы мне вообще начать? Ты не то чтобы учила меня созданию культа. — Я указываю на ее со смехом. — Нет. Мой совет? Пока работай с Ложей, у нас есть время, пока ты собираешь силы, прежде чем они попытаются тебя использовать. Возможно, даже стоит согласиться с некоторыми из их запросов, чтобы ты мог поработать над участниками. Маргарита, одна из наших участниц, поселилась в Хогвартсе по приказу Филиппы, она будет учить вас в следующем году, она еще мягче Трисс. Кира и Морриган также пригодны для вербовки и Кира уже обожает тебя. — говорит Йен, заставляя меня слегка улыбнуться в знак признательности. — У Морриган есть свои проблемы, но я верю в твою способность справиться с ними и переманить ее на свою сторону. Кроме того, в Хогвартсе сейчас новым поколением Волшебной Британии. Молодые, податливые умы, у каждого есть что-то, что он хочет и для Демона это вполне естественно. Сосредоточьтесь на обретении силы. — Понятно. Использовать Ложу и ее ресурсы, пока я не смогу стоять самостоятельно, обращая ее членов на свою сторону. — говорю я и что-то глубоко внутри меня одобряет идею создания собственного культа поклонников. — У тебя есть совет, как обратить Трисс? — спрашиваю я, думая о своей крестной. — Ммм. Вы слышали в моей памяти, она хочет помочь проверить ваш контроль, мой совет? «Потеряй контроль» и попроси ее помочь тебе с этим. Трисс любила твоего отца и даже если она еще не заметила этого, она перенесла эти чувства на тебя. Она оправдывает это невинной привязанностью, но она обожает тебя. Или ты мог бы использовать ее вину за то, что она сыграла роль в обучении вас, чтобы стать оружием Ложи, противостоять ей, «потерять контроль» над своим гневом и силой заставить ее подчиниться. Она не сможет заставить себя причинить тебе боль. —предложила мама. — Хм, я бы предпочел не применять силу, она многому меня научила и я забочусь о ней. — Признаюсь я, получая от нее ласковую улыбку. — Думаю, это все, о чем я могу просить. Подождите, нет, еще раз, почему я подслушал, как вы говорили о контракте на помолвку для меня в начале лета? — быстро спрашиваю я. — Потому что я разговаривала с матерью вашего потенциальной супруги. —признается она. — Ваша кровь Блеков пользуется большим спросом в темных семьях, а ваша кровь семьи Раум еще более востребована в определенных кругах. Я все откладывала, но могу отменить переговоры, если хочешь. Я полагаю, ты мог бы назвать меня своим первым последователем, если ты не возражаешь против моих действий, тебе просто нужно приказать мне остановиться. — говорит Йен с ухмылкой. — С кем ты договаривалась? —Спрашивил я, контракты на помолвку могут быть раздражающими, но в зависимости от деталей и выбранной невесты они также могут быть полезными. — Я разговаривала с Анастасией Гринграсс, матерью Дафны и Астории о контракте с Дафной. — Легко признается Йен. Хм, Дафна Гринграсс, Ледяная Королева Слизерина. Думаю, я обменялся с ней, может быть, тремя предложениями за столько же лет. — Она знает об этом? — спрашиваю я, заставляя маму гордо улыбаться. Всегда собирайте как можно больше информации. — Дафна и знает и смирилась с тем, что это может произойти. Семья Гринграсс использует контракты о помолвке, так что в любом случае Дафна окажется в браке по расчету и она получила несколько предложений от гораздо более старых и менее привлекательных мужчин, чем ты, она не "Я не обязательно счастлива", но ты далеко не худший выбор. Что касается Анастасии, то она член Ложи, более низкого ранга, чем Совет, в котором мы с Трисс состоим, но все же член. Она надеется, что кровь демона усилит магии Рода Гринграсс. Бывший Лорд Гринграсс был убит на войне, поэтому с тех пор она контролирует семейные дела. — объясняет она. Дафна входит в двадцатку лучших в нашем году, в первую десятку по чарам и рунам. Умная, красивая, я мог бы выбрать кого-то намного хуже. — Кроме нее, Наталина Забини пыталась заставить меня согласиться на помолвку с ее дочерью Блейз. — Продолжает Йен. — Она тоже в Ложе, но я ей не доверяю. — Наталина, «семикратно овдовевшая» Забини? — спрашиваю я, заставляя ее губы дергаться. — Точно и да, она убила своих мужей. Она заслужила свой титул «Черной Вдовы» и она очень интересуется тобой, я не знаю почему, но постараюсь узнать. Будь осторожен, Блейз почти наверняка подойдет к тебе, когда начнется год, не позволяй ей обмануть тебя. — Йен предупреждает. — Блейз — тихоня, я не думаю, что когда-либо слышал, как она говорит. — говорю я, нахмурившись. — И все же ее мать такая хорошая соблазнительница, что смогла уговорить своего последнего мужа жениться на ней, несмотря на слухи. Не стоит недооценивать ни одного из них. — говорит она, заставляя меня кивнуть. Я ничего не могу вспомнить о Блейз, она просто что-то там? Обычно тихо сидит в углу. Я думаю, что у нее неплохие оценки, но я никогда не видел ее в списке двадцати лучших. — Каковы условия обручального контракта с Дафной? — спрашиваю я, заставляя ее улыбнуться, несмотря на то, что она все еще трется бедрами. — В основном преимущества на вашей стороне, как я уже сказал, Анастасия очень хочет, чтобы в ее семье был и Блековская, и Раумская кровь. Вы двое станете следующими Лордом и Леди Гринграсс, когда достигнете совершеннолетия, хотя в твоем случае ты должен быть Грейсон Раум-Гринграсс, ты не может потерять имя Раум, так как оно имеет власть в определенных кругах. У тебя должно быть двое детей, любого пола, один из которых будет носить фамилию Гринграсс и станет либо Лордом или Леди Гринграсс. Дафна должна будет дать магический обет верности, чтобы доказать, что она остается верной тебе, но тебе не придется этого делать. То, что ты заводишь любовниц или других любовников, не является неожиданностью, особенно учитывая твой характер. Но это в основном просто традиция. Кроме того, это довольно простой контракт. — объясняла Мать. Что касается договоров, то тут все просто. Я слышал о таких, которые имеют десятки условий, правил и требований. Кроме того, Дафна предположительно является будущим членом Ложи, если ее мать уже состоит в нем, что дает мне больше влияния на них в долгосрочной перспективе. — Когда Ложа обычно вербует новичков? — спрашиваю я, заставляя маму улыбаться мне, гладя меня по волосам. — Седьмой курс и да, Дафна отмечена для вербовки. — гордо говорит она. — Я понимаю. Тогда устрой это, Дафна может быть полезна. — говорю я, когда она кивает. — Ты действительно мой сын, не только по крови. — говорит она с мягкой улыбкой, прежде чем слезть с моих колен, заставив меня слегка нахмуриться. Перед ее стрингов явно влажный от ее возбуждения и в этот момент я болезненно тверд. — Терпение, мой дорогой. — дразняще говорит она, наклоняясь вперед и целуя меня прямо в губы, слегка постанывая, когда мой язык раздвигает ее губы. Разрывая поцелуй через мгновение, она улыбается. — Я знаю, что ты хочешь этого... и я тоже, но давай не будем торопиться. — Отлично. — Я замолчал, я не собираюсь ее заставлять, даже если я невероятно возбужден. — Хмм, вот что я тебе скажу, давайте сделаем это вызовом, если ты хочешь меня, я хочу, чтобы ты получил еще одного последователя, кроме меня и ты можешь получить меня. Докажи, что я была права, когда доверилась тебе и я полностью тебе подчинюсь. — легко предлагает она. — Справедливо, вызов принят. — Я говорю так же легко, заставляя ее хихикать, ее груди подпрыгивают, как и она. — Теперь, если это все, у меня назначена встреча с моими игрушками, прежде чем я позволю своей похоти захлестнуть меня. — признается она, стягивая стринги со своих ног, стоя передо мной совершенно голая. Бросив стринги мне на колени, она знойно ухмыляется и уходит, ее обнаженная задница покачивается, когда струйка возбуждения стекает по ее ноге. Как человек, который высмеивал кровосмесительную природу многих чистокровных семей, я не должен хотеть ее так сильно, но инцест все больше и больше кажется мне таким привлекательным. Является ли инцест грехом? Мне придется разобрать Библию и провести небольшое исследование. Сначала мне есть о чем позаботиться. Схватив стринги, я направляюсь в свою спальню. Она не единственная, кто должен беспокоиться о том, что ее похоть превзойдет здравый смысл и знания о том, что она мастурбирует поблизости, достаточно, чтобы я не спешил в ее комнату. - Позже - Лежа на кровати, я левитирую свою одежду (и грязные стринги) в корзину для одежды. Вытащив Гримуар, я хмурюсь. Мне нужно выяснить, что со мной сделал Данталион. Сила, открывающая секреты, наверное, то, что оставил мне Раум, все-таки мне было больно от ее получения. Так что Данталион сделал со мной? С самой моей магии? К счастью, это даже не сложно узнать, это написано на странице после моего статуса. «Навыки Грейсона Раума Зелья — экспертный уровень Защитная магия — уровень адепта Чары – уровень адепта Трансфигурация — уровень адепта Гербология — уровень ученика Древние руны — уровень оценки Элементарная магия — уровень оценки Арифмантика — уровень ученика Домашняя магия — уровень ученика Приручение, обучение и уход за магическими существами — уровень ученика Темные искусства — уровень новичка Алхимия — уровень новичка Демонические способности Грейсона Раума Глаза, которые видят Истину — Навык Высшего Ранга Позволяет пользователю увидеть то, что скрыто, раскрывая секреты и скрытые знания. Магия порабощения разума — навык высшего ранга Демоническое Искусство подчинять волю жертв заклинателей. Доступные методы порабощения – Контракт, Ритуал Доступные типы рабов — кукла, рабы Доступные блага – нет» Снова просматривая свой статус, я хмурюсь... появилась одна новая строчка, которой раньше не было. «Демоническая сущность — одна» Это то, что мне нужно, чтобы улучшить свои демонические силы, это кристаллизованная сущность греха и отрицательных эмоций. Я могу либо использовать его, чтобы наполниться силой, приближаясь к своей эволюции до более сильного демона, либо я могу использовать его для улучшения своих способностей. В нынешнем виде я ничего не могу улучшить и мне нужна тысяча, чтобы превратиться в более сильного демона, так что одна сущность в общем плане вещей - ничто. Я собираюсь идти по натянутому канату с этим, я хочу получить как можно больше, но если я позволю себе слишком много, я могу подвергнуть себя опасности или разрушить будущие возможности ради сиюминутной выгоды. Хуже всего то, что я мог бы случайно раскрыть свою природу миру. «Порабощение разума», ищу Гримуар, мне не нужно много времени, чтобы найти то, что я ищу. Что ни говори о Рауме, но он умел разбираться в гримуарах. Если бы половина моих школьных учебников была так хорошо организована, я бы уже сдал тритоны. «Искусство рабства разума так же старо, как и сами Демоны, изначально оно использовалось для принуждения смертных подписывать контракты, связывая себя в рабство, где они были бы вынуждены подчиняться приказам своего хозяина. Это то, что я называю методом контракта и типом невольного раба, раб все еще может действовать против хозяина, так как им нужно приказывать, их разум нетронут, они могут интерпретировать приказы по-разному и не один демон встретил свой конец от плохо сформулированная команда или сам контракт был уничтожен, нарушив соглашение и освободив раба.» Раум продолжает и я ищу другие варианты, которые у меня есть. «Метод Куклы не так полезен, как я надеялся, разум раба подавляется до тех пор, пока действует порабощение, он будет следовать любому приказу без сопротивления, немногим больше, чем обученное животное. Я улучшил его, чтобы они могли сами заботиться о своих потребностях, а их хозяин устанавливал для них временные рамки и место, но они совершенно неспособны действовать независимо. Еще более неудобно то, что порабощение чрезвычайно заметно, так как пустой взгляд Куклы невозможно спутать со взглядом обычного смертного. В конце концов, этот метод довольно бесполезен с тактической точки зрения, хотя может быть забавно наблюдать, как ваши бывшие враги послушно выполняют все ваши прихоти.» Ха, я вижу его проблемы с этим. Я не могу использовать его для, моих амбиций, поскольку любой, на ком я его использую, явно будет под контролем, что могут спутать с заклинание Подчинения. «Ритуальный метод — один из самых полезных методов порабощения, хотя и не лишенный своих недостатков. В отличие от методов Печати, Якоря и Паразита, его нельзя разрушить, пока его не удалит заклинатель или внешнее влияние, достаточно талантливое в искусстве разума и его гораздо труднее рассеять внешней силой, чем методы Гипноза и Телепатии. Обратной стороной, однако, является значительная подготовка, необходимая для самого ритуала и время, необходимое для его завершения (от десяти минут до шести часов в зависимости от воли жертвы). Если жертва не подчиняется добровольно, ее нужно сначала усмирить и отвести в уединенное место, так как если бы ритуал был прерван, весь прогресс был бы потерян.» Хм, прямо сейчас... это не очень полезно. Невольные рабы будут бороться с моим контролем над ними и мне придется тщательно формулировать каждую команду, возможно, составить список команд, чтобы они не предали меня или не причинили вреда мне или моей семье. Но мать сказала, что я должен создать лидера культа, кто сказал, что все они должны быть добровольными последователями? Разве промывание мозгов не является частью каждого культа? Мне нужно попрактиковаться с этим, изучить его пределы и возможности. Если я смогу это сделать, у меня будет армия порабощенных миньонов, встроенных в разные фракции. Но это когда мне есть на ком тренироваться. Хм, а где мне найти кого-нибудь, чтобы потренироваться? Ритуальный метод кажется лучшим, но я не могу просто похитить кого-то наугад и надеяться, что меня не поймают... где бы я их вообще держал? Мать бы поняла, но если бы Морриган и Дамиан узнали? Мне нужно логово, мне нужно место, где я могу спокойно совершать свои демонические дела. - На следующий день - 19.08.1994 - — Смешно, это была пустая трата времени. — Кира рычит и бросается на мою кровать, резко разбудив меня. — Я вижу, тебе было весело. — Я растягиваю слова, когда сажусь, заставляя ее насмехаться. — Пожалуй, тебе повезло. Дамиан и Морриган все время норовили вцеплялись друг другу в глотки, вся земля была заполнена пьяными и негигиеничными хамами. Потом я увидела, как два идиота гоняются за крошечным летающим мячиком, в то время как другие идиоты бьют друг друга. О, а потом на лагерь напали террористы. — Кира усмехнулась. — Подожди, что ты сказала? Террористы? — спрашиваю я, садясь прямо. — О да, «Пожиратели смерти», смешное название, они напали на лагерь. — усмехается она, ее губы дергаются. — С каких это пор ты спишь без рубашки? Кроме того, когда у тебя появились мышцы? — С тех пор, как исчезла рубашка, — невозмутимо говорю я. У меня есть мышцы, маленькие, но они есть. — Ты не пострадала? — быстро спрашиваю я, заставляя ее закатить глаза с улыбкой. — Тетя Трисс была с нами, пара дебилов пыталась создать проблемы и она испепелила их на месте. Остальные разбежались в тот момент, когда поняли, что кто-то на самом деле собирается дать отпор. Честно говоря, им повезло, Морриган выглядела так, как будто она собиралась просто зарезать их сама и я в любой момент поставила бы на нее свои деньги против этих идиотов — объяснила Кира. — Тетя Трисс должна была пойти в министерство, очевидно, у нее нет проблем, но она передавала тебе привет. Ой, мне их почти жаль. Тетя Трисс очень хороша в магии стихий. — Хорошо, я рад, что ты в порядке. — говорю я с улыбкой, заставляя ее закатить глаза, несмотря на легкую улыбку на ее лице. — Теперь, когда мы избавились от этого, во что, черт возьми, ты ввязался? — строго спрашивает она, глядя на меня. — Ты знаешь, как сильно я запаниковала, когда нашел тебя без сознания? — Я могу… — начинаю я, обдумывая свой ответ. — О? Вы можете что? Объяснить? Замечательно, тогда объясните это. — возражает она, доставая из кармана юбки очень знакомый пузырек с зельем и бросая его мне. — Сера, сера, ингредиенты на растительной основе, я не могу найти ни одного аналога. О, и он излучает следы темной магии. Итак, Грейсон, пожалуйста, объясни. — рычит она, заставляя меня крепче сжимать простыни от ее тона. — Злишься ты или не злишься, в лучшем случае ты становишься язвительным. Это наркотики? Клянусь, если эти идиоты со Слизерина подсадили тебя на что-то, я выпотрошу их. И заставлю Дамблдора сменить твой факультет на Рейвенкло, его шляпа явно была сломана. — возмущается она. — Нет, Кира, это не наркотики, это сложно. — нерешительно говорю я, чувствуя прилив вины из-за обиженного взгляда в ее глазах. — Грей, я не буду давить на тебя, если ты хочешь, чтобы я перестал спрашивать, я сделаю это, но мы всегда рассказывали друг другу все. — грустно говорит Кира. — Ты был скрытным с тех пор, как начал проводить все свое время в запретной секции — Прости, Кира. Ты права. — говорю я, целуя ее в лоб. Мы с Кирой всегда были самыми близкими в семье и я рассказывал ей почти все секреты, которые у меня есть, я почти уверен, что знаю и все ее секреты. Фактически... «Кира Раум Фракция – Дом Рейвенкло Мысли о тебе – Любовь, Нежность, Забота Меньшие секреты - Она обменивается услугами со своим братом, чтобы уйти от домашних заданий и сочинений, она стирает домашние задания своего старшего брата, чтобы доставить ему неприятности и винит в этом свою сестру. Главные секреты — Она руководит небольшой сетью контрабандистов в Когтевране. Самый большой секрет - ???» И говорят, слизеринцы хитрые, но у нее есть секрет, которого я не знаю? Я предполагаю, что могу увидеть ее главный секрет, потому что я уже знаю его. Я также знал двух других, я ее алиби, когда Дамиан все-таки заподозрит что-то. Так в чем ее самый большой секрет? — Ты хочешь, чтобы я перестала спрашивать? — спрашивает Кира, слегка опуская взгляд. — Нет, но мне нужно, чтобы ты держала это в секрете больше всего, что ты знаешь обо мне. — говорю я, придя в себя. Если я не могу доверять Кире, я не могу доверять никому. Она самый близкий мне человек во всем мире. — Конечно, даю слово. Хочешь, я поклянусь своей магией? — немедленно спрашивает она, заставляя меня вздохнуть от того, как легко она это сказала. Клясться своей магией, это не то, что нужно делать легкомысленно, это может оставить вас сквибом, если ты не будешь осторожен с формулировками. — Нет, я тебе доверяю. — говорю я, заставляя ее лучиться. — Демоны реальны, и мы — потомки одного из них, — начинаю я. Заставить ее смотреть на меня в замешательстве. — Пока я исследовал запретный раздел, я нашел это. — говорю я, призывая к себе свой Гримуар. Кое-что, что я узнал и чему научился прошлой ночью. Кира молчит, пока я объясняю, что происходит, ничего от нее не скрывая: призыв, Ложа, план Матери, мои грехи, мои планы. Это может быть ошибкой, но я не хочу лгать Кире. Смотря, как она читает письма от Раума и мою статистику, местами хмурясь, а местами задумчиво. — Подводя итог, мать является частью тайного культа, пытающегося захватить мир, но она хочет, чтобы ты захватил культ, а затем и мир сам. А наш предок был повелителем демонов, который оставил зелье, чтобы один из его потомков мог принять его. Теперь тебе нужно питаться грехом и приносить жертвы, чтобы стать сильнее, а если не тот человек узнает, кто ты такой, тебя убьют? Кира говорит с суровым взглядом. —Довольно много? Это были странные две недели. —Признаюсь я. — А твои грехи — Похоть, Чревоугодие, Жадность, Зависть и Гнев? — спрашивает она, заставляя меня кивнуть. — Это, конечно, полное безумие, но ты не стал бы лгать мне о чем-то подобном. А значит, это должно быть правдой. Что смешно. — невозмутимо говорит она, перечитывая письмо, прежде чем ее губы дергаются. — «Ты станешь Богом до того, как этот путь будет пройден, но ты не можешь пройти его в одиночку. Ни один человек не может по-настоящему оставаться в одиночестве, создавать свою фракцию, собирать последователей и слуг, чтобы помочь тебе в твоих поисках», ты знаешь, что это значит? — спрашивает она с растущей ухмылкой. О нет... — Я была права, естественно, даже наш предок-демон согласен с тем, что ты слишком одинок. Хм, значит ли это, что во мне есть кровь демона? — спрашивает она себя. — Да, любой из нас мог выпить зелье и обратиться. — Признаюсь я. — Ну, лучше ты, чем Морриган, а Дамиан как демон столь же нелеп, сколь и глуп. — она невозмутима. — Я бы стала привлекательным демоном, но я полагаю, что если кто-то из нас и должен был это сделать, так это тот, у кого многолетняя практика окклюменции. — согласилась она . —Ну что теперь? Полагаю, у тебя уже есть блестящий план? — Я понятия не имею. Я признаюсь со вздохом, заставляя ее бровь приподняться. — Ты? Мой маленький гениальный брат, понятия не имеет, что делает? Ты всегда знаешь, что делаешь. — Возражает Кира. — Мать права, мне нужно создать свою фракцию, хотя бы для того, чтобы защитить себя. Что-то все-таки загнало демонов Земли обратно в Ад, видимо, даже потомки демонов теперь невероятно редки. Те демоны были сильнее чем я и их все равно прогнали или убили. Я понятия не имею, кто или что это сделало, мать тоже знает только слухи. И даже если нет какого-то тайного общества убийц демонов, Ложа хочет сделать меня своим оружие. Так что мне нужно подчинить их, чтобы меня не использовали в качестве инструмента. —Говорю Я. — Это означает, что мне нужна власть и последователи, но именно здесь я застрял. Я просто не знаю, как лучше всего продвигаться вперед. — Я неохотно признаю, что получил успокаивающую улыбку от Киры — у меня есть конечная цель, чего у меня нет, так это пути к ней. — Ну, на твоей стороне мама и я, так что успех тебе гарантирован. — говорит она, задрав нос, заставляя меня хихикать. — Присоединяешься к Команде Демонов, да? — спрашиваю я, заставляя ее ухмыляться. — Что ж, я не предлагаю сразу же приносить щенков в жертву при лунном свете Владыке Демонов Бальтазару или кому-то еще, но ты мой очаровательный младший брат и превращение в демона этого не изменит. Кроме того, животные постоянно используются в зельях и алхимии, почему ритуальная магия должна быть другой? —Спрашивает она. — Так что да, я присоединяюсь к Команде Демонов. — Спасибо, Кира. — Говорю я искренне. В отличие от мамы, у Киры нет какого-то генерального плана или плана, она просто помогает мне. — Пожалуйста. Теперь, на тебе есть что-нибудь под одеялом? — спрашивает она, заставляя меня остановиться. Я никогда не одевался после того, как закончил. — Неа. — Признаюсь я. — Замечательно, одевайся и встретимся снаружи. У меня есть идея. — спокойно говорит она, вставая с кровати, целуя меня в лоб и выходя из комнаты. Что ж, это должно быть интересно. Накинув одежду, я выхожу и вижу, как она нетерпеливо притопывает ногой. Она никогда не была из тех, кого заставляют ждать. — Давай сюда. — говорит она, хватая меня за руку и таща через поместье. —Чудесно, слабак проснулся. — насмехается Морриган, когда мы проходим мимо нее. — Сделай мне одолжение, Морриган, иди умри в огонь. —услужливо отвечает Кира, когда тянет меня мимо нашей старшей сестры. «Морриган Раум Фракция - Сама Мысли о тебе – Любовь, Забота, Беспокойство Маленькие секреты - Она практикует свои проклятия на младших гриффиндорских мальчиках. Она кастрировала одного из своих слизеринских одноклассников за то, что тот не принял «нет» за ответ, увела его глубоко в запретный лес, а затем уничтожила, оставив на произвол судьбы. Главные секреты – ??? Самый большой секрет - ???» Подождите... ее мысли о чем? Где презрение, ненависть и гнев? Кроме того, возможное убийство было одним из ее маленьких секретов? Какого хрена, что она тогда делала для своего главного и самого большого? В смысле, меня не волнует, если она убила напористого одноклассника. И я действительно помню, как слышал, что кто-то на ее курсе пошел в запретный лес и был убит, но это было за год до того, как я присоединился. Значит, она была на третьем курсе? Это было большое событие, но в конце концов они списали его со счетов, считая это выполнением задания или испытанием храбрости. Черт, это охуенно. Я еще даже не разобрался с чарами памяти, а она стирала воспоминания и убивала одноклассников на третьем курсе? Оглянувшись на нее, я замечаю, что она смотрит на нас со странным выражением, прежде чем она хмурится и уносится прочь, бросая на меня взгляд. — Какая сука. — усмехается Кира. Сделав паузу, я рассказываю ей, что я видел, заставляя ее глаза сузиться. —Морриган, тебя любит? Я думаю, тебе показалось или может быть, милая маленькая девочка спряталась глубоко внутри нее… вроде, в центре земли глубоко, но я сомневаюсь в этом. Не могу сказать, что я удивлена, что она убила кого-то, но я не могу сказать, что меня это волнует. Я думаю, нам нужно решить, как улучшить твои глаза, чтобы они могли видеть все секреты, это значительно облегчило бы поиск людей для вербовки. — указывает Кира, когда мы доходим до кухни. —Серьезно? Так ты тащила меня всю эту дорогу, чтобы перекусить? — спрашиваю я, заставляя ее ухмыляться. — Нет. Эльфы! Нам нужна еда и питье, столько, сколько вы сможете приготовить. — Войдя, громко приказывает Кира, приводя эльфов в бешенство. — Чревоугодие — один из твоих грехов, так что ты будешь есть до тех пор, пока не сможешь больше есть. Набей себя стольким количеством еды, сколько сможешь, а потом, когда будешь готов взорваться или рухнуть в пищевую кому, посмотрим, увеличилась ли твоя сущность. — говорит она, когда еда начинает накапливаться, бутерброды и фрукты для начала. Вот так... - Три часа спустя - — Давай, ты можешь закончить это! Жуй, жуй, жуй! — Кира аплодирует, когда я изо всех сил пытаюсь откусить еще один кусок торта. Где эльфы вообще нашли такой смехотворно большой шоколадный торт? Вокруг меня свалены десятки грязных тарелок и это те, которые еще не вымыты. Я перестал пить из бокалов и стаканов и просто начала пить вино прямо из бутылки (идея Киры, так как я несовершеннолетний, это может быть грехом), оказывается, я не напиваюсь вообще. Я опустошил кухню от всех соков и безалкогольных напитков, опустошил целую бочку эля, съел десятки блюд на животных... и моя, казалось бы, бездонная дыра наконец-то заполнена. С некоторым трудом доедая последний кусок, я откидываюсь на свое место, со стоном наблюдая, как Кира торжествует, эльфы почему-то присоединяются к ней. — Знаешь, нам придется привести тебя на одну из вечеринок Рейвенкло, было бы весело посмотреть, как ты перепьешь моих соседей по дому под столом. — говорит она, когда я призываю свой гримуар и открываю его, несмотря на свою… тяжесть. «Демоническая сущность – пять» — Ну… мы достигли определенных результатов. Теперь мне нужно еще девятьсот девяносто пять. — говорю я, заставляя Киру ухмыляться. — Но это простой метод и теперь мы знаем, что он работает, при каждом приеме пищи вам просто нужно есть как можно больше и мы можем легко позволить себе съесть всю еду, которую ты только можешь съесть в Хогвартс. — указывает она. — Мы можем повторить и это не доставит тебе неприятностей. — говорит она, получая от меня кивок. — Правда, со временем это будет складываться. — Признаюсь, у меня всего четыре эссенции, но я могу делать это каждый день, если у меня есть время. Покидая кухню, домашние эльфы убирают бойню, которую я устроил, пока я бреду вперед. — Давай, мы можем поговорить в моей комнате, мы не хотим, чтобы Морриган или Дамиан нас подслушали. — говорит Кира, увлекая меня за собой. Быстро добравшись до своей комнаты, она усадила меня на кровать, села передо мной, скрестив ноги. — Итак, Чревоугодие — это просто. Гнев кажется вызовет большие хлопоты, в общем оно того не стоит и в любом случае это лишь незначительный грех. С Жадностью и Завистью будет сложнее, тебе нужно начать делать кучу вещей для Жадности? Отнимать чужое из Зависти? Нам придется поэкспериментировать с ним, может быть, когда мы вернемся в Хогвартс, чтобы у нас было больше подопытных. — говорит она с ухмылкой. — Но твой главный грех — это Похоть, извращенец, а это значит, что ты, вероятно, можешь получить от него больше эссенции, чем от всего остального, ты, наверное, много получил его от дразнилок матерей, верно? — спрашивает Кира. — Наверное. — Я согласен. — Ты дрочил потом? — прямо спрашивает она, закатывая глаза, когда мои расширяются. — Серьезно, ты мне рассказал, что ты демон, но гладил ли ты себя после того, как мама тебя дразнила, это уже слишком? — саркастически спрашивает она. — Да, хорошо, я это сделал. Мне нужно было взять под контроль свою похоть. — признаюсь я с крошечным румянцем. — Значит, может быть так… ты девственник? — продолжает Кира. — Да. — говорю я, заставляя ее пожимать плечами. — В этом нет ничего постыдного, я тоже, но нам, возможно, придется это исправить. Как ты относишься к связям на одну ночь? Вы не можете поднять пьяного магла, капля направленного зелья похоти может помочь. Я видела книгу об этом в библиотеке. О, нет не смотрите на меня так, мистер Порабощатель разума. Я не теряю вас, все остальное стоит на втором месте после того, как ты станешь сильным и останешься в безопасности. — говорит она и от ее слов мое тело согревается. — Я не знаю. Я чувствую, что стану тем еще собственником — говорю я, подумав. — Может быть, это ваша зависть и жадность? Что означает, что связь на одну ночь не сработает. Что, если. Нет, мы не можем привести их сюда, только не с Дамианом и Морриган. — говорит она себе. — Я знаю пару девчонок из школы, которые пришли бы сюда потрахаться, но они довольно умные и мы не можем рисковать тем, что они что-то узнают. — говорит она, по-прежнему в основном разговаривая сама с собой. — Что ж, у меня все еще есть план, но мы можем вернуться к нему позже. Далее, твоя сила, эта штука с Поработителем разума, нам нужно выяснить, как она работает и для этого нам нужно ее протестировать. — говорит она, заставляя меня кивнуть. — И к сожалению, я единственная, на ком мы можем проверить это, не привлекая к себе внимания. Ты умеешь заключать контракты, верно? Давай сделаем это. — говорит она, вызывая пергамент и перо. — Подожди, серьезно? — спрашиваю я, поскольку она пишет быстро. — Да, как я уже сказала, я на твоей стороне и нам нужно знать, насколько это эффективно. — говорит она, передавая мне пергамент. Это базовый контракт, в котором утверждается, что после подписания он свяжет Киру Раум с Грейсоном Раумом в качестве рабыни-куклы на тридцать минут или до тех пор, пока не будет произнесена фраза «Морриган - стерва». Используя свою силу, я наполняю договор демонической магией, текст становится красным, а пергамент черным. — Что ж, похоже, это сработало. — говорит Кира, забирая его. — Сначала дай мне простой приказ, что-то не относящееся к делу, затем попробуй сделать что-то, что, по твоему мнению, я бы не хотела делать. а потом что-то я бы ненавидел. Посмотри, есть ли какая-то разница в моих действиях, какие-то колебания или признаки того, что я вырвалась на свободу, понял? —спрашивает она. — Да, ты уверена в этом? — спрашиваю я, вызывая у нее ухмылку, когда перо опускается до конца контракта. Одна подпись и ее ухмылка полностью исчезает с ее лица, ее руки падают по бокам. — Кира, вставай с кровати и прыгай на месте. — приказываю я, для начала, забрав у нее контракт и перо, когда она собирается немедленно подчиниться. С совершенно пустым выражением, которое меня откровенно пугает, на ее обычно выразительном лице, она прыгает на месте без конца, даже спустя пять минут она все так же послушно прыгает, не останавливаясь. Ее выражение меня пугает, потому что эта Кира, я не думаю, что меня бы волновало, если бы это был кто-то другой, но видеть ее такой просто кажется неправильным. — Кира, остановись. — приказываю я, наблюдая, как она замирает. Что-то, что ей не понравилось... — Кира, поцелуй меня в ногу. — говорю я, наблюдая, как она падает на колени, не колеблясь ни секунды и ее губы касаются моей босой ноги, когда я сажусь на край ее кровати. Кира гордая и все же здесь она неоднократно целует мою ногу без единого признака колебания или гнева. — Кира, остановись. — приказываю снова. — Встань. — приказваю я. А теперь кое-что, что она бы ненавидела... прости, Кира, но я собираюсь использовать твой тайный страх против тебя. Преображая случайный предмет одежды, валяющийся на полу, я улыбаюсь, беря в руку очень похожую на настоящую крысу. Он даже действует как настоящий, носится в моей руке. — Кира, держи это. — говорю я, передавая ей. В ее действиях нет колебаний, когда она принимает это, безучастно глядя на меня, даже когда я зачаровываю фальшивую крысу, чтобы она взобралась на ее руку и забралась на ее плечо. Ничего, не изменилось на ее лице, она просто стоит там. Повернувшись, я с улыбкой отменяю контроль. — «Морриган — стерва». — весело говорю я, наблюдая, как ее пустое лицо тут же меняется. Контракт загорается, не повреждая кровать, на которой он лежит. — Фу! Фу, фу, фу, фу! Он ползал по мне… подожди здесь, я собираюсь принять душ или даже несколько. — говорит Кира, сдерживая рвоту и убегая в свою ванную комнату. Я чувствую ее отвращение, которое исходит от нее. Да, Кира презирает крыс или вообще любых грызунов. Я лишь слегка удивлен, что ей требуется почти час, чтобы вернуться. Увидев, что я собираюсь говорить, она поднимает руку. — Не надо извинений, это была хорошая идея… и это все-таки моя идея. — говорит она, накинув полотенце и снова ложась на кровать. — Это было ужасно... Я полностью осознавала, что происходит, я все видела и чувствовала, но я была пленником своего собственного разума. Сколько бы я ни пыталась сбросить с себя крысу, я не могла это сделать, это было ужасно. Если кто-то действительно разозлит тебя, их можно наказать этим заклятьем. — серьезно говорит Кира. — Верно… так ты вообще не могла вырваться на свободу? — Не могла даже пальцем пошевелить. — говорит она, подбирая еще пергамент и записывая еще что… Я смотрю на него, он похож на преведущий... за исключением типа подчинения. Наполняя его силой, она подписывает его, а затем просматривает. — Хм, я чувствую то же самое. Прикажи мне что-нибудь сделать. — говорит она, оглядывая себя. — Кира, передай мне контракт. — приказываю я, наблюдая, как ее рука взлетает вверх, а глаза расширяются. — Я… этого не делала. — отмечает Кира. — Сделай это еще раз, чего бы мне не хотелось, я постараюсь промолчать. Никаких крыс. — Что, например? — спрашиваю я, глядя, как она закатывает глаза. — Что угодно, лишь бы это были не крысы. — Кира... развяжи свое полотенце и держи его открытым. — приказываю я, заставляя ее глаза округлиться, когда она краснеет, ее рука доходит до полотенца, тут же разрывает его, обнажая ее мокрое, обнаженное тело, ее груди свободно свисают, задорные, несмотря на их размер и отсутствие поддержки, каждая из которых увенчана милым маленьким розовый сосок. Ха, я думал, что она полностью сбрила лобковые волосы, вместо этого у нее очень аккуратно подстриженный небольшой участок светлых волос. — Я пытаюсь закрыться, но мои руки не слушаются, ты был слишком конкретин в своем приказе, извращенец. — объясняет она, даже несмотря на раскрасневшееся лицо. — Можешь прекратить. — говорю я, глядя, как она снова закрывает его. — Ты сказала сделать то, что тебе не нравится. Я сделал. — Ну, ты гормональный подростковый демон-мальчик, так что я должна была это предвидеть. — признается она, не особенно злясь. — Какие еще тесты? — спрашиваю я, заставляя ее нахмуриться, прежде чем она вздохнет. — Да, прикажи мне сделать то, что, по твоему мнению, я бы ненавидел. В конце концов, нам нужно проверить это, чувствую, это будет тот еще отстой— она стонет. — Но никаких крыс! — Кира, встань передо мной и сними полотенце. — приказываю я, заставляя ее закатывать глаза, хотя она и слушается, роняя полотенце, стоя передо мной. — Ты действительно думаешь лишь об одном, ты знаешь это? — спрашивает она, положив руку на бедра. — Я не могу двигаться с этого места, но я все еще могу двигать своим телом. — объясняет она. — Хорошо, теперь подойди к моему камину и отправляйся в Косой переулок, — приказываю я, ее глаза расширяются от шока и ужаса, когда ее тело начинает двигаться к камину. — Подожди, Грей, прости, я просто поддразнила, можешь смотреть сколько хочешь! Пожалуйста, не надо, — умоляет она. Слезы начинают наворачиваться, когда я смотрю, как она берет горсть летучего порошка, не в силах удержаться от разжигания огня и медленно идет к нему, она замедляет себя, но это потому, что я не уточнил, как быстро она должна двигаться. — Грей? Пожалуйста?! Мы не можем рисковать тем, что люди узнают о твоих силах? Ты не хочешь вместо этого повеселиться со мной? — торгуется она, пока я тупо смотрю на нее. — Ты демон похоти, разве ты не хочешь испытать свою похоть?! Просто, просто скажи слово и ты сможешь сделать со мной все, что захочешь. — отчаянно указывает она, двигаясь со скоростью улитки к камину. Кира очень серьезно относится к своей репутации. — Кира, остановись. — говорю я, когда она входит в камин, заставляя ее упасть на колени. — О, Мерлин, спасибо, Грей. Что… что ты хочешь, чтобы я сделала вместо этого? — спрашивает она пораженно, когда я иду к ней. Стоя перед ней, мои глаза расширяются, когда ее рука без моего приказа касается моих брюк. — Давайте просто попробуем это вместо этого, вместо прошлого приказа, хорошо? Мы проверим твою силу, твою похоть и ты получишь от этого удовольствие? Так лучше, да? — спрашивает она, расстегивая мои брюки. — Кира, остановись. Морриган — стерва. — говорю я, заставляя ее замереть. —Извини, но, как ты сказала, мне нужно было это проверить. — извиняюсь я, когда она встает на дрожащих ногах. Почти сразу она дает мне пощечину. — Ты ведь никогда не собирался заставлять меня идти голой на Косой переулок, не так ли? — спрашивает Кира, глядя на меня, не заботясь о своей наготе. — Конечно нет, ты мин… Сестра, я бы никогда так с тобой не поступил. — обещаю я, видя, как приподнимаются ее брови от моей оговорки. Она это не комментирует. — Ты действительно демон, — говорит она, прежде чем с облегчением рассмеяться. — Черт, ты хороший актер. Честно говоря, я подумала, хорошая работа, это был хороший тест. Я, вау, это было ужасно, я так боролася, но все, что я могла сделать, это замедлиться ... ты сказал Я должна была пойти в Косой переулок и мое тело просто перестало меня слушаться. Мне нравится думать, что я моя воля сильна, но я ничего не могла сделать, ты понимаешь, что это значит? — спрашивает она, постепенно становясь взволнованнее. — Что мы можем это сделать? — спрашиваю я с ухмылкой. — О, мы определенно можем это сделать. Хогвартс понятия не имеет, что его ждет… к Рождеству мы будем контролировать Рейвенкло и Слизерин, а к концу учебного года — всю школу. — говорит Кира, обнимая меня. Хорошая мысль... — А теперь мне нужно одеться. Да, да, я знаю, тебе очень жаль терять из виду это произведение искусства, но тетя Трисс приедет, как только закончит с Министерством... и она твоя следующая цель, не так ли? — спрашивает Кира. — Ты не возражаешь? Ты всегда равнялась на нее. — указываю я. — До того, как я узнала, что она была частью заговора с целью превратить моего любимого человека в оружие, я все еще восхищалась ею. Она мне даже нравится, но она представляет угрозу, пока ты не держишь ее под своим контролем, сейчас она шпионка, подчиняющаяся ее тайному обществу и нам нужно это изменить. — серьезно говорит Кира. Ну, когда она так говорит... - Бонусная сцена - Дафна - — Значит, это уже точно? — спросила она, глядя на мать с холодным выражением лица. — Это. Я и леди Раум подписали контракт, теперь вы с Грейсоном помолвлены и поженитесь, когда вы оба достигнете совершеннолетия, ее мать согласилась на это условие. — Я ожидаю, что ты приложишь усилия, чтобы сблизиться с ним. — указала она. — Я не верю, что у меня есть выбор, у тебя есть копия контракта? — ледяным тоном спросила Дафна, взяв предложенный контракт, просто копию без магии. — Я иду в свою комнату, не хочу, чтобы меня беспокоили. — прямо сказала она, уходя, не дав матери возможности заговорить. Направившись в свою комнату, она с глубоким вздохом бросилась на кровать. Дело не в том, что она не понимала, почему был заключен контракт, семья Гринграсс была богатой, но не особенно влиятельной из-за того, что это была относительно новый аристократический род, которому было всего несколько сотен лет. Когда как родословные Раум, и Блэк могли претендовать на тысячи лет чистокровного происхождения и к этому относились с большим уважением. Она могла видеть преимущества для своей семьи и это определенно принесло им больше пользы, чем Раумам. Благодаря богатству и деловым связям семьи Гринграсс, а также происхождению и уважению Раумов и Блэков их дети станут влиятельными лицами в политике и бизнесе. По большому счету, Гринграссы добились гораздо лучших результатов. Вот почему контракт был так сильно выгоден Грейсону. — Значит, это точно? — нерешительно спросила Трейси, когда Дафна застонала в простынях, опустив барьер окклюменции в уединении своей комнаты. Сев, она хмуро посмотрела на своего лучшего друга и слугу. — Да, все эти условия в этом контракте. Это можно назвать рабским контрактом из-за того, насколько он контролирует все мои действия. — Наследница Гринграсс позволит своему жениху, Грейсону Рауму, совершать с ней любые интимные действия, которые он пожелает. — Наследница Гринграсс принесет магическую клятву верности своему жениху, Грейсону Рауму. — Наследница Гринграсс принесла магическую клятву верности своему жениху, Грейсону Рауму. — Все долги перед наследницей Гринграсс перейдут к ее жениху, Грейсону Рауму». она прочитала с глубоким хмурым взглядом. — Прости, Трейси. — сказала она, заставив Трейси слегка улыбнуться. Долг жизни — странная штука, они могли сделать должника своим лучшим другом, если с ним плохо обращаться. Как если они были еще глупыми десятилетними детьми. Трейси никогда не было дела до того, потому что Дафна никогда не воспользовалась бы своей подругой, но теперь ее поводок был в чужой руке. — Может быть, все будет не так уж и плохо? Я имею в виду, что Грейсон не самый плохой выбор, верно? — спросила Трейси. — Понятия не имею, он использует окклюменцию чаще, чем я, он может быть застенчивым тихоней, а может быть большим мудаком, чем Нотт. Это невозможно узнать, поскольку он скрывает все свои эмоции. – заметила Дафна. — Ну, он умный? И он не урод? — Трейси, всегда рассуждала оптимистично. — Он великолепен, но магически слаб. Вот почему Грейнджер всегда на первом месте, она превосходит его на практических экзаменах. И, конечно, он не урод, но и не красавчик. — Дафна, была более пессимистична. Она согласилась, что это должно было случиться по одной причине... если бы это была не она, это была бы Астория. Она заставила свою мать согласиться с тем, что, если Дафна согласится на помолвку, Астория сама сможет выбрать себе мужа. Ее не особо беспокоило то, что она жертвовала собой ради сестры, но она не была рада тому, что ее мать отомстила ей, включив Трейси в сделку. Эта история будет сосредоточена на создании культов и тайных обществ, действуя на заднем плане, поскольку гг манипулирует каждой стороной в свою пользу.