A Sorcerers Ambiton / Амбиции колдуна

Глава 13: Политика Люциуса Малфоя — Дядя Люциус. — спокойно здороваюсь я, наблюдая, как он улыбается мне в ответ. Несмотря на его многочисленные неудачи, подчинение сумасшедшему, который планировал устроить геноцид, Люциус — очень талантливый человек, и, несмотря на все мои навыки чтения людей, я едва могу прочесть его сквозь улыбающуюся маску, которую он носит. — Наследник Грейсон? Должен признаться, я не ожидал вашего присутствия сегодня вечером. — тепло говорит Люциус, прекрасно понимая, что люди слушают наш разговор. — Боюсь, я не смогу остаться надолго, утром мне в школу. Но тетя Нарцисса пригласила меня, и я не видел причин отказываться. Я надеялся получить небольшую экскурсию по особняку Малфоев, я… В конце концов, я так много слышал о нем. — говорю я с улыбкой. — Лира любит хвастаться, и я уверен, что наш бал и наши гости ненадолго переживут наше отсутствие. — говорит Люциус, направляясь к одной из дверей, вне пределов слышимости, когда он тонко накладывает заклинание конфиденциальности. Это также довольно продвинутый вариант, которого я не знаю. — Знаете ли вы, что теперь, когда я Наследник семьи, мать позволяет мне определять позицию Дома Раум-Блэк по некоторым предложениям? Конечно, в рамках моей подготовки к моей будущей лордству. — небрежно говорю я, наблюдая, как его глаза на мгновение сужаются, прежде чем он ухмыляется. — А что, позвольте спросить, вы решили по поводу моего недавнего предложения? — спрашивает Люциус, отбросив притворство. — Ну, мы договорились об этом в самый последний момент, и у меня действительно нет времени исследовать все мелкие детали, поэтому я подумал о том, чтобы оставить это на усмотрение моей гораздо более опытной матери. — легко говорю я, замечая малейшие намеки на беспокойство в его позе. — Но тетя Нарцисса предложила помочь объяснить все в мельчайших подробностях сегодня вечером. По крайней мере, достаточно, чтобы мои Дом воздерживался от вмешательства. — говорю я, наблюдая, как он задумчиво хмурится, глядя на Нарциссу. Между ними идет безмолвный разговор. — Ранее мы начали наше общение не лучшим образом, как бы смешно это ни казалось сейчас. Я был так уверен, что она пытается манипулировать мной, и чем меньше будет сказано о моих отношениях с двоюродной сестрой, тем лучше, но я надеялся, что сегодня вечером все уладится. — Я прошу прощение... позор, что Лира была такой безрассудная, но дети есть дети. Это трагедия, что ваша мать помешала нашим семьям быть ближе. Лира была бы гораздо более дружелюбной, если бы вы выросли вместе, как родственники, которыми вы являетесь… — сказал Люциус, подумав. — Нарцисса? Ты молчишь, что ты об этом думаешь? — Он прав, мы начали не с того. Я думаю, что для всех будет лучше, если мы успокоимся. — говорит Нарцисса, заставляя его кивнуть. — Вы не думали о том, чтобы больше интересоваться политикой? Как Наследник двух главных Домов и предполагаемый самый умный Чистокровный вашего поколения, я уверен, что очень многие люди хотели бы услышать ваше мнение. — спрашивает Люциус, заставляя меня натянуто улыбаться. — Возможно, но жизнь для лучшего ученика насыщена, удержаться на моем месте непросто, и это, безусловно, требует много времени. — говорю я, заставляя его ухмыляться. — Тогда, возможно, уроки Нарциссы могли бы включать в себя отчет о том, что произошло в почтенном Визенгамоте? Что-то вроде отчета от помощника? Для Лорда нет ничего необычного в том, чтобы член семьи посещал менее важные собрания вместо него, а Нарцисса очень наблюдательная женщина. — предлагает Люциус. — Хотя я должен спросить, правда ли, что вы взяли магглорожденного под защиту Дома Блэков? — спрашивает он, исследуя меня. - Люциус - — Это так. — легко признался Грейсон, заставив его внутренне нахмуриться. — Джульетта — гений, и хотя она сестра моей соперницы за первое место, я понял, что Джульетте просто нужна направляющая рука, чтобы помочь ей правильно понять, как устроен наш мир. — продолжил Грей, заставив его остановиться. — В конце концов, у магглорожденных есть свое место в Нашем обществе, и Джульетта уже знает где ее место и как она себя должна вести. Жаль, что Гермиона не так легко приспосабливается, она могла бы быть так же счастлива, как ее сестра, если бы она была такой же. — сказал Грей, и на его лице мелькнула легкая ухмылка. Ах, это многое объяснило и успокоило его опасения. Это была также интересная идея — взять магглорожденных под свое крыло, когда они впервые присоединились к волшебному сообществу, обучая их законному месту среди чистокровных. Это также был акт жестокой мести своему сопернику, чтобы «развратить» ее младшую сестру, разрушив их семью изнутри. Впечатляющий. — Хм, я верю, что в этом вопросе наши мнения схожи, племянник. Не одинаковые, а похожие. — признался Люциус, кивая ему и улыбаясь в ответ. Его ухмылка напомнила ему Йеннифэр, но он сдержал свою реакцию. — Вполне возможно, что да. — легко согласился Грейсон. — Нарцисса, почему бы тебе не показать Грейсону поместье, вполне естественно, что он должен знать, как ориентироваться. Сделай так, чтобы он чувствовал себя всегда желанным в этом доме, дорогая. Я займусь гостями, пока вы заняты. — сказал Люциус, кивнув Грею, когда улыбка Нарциссы застыла, хотя она и согласилась. Он был политическим животным, и все, что приносило пользу дому Малфоев, она делала с радостью. Если это означало разрешение его племяннику наставить ему рога в его собственном поместье, пусть будет так. В будущем Грейсону предстояло стать влиятельной политической силой, несмотря ни на что, он все еще имел под своим контролем два могущественных Дома. Но с гениальным интеллектом, женитьбой на наследнице Гринграсс и правильным мышлением он станет ужасающей силой уже через десятилетие, если не раньше. Его цель не могла быть простой. Когда Дом Малфоев жил во Франции, они были очень могущественными, уважаемыми и богатыми. В конце концов, они были герцогами. А потом грянула революция, и немытые массы казнили большую часть его предков, «конфисковав» их богатства себе, а оставшихся в живых выгнали в Англию. Они прибыли сюда обездоленными и никому не нужными. Английские аристократы смотрели на них свысока как на трусов и иностранцев, и они так и не приблизились к тому, чтобы восстановить свою власть. Это было его целью — вернуть Малфоям их законное положение в мире. Вот почему он провел половину своего времени в Хогвартсе, пытаясь выбрать подходящую будущую жену, первоначально глядя на Беллатрис, прежде чем понял, что она, скорее всего, кастрирует его и заставит съесть свой член просто для собственного развлечения, если он слишком долго будет смотреть в ее сторону. Учитывая слухи о том, как она обращалась со своим «мужем», он увернулся от смертельного проклятия. Родольфус Лестрейндж оказался в больнице Святого Мунго на следующий день после свадьбы, и его контакты узнали, что он был там из-за довольно жестокого удаления полового органа. После этого Лестрейнджи начали умирать как мухи, пока не остались только Родольфус и его брат. Затем он взглянул на Йеннифэр, она растоптала его так сильно, что ее смех иногда эхом отдавался в его голове даже сейчас, десятилетия спустя. Андромеда уже тогда была любовницей маггла и была на грани изгнания. Поэтому он пошел к младшей сестре, надеясь найти способ позже избавиться от остальных. Беллатриса и Андромеда не доставили бы ему особых сложностей, но Йеннифэр? Во время войны он обманом заставил бесчисленное количество Пожирателей смерти напасть на нее, что привело к гибели всех, кто преследовал ее. Он послал убийц после войны и на следующее утро проснулся от головы убийцы, смотрящей на него с края кровати. После этого он быстро отступил, он не был слишком горд, чтобы признать, что боится Йеннифэр, и теперь он встретил кого-то, кто мог ее контролировать. Он сделал плохой выбор, полностью присоединившись к Волдеморту. В юности победа Темного Лорда казалась неизбежной, и он надеялся использовать эту победу, чтобы вознести свою семью на вершину. Вместо этого он едва сбежал из Азкабана, и, что еще хуже, его репутация и репутация Дома была запятнана. Йеннифэр посвятила свою жизнь ухудшению их положения из-за глубокой обиды на смерть Геральта Раума. Ей было мало дела до того, что люди пытались ее убить, во всяком случае, она находила эти попытки забавными. Она не нашла смерть своего мужа забавной, и, как хищница, она годами играла с ним, никогда не собираясь убивать. Если Грейсон действительно сможет удержать ее от уничтожения его Дома, он примет предложенную оливковую ветвь и даже сделает счастливо, независимо от цены. Он не сомневался, что Грейсон намеревался использовать его, но он намеревался использовать Грейсона, это была просто политика на ее глубинном уровне. Как бы это ни задевало его гордость, он действовал с позиции слабости, к чему он, к сожалению, привык благодаря усилиям Йеннифэр Блэк. Таким образом, все, что может помочь, хотя бы снизить риски, он будет хватать обеими руками. Даже если это что-то из-за того, что он разрешил гораздо более молодому мужчине переспать с его женой. По правде говоря, ни он, ни Нарцисса не любили друг друга. Безусловно, между ними существовал определенный уровень привязанности и уважения, но они оба использовали друг друга для собственной выгоды. Нарцисса тоже понимала, что, в конце концов, получить положение Леди Блэк, даже если это было через доверенное лицо их дочери, было самым близким к ее цели, чего сейчас она могла добиться. Прямо сейчас Грейсон, вероятно, трахал Нарциссу на спине на их брачном ложе, заставив ее широко расставить ноги, поскольку она была вынуждена отказаться от привилегии своего тела ради своего Лорда, позволив ему оседлать себя, осквернить ее тело и опозорить ее. Их главная спальня будет пахнуть их связью позже. Возможно, она стояла перед ним на коленях, унижая себя, когда доставляла ему удовольствие своими полными пухлыми губами, глядя в его веселый взгляд, двигая головой. Несмотря на свою улыбку, когда он вернулся на бал, он почувствовал, что медленно затвердевает под своей мантией. Какое выражение лица делала его жена? Позор, так как ее аристократическая гордость была сломлена, ее племянник и Лорд использовали ее как дешевую блудницу? Или, возможно, Злость, тогда она свирепо смотрела на Грейсона, когда он использовал ее дырочки, содрогаясь от отвращения, когда его руки блуждали по ее телу, не в силах остановить его, когда он вошел в нее. Он вообще не забудет вынуть? Осквернит ли он ее утробу своим семенем? Зачем ему вытаскивать? Он владел ею на эту ночь и на любую другую ночь, которую пожелает. Если он хотел залить ее самое драгоценное место своей спермой, она не могла его остановить, это было практически его право. Что еще хуже, стыд Нарциссы превратится в сомнительное удовольствие, когда ее молодой энергичный шантажист докажет преимущества молодости? Если бы он прислушался у дверей, услышал бы он вздохи и стоны, пока она мягко направлялась к кульминации, ее собственное тело двигалось в такт его. Когда он, наконец, кончил, его размягчившийся стержень выскользнул из грязных дырочек Сисси, что ее наполнило бы облегчение или сожаление? Разочарование, когда он оставил ее лежать на простынях, испачканных потом и возбуждением, желая большего, пока она постыдно, но с нетерпением ждала, когда он в следующий раз потребует ее тела. Извинившись, он быстро вышел из бального зала, он не мог позволить себе отсутствовать долго. Проскользнув на кухню, он приподнял свою мантию, схватившись за болезненно твердый член, когда начал подрачивать, представляя себе пристыженное возбуждение на лице своей жены, когда Грейсон вошел в нее. Со стоном он почувствовал, как его семя вытекает из него, окрашивая его руки и пол на кухне. Быстро заставив исчезнуть сперму, он поправил свою мантию и отдышался, быстро направляясь обратно на собственное мероприятие. - Нарцисса - Знание того, что у нее было молчаливое разрешение мужа сделать это, не облегчило ее, и она повела своего племянника, любимого ребенка сестры, которую она терпеть не могла, в гостевую спальню. Она глубоко вздохнула. Когда дверь закрылась, неудивительно, что Грей быстро подошел к ней сзади, его руки обвились вокруг ее талии, заставив ее остановиться, когда он прижался к ее спине. — Помнишь, тетя, что я приказал перед тем, как ты ушла после урока? — спросил Грей, его промежность прижалась к ее ягодицам. — Ты сказал мне не носить нижнее белье. — спокойно сказала Нарцисса, даже когда одна из его рук поднялась к ее груди, нащупывая ее правую грудь над шелковым платьем, которое было на ней. — Так и было. А теперь мне нужно убедиться, что ты меня слушаешь. — весело сказал Грей, отпуская ее, он двигался к кровати, сбрасывая с себя мантию и сел на кровать в одних простых черных брюках, не удосужившись надеть верх под мантию. — Сними платье, тетушка, и делай это медленно. — Очень хорошо, племянник . — согласилась Нарцисса через мгновение, потянувшись назад и расстегнув платье достаточно, чтобы снять его с плеча, медленно стягивая его вниз, обнажая дюйм за дюймом дразнящей бледной плоти, пока оно, наконец, не миновало ее грудь, ее груди вырвались на свободу из своей тюрьмы, вызвав сильное одобрение Грея, когда его глаза задержались на все еще веселых глазах. — Тебе нравится унижать собственную тетю? Превратить меня в объект для твоего удовольствия? — спросила Нарцисса сардоническим тоном, позволив своему платью упасть до талии, и остановилась, когда он ухмыльнулся. — Мне нравится карма. Ты думала, что я настолько наивен, что можешь обмануть меня и использовать в своих политических целях. Вместо этого ты оказалась дураком, и теперь тебя используют для моего личного удовольствия и дав мне власть унижать тебя, сколько захочу. — согласился Грей, когда она скрыла свой хмурый взгляд от его насмешливого тона, ухмылки на его лице, была почти похожа на ухмылку его матери, когда она имела преимущество над кем-то, те же фиолетовые глаза насмехались над ней. Обернувшись через мгновение, она выпятила к нему свой пухлый зад, зацепила большими пальцами платье и стянула его ниже, слегка нахмурившись, когда она показала ему свои ягодицы и киску, нарастающее чувство стыда. заполняя ее. — А-а, ты можешь выполнять приказы. — усмехнулся Грей, расстегивая ремень и отбрасывая его в сторону. — Иди сюда, я хочу, чтобы ты встал на колени передо мной. — приказал он с улыбкой. Сдержав свой ответ, она медленно подошла к улыбающемуся подростку, упав на колени между его расставленными ногами и глядя на него снизу-вверх. По правде говоря, если бы у него не было глаз, столь похожих на глаза Йеннифэр, она не была бы так возмущена этой идеей, но, когда она смиренно преклонила перед ним колени, это было похоже на очередное поражение от рук ее старшей сестры. — Что ж? Ты думаешь, я хотел, чтобы ты была в этом положении, потому что мне нравится такой вид? — спросил Грей, когда она вздохнула, ее руки добрались до его брюк, ловко расстегивая пуговицы. Когда она закончила расстегивать его брюки, она быстро поняла, что она была не единственной, кто ходил сегодня без нижнего белья, когда его удивительно большой член высвободился, шлепнув ее по лицу, она слегка ахнула, к его большому удовольствию. — Принимайтесь за работу, леди Малфой. — сказал Грей с ухмылкой, слегка приподнявшись, помогая ей спустить его штаны до щиколоток, в то время как она нежно сжимала член своими изящными пальцами. Поглаживая ствол, она другой рукой ласкала его яички, думая о том, как это лучше всего сделать. - Грейсон - У оскорбления тети Нарциссы есть цель, и когда она, наконец, наклоняется вперед и раздвигает свои пухлые губы, беря головку моего члена в рот, я улыбаюсь про себя. Я Нарциссе никогда не понравлюсь. Ее мнение обо мне слишком сильно испорчено ее ненавистью к моей матери, и теперь, когда ее попытки манипулировать мной потерпели неудачу, она, вероятно, даже не будет притворяться. Глядя на нее с ухмылкой, я вижу, как ее глаза сужаются, даже когда она начинает двигать головой, водя своими мягкими губами по моей длине, пока ее язык кружится вокруг моего члена. — Приятно наконец-то встретить дядю Люциуса и узнать, что он за человек. Должен признаться, я уважаю холодный прагматизм, который позволяет ему продавать свою жену сыну своего злейшего врага. — небрежно говорю я, видя, как гнев в ее глазах усиливается. — О, не трать наше время на злость. Ты стоишь на коленях и сосет член ради его наживы, пока он отвлекает людей от твоего отсутствия, кто ты, как не дорогая шлюха? — риторически спрашиваю я, слегка посмеиваясь, когда ее зубы предостерегающе касаются моего ствола. Как у демона, моя кожа намного жестче, чем обычно, и намек на боль делает теплые объятия ее рта еще более приятными, когда она смотрит на меня. Люциус будет либо полезным союзником, либо главным врагом, и я не могу сказать наверняка, поэтому вбить клин между Нарциссой и Люциусом, заставив Нарциссу огорчиться из-за того, что она трахалась со мной с прямого разрешения ее мужа, это должно помочь в долгосрочной перспективе. Если не получится, тогда я просто поиздеваюсь над ней, потому что я злобный подросток. Положив руку ей на голову, я провожу пальцами по ее черным волосам, посмеиваясь над светлыми прядями в них. Нарцисса удивительно тщеславна. Я точно знаю, что у нее от природы черные волосы, как у Йеннифэр, Андромеды и Беллатрикс, и, честно говоря, я понятия не имею, почему она окрашивает часть своих волос в платиновый блонд. Может быть, чтобы показать, что она такой же Малфой, как и Блэк? Может быть, она просто думает, что это хорошо выглядит, я не знаю, и мне, честно говоря, все равно. Трудно заботиться о такой мелочи, как цвет ее волос, когда она стоит на коленях и сосет мой член с удивительным талантом. Она не новичок в этом. — Кто-то невероятно опытен. Интересно, сколько сделок ты помогла заключить дяде Люциусу с этими навыками под столом или на столе, в зависимости от обстоятельств. — растягиваю я слова, наслаждаясь ноткой стыда, которую я ощущаю благодаря своей пассивной легилименции. Ее ментальные щиты так же хороши, как я и ожидал от дочери семьи Блэков, но у меня есть свои способы, даже если ее воспоминания скрыты от меня. Всегда легче улавливать поверхностные мысли и эмоции, чем копаться глубже, особенно когда цель сопротивляется. Когда она ускоряет свое движения, звуки сосания и рвоты наполняют комнату, когда она пытается закончить это быстрее, шепот в глубине моего сознания указывает, что Йеннифэр в этом лучше. Я не хочу рассматривать сексуальную историю моей матери не больше, чем я хочу думать о том факте, что мой отец, кажется, засунул свой член в каждую женщину старше определенного возраста. Застонав, несмотря на мои попытки промолчать, я вижу намек на торжество в ее глазах, когда она смотрит на меня, Йен может быть лучше, но это не меняет того факта, что моя стервозная родная тетка на коленях ублажает меня - это очень приятный опыт. Женщина, которая думала, что может использовать меня, должна стоять передо мной на коленях, используя свой манипулятивный рот с большей пользой. Схватив ее за волосы, я оттягиваю ее головку от своего члена по мере приближения кульминации, хватая член другой рукой и подвожу себя к оргазму длинными быстрыми движениями. Она собирается проглотить, и именно поэтому я решаю разрисовать ее лицо и грудь своим густым семенем, переводя дыхание, когда оно капает с ее хмурого лица. — Этот образ тебе идет, тетя. Белое тебе больше к лицу. — говорю я с ухмылкой, глядя на ее перепачканное спермой лицо. — Я так рад, что ты гордишься собой, племянник. — огрызнулась Нарцисса, когда поднялась, потянувшись за палочкой, все еще скрытой в специальной прорези в ее платье. — Не утруждайте себя уборкой, мы еще не закончили. — приказываю я, вставая с кровати, мой ствол все еще гордо стоял, а ее глаза слегка расширились. Схватив ее за руку, я применил свою демоническую силу и швырнул ее обратно на кровать, сняв штаны и забравшись на кровать. По правде говоря, меня не волнует, что Нарцисса пыталась выставить меня дураком, но я хочу, чтобы она и, соответственно, члены Ложи, которым она служит, думали, что я так думаю. Разоблачение слабости, которой на самом деле не существует, может дать мне преимущество когда-нибудь в будущем. Унизить Нарциссу — часть моих планов, но я не могу отрицать, что это невероятно весело. - Нарцисса - Когда Грей снова схватил ее, он перевернул ее на живот, ее лицо и грудь прижались к простыням, запачкав их спермой, которой он разбрызгал ее, воспользовавшись моментом, он схватил ее за бедра и поднял их, заставляя ее встать на колени, ее спина выгнулась, а ее задницу быть выставленной напоказ для него. Когда он слегка шлепнул ее, она заметила, как легко он поднял ее, несмотря на свой юный возраст и маленький рост. Филиппа попросила ее в конце концов следить за признаками демонической силы, а Грейсон сейчас был намного сильнее, чем выглядел. Она не была уверена, что Филиппе будет интересно узнать, что Грейсон может продержаться в постели дольше, чем она ожидала, но она, вероятно, все равно сообщит и об этом. Спрятав руки за спину, она на мгновение предупредила, прежде чем услышала шепот « Инкарцеро », толстая веревка появилась и обвилась вокруг ее рук, связывая ее руки за спиной. — Это действительно необходимо? — спросила Нарцисса с презрением в тоне, даже когда Грей снова шлепнул ее по заднице. — Была ли действительно необходима попытка заставить меня случайно поддержать политику твоего мужа? — просто возразил Грей, когда он двинулся позади нее, выровнявшись с ее влагалищем, наблюдая, как оно медленно становится влажным, несмотря на ее гнев. Прижав головку к ее киске, Грей на мгновение остановился, медленно проводя им по ее щели, раздвигая ее нижние губы, пока она смотрела на него. Секс не был для нее чем-то новым, равно как и концепция обмена сексуальными услугами на благо своей семьи, но, если и было что-то, чего она не позволяла, так это оставаться совершенно беспомощной. Беспомощность была чувством, которое она презирала, и с палочкой в платье и со связанными руками это было чувство, от которого она не могла избавиться, пока Грей готовился проникнуть в нее. — Когда мы вернемся на бал, тебе придется играть благородную хозяйку с моей спермой, вытекающей из твоей растянутой и использованной киски. — сказал Грей со смехом, снова схватив ее за волосы, прижимая ее голову к простыням лицом вниз. — Возможно, ты сможешь одурачить всех остальных, но твой муж будет знать, что ты провела последние пару часов, трахаясь, как шлюха, которую он сделал из тебя. — насмехался Грей, когда он наконец двинулся вперед, нежелательный стон вырвался из нее, когда она сжала руки в кулак. Она была просто рада, что простыни немного сдержали ее стоны, когда он начал двигаться, вонзаясь в нее мощными, почти дикими толчками, одной рукой сжимая ее волосы, а другой удерживая ее бедра на месте. — Черт возьми, ты тугая — либо у дяди Люциуса не очень впечатляющая палочка, либо он не использует тебя так, как должен. — застонал Грей, вонзаясь в нее всей длиной своего члена, и их бедра соприкоснулись. Она никогда бы не признала, что он был прав в обеих своих предположениях, Люциус был не совсем маленьким, но Грей пристыдил его, несмотря на его молодость. И Луци тоже не особо интересовался плотскими удовольствиями. Пока Грей трахал ее, сильнее, чем когда-либо раньше, в глубине души она признала, что, возможно, недооценила сексуальные таланты демона, подобного Грею. По крайней мере, ее доклад Филиппе будет интересным. - Грей - На следующий день - Проснувшись, мое тело жалобно стонет, даже когда я заставляю себя сесть. Оказывается, ритуалы довольно утомительны, когда они воздействуют на ваше тело. Кира потеряла сознание дома. Я навестил ее после бала, но она уже спала совершенно, выбившись из сил, просто провела ритуал и легла спать. Я провел ритуал, некоторое время общался со своими собратьями-аристократами, довел свою тетю до сексуальной комы, еще немного пообщался, а затем вернулся в Хогвартс примерно в 4 утра. К счастью, у нас в номере есть личная каминная сеть, естественно тщательно контролируемая, но все же каминная сеть. Каждая часть моего тела хочет, чтобы я просто полежал, в конце концов, сегодня воскресенье, и вся моя домашняя работа на неделю сделана, но время, потраченное на сон, потрачено впустую. Со стоном заставляя себя встать с постели, я прогоняю остатки сна из глаз. — Почему ты голый? Ты всегда спишь голышом? Дафни знает, что ты спишь голышом? — немедленно произносит голос зла, когда мои глаза распахиваются, и я встречаюсь глазами с Асторией, которая сидит, скрестив ноги, на краю моей кровати и смотрит на меня с веселым выражением лица. Пожалуйста, нет, не так рано. — Ты, должно быть, очень устал, потому что не восстановил защиту, а еще твой питомец меня не любит. — небрежно говорит Астория, поднимая палец, крошечный след от укуса становится очетливо виден на нем, когда я чувствую торжество Тихе, крошечного Моука, пристально смотрящего на Асторию. Я награжу ее чем-нибудь потом позже за ее тяжелую работу. — Астория, пожалуйста, уходи. — говорю я со вздохом, отказываясь от любых попыток прикрыться. Я не обязан защищать ее невинные глаза после того, как она ворвалась в мою комнату. — Это потому, что ты голый? — быстро спросила Астория, когда я уставился на нее, сдерживая свое веселье от ее детской пижамы, обычного верха с длинными рукавами и штанов зеленого цвета Слизерина с вышитыми серебряными змеями, змеями, передвигающимися благодаря какому-то заклинанию. — Да, это потому, что я голый. — говорю я со вздохом, слишком устал, чтобы иметь дело с безумием Астории прямо сейчас. — Хм, ладно. Я понимаю. — весело говорит Астория, когда я открываю один из своих шкафов, благодарный даже за такое маленькое милосердие. Эта благодарность исчезает в тот момент, когда я слышу, как что-то легкое падает на пол. Пожалуйста, не надо. — Астория, надень верх пижамы и выйди из моей комнаты. Немедленно. — приказываю я, не оборачиваясь, когда слышу, как она хихикает. — Но если мы оба голые, это не неловко, верно? — спрашивает Астория, когда что-то еще падает на пол. Дафна не любит меня и без того, чтобы Астория помогала ей. — Астория, если я обернусь, а ты все еще здесь, я прокляну тебя. — просто предупреждаю я, когда провожу своей палочкой по комнате. — Хм, ну, я могла бы уйти, но Дафна стоит возле твоей комнаты и ждет, чтобы поговорить с тобой, когда ты проснешься, она ждала, чтобы устроить тебе засаду уже около часа? Так ты уверен, что хочешь, чтобы я вышла прямо сейчас? — спрашивает Астория, когда я, наконец, оборачиваюсь и смотрю на крошечную обнаженную девочку, стоящую посреди моей комнаты, с самой зловещей улыбкой, которую я когда-либо видел. А я развлекался с Люцифером. Сцепив руки за спиной, Астория невинно смотрит на меня, выпячивая в мою сторону свою маленькую пышную грудь и улыбаясь. — Дафна не такая терпеливая, интересно, как долго она будет ждать, пока не попытается разбудить тебя сама. — говорит Астория напевая некоторые слова. — Почему ты такая, какая ты есть? — спрашиваю я через мгновение, хмуро глядя на проявление чистого зла. Должен признаться, демон во мне одобряет хитрый план Астории. Усталый студент во мне хочет посадить на коленки и отшлепать. — Хорошо, ты привлекла мое внимание. — Ага, я это вижу. — говорит Астория, пожимая плечами, глядя на мой стоячий член. — Начинай говорить, или я просто оглушу тебя и брошу в свой туалет. - Бонусная сцена - Начало Культа - Саманта сделала паузу, ожидая, пока класс опустеет, отмахиваясь от своих «друзей». Когда у тебя есть демонический дар влиять на умы людей, старшая школа становится намного проще, и ей потребовалось всего несколько дней, чтобы подружиться с популярными девушками, быстро став их «лидером». Она тщательно проверила свои силы и быстро поняла, что у них есть пределы. Например, она могла бы легко заставить богатого бизнесмена передать двадцать долларов, если бы она заявила, что они нужны ей для такси, или что она забыла свой ланч, но бездомный мужчина не отдал бы доллар, как бы она его не просила. Для бизнесмена двадцать долларов были ничем, мелочь и он без труда мог ей их отдать, но бездомный нуждался в каждом центе, который он мог получить. Она могла уговорить учителя отпустить ее, не делая домашнее задание, но она не могла уговорить того же учителя дать ей ответы на предстоящий тест. Она старалась не думать о том, что это значит для ее матери, которая так охотно игнорирует любые ее действия. Также помогало, если у нее уже были отношения с целью. Тот, кто знает и любит ее, сделает больше, чем незнакомец. Она считала, что лучше всего убеждать людей делать для нее небольшие вещи, одалживать ей карандаш, носить ее книги, а затем медленно продвигаться усложняла приказы, пока они не привыкнут выполнять любой ее каприз. Так она оказалась во главе своей маленькой группы друзей. Она просто заставляла их всех делать для нее небольшие вещи, пока они не начали делать что-то для нее, даже не спрашивая. С некоторыми из них было легче, они уже привыкли делать то, что просил старый лидер, но было сложно тренировать Эмбер - прошлого лидера, так как она привыкла отдавать приказы. Когда класс наконец разошелся, она улыбнулась про себя и направилась к учительскому столу. Ее долгом было собрать последователей для своего Лорда и Повелителя, и ей нужно было получить результаты к Хэллоуину, если она хотела сохранить благосклонность лорда Раума. Выбрать первого человека, которого она попытается завербовать, было нелегко, она подумывала сначала использовать своих новых друзей, но что толку от группы студентов для кого-то вроде лорда Раума? У некоторых из них были важные семьи, но по большей части они не представляли собой ничего особенного. Она медленно подталкивала их к оккультизму с помощью «игровых ритуалов» и спиритических досок, но они все еще думали, что все это было забавой и игрой, они еще не были готовы увидеть правду. Ей нужен был кто-то, кто уже верил, либо был достаточно отчаянным, чтобы попробовать что-т оккультное. — Мисс Пейдж? Я могу что-нибудь сделать для вас? — спросила ее учительница, миссис Харпер, легкая улыбка скрывала ее растущую депрессию. — Хм, нет. Скорее, что я могу сделать для вас. — спокойно сказал Сэм, глядя на Наоми Харпер. Она выглядела на удивление молодо для учительницы, пара грустных темно-карих глаз смотрела нее, она было бледной женщиной, ее азиатское происхождение было очевидным с первого взгляда. — О чем речь? Мне нужно подготовиться к другим занятиям. — сказала Наоми, и ее улыбка быстро исчезла. Забавная вещь, которую она обнаружила, заключалась в том, как легко было заставить людей сплетничать с ее силой. Заставить одинокого лысеющего учителя средних лет поговорить с симпатичной старшеклассницей, которая ловила каждое его слово, было детской забавой. Даже когда речь шла о его собственных коллегах. Одинокие идиоты были прекрасным источником информации. — Я знаю о вашем сыне. — спокойно сказал Сэм, наблюдая, как глаза Наоми расширились от шока, быстро сменяясь гневом. — И я знаю, как его подвела современная медицина, несмотря на то, сколько они с вас взяли. Речь идет о возможности помочь ему. — Мисс Пейдж, я предлагаю вам уйти, пока я не вышла из себя. — практически зарычала Наоми на нее, вставая со своего места. — У меня нет времени, и уж точно не хватит терпения, что бы это ни было. — Я знаю, как вы могли бы спасти его, вы действительно собираетесь упустить такую возможность из-за упрямства или быстрого суждений? — спросил Сэм, все еще совершенно спокойный, даже когда Наоми подошла к ней, слегка глядя на нее сверху вниз. — Никто и ничего не может ему помочь, и вы бы знали это, если бы были так хорошо информированы, как вы думаете. — зарычала Наоми, ее голос сорвался, когда она говорила. — Больницы ничего не могут для него сделать, но это не значит, что ничего нельзя сделать. — сказала Саманта с предельной уверенностью, не прерывая зрительного контакта. — Ты сумасшедшая, и я не буду стоять здесь и слушать твою болтовню. — сказала Наоми через мгновение. — Я могу доказать, что я права. Всего один вечер, если я ошибаюсь, ты можешь бросить меня в тюрьму до конца дней, ты даже можете отстранить меня или исключить. Ты действительно так полны решимости упустить шанс, что твой сын выжил, только потому, что я могу ошибаться? — сказала спокойно Саманта, прерывая ее, когда она собиралась ответить. —У тебя есть мой адрес? Приходи ко мне домой в десять вечера в воскресенье, и я смогу доказать, что я права. Одна потерянная ночь — это все, что ты можешь потерять. Увидев нерешительность в глазах Наоми, она улыбнулась и сделала небольшой реверанс. — Надеюсь увидеть вас там, мисс Харпер. Если вы решите прийти, оденьтесь так, чтобы произвести впечатление. Мой покровитель — влиятельный человек, и в ваших же интересах, ему нравиться. - Наоми - Глядя на большой особняк, она вздохнула про себя, еще раз пообещав, что уйдет если это будет такой большой тратой времени, как она ожидала. У Саманты не будет ни дня без отработки после уроков, пока она не закончит учебу. Саманта Пейдж всегда была странной девочкой, очень умной девочкой, но также и одиночкой, пока около недели назад она внезапно не присоединилась к группе самых популярных девочек в школе, а затем практически захватила ее. Постучав в дверь, она в седьмой раз за последний час ругала себя за то, что действительно поверила ей и пришла в ее дом. Она не могла выкинуть слова Саманты из головы, и решила потратить одну ночь на то, чтобы доказать себе, что она просто несет чепуху и не стоило того. — Я знала, что ты придешь. — сказала Саманта, как только открыла дверь с самодовольной улыбкой на лице. Когда она сказала «одеться, чтобы произвести впечатление», Наоми поняла, что, возможно, ошиблась. В то время как она пришла в элегантных черных брюках и белой рубашкой, Саманта выбрала черно-красное платье, черный, туго натянутый корсет, она стояла там, похожая на какую-то готическую диснеевскую принцессу. — Я здесь, чтобы доказать, что ты неправа, и наказать тебя за то, что ты тратишь мое время впустую и копаешься в моей личной жизни. — прямо сказала Наоми, заставив Саманту легкомысленно хихикнуть. — На самом деле не имеет значения, почему ты пришла сюда, важно только то, что ты это сделала. — сказала спокойно Саманта, улыбаясь ей. — Пожалуйста следуйте за мной. — сказала она, поворачиваясь и направляясь в величественное поместье. Мебель одной комнаты в этом поместье, вероятно, стоила больше, чем ее дом, машина и ее годовая зарплата вместе взятые. — Ваш покровитель уже здесь? — спросила Наоми, ее мысли были заняты. Это была вторая причина, по которой она пришла сюда: если кто-то манипулирует одним из ее учеников, она обязана положить этому конец. Вот почему у нее в сумочке был электрошокер. — Он здесь. Я позвала его раньше. — сказала Саманта, ее интуиция запищала как счетчик Гейгера в ее голове. — Ты не беспокоилась о том, что потратишь его время, если я не приеду? — спросила Наоми, пока ее вели по особняку. — Не совсем, я была уверена, что ты появишься, и даже если бы ты не появилась, я все равно мог бы сделать эту поездку стоящей. — сказала Саманта, слегка покраснев, когда глаза Наоми сузились. Посмотрев на маленькую девочку, за которой она следила, она нахмурилась, поняв кое-что. Саманта шла странно, как будто хромала. Прижимая к себе сумочку покрепче, она глубоко вздохнула. Окружающее уже кричала, чтобы она бежала. Когда они подошли к двери, Саманта с улыбкой остановилась и обернулась. — Помни, ты здесь, потому что тебе нужна его помощь, а не наоборот, так что не делай ничего безрассудного. — сказала Саманта спокойно, когда она открыла дверь и вошла. Сделав всего один шаг в дверь, предупреждение в ее голове внезапно приобрело гораздо больший смысл, когда она уставилась на существо, сидящее в похожем на трон кресле у стены того, что должно быть спальней Саманты. Большая часть ее хотела заявить, что почерневшие рога на голове высокого мужчины без рубашки были фальшивкой, что странная чешуя, доходящая до его локтя, была каким-то аксессуаром. Но когда он сделал небрежный жест, и дверь за ней захлопнулась, она могла только смотреть в шоке. Единственная вещь, в которой он был одет, были черные темные брюк, кожаных и невероятно облегающих фигуру, когда он смотрел на нее с выражением небрежного безразличия в своих лиловых глазах, его точеной груди и обнаженных мускулистых руках выглядели слишком естественно. — Нет, твой электрошокер мне ничего не сделает. — просто сказал он, его глубокий бархатный голос заполнил всю комнату, когда он слегка ухмыльнулся, обнажив клыкастые зубы. — На самом деле, — он замолчал, подняв руку, ее сумочка полетела к нему, а ее сердце замерло. Наблюдая, как он вынимает ее электрошокер и просто раздавил его, отбросив искореженный пластик в сторону, прежде чем швырнуть ее сумочку обратно ей. Она с грохотом упала на пол в нескольких футах от нее. — Ч-что ты такое? — спросила Наоми, ее голос сорвался от страха, даже когда Саманта практически подскочила к существу, вставая на колени у его ног и прислонившись к его ногам. — Очевидно, демон. — протянул он, положив руку на голову Саманты и поглаживая своей когтистой рукой ее волосы, когда она практически растворилась в его прикосновениях. — Владыка демонов Раум, если быть точным. Действительно, та, кто живет в Салеме, должна больше знать о скрытой стороне мира. — ругался он с веселым выражением лица, глядя на нее. — Чего ты хочешь от нас? — быстро спросила Наоми, оглядываясь на закрытую дверь позади нее. — Чего я хочу? Ты ждешь, что я скажу твою душу? У меня уже есть Саманта, она моя, и ничто этого не изменит. — просто сказал Раум, глядя вниз на оговорку девушки, которая застенчиво улыбнулась ему в ответ. — Но чего я хочу от тебя? Ничего. Ты не какая-то особенна девушка, просто обычный человек в мире, полном миллиардов таких же, как ты. Вопрос в том, что ты хочешь от меня и что ты готова дать мне за это. — спокойно сказал Раум. Глядя на него, ее внезапно поразила мысль. Саманта говорила правду, и от этого простого осознания ее разум сошел с ума, смесь страха, надежды, страха и радости затопила ее тело одновременно. — Конечно, я уже знаю, чего ты хочешь, даже если бы Сэм не сказала мне о состоянии твоего сына, твой разум — открытая книга. Твой сын лежит на больничной койке всего в нескольких милях отсюда и умирает от болезни, и Сэм пригласила тебя сюда, чтобы договориться о моей помощи в его излечении. — сказал Раум почти скучающим тоном. — Ты… ты можешь это сделать? Докто — Простые люди. Саманта, флакон. — прервал и приказал Раум, когда Саманта встала и подошла к ящикам, доставая маленький стеклянный пузырек со странной розовой жидкостью внутри. — Решение твоей проблемы, дай ему выпить это, и он выздоровеет в течение пары недель… теперь все, что осталось, это договориться о том, что ты дашь мне за это. Она вспомнила библейские рассказы? Никогда не заключайте сделку с дьяволом. — Чего мне это будет стоить? — тихо спросила Наоми, глядя на демона, который предлагал ее сыну способ прожить достаточно долго, чтобы его возраст мог достичь двузначного числа. — Преимущество способности читать мысли заключается в том, чтобы точно знать, сколько кто-то даст за мою помощь. Все это будет стоить тебе жизни. — сказал Раум, медленно растягивая слова, когда она отпрянула. — Твоя жизнь за жизнь твоего сынова, стоящая сделка, ты согласна? Как бы ей ни хотелось закричать, что это не так, она знала, что в этом нет смысла. Конечно, это была достойная сделка, на которую согласилась бы любая мать. Ее родители могли бы забрать сына, когда она уйдет, ее мужа уже давно нет, его забрала та же болезнь, которая угрожала ее сыну, она сомневалась, что присоединится к нему, где бы он ни был, но он поймет. — Это будет быстро? Могу я сначала увидеть своего сына? — спросила она через мгновение, наблюдая, как он слегка усмехнулся. — Возможно, ты неправильно поняла, твоя жизнь будет моей, и я буду делать с ней все, что захочу. Убивая тебя, я ничего не получу. Ты посвятишь свою жизнь служению и поклонению мне в обмен на лечение твоего сына, служа мне в любом качестве, которое я сочту подходящим. — просто сказал Раум, явно уже зная ее ответ. — У меня нет желания забирать тебя у твоего сына, ты увидишь, как он вырастет здоровым и счастливым, но взамен ты полностью отдашься мне в качестве платы. — объяснил Раум с той же почти скучающей улыбкой, что и все это время. — Ты уже знаешь мой ответ. — сказала Наоми через мгновение, и в ее тоне отразилось поражение, когда он усмехнулся. — Конечно, я знаю. Я знал твой ответ еще до твоего прихода. Саманта. — сказал Раум, наблюдая, как гибкая блондинка поставила пузырек на прикроватный столик и вытащила кусок почерневшего пергамента. — Не волнуйтесь, миссис Харпер, вы не пожалеете об этом. — пообещала Сэм, когда она протянула перо и черную бумагу, условия были изложены ясно, пока она их читала. Взяв перо, она глубоко вздохнула и подписала себе жизнь раба. - Грейсон - Имея в кармане такую талантливую целительницу, как Поппи Помпфри, с этим было легко справиться. Я только спросил ее, существует ли волшебный метод лечения последней стадии лейкемии, когда Саманта рассказала мне о том, кого она выбрала. Я никогда не слышал об этой болезни, ведь волшебники ею не болеют. К счастью, магглорожденных целителей, которые искали волшебное лекарство от мирских проблем, было немало, так что она смогла достаточно легко сварить для него зелье. Иметь карманного целителя действительно было вдохновляющей идеей. Потому что я ничего не знаю об исцелении самого себя. Мне не нужно беспокоиться о реакции американских магов. Есть тысячи больниц с бесчисленным количеством пациентов, и люди все время чудесным образом выздоравливают. Одинокий ребенок без магической связи даже не заставит их бровью приподнять. Приятно, что министерства магий все такие некомпетентные, куда бы вы ни посмотрели. — Вот так. Покланяйся нашему господину. — Сэм проворковал, когда я с улыбкой посмотрел вниз, глядя в сопротивляющиеся глаза Наоми, рука Сэм была на ее затылке, когда она направляет ее голову, чтобы мой толстый демонический член глубже проник в ее горло. Есть некоторые преимущества в том, чтобы иметь культ. Примечание автора: я действительно не собирался, чтобы эта история так долго оставалась без обновлений, я плохой.