Карающим мечом

Дженнифер не нашла отца в Мемориале. Зато вынесла целую кучу голосозаписей, а еще облегчила свою поклажу на десяток магазинов к автомату. Благо, супермутанты не отличались шибко высоким интеллектом, а потому девушка смогла при помощи хитрости и смекалки перебить всех этих зеленых уродов. Как бы то ни было, легкой эту вылазку точно назвать было нельзя. Усталая, вымотанная до предела, Дженнифер заперлась в комнате, явно не стоящей вываленных за нее крышек. В Мегатонне по той же цене Дженни могла получить не только номер, но и приятную компанию на вечер. В Ривет-Сити же таких услуг не предоставлялось. Даже бутылки водки и виски, что можно было в огромном количестве найти под кроватью, были бессовестно пусты. Дженнифер скидывает ботинки, кладет на кровать автомат, а сама падает рядом. – Что ж, послушаем, что ты мне оставил, папа, – произносит она, вставляя в пип-бой первую голосозапись. Ничего важного, просто заметки по поводу Чистоты. Нет, в перспективе, это было очень важно. Но сейчас девушка хотела узнать не историю работы над проектом, в который ее отец вложил всю свою жизнь, а заметку о том, куда он теперь направился и где его искать. – Дерьмо, да где же ты? – шепчет она себе под нос, вставляя очередную кассету. В этот раз голос принадлежал не ее отцу, на записи говорила женщина. Тоже что-то про проект «Чистота». Издав сдавленный стон, Дженнифер уже хотела выключать запись, но вдруг услышала: «Джеймс, ну пожалуйста, я работаю. Ну не сейчас…» Холодок пробежал по ее спине, в груди что-то дрогнуло. Трясущимися руками девушка отмотала запись на самое начало. «Джеймс, ну пожалуйста, я работаю. Ну не сейчас…» Дженнифер судорожно глотает воздух. «…мы перейдём к… Джеймс! Прекрати! Дай дописать, в конце концов…» Дженнифер закрывает рот рукой. «При этом… Ой! Джеймс! Что, прямо сейчас? Ну, ты чего…» Женщина на записи смеется. Запись заканчивается, так не вовремя, неправильно оборвав ее смех. Дженнифер снимает пип-бой, хочет встать, но тело совсем не слушается. Она проводит ладонью по лицу и понимает, что щеки ее вымокли от слез. Как же так? Она обещала себе не плакать. – Мама, – как в бреду шепчет девушка. – Мама. Она ложится на бок и машинально притягивает к себе автомат. С ним как-то спокойнее, как-то проще. Он должен защищать ее. Он для этого был создан. И каждая пуля, что покоится в его магазине, должна оберегать Дженнифер от ужасов этого кошмарного мира. Только сейчас эта штука совершенно бесполезна. Не смотря на это, девушка все крепче и крепче обнимает уже успевшее стать родным деревянное цевье, прижимается щекой к холодному металлу ствола: «почему же ты меня не защищаешь?» – Мам, это ведь ты, – шепчет Дженнифер, пряча от самой себя лицо в подушку.