Логово для чудовища

Схему папа одобрил, но учительское «до схода некогда» сменились «после схода некогда». Впрочем, Нир не унывал. Он отправил письмо, наложил чары у себя в саду и наблюдал. Хотелось творить еще. И Нир творил каждый день перед работой и после. Карандаш порхал, рисовал схемы, а потом Нир откладывал, пересматривал их, правил, снова откладывал — и отправлял, наконец, папе. Его, кажется, это подбадривало, а то после смерти мамы совсем приуныл. «Так и не узнал, отчего мама умерла и почему позвали уже на могилу, а не на похороны. «Так получилось», — вот и все объяснения. Наверное, какой-то несчастный случай неловкий. Как жаль! Столько сил в ее лечение вложено, и теперь, когда она наконец-то стала более самостоятельной, грустнее вдвойне — вот так и все». Но Нир старался не думать о маме. Наверное, потому что хотя и было жаль, принять смерть получилось быстро. Даже легко. Мама давно болела, и ухаживать за ней было утомительно. Да, Си присматривала, да, они старались помогать. Хотелось сказать, что отмучилась, но мама не страдала, в отличие от окружающих ее. Обидно только, что погибла, когда получше стала. Зелень вокруг вдохновляла на новые идеи, и не только заклинаний — если полив уже был отрегулирован, то затенять или наоборот убирать навесы в пасмурные дни тоже хотелось как-то легче, иначе не набегаешься. Или, например, влажность повысить и не сжечь листья тоже надо иногда. Или порыхлить — почему бы не доверить чарам? Решения находились даже без Сирлина. Правда, он обычно все равно дорабатывал идеи. Ночами устанавливал готовое, если было не жарко, днем спал. Чертежи магических инструментов Нир не отправлял Учителю, только рисунки, как выглядели, и описание, как работали. Изобретения все-таки не полностью его, и дарить их общине Нир не собирался. Схемы чар-то не хотел, но как вклад оформил. Первые теплицы тоже показал. Приспособлений для ухода уже накопилось на целый альбом. «Каталог», как они с Сирлином называли его. Каталог, который никто никогда не видел. Хотя эти изобретения они с Сирлином собирались продавать, но пока ничего для этого не сделали. Очень дорого выходило, да и что к эльфам, что к Ниру относились настороженно, как подобраться правильно? И когда, времени на свои-то земли хватило бы. Забот что в Яблоневой роще, что в Ледяной пещере хватало. Нир с любовью пролистал каталог. И снеженичники, и самополив, и система ухода с дозатором удобрений- все такое удобное. Все такое разорительное, хотя и окупалось постепенно. Кристалл вдруг вспыхнул, выронив письмо с изумрудным краем и несколько ярких искр, от которых цветы рядом расцвели. «Учитель! Наконец-то посмотрел!» — Нир развернул письмо. Учитель приглашал сходить на вечер к мастерам барьеров, показать наработки. «О, как хорошо! Наверное, он имел в виду схемы заклинаний, но почему бы и не показать остальное?» Нир сложил в эльфийский мешок альбом, образцы, парадную форму примерил на всякий случай. «Вроде бы впору. Все-таки хорошо, что у Таи пошил, из общины совсем не сидела, жала, а эта хорошо сидит. Вроде бы не сказать, что эльфийское, обычное. Будет ли Учитель ворчать? Хотя не все ли равно?» Было удобно, отражение нравилось, переодеваться не хотелось. «Зачем думать о том, что может подумать Учитель? Это ведь всего лишь одежда, ерунда! Главное у меня лежит в сумке. Точно, можно еще снеженику взять, лучше любых слов и рисунков покажет работу теплиц. Очень вкусная».

***

Главный дом мастеров барьеров найти удалось не сразу. Он затерялся в темном лесу иглодревов, и по едва заметным тропкам Нир выходил то к беседке, то к другому домику, а нужный никак не находился. Нир уже успел подумать, что, возможно, дом скрывали чары, но отмел эту мысль. «Вряд ли, сами же пригласили гостей. Ах, воздух в лесу такой чудесный. Смолой пахнет, иголками этими. Темно и нежарко». Тропинка свернула за очередной иглодрев, и Нир увидел дом. «Похож на нужный вроде бы, по крайней мере, побольше прошлых, дорожка камушком цветным выложена, крыльцо крупное, гостевое». Нир поднялся по ступеням. Девушка у входа поклонилась. Народу было не так много, как перед советом в Главном доме, спокойнее. Нир нашел взглядом Учителя и подошел ближе, поклонился. — Приветствую. — Здравствуй, — Учитель кивнул, окинув взглядом с головы до ног. Казалось, он хотел высказать что-нибудь, как и всегда, но сдержался, вместо этого представил собеседникам. — Риннир из рода исследователей, моя надежда и опора. Риннир, Тирмин из мастеров барьеров, он очень интересовался теплицами для снежных растений. Нир коротко поклонился друиду с проседью. Судя по поясу, старший служитель, равный по статусу, и вроде бы не сильно старше. Но отчего-то волосы на висках серебрились, несмотря на холостяцкий хвост. «Может, вдовий? О таком лучше не спрашивать». — Рад встрече, — Тирмин поклонился в ответ. — Пойдем в беседку, здесь шумновато. Он вывел на задний двор, и Нир с удовольствием вдохнул полной грудью аромат иголок и смолы. — Чудный воздух здесь, — похвалил Нир. — Точно. Правда, растения Старого Эрва здесь не приживаются, но и местные, которые растут, ой, как хороши. Мимо стола не проходи, попробуй орешков обязательно, во рту тают, и ягод, они дивно кислые. Если мед добавить, морсы получаются незабываемые. Нир вытащил из эльфийского мешка корзину со снеженикой. Темно-синяя, белая и голубая — разные сорта, и все вкусные. — Это из домашней теплицы. Думаю в пещере устроить, но позже. Пока сезон, стараюсь в огороде успеть. Тирмин попробовал, закивал. — Потрясающе! Я наслышан, даже в Ледяном павильоне был, но такого не ожидал. В павильоне тоже вкусная, но не такая. — Там ободрано все, не успевает созреть, — Нир улыбнулся и почесал нос, вспоминая шумных детей. — От эльфов сплошь беды, не усмотришь, — покачал головой Тирмин. — Строить для них купальню на своей земле — очень… смелое решение. — Детишки снежных эльфов сильно страдают от перегрева, и торговая гильдия выстроила этот павильон сама под условием, что я найму всех, кто будет в этом нуждаться. Осознание, что дети здоровы и счастливы, дороже любых богатств. Я не считаю до кристаллика, для меня это скорее благотворительный проект, но Ледяной павильон приносит доход. — Почему они не могут отдыхать у себя в городе? — удивился Тирмин. — Потому же, почему снежные растения плохо растут вдали от ледяных ключей. В Священном саду много холодных источников, они создают ту самую важную среду, которую пока не получается повторить чарами. Есть в них что-то особенное, и именно на них снежные растения растут особенно хорошо. Похожие в междумирье на нижнем уровне текут, на них тоже возможно развернуть ледяные уголки. — У нас возле гор есть такой, — покивал Тирмин. Нир достал рисунки, выложил. — Это те уголки, что устраивал сам. Они одинаково хорошо работают у ледяных источников, но у меня недостаточно информации о том, как они проявляют себя далеко от источников, только что хуже, — не стал скрывать Нир. — Это не имеет значения, у нас есть. Важна стоимость создания и эксплуатации. Это Нир знал хорошо. От суммы, которую пришлось потратить на теплицу в своей купальне, до сих пор жадность успокоиться никак не могла, душила, только мизерная стоимость эксплуатации утешала. — Зависит от размера и элементов. Из необходимых материалов каркас в среднем выйдет около тысячи кристаллов, но к нему нужны или энергетические сосуды, или кристальные порошки, или постоянная подпитка энергией вручную. В моей домашней теплице установлено десять емких энергетических сосудов вечного качества, заправляю примерно раз в месяц. Можно реже, держат до трех месяцев, но от недостатка энергии могут быть неприятные последствия, поэтому перестраховываюсь. Работа будет стоить тысячу кристаллов, если теплица нестандартная — выше. — Десять! — ужаснулся Тирмин. — Можно сократить количество до двух — для энергии Нелы и Эрва, но заправлять нужно будет чаще. Лучше рассчитывать так, чтобы дозаправки были не реже, чем в сосуде останется четверть энергии. — А если заменить на энергию Эрва? — Она хуже изолирует от тепла, и растения не плодоносят. Лучше сочетать. Тирмин смотрел то на рисунки, то на расчеты, то на снеженику. Ему хотелось, но это было слишком дорого, кажется. — Зато эксплуатация по цене удобрений, — утешил Нир. — У деталей вечное качество, мастер-снежный эльф. — Это действительно впечатляет, — Тирмин вздохнул и взял еще ягодку. — Я бы никогда даже не замахнулся выдумать подобное. — Как коллеге могу предложить скидку на работу в межсезонье и рассрочку. — Я подумаю, Риннир, и дам знать. Очень хочется снеженики. Мы бы могли договориться о взаимных поставках со скидкой? — Думаю, могли бы. Я не могу устанавливать цену ниже Ледяного павильона, у нас договоренности с Торговой гильдией. Но я бы мог продавать ягоды такого качества, как в корзине, по цене Ледяного павильона. Тирмин кивнул. Кажется, он рассчитывал на скидку больше. Или все еще был расстроен ценой теплицы. — Я подумаю. «Сейчас для работников теплиц ягоды бесплатны, если не выносить, — подумал Нир. — Но такое я предложить не могу, это хороший вариант разве что для детей снежных эльфов, а коллеге грубо предлагать поработать на меня. Хотя…» — И я бы не отказался от грамотного помощника в пещерах. Все равно снежный сад буду устраивать, но до зимы времени заниматься не будет. Могу пустить в теплицу до этого времени. Придется все посадить самому, но снежные растения стремительны, дают первый урожай в первые же дни. — Можно? — удивился Тирмин. — Можно, — кивнул Нир. — А в чем твоя выгода? — Ну-у… Как минимум, мне останутся или посадки, или уже подготовленный сад. Но скорее я хочу, чтобы вкусная еда была более доступной. Для этого и придуманы теплицы, схемы заклинаний, приспособления в альбомах. Тирмин приподнял брови, удивился, видимо. Он прижал руку к груди и легонько поклонился. — Я с благодарностью приму приглашение и не останусь в долгу, Риннир. — Рад сотрудничеству, — Нир поклонился в ответ. — Я хотел бы поговорить о чарах в обычных теплицах, но лучше позже при случае. Это может затянуться, не могу надолго оставить гостей. Давай вернемся. Нир кивнул. Морс из кислых ягод был необычным, а светлые орешки — совершенно особенными, такие он пробовал один раз в салате Лайры, узнал вкус. «Надо будет купить таких. Вкусные». Вечер был шумным, и говорили больше не о чарах и урожаях, а обсуждали слухи. Что и в какой общине произошло, как будут решать вопросы, чем довольны и не слишком. Нир слушал вполуха, осматривался. Было скучно. Хотелось заняться делом, а не переливать из пустого в порожнее. И показать свои наработки повода тоже не было. А потом он заметил Ки. Они с ее мамой беседовали с незнакомыми Ниру элькринами. Сердце забилось быстрее, захотелось подойти. Но потом Ки подала руку незнакомцу для поцелуя, и Нир вышел подышать свежим воздухом. Сложно не злиться. Этикет допускал, конечно, поцелуи рук, но это было явным вежливым интересом и его принятием. Но что бы это ни означало, Нир ревновал. Было обидно страшно. «Почему не я? Ну почему? Я недостаточно красив? Недостаточно состоятелен? У меня скверный характер?» Нир не знал, и после такого жеста спрашивать не посмел. «Да и есть ли смысл? Если бы Ки хотела, пришла, как раньше. Мы бы поговорили. Может, самому прийти? Надо объясниться все-таки. Она замуж не выходит, а руки ей то один целует, то другой». Нир вдохнул поглубже, зажмурился. Вернуться в зал было сложно как никогда. Но он все-таки собрал волю в кулак, шагнул, нашел взглядом Ки, смеявшуюся над шуткой незнакомца, мило прикрывая рот рукой. «Он ей нравится, кажется, нельзя же сейчас подойти и спросить. Да и так все видно». В кругу Учителя говорили все о том же, и Нир вышел на задний двор снова. Хотелось домой. Было обидно, что об изобретениях не удалось поговорить, только о снежинке немного. И то ничего не купили, мол, дорого, подумаем. Как сложно продавать!