Логово для чудовища

Боль сводила с ума, но воображаемый голос был рядом, и с ним в жуткой пропасти было не так страшно. Что могла сделать боль, когда голос рядом? Правильно, ничего. Если не упрекают, а поддерживают, легче. Все на свете выдержать можно, наверное. Только очень уж больно. Смутно ощутилось прикосновение рук, укол иглы. Утешавший голос стих, зато и боль притупилась. Понемногу проступило лицо Карна. Темные кудри выбились из хвоста, красиво легли на бледную кожу. Он зашивал душу, ловко орудуя иглой. «Спасибо». — Очнулась, Нелари? — он улыбнулся. Глаза темные, не пылали огнем. Красивый и совсем нестрашный. — Да. Спасибо, — сипло ответила Нела и улыбнулась. — Я рад. Он провел по плечам, ущипнул. По груди. По бедрам. Лечил. После приступа даже не особенно и больно. «Спасибо». Звякнула пряжка на поясе. Карн забрался на кровать, навис. Нела зажмурилась, усилием воли развела ноги. В горле встал ком. — Ты очень красивая, когда боишься, Нелари, — похвалил Карн. «Спасибо». Грудь ожгло щипучей плетью, и Нела вскрикнула больше от испуга, чем от боли. — Да, — похвалил шепот. — Так мне нравится, Нелари. Покажи, насколько ты можешь быть живой. Было скорее неприятно, чем больно, но Нела кричала так громко, как только могла. Главное ведь, чтобы Карну нравилось. Чем больше нравится, тем скорее это кончится. И Карн оценил старания. То, что обычно казалось вечностью, завершилось настолько быстро, что даже осипнуть не успела. Он лег рядом, и Нела обняла, перебирая кудри. Показалось, что пальцы прошли сквозь прядь, а кожа была стала бледной, что просвечивала. «Длинные ресницы такие. Красивый». Карн улыбнулся шире, повернул голову, подставляя другую сторону. — Мы будем настоящей семьей, Нелари. Несмотря ни на что. Нела робко кивнула. — Даже когда нас не станет, Семья позаботится о наших детях и внуках. Мы столько сделали, Нелари, что уходить нестрашно. Хочется только больше успеть, пока еще есть время. Надо бы Эйру невесту найти, как думаешь? Скажу Айару, пусть подберет. Может быть, из общины Архи? Объединил бы семьи, как в прежние времена. Нела кивнула. Семья — это хорошо, хоть страшно и больно иногда. Но Эйр хороший мальчик. Позаботится.

***

После оскорбления выходить не хотелось никуда. Но сегодня был совет, так или иначе предстояло собраться вместе со всеми, слушать, обсуждать и сражать всех своей красотой. И потому Киин поулыбалась перед зеркалом, повторила поклоны, вежливые фразы. «Не хочу на совет. Хочу замуж, чтобы все оставили в покое, и я могла возиться в своей клумбе. А потом дети появятся, с ними буду играть. Не хочу их отдавать ни на какое воспитание страшным бабкам, сама выращу. И лучше бы, чтобы муж красивым был. И чтобы не тыкал никто невестке, отдельно от родителей жить. Эх, мечты-мечты». Киин надела бусы из великаньего камня, покрутилась перед зеркалом. «Нет, я их слишком часто надеваю. Вдруг подумают, что у меня больше ничего нет? Надо что-то другое сегодня». «Что-то другое» нашлось в большом количестве. Кристальные бусы, колье из священного дерева с инкрустацией, браслеты… Киин выбрала то, что выглядело подороже, примерила. «Хорошо. Оттеняет платье без узоров, подчеркивает хороший материал». Показалось, что похудела. Киин покрутилась, и поняла, что права — платье стало свободнее, хотя раньше сидело хорошо. «Маме это не понравится. Точно заметит. Придется звать слуг, а ведь так хотела побыть одна хотя бы утром!» Девушки прибежали по первому зову, засуетились, заохали, пришлось подшивать, умываться снова, краситься, заплетаться… «Завтрак пропущу, — подумала Киин. — Ну и ладно, спишут на горе, меньше придираться будут. Все равно аппетита нет».

***

Яблочко шел вместе с наследником, одетый по-древнеэлькрински балахонисто. Наверное, на других настолько старомодная одежда выглядела бы чудно, но Яблочку шла. Он в ней казался героем из сказки. Яблочко увидел Киин, улыбнулся, кивнул. Но пока Киин растерянно улыбалась и думала, чем ответить, Яблочко скрылся в комнате для ожидания, а наследник — в зале советов. Не бежать же следом. — Как чучело, — тихо прошептала мама. — Ископаемое, — тихонько подпела Тинара, женщина из младшей ветви. Киин потупилась, лишь бы только не выдать злости. Пусть лучше спишут на стыд и скромность. «Я бы заказала Яблочку такую одежду, в которой он выглядел бы достойно и модно. А то он то в малом, то в эльфийском ходит, а сейчас в странном древнем костюме. Но он такой красивый, что ему все идет, что бы он ни надел. Даже самое нелепое». Киин заметила краем глаза, как Яблочко зашел в зал совета. «Удачи». — Слышала, Рина, у соленого озера будут земли распределять. Может, и нашей семье что достанется. — Не думаю, — ответила мама. — Как обычно, роду кисти лучшее отдадут, совсем безземельным остатки, а нам ничегошеньки. — Вот и прикидываю, кому земля достанется, может, нашу отдать за кого. Подрастает уже, хочется, чтобы не единственной служанкой на весь дом была, для себя тоже успела пожить. Мама брезгливо поджала губы. «Да, мечты мечтами, но свободы не будет никогда. Я слишком много хочу. Всегда придется соответствовать, терпеть, слушать. Вот у Тинары ожидания реальнее», — вздохнула про себя Киин. Мама и Тинара продолжали натянуто общаться и уже успели ужасно надоесть. А Яблочка все не было. Стало даже любопытно, что можно обсуждать столько времени. Киин поймала на себе восхищенный взгляд и узнала парнишку из знахарей, который позвал погулять наедине. Тарин, кажется. Вытянулся, еще больше отощал, и теперь напоминал нескладного облезлого петуха. Глазами пожирал так, что стало не по себе. И как назло его матушка тоже их заметила, подлетела. — Какая же ты красавица, Киин! Еще в девушках? Мы все вспоминаем тебя. Киин опустила взгляд, сжала руку мамы. — К нашей Киин сам наследник исследователей сватается, священные плоды приносит горами, — с гордостью заявила Тинара и поймала уничтожающий взгляд мамы. Птичье лицо Ариты надо было видеть. Смесь недоумения, удивления и плохо скрытого злорадства сомнений не вызывали — о сватовстве узнают все, и к Киин никто и близко не подойдет. — Отличная партия, — похвалила Арита с плохо скрытым злорадством. — Счастья молодым. Ее сынок счастья не разделял. Нахохлился и осмотрел с головы до ног снова, будто раздевал. Киин сделала вид, что не заметила неприличного внимания. — Благодарю, — процедила сквозь зубы мама. — Мы пойдем сад посмотрим. Она вцепилась в локоть мертвой хваткой и вывела прочь. Киин выдохнула с облегчением, выйдя в вечнозеленый сад. «Пусть мама и злится, но я так рада, что мы вышли. Да, скрывать вечно не получилось бы все равно, разве что если бы только Яблочко передумал. Но он упорный». Мама вывела к тому самому кусту огнецветов, присела на ту самую лавочку, где они когда-то сели с Яблочком. Сердце дрогнуло, и Киин старательно отвела взгляд, стараясь ничем себя не выдать. — За что нам такое несчастье, Киин? — тихо прошептала мама. — Чем мы прогневали священное древо? А я говорила тебе, не лезь на него с ногами! — Это благословение, матушка, — утешила Киин. — Если такова воля священного древа, я приму свою судьбу. — Теперь все узнают, — шепотом сокрушалась матушка. — Не знала, что Тинара такая змея. Я к ее девочкам со всей душой, пригрела, а она! В прачки отправлю девок ее. Места своего не знает! Мама подскочила и быстро зашагала прочь от главного дома. Киин незаметно вздохнула. «Девушки меняются часто, но этих я уже прикормить успела хотя бы, а к новым привыкать. А если следить будут, пытаться выслужиться? Такое часто бывает, особенно первое время. Нет, надо брать все в свои руки. Какие перспективы? Яблочко после совета свататься придет, надо соглашаться. Ему ведь может и надоесть, а я куда потом? После такого слушка если Яблочко откажется, постараются сбыть поскорее. А куда поскорее? К этому бесстыжему, разумеется. У знахарей не забалуешь, вкуснее рыжего корня ничего не съешь, еще и этот мерзкий явно не из тех, кто отстанет. Поди и хвост к эльфийкам носить будет, позорить — если уже начал, ни за что не откажется. Слышала такие истории, не надо мне такого счастья. А у Яблочка что? Проклятие снимут, скорее всего, как Отступник умрет, это же личная месть рода кисти. Как проклятие снимут, старейшиной станет. Земли есть какие-никакие, растет что-то. Работящий. Любящий. Послушный. Его главное направить, приодеть, подсуетиться везде. Да, кровь у него грязновата, но какая разница, если он станет старейшиной? У меня чистая, дети нормальные будут». Киин едва поспевала за мамой, похрустывавшей снежком уже возле дома. «О священное древо, дай мне сил пережить ее истерику сегодня, — помолилась Киин. — А потом успокоить и уговорить согласиться. Папа против не будет».

***

На совет вызвали почти сразу. Нир повторил про себя текст, вошел, поклонился. — Приветствую совет. — Приветствую, Риннир из рода исследователей, — говорил Глава. Он выглядел очень собранным и серьезным сегодня. — Эрлин доложил нам, что ты можешь полностью восполнить резерв семян и поселить снежных лисиц в Ледяной пещере. Это серьезное дело, очень весомый вклад. Если справишься, снимем проклятие с рода. Не справишься — не берись. Это не шутки. — Почтенный Глава, возьмусь, сделаю. Я хотел бы еще доложить о вкладе и попросить вернуть имя моему отцу. — Не торгуйся с Главой, — осадил старик с золотой брошью-кистью на воротнике. — Это подождет, Риннир из рода исследователей. Рассмотрим после восполнения резерва и спасения снежных лисиц, — ответил Глава. — Благодарю за доверие, Глава, — Нир поклонился. — Иди сюда, — велел Учитель и кивнул на пустующее место рядом с собой. Нир сел. Учитель придвинул гору бумаг и тихо сказал: — Заполняй прошение на резерв всех семян, лисиц и остальное. Вот здесь список, на что именно. Нир кивнул. «Снимут проклятие! Так просто! А потом и имя вернут, наверное. Эх, лучше бы наоборот, папа совсем слаб. Ну ничего, чем скорее справлюсь, тем скорее попрошу о папином имени». Нир вроде бы и старался заполнить поскорее, но гора бумаг высилась и совсем не убавлялась. Нир сначала пытался подсчитать, сколько земли и времени уйдет на посадки, но сбился со счету. «Здесь явно не поможет даже огород в междумирье расширить. Придется много-много раз сажать и чарами ускорять рост. Вообще-то это вредно, но если только на семена, то нормально, незаметно будет. Снежные растения у себя дома и в Ледяной пещере проращу. Эх, сколько семян! Вообще все растения Старого Эрва и каждого полный резерв. Много, но я справлюсь».