Логово для чудовища

В саду было прекрасно. Снова на грядках Нир вырастил что-то чудное, листья тихо шелестели на едва ощутимом ветру, могила мамы все так же утопала в жасмине. Си присела рядом с камнем, погладила. Выступили слезы. «Я не знаю, что мне делать, мама. Я хочу полноценную семью. Хочу детей. Хочу счастья. Спасибо, что предупредила меня. Надеюсь, найдется другой способ излечиться. И желательно поскорее». Дверь хлопнула. Эйр подошел быстрым шагом, нахмурился. Выглядел очень усталым. Сегодня явно торопился, ругался больше обычного, а сам, казалось, еле глаза открытыми держал. Не хотелось, чтобы тратил силы на портал. Да и дома хотелось побыть. Кто знает, сколько папе осталось? — Эйр, а тут точно опасно? — робко спросила Си. Он посмотрел очень внимательно и тяжело. — Да. — Но почему? Никто же не сможет пересечь барьер без приглашения. — Сможет. Си оглянулась на Таяра, снова улегшегося в поклоне. — Но Таяр говорил, что… — Си замялась. — Что? — Что Семья не может попасть сюда без приглашения. — Но не ее Покровитель, — объяснил Эйр. — К-карн? — Си увидела кивок Эйра, сжала колье и опустила взгляд. — Но… «Он же никогда не делал мне ничего плохого». — Эй, — Эйр тронул Таяра ногой. — Объясни. — Семья следует воле Покровителя, — ответил Таяр. — Поэтому нам пора, — заключил Эйр и открыл портал. Си понуро кивнула и шагнула в рыжую арку. Было еще светло — портал привел в междумирье. Эйр подхватил и молча шагнул в туман. Таяр ступил следом. — Протиснешься? — спросил Эйр. Его голос в тумане звучал приглушенно. — Да, почтенный… — Не продолжай, — перебил Эйр, прижал крепче и влез в плотный туман. Стало темно. Запахло сыростью. Связь с Покровителями прервалась, и медальон на шее потяжелел. — Пройдешь? — тихо спросил Эйр. — Да, — ответил Таяр. — Благодарю. Дальше мы сами. — Счастливо. Береги себя, Си. Эйр поставил на землю, приобнял. Разрывало от тоски, нежелания возвращаться в темноту и особенно — на шумную женскую половину. «В комнате сегодня посижу, — подумала Си. — За Нира рада, а сама чуть не плачу. Хочу семью. Хочу! Может, решиться? Нет, я все равно не смогу быть рядом, даже если умру». Таяр взял за руку. — Пойдем. Я всегда буду рядом, радость моя, — шепнул он. — Если хочешь, могу спросить, можно ли позаботиться о детях Норы. Они учатся в храме Нелы, насколько мне известно. Может, Хозяин доверил бы обучение тебе? Си сжала руку крепче. — Хочу. Очень хочу. — Я спрошу. — Я так тебя люблю, — сдавленно прошептала Си и расплакалась. — Я тоже тебя люблю, радость моя. Сердце разрывается, когда ты плачешь. Ах, хочу все отдать, чтобы сделать тебя счастливой, но этого недостаточно. Прости, любовь моя. Таяр обнял. Си прильнула. «Спасибо тебе, что ты есть».

***

«Вот и Нир женился. Красивая невеста, наивная и амбициозная — опасное сочетание. Ну ничего, разберется. Нира так просто не раскачаешь, у него свои порядки». Эйр сжал голову. Невольно сравнивались Нелари и счастливая жена Нира. Было в них что-то схожее. Может, юность — но Нелари казалась младше. И была, скорее всего, младше, когда умерла — сейчас брачный возраст подрос. Красота? Но Киин была обычной друидкой, молодой и ухоженной до последнего подпиленного ногтя, а Нелари очень запущенной лесной девой. Из головы все не шли грязная постель, одежда, спутанные волосы, зашуганный взгляд. И кожа с волосами не лучились достатком — тускловаты, бледноваты, пряди пушились, будто при жизни голодала. Да, красивая сама по себе, как и все лесные девы, но хотелось добавить — если отмыть и накормить. Кажется, умирающий Старый Эрв и папаша никого не красили. Разница разбивала. Счастье и горе, уверенность в себе и стыд за себя, здоровая девица и калека, желание все изменить и полнейшее смирение с ужасающими условиями. Отчего-то казалось, что общего больше. Может, когда-то Нелари была такой же, как Киин? По Ни сложно судить, конечно, какой была бы Нелари. И узнать, какой стала бы Киин в лапах папаши, тоже не получится. Но отчего-то виделось сходство, неосознаваемое, и Эйр сравнивал два образа, пытаясь разобрать. «Зачем я это делаю? Я не знаю. Наверное, потому что грущу от собственного бессилия. Наверное, потому что хочу видеть Нелари счастливой, как Киин». В дверь постучали. — Заходи. В дверь проскользнула полненькая, Оро, кажется. — Господин, старейшина Тан пришел. В гостиной ждет, — она низко поклонилась. «Я никого не приглашал и не хочу видеть!» — мысленно разозлился Эйр. — Благодарю, можешь идти. Оро вышла. Нужно было встретить Тана. Нужно было работать. Но ни желания, ни сил не было. — Работа! Р-р-работа! — зашевелился в клетке Снежок, захлопал белоснежными крыльями. — Завали, — велел Эйр и поднялся. И птица на удивление послушалась. Видимо, поняла своей крохотной бестолковкой, что сегодня рисковать не стоило. Тан пил чай с лепешками Нира, раскинувшись на горе подушек. «Это ты хорошо устроился, — подумал Эйр. — Папаша с тобой, говори давай, зачем приперся». — Привет-привет! — Тан помахал рукой. — И тебе того же, — кивнул Эйр, не торопясь присаживаться. — Мы тут такое раскопали, не представляешь! Тайник нашли неподалеку. Но вот незадача, энергию чуем, а тварей полно, вплотную гуляют. Ищу того, кто спину прикрыл бы. Возьмешься? Добычу пополам. «Тварей полно, скорее всего, в болоте нашли. «Спину прикрыть» — красиво, но драться придется, скорее всего, в основном мне. Но если это тайник, его еще вскрывать надо. Тан — хороший взломщик, а я никакой. Только если там запор с разумом, как в Дире, тогда справлюсь. Но что, если это ловушка? Тан подозрительно легко согласился с тем, что я буду Главой. Он не врет, я бы почуял. Угрозы тоже не чувствую. Но несчастный случай на охоте может случиться очень легко, и мы оба об этом знаем. Я что, снова боюсь? И не Лова, а обычного элькрина. Я же сильнее. Да, не такой опытный, но… Мне было бы безопаснее пойти самому, со своей стаей. И делиться не надо. Или можно позвать, чтобы вскрыть тайник, и не Тана, а Эльфа или Кира. Но отказать Тану невежливо. Он это может предлагать в знак уважения и доверия. Надо соглашаться. Если что попрошу стаю присмотреть». — С последней охоты оправился немного. Можем попробовать, — Эйр ухмыльнулся пострашнее, изображая предвкушение. От Тана повеяло радостью. Чистой, без задней мысли, кажется. — Люблю охоту, но то одно, то другое. Слышал, ты опытный. — Опытный или нет, но болота зачищал. — Если ты уже восстановился, может, потренируемся вместе? Дружеский бой, посмотрю на твой стиль, вспомню, как сражаться без магии. — Можно, — легко согласился Эйр. — Тогда пробегусь, улажу срочное, а там и соберемся. Эйр кивнул. «Надеюсь, это поможет стать сильнее. Но с другой стороны, что, если я проиграю? Нет, лучше сейчас проиграть в дружеском бою, чем потом в совсем не дружеском».

***

Киин переоделась в любимое домашнее платье, вышла в сад. Яблочко трудился в поте лица, ворожил, семена сортировал, по мешкам ссыпал. Киин села рядом. — Это резерв? — Ага. Не смотри, что все такое чахлое, это потому что сильно ускорил рост чарами. На семена сгодится. Киин зачерпнула горсть из мешка — и впрямь не придраться. — Действительно хорошие. — Я бы подождал, чтобы само выросло, но Тархин побыстрее просил, к посевной успеть. Сейчас наращу, потом отдам все разом, чтобы не было видно, что слишком быстро. Сколько у нас земли в междумирье никто же точно не знает, — он подмигнул. «У нас», — приятно отдалось в сердце, и Киин погладила Яблочко по коленке. — Я так счастлива, — сказала она. — Я тоже. Давно хотел показать тебе свой сад. Но сада у меня не было, только здесь у папы растил всякое. Помнишь снеженику? Вон в том крохотном ледяном уголке ее собирал, — Яблочко указал на ледяную плиту рядом с родником, сквозь которую проглядывал голубовато-синеватый ковер. — Красота какая, — Киин подошла ближе. — У меня сейчас получше снеженичники. Там даже морозный корень цветет. — Здесь все такое… Современное. В трубочках, в заклинаниях — даже не верится, что так бывает. Вроде места немного, а растений полно, и все растет. — Ага. Нир ссыпал остатки семян, подошел к грядкам. — Завтра со златолистом закончим, тигроцвет посадим. Киин подошла ближе, обняла Яблочко. Грядки светились густым изумрудным — огромная концентрация чар Эрва. С такой правда завтра можно семена собрать. — Ты настоящий волшебник, — восхитилась она. — Я еще только учусь, — улыбнулся Яблочко и поцеловал в лоб. — Ки, хочешь растить всякое в саду вместе? — Хочу, — откликнулась Киин и потянулась губами. Яблочко поцеловал. Было в этом поцелуе что-то особенно сладкое, когда уже сыт, но отказаться не можешь, потому что слишком вкусно. Как в снеженике с его рук. Как… Киин уткнулась лбом в плечо. Припухшие губы горели, но хотелось еще. Не верилось, эмоции смешивались, хотелось летать от счастья, плакать, танцевать, смеяться и целоваться бесконечно.

***

Киин была рядом. Настоящее солнышко, огонек, живая и непосредственная. И хотя мечтал вместе работать с ней в саду, никак не мог налюбоваться, наобниматься — совсем не до работы было. — Ки, мы у папы останемся или домой пойдем? — спросил Нир. — Тут много работы, конечно, но пока все сделал, завтра вечером только собирать приду. А завтра днем хотел бы с системой в Мягкотравье повозиться. — Домой. Любопытно, как там у тебя, — глаза Киин сияли, а она сама разве что не прыгала рядом от избытка чувств. Нир кивнул, подошел к окну. — Пап, мы пошли. Тебе нужно что-нибудь? Папа махнул рукой, улыбнулся. — Гуляйте. У меня все есть. — Поешь, пожалуйста. Уже пора ужинать, — напомнил Нир. — Хорошо, — согласился папа, и даже потянулся к подносу с заготовленной едой. — Я завтра вечером зайду, — предупредил Нир. — Заходи. Твой дом, что хочешь, то и делай. — Пап, ну перестань. Мы поругаемся. — Так не ругайся со мной. — Это ты хорошо придумал, — усмехнулся Нир. — Хоть что-то могу, как видишь. Нир покачал головой, рассмеялся вместе с папой. — Мы друг друга стоим, пап. — Зато сразу видно, что родня. Иди давай. Тебя жена ждет. — Бывай. — Еще вещи надо забрать, — шепнула Ки. — Ага. Ки шустрая, хлопотливая, и очень красивая. Особенная. От нее сердце пело и глаз радовался.