Логово для чудовища

Казалось, наученная первым наплывом модниц, Юру была уже готова и ко второму. Но модные сапожки стояли, ждали, Элвин мастерил новые и новые, а за ними никто не шел. «Может, потому что еще зима, и Ильха не показала свои демисезонные? Что, если ей они нужны были разово? Не перестарались ли мы?» — затревожилась Юру, разглядывая щедро декорированные сапоги. Несмотря на приближающуюся весну, за окном выло, густо сыпал снег. Покупателей не предвиделось. Затянувшиеся холода радовали. «Чем дольше будет лежать снег, тем позже уйдет Элвин. Хотя его еще уговорить как-то надо уйти. Но как вспомню Элвина прошлым летом, так сомнений не остается». Юру посмотрела в окно. «В такую погоду и самой выходить неохота, но когда, если не сегодня? Тем более что в Дире погода отличается, скорее всего. И вообще, то письмо из торговой гильдии, о котором Элвин промолчал, хорошо бы обсудить». Юру зачерпнула горсточку из мешка со сбережениями. Кристаллы завораживающе поблескивали, переливались. Мелкие и крупные, разных цветов, но все ценные. — Элвин, на что бы ты хотел потратить нашу прибыль? — Как пожелает богиня, — Элвин улыбнулся. — Главное, чтобы ты была счастлива. Я бы столько никогда не заработал без тебя не то что за такой срок, но и за всю жизнь, наверное. Юру хитро улыбнулась и прижала мешочек к груди. — Богиня желает мастерскую в Ледяной пещере. — Мы можем узнать условия в гильдии, — неожиданно легко согласился Элвин. «В чем подвох? — растерялась Юру. — Он не спорит? Всегда же упирался». — Когда пойдем? — Последний срочный заказ закончим и сходим, — предложил Элвин. — Договорились, — кивнула Юру. Снег все валил за окном, золотился в свете ламп, покрывал густым слоем улицу. «Вот бы было холодно всегда, — с тоской подумала Юру. — Я так не хочу расставаться с Элвином не то что на лето, но и даже на день. Он такой хороший. Уютный. Рядом с ним мне спокойно, и кажется, что вместе нам все по плечу».

***

Не прошло и нескольких дней, как Карн вернулся. Помог одеться, заплел, застегнул колье, на руки подхватил. Было волнительно. И понятно без слов, что решил к семье сводить, обещание исполнить. «Как посмотреть в глаза сектантам? Наверняка меня ставят в пример — не пожалела себя, умерла, чтобы подарить детей. Но ведь я не хотела такой судьбы ни себе, ни кому бы то ни было еще. Но с другой стороны, не перечить же Карну, тем более при его служителях. Придется делать вид, что так и надо, наверное. Но ведь так нельзя, нельзя!» — Это правильно, Нелари. Ты просто еще этого не поняла. Нела уткнулась в плечо. «Да. Наверное так и есть. Я действительно понимаю мало. Боюсь невесть чего. Все же хорошо. У меня есть детки, есть муж, все хорошо. А если бы не умерла, не было бы ничего. Зачем тогда жить?» Страх подсказал, что смысл жить нашелся бы, лишь бы жить. «Это глупости. Я с детства мечтала о большой семье, и другого способа, кроме как умереть, исполнить желание не существовало. А сектантки даже могут сами заботиться о своих детках. Могла бы и я, если бы Источник не созрел. Зачем Карн ускорил развитие Источника? Хотя он же Лов, ему нельзя создавать семью со смертными. Наверное, у призраков не бывает детей, только у Ловов. Точнее, не наверное, а точно не бывает. Странно даже, что у Ловов получается создать детей. Ничего не понимаю. Я точно глупая». Туман вокруг густел и редел снова и снова. Карн нес. Нела уткнулась в шею, вдохнула. Дурманяще густо пахло специями. Больше не было ноток гнили, и сам Карн казался спокойнее, чем обычно — видимо, голоса в голове не мешали. «Может, и вправду у нас все будет хорошо?» — У нас уже все хорошо, Нелари, — он улыбнулся уже без горькой усмешки, как обычно, а искренне, тепло. В груди дрогнуло что-то. Счастливый Карн — это здорово. Ему шла улыбка. Нела робко улыбнулась в ответ. «Семья, да? Глупая, конечно семья». Туман расступился, открывая огромный дом из серого камня. Три этажа, такое разве что в Дире видела. Стены гладкие, подогнаны камушек к камушку, на наличниках и колоннах крыльца резьба. Алыми кристаллами щедро украшены, светятся. «Красивый дом. И как только столько тяжести сюда натащили? Хотя сектанты сильные, что им». Двустворчатые двери распахнули даже до того как Карн успел подняться на крыльцо. Карн внес в просторный холл с колоннами. Было темновато. Алые огни подсвечивали туман междумирья, клубившийся даже в доме. Высокие потолки терялись в полумраке. Отчего-то стало жутко, хотя бояться было нечего. И некого. Сектанты всей семьей лежали на полу, кланялись. Старшие — родители, кажется, поближе, несколько небольших фигурок за ними — дети. Все в алых балахонах с капюшоном, даже и не различить, кроме как по размеру. Хотя у девочек еще края платков виднелись. «Так мило, как у мамы». Тишину прорезал крик младенца. — Прошу простить неразумного, Покровители, — распереживалась женщина и отползла, стараясь успокоить ребенка. — Это естественно, он тоже приветствует нас, как умеет. Нелари, это наша старшая семья настоящих элькринов. Нела прислушалась. От родителей и троих из пяти детей чувствовалось излучение Источника — от мужчины сильное, зрелое, от женщины и детей слабее. Карн вытащил будто из-за пазухи и выложил дары перед каждым членом семьи — добротные длинные ножи против иллюзорных тварей для отца и сыновей, резные шпильки с алыми кристаллами для матери и дочек. «Мне тоже заколки дарил. Красивые, мне нравились. И удивлялась каждый раз, как это он достает из ниоткуда, а сейчас и сама так могу», — вспомнилось вдруг. Глаза девочек загорелись, они подползли, заулыбались, украдкой все разглядывали подарки — не решались подняться. Как и мальчики с ножами. Нела улыбнулась — дети есть дети, и эта неподдельная радость очень приятна. — Нелари благословит твой путь, Затар. Она тронута примером вашей семьи. — Благодарю милостивых Покровителей! Сектант подполз ближе, с подозрительным стуком коснулся лбом пола. Нела зажмурилась. «Сосредоточиться. Отблагодарить. В конце концов, это не тот, кто разрушал наш прошлый мир, это их потомок. Как наш Эйр. Дети ни в чем не виноваты, верно?» Золотое сияние высшего благословения разогнало туман. — Будьте счастливы, — почти прошептала Нела. Очень этого хотелось. «Если ты можешь бороться, смерть не препятствие. Возможно, женщине из этой семьи лучше, чем мне. Она со своими детьми, и что Источник не вызрел — не беда, зато со своей семьей. Да, она не станет Ловом, да, она не ощутит особенной пульсации Источника в груди, но зачем это нужно? Карн поможет ее призраку упокоиться после смерти тела, если она того захочет. А в живом теле даже мертвой приятнее». Благословить храбрую женщину тоже хотелось, но смысла не было — матери это только во вред. Да и наверняка она занята семьей, а не колдовством. Карн подхватил на руки. — Нелари, благословим и другие семьи. Нела улыбнулась на прощание служителям и уткнулась в шею Карну. «Семья — это хорошо. Да, умирать жалко, но разве они не счастливы и так? Не разберешь, конечно, но дети счастливые, подаркам обрадовались, шалили украдкой. Наверняка и родителям хорошо».

***

Время шло, но поговорить о кожаной обуви, мясе в ящике и слугах подходящего случая не представлялось. Всегда повторялось одно и то же — Яблочко вставал затемно, дарил любовь, собирал урожай в снеженичнике, завтракал, разбирал письма и убегал по делам — то в ужасную ледяную пещеру, пробиравшую до костей и полную эльфов, то в Дир, то к Учителю, то к заказчикам, а если никуда идти не надо было, читал в основном на древнеэлькринском и выписывал себе что-то на нем же, даже и не посмотреть. Ну а вечерком ходил в сад к Отступнику и возвращался уже к ночи, когда хотелось только пить вечерний чай и спать. Отвлекать или некогда, или неловко. И вот сегодня снова сел читать, писать, задумался крепко. «Ну вот и что делать? Сказать, что отвлекаю от работы, потому что хочу служанку нанять? Он спросит, зачем. А я не знаю, зачем. Яблочко готовит, мне оставляет и обед, и ужин. И стирает за собой сам, неловко говорить, что я за собой не хочу. И убирается тоже сам. Все сам! И мне надо бы ему помочь, наверное, но я не умею. Да и не считаю, что наследник рода и его супруга должны заниматься грязной работой. Но он же спросит, почему? Ну вот как это объяснить? И про мясо, и про обувь…» — Яблочко, давай тебе одежду закажем парадную. Я портниху приглашу. — У меня же есть. — Я хочу, чтобы были еще комплекты, а то в одном и том же ходишь. — А-а! Ну давай у Тии с Таей закажем, они быстро сошьют. — Я хочу у своей портнихи, — попросила Киин. — Ну ладно. — Я тогда приглашу ее? Ты завтра дома будешь? — Не, сегодня дома, потом сложная неделька будет, а после пока не знаю. Много работы в Ледяной пещере, надо все для лисиц устраивать, сад расширять, уйма всего. Еще в Ледяном павильоне хотят все переделать со снежноэльфийского курорта на теплокровный, нужно разобраться, как снеженику сохранить и все остальное. — Ты такой работящий. Я бы хотела помочь тебе чем-нибудь, но пока только снежные растения еще растут, жду сезон, — призналась Киин. — Может, наймем помощницу по дому? Будет убирать, готовить, стирать, а потом и с ребенком помогать. — Няню? Это можно. Есть кто-то знакомый? — Я спрошу в нашем доме, — кивнула Киин. «Вот видишь! Ты смогла! Ты поговорила!» — Если что скажи, сколько кристаллов нужно. — Хорошо. Яблочко, а почему у нас в ящике мертвые животные лежат? — Мясо же. Мы его едим. — Что?! — ужаснулась Киин. — Ну вот вчера супчик ели с кроликом, салат с морскими тварями. Тебе понравилось, вроде. — Это было… с вот тем? — Киин ощутила тошноту. — Ну да. — Яблочко, это… Это неправильно — убивать и есть живых существ. — Мы ведь и растения срываем, это тоже убийство. Я мясо надо есть, это полезно для здоровья. Особенно для детей важно. Киин замялась. «Да, растения тоже живые. Но ведь звери бегают, они более разумные… И вообще, никто не ест такое!» — Яблочко, так же нельзя. Если в общине узнают, у нас будут проблемы. Да и просто как-то… — Откуда узнают? — удивился Яблочко. — Да и знаешь, Ки, питание надо менять. Без мяса дети хуже растут и учатся, взрослые тоже плохо соображают, у женщин после появления детей зубы портятся и выпадают тоже от этого. Мясо — такая же еда, как фрукты, овощи и травы. «Зубы ведь и вправду портятся и выпадают! У мамы часто болят, а некоторых и вовсе нет, хотя полощет травами, — ужаснулась Киин. — Я готова есть мясо даже сырым, если это убережет! Не живьем же и ладно». — Яблочко, никому не говори. И при гостях не накрывай ничего подозрительного, пожалуйста. — Я и так, Ки. А ты будешь мясо или тебе больше его не готовить? — Буду, — округлила глаза Киин. — Я не хочу потерять зубы. — Я тоже не хочу, чтобы ты их потеряла. Киин тронула живот. «Интересно, там уже есть кто-нибудь? Неважно. Зубы сохраню. И раз уж начала говорить, закончу со всем». — Яблочко, ты еще кожаную обувь носишь, это тоже нехорошо. По крайней мере, если в общине увидят… — Шерстяная промокает. В Мягкотравье все тоже или в кожаной ходят, или водой на ночь поливают, чтобы застыла. Но это нужно каждый раз делать, а еще бывает, что лед трескается, и ноги мокрые все равно. Не волнуйся, я не ношу кожу в штаб или к незнакомцам. Киин понуро кивнула. «У Яблочка на все есть объяснение. В конце концов, кто же до сезона ходит в мерзлой земле копаться? Никто. Потому и не нужна кожаная обувь никому, а если прохладно — можно носочки вязаные пододеть. Но тогда зачем ему летние кожаные? Но ведь тоже скажет, что удобно».

***

Собираться в родительский дом было немного волнительно. «Что сказать? Почему именно отсюда? Может быть, девушку пригласить, которая последней прислуживала? Кого взять с собой?» Киин застыла. Благородной даме гулять одной никак не подобало. Единственный возможный ответ пил чай рядышком. — Яблочко, проводишь меня до дому? Хочу поискать служанку. — Проводить? Ну ладно. Пойдем тогда сейчас, а то обещал в пещеру с самого утра, работы много. «Я не готова!» — Сейчас соберусь. Киин почти побежала в комнату. Платья мятые, разгладить их энергией не так просто. А когда все-таки выбрала самое немятое и посмотрела в зеркало, с ужасом заметила совсем растрепавшиеся волосы, которые без мытья не спасти. «Приглажу маслом», — решила Киин. Но отражение в почти не мятом платье и с почти нормальными волосами не радовало. «Эх, Киин-Киин! Ну как же так! Нет, я не могу… Или могу? Ладно, пойду как есть. Дары собрала вчера, будет выглядеть как невинный визит». Киин вышла и застыла на пороге — за столом с Яблочком сидел черномазый эльф в белой лохматой шкуре. — Здравствуй, красавица, — эльф помахал рукой. Киин не нашлась, что ответить. Очень хотелось сказать, что эльфам здесь не место, но ведь дом был Яблочка, а не ее. Она посмотрела в пол, будто бы если эльфа не видеть, его не было, подошла к Яблочку и вцепилась в его одежду. — Ки, ты чего? — удивился Яблочко. — Сирлин же, виделись уже. — Я… — Ки замялась. — Я стесняюсь. — Ну ладно. Пойдем? «С эльфом, что ли?!» — Я снеженикой полакомлюсь, пока вы к друидам ходите? — Да-да, конечно. Все где обычно, ну ты знаешь. Готова, Ки? Киин кивнула. «Отлично просто. Эльф чувствует себя у нас как дома. Еще и черномазый какой-то, ужасно. Обычные хотя бы красивые, а этот будто из отхожего места вылез. Еще и в дом служителей Эрва в шкуре пришел — верх неуважения».

***

Дома открыли не сразу и очень неохотно. Внутрь не пустили. Мама встречать не вышла. «Они что, смеются? Все, из жизни вычеркнули?» Киин посмотрела на бледную трясущуюся служанку, которая боялась, но пускать не смела. А ведь еще совсем недавно называла молодой госпожой, кланялась. Поклонилась и сейчас, сообразила наконец-то. Но Киин уже ничего здесь было не нужно. — Передавайте привет матушке, — бросила Киин, поставила корзинку со снеженикой и развернулась. Внутри все кипело от ярости, но Киин сдержанно улыбалась — так, как учила мерзкая старуха. Хоть что-то пригодилось. — Пойдем, Яблочко, — шепнула она. Он кивнул. Они брели обратно по заснеженному саду, и хотелось рвать, метать, плакать и отомстить всем и каждому одновременно. — Ки, ты поссорилась с родителями из-за меня? — Что? Нет, ты что, Яблочко. Видимо, матушка считает, что я слишком рано заглянула к родителям, она суеверна. Правда, я такой приметы не помню, но их много… Ничего, главное, что дары занесли, уважение выразили. — Ты хотела помощницу. — Да, но… Не так уж она мне и нужна, вот что. Лучше из храма Архи поискать сестру, чтобы если что и со здоровьем помочь могла. — За нами тоже няня из общины Архи присматривала, — ответил Нир. — О, может, ее и попросим? — Она уже старенькая, не согласится. Но я спрошу, может, посоветуют кого. У Си надо спросить, наверное, она раньше писала няне часто. Или у Эйра? Хотя нет, он не любил Ари… — Я сама узнаю. Проводишь до храма? Яблочко замялся. — Хорошо, предупрежу только, что задержусь. Он остановился, достал кристалл, потер, затараторил что-то по-эльфийски. В ответ донеслось не очень довольное бормотание с треском, а потом кристалл потух. — Пойдем, Ки. Ближайший храм в Дире, наверное? — Я не хочу в Дир, — запаниковала Киин. — В столичный лучше. — Ну ладно, — Яблочко покосился на кристалл, тихо вздохнул. — Тогда можно у Юру или у Ми рекомендацию спросить, они с общиной Архи плотно работают. — Я хочу сама поговорить и выбрать. — Хорошо, Ки. Главное, чтобы тебе комфортно было. Он улыбнулся очень тепло и свернул под землю — в те самые прекрасные, хоть и выстроенные эльфами, ходы. К тем самым частным вратам. Только их, ничьих больше. «Такой добрый! Хоть и перегружен работой, но нашел время проводить. Любит очень. Я постараюсь его больше не отвлекать, главное служанку найти». — Яблочко, а сколько мы сможем платить? — Столько, сколько нужно. Главное твое здоровье и здоровье наших детей, я заплачу за это, сколько бы кристаллов это ни стоило, — ответил Яблочко. «Какой он! И все-таки я поищу разумный вариант. Если будет сложный случай — всегда можно обратиться в храм, главное, чтобы была с приятным характером. Да, хорошо бы чтобы высшими техниками владела, как Рая, но переплачивать за это не хочу. Хотя… Вот придут гости, а у нас семейный лекарь — не старшая сестра. Позорище же! Но старшая сестра вряд ли возьмется за уборку…» Междумирье мигом вывело к столице, оглушившей с непривычки шумом. Мощеная улица, по которой оказалось больно ступать в шерстяной обуви, к счастью, тоже быстро кончилась, храм Архи был недалеко от врат. Строгий, сдержанный и очень чистый, он сиял в лучах поднимавшегося солнца воплощением света. Яблочко открыл тяжелую дверь, и дежурная сестричка резво подскочила, поклонилась коротко. — Приветствую! Что беспокоит, уважаемые? — Мы ищем помощницу с навыками целителя, — объяснила Киин. — Вам нужно в штаб, здесь храм, и сюда приходят за исцелением, — покачала головой сестричка. — Штаб в начале соседнего квартала. «Ишь какая!» — Просим извинить, — Яблочко поклонился, и Киин ничего не оставалось кроме как повторить за ним. Пришлось искать штаб. Квартал с молочно-золотым знаменем и руной Архи за храмом нашелся легко, а вот определить, где его начало и конец, было сложно. Аккуратные домики все выглядели жилыми, и в каком из них штаб — непонятно. Яблочко постучал в ближнее окошко с плетеными занавесками. Никто не открыл. Постучал в следующее. — Сюда нельзя посторонним, — строго отчитала его сухонькая старушка. — Матушка, подскажите, где штаб, — попросил Яблочко. — В начале квартала, — с упреком ответила старушка. — А где начало? — спросил Нир. — В начале, — нахмурилась старуха и задернула шторы. «Очень понятно. А вежливо-то как!» — полыхала Киин. — Если в этих двух домах не штаб, значит, начало квартала в другом конце, — предположил Яблочко. — Но насквозь пройти нельзя, получается. «Это издевательство», — ужаснулась Киин. Кристалл на поясе Яблочка затрясся, и он его потушил. — Может, спросим знакомых у Ми? Это ближе, чем искать конец квартала в обход, — предложил Яблочко. «Ми? У эльфийки?» Но Киин посмотрела на кристалл, на негостеприимное окно и понуро кивнула. Крыльцо из бурого дерева вызвало тягостное ощущение в сердце. Что хуже — нищая община Покровителя чувств, промышлявшая нечистоплотными вещами, или ушлые бесстыжие эльфы, Киин не знала. Но внутри оказалось на удивление прилично. Встретили опрятные вполне себе круглоухие девушки — одна полная в рыжем относительно закрытом платье, другая — худенькая в светлом балахоне. — Добро пожаловать! — Красавицы, нам бы Ми найти. — Хозяйка за материалами ушла, — развела руками полная. — Что-то передать? — Да, что Нир искал. Мы ищем помощницу домой. Может, ты знаешь кого, красавица? — спросил Нир ту, что в светлом балахоне. — А… Но… — девушка сжала рукава балахона. — А какая помощь нужна? Может, лучше в храм? Здесь рядом… Яблочко посмотрел на Киин, и она улыбнулась как можно дружелюбнее. — Мы из рода исследователей. Ищем помощницу по дому и няню с навыками целителя. — Младшую сестру? — уточнила девушка. — Главное, чтобы смогла правильно оценить состояние и поддержать до храма. — Тогда лучше не младшую, — задумалась девушка и сжала рукав крепче. — Я могу спросить Исиль. Она готовится к высшему экзамену сейчас, служит в храме Дира, искала более спокойную работу. «Сестра из храма Дира — что может быть лучше для семейного целителя древнего рода?» — горько усмехнулась про себя Ки. — О, я ее знаю, кажется, — оживился Яблочко. — Силя, она снежных эльфов выхаживала, очень ответственная. — Не только снежных, но в Дире очень тяжело, да, — кивнула девушка. — Хорошо, что сейчас Ледяная пещера есть, раньше летом плакала каждый день. — Я понял, спасибо, — кивнул Яблочко, вновь туша кристалл на поясе. — Пойдем, Ки? Если Силя согласится, это точно хороший вариант, а мне кажется, она будет не против. Сходим к ней чуть попозже? Ки посмотрела в окно на поднявшееся солнце, и кивнула. Было очень неловко еще больше задерживать Яблочко, которому давным-давно пора было работать.