Первая из Двенадцати Лун

***

      Токито Муичиро был известен в организации как неразговорчивый и замкнутый человек. Он и сам считал себя таковым. Эмоции будто бы пропали вместе с памятью. Жизнь окутал туман и найти выход не представлялось возможным. Муичиро думал, что так и проведет всю жизнь, петляя в хаосе мыслей и осколков воспоминаний.       Все начало меняться, когда в руки Муичиро попали старые записи. Никто точно не знал, кто доставил их, но ценность рукописей невозможно переоценить. Страница за страницей автор описывал стиль дыхания, ранее неизвестный в организации. «Дыхание Луны» представлялось мощной и сложной техникой, чем-то неуловимо сходной с дыханием Тумана. Почему Ояката-сама решил доверить столь ценные знания Токито Муичиро, столпы не понимали. Разве тот же Шинадзугава Санеми, обладающий дыханием Ветра, от которого произошел туман, не подошел бы? Только сам глава и Столп Тумана знали, что именно Токито Муичиро получил записи в посылке, подписанной его именем.       Изучая новую технику, Муичиро продвинулся до небывалых высот. Но не изучение стилей захватило юношу, а кое-что другое, отраженное в записях. Родной дух. В словах, сопровождающих описание атак, в указаниях для тренировок и рисунках чувствовалась рука настоящего мастера. Что-то в образах, в изображениях мечников, сражающихся друг против друга, цепляло глаз Муичиро. Он не знал автора записей, но отчего-то хотел с ним встретиться. Жаль, что информацию о Цугикуни Мичикасу найти не удалось.       Надеясь поднять свой уровень мастерства еще больше, Токито Муичиро посетил деревню кузнецов. Демоны не могли найти это место вот уже несколько столетий. Опасаться нечего.       В тот вечер демоны все-таки пришли в скрытую деревню.       Токито Муичиро как раз стоял против шестирукой куклы, сраженный сходством с портретами в руководстве неизвестного мастера дыхания Луны. Неизвестно откуда появившееся любопытство теплилось в сердце. Туман в голове дребезжал. — Не могу поверить. Одного Гёкко было бы много, а тут еще и Хантенгу.       Муичиро замер. Не может быть! Среди деревьев фигура демона в клетчатом хаори хорошо различалась. Если описание верно, в деревню кузнецов пожаловала Первая Высшая Луна! А Муичиро умудрился его пропустить, позволив подобраться со спины. — Ты же Столп Тумана, да?       Муичиро выхватил меч и незамедлительно напал. Клинок разрубил воздух. Демон переместился к кромке леса. Красные глаза с нечеловеческими зрачками смотрели прямо в глаза Муичиро. Демон улыбнулся. Солнечно. Живо. Так по-человечески. — Советую не меня догонять, а помочь кузнецам. Гёкко и Хантенгу не отличаются милосердием к невинным.       Крепче сжав меч, Муичиро принял решение. Спасти кузнецов важнее. Первую Луну в любом случае не победить в одиночку будь Столп Тумана хоть трижды самым талантливым охотником. — Поспеши. Не знаю, успеют ли другие столпы, но даже в одиночку ты можешь продержаться. В конце концов, пока люди защищают других, они обладают невероятной силой.       Муичиро запнулся. Он оглянулся к Первой Луне, но тот исчез, растворившись в зарослях. Не время думать о нем!

***

      Гию не знал, беспокоиться ему или не стоит. После прибытия Танджиро с девушкой-демоном на руках, Тамаё была поглощена помощью им, а Юширо вежливо, если его произнесенные сквозь зубы фразы можно так назвать, сказал Томиоке уходить, раз нужда в его услугах отпала. В тот момент Гию подумал, что оставить демонов было бы лучше всего, он не мог помочь, так хоть не будет мешаться под ногами.       Покинув поместье, Гию взял подряд сразу несколько заданий. Зная его преданность делу и любовь к одиночеству, никто ничего не заподозрил. Может быть, только Ояката-сама, но Гию не стал уточнять. Через неделю в гостиницу, где остановился охотник, прибыло письмо без подписи. Обратного адреса тоже не значилось, но смысл был понятен и так.       Танджиро благодарил за помощь, которой, по сути не было, и уверял в успешном завершении операции. Его сестра, Камадо Незуко, была украдена прямо из-под носа Мудзана и теперь в безопасности спала в поместье. На самом деле она не спала в прямом понимании, демоны не спят, но лучше всего ее состояния, по словам Танджиро, описать так. Гию выдохнул с облечением, чему сам удивился. Он не знал Камадо Незуко и не мог волноваться о ней от чистого сердца. Ее брат — другое дело.       Погрузившись в работу, Гию старался отодвинуть мысли о призрачной горе и о поместье на ней в дальний угол, ему не следует вмешиваться в то, о чем он ничего не знал. Тогда и пришла идея посетить деревню кузнецов. Меч Танджиро имел черное лезвие. Гию слышал о таких, но раньше дополнительно вопрос не изучал.       Небеса ли направили его в деревню в это время или это была обычная случайность, но именно в момент пребывания там Томиоки, демоны совершили нападение.       Сначала повсюду появились монстры, похожие на рыб. Затем загорелись дома. Гию кинулся на выручку. К несчастью, путь ему преградила Четвертая Высшая Луна.       Имеющий вид несчастного старика, демон быстро распался на нескольких. На тот момент в деревне не было охотников, кроме Томиоки и Столпа Тумана, Токито Муичиро. Надеясь, что Токито сможет оказать помощь жителю, Гию вступил в неравный бой с Высшей Луной. Сражаться с демоном такой силы в одиночку было опасно. Гию помнил отчет Кеджуро, чуть не погибшего в битве с Третьей Высшей Луной, Аказой. Тогда Ренгоку повезло, Камадо Танджиро появился вовремя. Но повезет ли так Гию?       Смеясь и ругаясь, демоны нападали с четырех сторон. Томиока не знал, сколько еще сможет отбиваться. К счастью, когда Уроги, летающий демон, оказался достаточно близко, чтобы почти зацепить Гию, к схватке присоединилась охотница.       Канроджи Мицури как оказалось жила поблизости от деревни и явилась по первому зову. Ее сердце наполнилось тревогой. Увидев одинокого Томиоку сражающегося с четырьмя демонами, девушка обомлела. Если бы она лично не увидела глазами, то не поверила бы, что Высшие Луны могут быть настолько необычны, чтобы делиться на нескольких особей. Пользуясь подсказкой, почерпнутой у ушедшего недавно на «пенсию» Узуя Тенгена, Гию и Мицури смогли сразить четверых демонов. Но радоваться не приходилось. На месте четырех появился еще один еще более сильный и разгневанный.       В сердце Гию не мог не задаться вопросом, почему высшие луны так отличаются между собой. Танджиро носил человеческий облик и вел себя как человек. Четвертая Луна была ворохом эмоций и не обладал ни каплей милосердия и стыда. Первая Луна действительно особенный.       Оставив Мицури отвлекать Захтукена, Гию бросился в погоню за самим «ядром» главным демоном, Хантенгу. Маленькая версия Четвертой Луны петляло меж корней, попасть по ней никак не удавалось. Однако Гию не сдавался, помня о Мицури, сражавшейся позади, он бежал дальше.       План почти удался. Мицури выбивалась из сил, но сдерживала Захтукена, давая шанс Гию ударить по главной части. Приближался рассвет, подпитывая надежды охотников. Появился Урами. Высокий и могучий демон нависал над Гию. Последняя линия защиты. Еще чуть-чуть и Хантенгу будет повержен!       Гию загнал демона к кромке леса, дальше лежало лишь поле. Гию обливался холодным потом. Несчастная случайность, большая неудача. На другом конце поля стояли несколько кузнецов. Демон нанес сокрушительный удар и бросился к ним. Отведав плоти, он станет невероятно силен, тогда у Гию не будет и шанса его остановить. Кто бы знал, чем бы заключилась для кузнецов та ночь, если бы не появление Первой Высшей Луны. — За все в этой жизни приходится платить Хантенгу. Тебе тоже пора расплачиваться.       Словно снизошедший с неба бог, Первая Высшая Луна бросился в бой. Всполохи пламени вились вокруг, окутывая фигуру демона в клетчатом хаори. Сережки солнца качались из стороны в сторону.       Гию внутренне возликовал. Увидев знакомую фигуру и отследив движения клинка, подсознательно он успокоился. Появление Камадо Танджиро было подобно рассвету в беспроглядной тьме.       Дыхание Солнца: Превращение заходящего солнца.       Ноги Гию дрожали. Руки болели, а сердце наполнилось неизвестным, но сладким чувством. Битва с четырьмя чувствами, а затем с Захтукеном истощила обоих охотников. Мицури вышла из леса на едва гнувшихся ногах. Она сразу привалилась к ближайшему дереву. Если бы она этого не сделала, точно упала от удивления. Первая Высшая Луна явился в деревню кузнецов! Истощенная одним сражением, вступить в другое прямо сейчас Мицури не могла. И все же рука потянулась к клинку. — Рад видеть столпов Воды и Любви. Мое имя Камадо Танджиро. Мы можем поговорить? — Танджиро вежливо поклонился.       Афишировать свои отношения с Первой Луной прямо сейчас Гию не собирался. Он пристально взглянул в глаза Танджиро, найдя в них лишь сияние теплоты и новую, разгоревшуюся искру непоколебимой уверенности. После возвращения Незуко, оковы страха частично исчезли, открыв доступ воздуху, доступ жизни. — А я думал, что опоздал на веселье, — затуманенный, неясный голос раздался совсем рядом с Мицури. Токито Муичиро расправился с Пятой Высшей Луной и пришел на помощь к соратникам. — Ты убил Гёкко? Какая радость. Нечасто встретишь охотника, который смог бы обезглавит Высшую Луну в одиночку, — с улыбкой похвалил Танджиро, не показывая ни намека на гнев. Он стоял, опустив руки вдоль тела, меч лежал в ножнах. — Я был не один, — кратко бросил Муичиро и напал.       Голубой клинок заблокировал бирюзовый. Пока Мицури приходила в себя, устало опираясь на дерево, столпы Воды и Тумана вступили в схватку. — Томиока-сан, что вы делаете? — Муичиро выглядел как человек, которого нелегко удивить. Обычно он принимал все как должное, но желание защитить демона выше его понимания. — Спасибо, Гию-сан, — Камадо Танджиро выступил вперед. — Я прибыл сюда не для драки. Мне нужно поговорить с Ояката-самой. — Томиока-сан, отойди в сторону, — мягко попросил Муичиро, склонив голову набок, будто наблюдая за неизвестным зверем.       Гию не отступил. Он не понаслышке знал о таланте и навыках Столпа Тумана. Конечно, в одиночку Токито не сможет одолеть Первую Луну, но если Танджиро не станет защищаться, а делать это демон не собирался, то неизвестно чем все закончиться. К тому же, кузнецы из деревни наверняка послали кого-то оповестить других столпов.       Возможно, совсем скоро прибудет поддержка. Уговорить того же Шинадзугава не получится. Нужно было как можно скорее придумать выход. — Канроджи-сан, — Гию обернулся к Мицури, безмолвно прося помощи.       Столп Любви славилась своим легким характером и теплым нравом. Наблюдая со стороны, она видела, что Первая Луна не нападал и тихо стоял за спиной Гию. Демон не проявлял враждебности, более того, помог уничтожить врага. — Первая Луна не первый раз помогает организации, — напомнила Мицури, выпрямляясь и подходя ближе к Муичиро.       Сначала Гию, затем Канаэ и Кёджуро, Камадо Танджиро совершил как минимум три не поддающихся объяснению поступка и заслужил право объясниться. С другой стороны, сердце Муичиро полнилось холодом. Воспоминания начали возвращаться. Мертвенно бледное лицо брата, запачканное кровью и слезами, вставала перед взором. Вспомнив брата и сразу осознав его смерть, Муичиро не мог опустить меч перед лицом демона.       Сердце Муичиро колебалось, мучаясь от разрозненных чувств и воспоминаний. Гию, казалось, давно принял решение. Он не знал, когда это случилось. На фестивале или в поместье? В любом случае, несмотря на разногласие и ненависть к демонам, перед лицом клинка Токито Гию решил, что не позволит столпам напасть на Танджиро.       Напряжение висело в воздухе. Буквально трещало между столпами и парой охотника и демона.       С небес послышались крики. — Не нападайте, кар, не нападайте!       Три ворона уз кружили вокруг, выкрикивая одни и те же фразы. — Первая Высшая Луна, Камадо Танджиро приглашен на встречу с главой Убуяшики. — С Первой Высшей Луной, кар, заключен временный союз. Нападать нельзя. — Проводите Камадо Танджиро в ближайшее поместье столпа. Глава Убуяшики скоро прибудет.       Запрокинув голову, Токито чуть улыбнулся и сказал: — Ояката-сама так быстро все узнал.       Гию полностью вернул внимание Танджиро. — Ты послал ему сообщение?       Посмотрев в темное небо, Танджиро тихо засмеялся. — Ояката-сама действительно заслуживает так называться. — Мое поместье ближе всех. Прошу, пойдемте — Мицури повернулась к Камадо и Томиока и неожиданно радушно добавила. — У меня есть мед! Томиока-сан любит мед?