Чёрные яблоки

В комнате висела сизая завесь дыма. Оскар курил, сосредоточенно просматривая письма, которые Эфа забрала из дома охотника. Она сама сидела на краю стола и с некоторой показушностью точила нож. — Здесь только имена, — сообщил Оскар, отложив последний лист. — Уже достаточно, чтобы их найти, — Эфа вытерла лезвие о рукав и нож исчез из её пальцев. Оставалось лишь гадать, куда она его спрятала. — Времени уйдёт уйма, учитывая что искать их придётся на Островах. — Я был там в детстве, — неожиданно заговорил Олег, напоминая этим двум о своём присутствии. — В Палазире. Проходил лечение. — Вылечили? — изогнув бровь, спросила Эфа. — Как видишь, нет... Она помолчала, сверля его взглядом. Потом её глаза осветило понимание. — О, — выдавила она. — Я думала, ты родился таким. — Это невозможно, — тихо заметил Оскар. — Почему-то все забывают, что родители царевича обычные люди. Олег прокашлялся. Разговор становился малость неловким. — Так что? — спросил он с бравой бодростью. — Мы едем на Острова? Оскар поднялся. Задвинутый стул проскрипел ножками полу. Оскар шагнул в сторону забитого книгами шкафа и развернулся обратно к окну. Снова шагнул. — Я заметил кое-что странное, — он вновь вернулся к письмам. — «Убейте девчонку. Не заставляйте продавца ждать». Какого продавца? Разве они не ищут дочь той царицы? — Может, это кодовое слово? — Олег пожал плечами. Оскар замер и посмотрел на него. — Возможно, но я не уверен... Я намерен выяснить, что за всем этим стоит. Эфа спрыгнула со стола. — Это значит, что мы едем, да? Радости в её голосе не звучало. — Да! — Оскар оживился. Даже стал говорить громче. Он захватил письма и выскочил из комнаты. Олег проводил его взглядом, а потом наткнулся на чужой. Эфа смотрела на него пристально, словно подозревая в чём-то. — Да? — Олег изогнул бровь. Молчание начинало тяготить. — Я думаю, тебе не стоит ехать с нами. Она шагнула ближе, продолжая заглядывать ему в глаза. Олег почувствовал себя и пристыженно, и задето. Скверное сочетание. — Почему? — спросил он. — Если ты про тот случай... — он вздохнул. — Я никогда не убивал раньше. — В тебе слишком много мягкости. Это всё портит, — Эфа говорила сухо и сдержанно, но в глазах отражалось нечто непонятное. Сожаление? Да уж нет. Вряд ли. — Ты можешь всё испортить. Поэтому тебе не стоит ехать с нами. — Стоит и ещё как, — в комнату вернулся Оскар, с какими-то бумажками в руках. — Олег может пригодиться. — Каким образом? — Эфа скрестила руки на груди. — Во-первых, он бессмертен, — Оскар разгладил тонкий желтоватый лист и поднёс его к свету. — Во-вторых... — он скосил взгляд на Олега. — Самый симпатичный из нас. Это может быть на руку. Эфа фыркнула, явно не соглашаясь. — На руку? Извини, но... — Я хочу выяснить всё связанное с этим делом. Мы едем не просто устранять охотников, в чём, соглашусь, Олег не слишком эффективен... Мне нужна информация. Оскар сложил бумаги и убрал их во внутренний карман плаща. Он перевёл взгляд с Эфы на Олега и обратно. — Что-то не так? — С чего такой интерес? — Эфа подошла к нему ближе. — Любопытство. Желание во всём разобраться, — Оскар пожал плечами. — Возрастной кризис? Сам не знаю. Олег улыбнулся, но так и не понял отчего именно. Оскар выглядел таким живым и искренним. Аж сердце ёкнуло пару раз. Безумие.

•

Корабль протяжно скрипел. Казалось, что он не идёт, а отчаянно борется с волнами. Они в ночи казались чёрными. Олег наблюдал за ними, оперевшись о перила. Море говорило. Не умолкало ни на секунду. Илона рассказывала, что там, под водой, живут души утопленников. Иногда они со скуки переворачивают лодки или утаскивают на дно ныряльщиков за жемчугом. Наверное, она это сочинила. Олег слабо улыбнулся. Сейчас он мог и поверить в эту чушь. С лёгкостью. Людей на палубе почти не было. Корабль, на котором путешествовал Олег в детстве, отличался. По ночам устраивали танцы: люди веселились до первой розовой звезды. Здесь народ другой, будто выточенный из другой породы. Большинство из них одиночки. Олег поймал себя на том, что всматривается в человека на дальнем конце палубы. Он слышал даже с такого расстояния его учащённый пульс. Кожа у него отливала цветом нежного салатного листа. Наверное, его укачивало. — Вы бы лучше там не стояли, — крикнул ему Олег. — Бортики очень низкие, мало ли... И словно в каком-то нехорошем сне, корабль качнуло особенно сильно. Мужчину повалило прямо на перила, он неуклюже взмахнул руками и повалился в море. Олег выругался сквозь зубы. Судя по тому как мужчина забарахтался в воде, плавать он не умел. Олег отстегнул плащ и перепрыгнул через ограждение. Он погрузился в воду, окатившую его брызгами и поплыл в сторону мужчины, который пытался удержаться среди волн. На палубе поднялось оживление. — Люди за бортом! Олег подхватил мужчину. Его губы уже успели посинеть. Неужели вода ледяная? Лёгкая досада укусила за сердце. Какой смысл от его игр в человека, если он не чувствует таких простейших вещей как холод? С корабля уже успели свесить канат. Олег помог мужчине уцепиться за него. И только когда того подхватили матросы и вытащили на борт, начал карабкаться сам. Его встретили похвалой за проявленную смелость, набросили на плечи какое-то пахнущее сыростью одеяло, и всучили в руки стакан спиртного. Олег лишь тихо улыбался, не понимая, от чего ему выпало столько внимания. — Герой вечера, — бросил Оскар, перелистнув страницу, когда Олег вернулся в каюту. — Мечтаешь оказаться на месте Урсула? Оскар фыркнул, а потом его лицо застыло. Он поднял голову. — Как ты сказал? — Я сказал... Я не буду это повторять! Олег неловко отвернулся. Вот же его нечистый дёрнул за язык такую глупость ляпнуть! Будь он нормальным человеком, то точно зарделся бы как спелый редис. — Как ты сказал его зовут? — напряжённый голос Оскара вырвал из объятий непутёвых мыслей. — Урсул, — царевич медленно обернулся. — А что? Оскар захлопнул книгу. — А то, что это имя одного из охотников. Непохоже на совпадение... Надо будет за ним проследить. Олег провёл рукой по всё ещё влажным волосам. — Нужно сообщить Эфе, — Оскар вскочил на ноги и проходя мимо, хлопнул царевича по плечу. — И переоденься уже наконец. Скрипнула открывшаяся дверь, впустив коридорный сквозняк, а потом захлопнулась. Олег чувствовал себя дураком. К закату следующего дня корабль прибыл в порт. Когда Олег спускался с трапа, он натолкнулся на Урсула. Тот, выглядя чрезвычайно взволнованным, принялся пожимать ему обе руки разом. — Я ваш должник! — всё повторял он, и его большие серо-зелёные глаза, становились словно ещё больше. Потом он подхватил сумку и смылся, перед этим низко нахлобучив на голову капюшон. Последовав его примеру, Олег двинулся следом. Чарпин — портовый город Нижнего острова не имел никакой логики. Некоторые улицы состояли всего из двух домов, а площади находились на возвышениях, к которым вели кривые побитые ступени. Если Олег когда-то и считал Крец слишком запутанным, то сейчас его мнение поменялось. Урсул нигде особо не задерживался. Он часто оглядывался, из-за чего Олег не вылезал из теней. Охотник остановился у небольшого дома, стены которого некогда были ярко-белыми. Олег наблюдал за ним с высоты соседнего дома, безжалостно пачкая плащ золой, которой была вымазана труба. Урсул нагнулся над разбитой под окном клумбой и вытащил ключ. Он отпер дверь и юркнул в дом, перед этим воровато оглядевшись вокруг. На коньке крыши чернел неподвижный ворон. Олег усмехнулся. Раздались шаги. Два человека, негромко переговариваясь, подошли к дому Урсула. — Если у него вновь нет новостей, то... — сказал один из мужчин и прервался, чтобы постучать дверь. — Нам крышка, — проскрипел второй. Дверь открыли изнутри, охотники скрылись. Через какое-то время, появился ещё один мужчина. За ним нёсся другой — кажется, самый молодой из всех. Ворон пошевелился и слетел с крыши, не издав ни звука. Он подлетел к тому месту, где сидел Олег и опустился. — Ты разве не хочешь узнать о чём они будут говорить? — нахмурился царевич, глядя в не по-птичьи умные глаза. Взгляд их стал, к слову, тяжелее. — А, ты не знаешь островного, — вспомнил Олег. — Ладно, я спущусь, хватит каркать. Олег спрыгнул на землю. Он перешёл на другую сторону улицы и нырнул под разросшиеся кусты боярышника, чтобы вылезть к стене дома и припасть ухом. Он услышал басовитый голос, говоривший медленно и степенно. — Нас медленно выкашивают, вот что происходит, Урсул. Есть подробности о смерти Филина? — Убит в собственном доме, — Олег узнал голос Урсула. — От ножа, но... — Но? — это был другой голос, более высокий, чистый. — Есть кое-какие обстоятельства... — Какие ещё обстоятельства? — взревел обладатель низкого голоса. — Чего ты там мямлишь? — Рана на шее. Укус. По спине Олега прошёл озноб. Он тогда не сдержался. «Отложить самобичевания», — приказал он себе. Из мыслей вырвал всё тот же низкий голос. — Нам нужно как можно скорее найти дочь этой спятившей ведьмы. — Я знаю кто это, — произнёс тот кто молчал до этого. — Василиса Фойцелис. Повисшую тишину разбавило шуршание. — Она поймала Бима и убила Харсти, когда он выследил её в лесу. — Значит, смерть Филина тоже её рук дело! — взволновался юношеский голос. — Возможно. — С чего ты взял, что это она? — Василиса живёт в доме Марии Эвич, но как выяснилось, там нет никаких родственных связей. Мария перебралась из Шипсии в Лихонавию во время волнений в Малкиате. Полагаю, она была той самой ведьмой из Круга. — Значит, Агнесса решила отдать свою дочь ей... — прошептал Урсул. — Более того, — продолжил всё тот же сдержанный тихий голос. — Я нашёл несколько словоохотливых шипсидов. Они утверждают, что дочь Агнессы звали Василисой. Слишком много совпадений, не находите? — Тогда нельзя мешкать. Завтра же все отправляемся в Крец. Молодец, Сатфхи. Судя по удаляющимся звукам шагов, они начали расходиться. Олег прижался к стене и осторожно выглянул. Из дома вышли четверо. Урсул продолжал стоять на крыльце, даже когда его знакомые скрылись. Олег вышел из своего укрытия. — Проклятье! — воскликнул Урсул. — Вы меня напугали... — он отнял вскинутую к сердцу руку и нахмурился. — Что вы здесь делаете? — Охочусь на вас. Смешно, правда? Олег улыбнулся и толкнул Урсула в дом. — Я не понимаю, — он вжался в стену прихожей. — Я здесь по заданию. Мы должны уберечь Василису Фойцелис. Урсул выпучил глаза. Он открыл рот, приобретя схожесть с рыбой, а потом закрыл. — Я ваш должник. Поэтому... — он понизил голос. — Чем я могу служить? Олег взял его за локоть и повёл вглубь дома. Они зашли в гостиную. Там на всю стену висела карта. Олег вспомнил пыльный кабинет с тусклыми жёлтыми стенами и дурацкую шапочку на лысой голове учителя. «Как будущий наследник престола вы должны знать устройство не только вашего государства, но и соседних...» Олег тряхнул головой. — Для начала расскажите зачем вам понадобилась Василиса. Урсул упал в кресло и потянулся за стоящим на столе графином. Он плеснул себе в стакан тёмно-коричневой жидкости и пригубил немного. Его маленький нос сморщился, подпрыгнув. — Настоящую причину знаю только я и Берти. Так что вам повезло. — Да, я крайне удачлив, — протянул Олег, пряча руки за спину. — Так что же это за настоящая причина? — Сделка с духом. — Духом? — Олег выгнул бровь и усмехнулся. — Интересно. — Духом, торговцем, — Урсул махнул ладонью и пожал плечами. — Это королева с ним связалась. Наше дело — выполнить работу. Олег шагнул к стоящему напротив креслу и опустился, подперев ладонью подбородок. — Продолжайте. — Духу нужна душа Василисы. Как только он её получит, он выполнит свою часть сделки — остановит кровопролития, происходящие на островах. — Значит, разговоры о пророчестве — это чушь? — Не совсем, — Урсул пододвинул ему стакан. — Пророчество действительно существует. Олег краем глаза заметил движение внизу. Что-то струилось по полу. Но Лоскавиц и виду не подал. — Но будем честны, вряд ли Скверне нужна смерть дочери её создательницы, — Урсул осушил стакан и громко крякнул. — На ваш первый вопрос, полагаю, я ответил. У вас был ещё один, я прав? Олег выпрямился и кивнул. — Где найти остальных ваших подельников? Урсул скривил губы, словно сдерживая неуместную улыбку. Он порывисто поднялся. — Давайте я вам лучше напишу... Через каких-то несколько минут на руках у Олега был пергамент с адресами. Он бережно сложил его и убрал в карман, а потом поднялся на ноги. — Я ведь не могу попросить вас не пытаться убить Василису? Урсул печально улыбнулся. — Я бы с радостью. Но я должен не только вам, — он протянул ладонь. — Спасибо ещё раз, что вытащили из воды. Олег молча пожал его пальцы. Змея выползла из-под кресла, задевая бахрому обивки. — Прощайте, — бросил Олег и вышел из гостиной. «Её жертвы умирают быстро. Немного покорчатся в судорогах, и всё...», — сказал ему как-то Оскар. Олег выбежал из чужого дома. И почти мог почувствовать, как задел плечом вставшую на пороге смерть. Он остановился посреди улицы и провёл ладонью по лицу, усмехаясь как душевнобольной. Дурацкий Урсул. Почему он не мог быть таким же тошнотворным человеком как предыдущий охотник? Какой смысл в том, что Олег спас его, вытащив из воды? На дорогу упала чужая тень. Олег повернул голову. Оскар чиркнул спичкой, поджигая папиросу. — Осталось ещё три, — сообщил он. — Три? — Олег зачем-то заозирался. Оскар положил ему ладонь между лопаток, подталкивая в сторону спрятанного за еловыми лапами переулка. — Я проследил за одним и убрал его. Удалось узнать где искать оставшихся? — Удалось, — Олег кивнул. — И не только это. Вспыхнувшее любопытство в безднах чужих глаз, конечно, не удалило противную горечь по поводу судьбы Урсула, но чуть облегчило вес самого чувства.

•

Чтобы успеть до рассвета им пришлось разделиться. Олегу достался, судя по адресу, Сатфхи. Он оказался невысоким мужчиной с совершенно невыразительным лицом, на котором разве что выделялись проницательные, живые глаза. — Вы дураки, — сказал он, когда Олег объявился и раскрыл все намерения. «Извините, но мне придётся вас убить». Досадно, что не виделось другого способа остановить этих помешанных. А не остановить их Олег не мог. Они собирались убить Василису. Принести в жертву, как ритуального петуха. Это омерзительно. Заслужила ли этого Василиса? Олег её почти не знал. Но знал, что нет. Не заслужила. Ещё он знал, что её смерть разобьёт сердце Илоны. Илону он знал хорошо до такой степени, чтобы не желать всеми остатками души такого исхода. — Вы дураки, — сказал охотник. — Думаете, я не догадывался, что это произойдёт? Нас больше чем вы думаете. — Брешешь, — Олег вдавил его в кирпичную стену. — Урсул сказал, что... Сафтхи неприятно рассмеялся. Смех ударился об ободранные стены проулка. — Урсул такой же дурак, как и вы. Он не знает, что видит оракул. О, Асфий видит то, что в будущем увидит лихонавская заклинательница... — Плевать, — выдохнул Олег. — Мы избавимся от каждого. Сколько бравады было в его словах. Пустой и никчёмной. Прямо сейчас перед Олегом стояла задача, проще не придумать, убить одного единственного, обычного человека. «Справишься?» — спросил Оскар несколькими часами ранее. И это был вопрос, на который Олег ответил утвердительно (иначе не мог! Оскар смотрел на него с беспокойством, которое всеми способами хотелось погасить) Олег вздохнул и отпустил охотника. Тот отошёл от изумления и вытащил из кобуры пистолет. — Видно, ты ещё и трус, — проговорил Сафтхи, поднимая оружие. Он шагнул к Олегу, который почему-то не мог пошевелиться. Щёлкнул спусковой крючок. Выстрел прогрохотал как маленький раскат грома. Олег с удивлением обнаружил, что ему на краткий миг стало больно. Сравнимо с тем, как в детстве напорешься плечом на торчащий из забора гвоздь. Гильза звонко ударилась о землю, а вместе с ней оторванная пуговица. Олег улыбнулся не пойми чему и посмотрел на охотника. Удивление на его лице медленно вытеснял ужас. Он не заметил, возникшую позади тень. Лезвие мелькнуло серебристой усмешкой в темноте под чужим горлом. Изо рта Сафтхи хлынула кровь. Олег сделал шаг назад. Охотник покачнулся и упал на землю, издавая какие-то булькающие звуки. Оскар вышел из тени. Его взгляд лишь мазнул по лежащему телу и устремился на Олега, отчего тому захотелось исчезнуть. — Ты как? В порядке? — Оскар подошёл почти вплотную и обхватил его за плечи. — В полном, — тихо ответил Олег, опуская взгляд. — Прости, что подвёл. Оскар вздохнул и отстранился. — С кем не бывает. Убей ты его сразу, он бы не сказал то, что сказал. Олег встрепенулся. — Ты был здесь с самого начала? В ответ Оскар промычал что-то неразборчивое. — Вот же... — Олег удержал себя от желания выругаться. Он настолько жалок, что даже предсказуем. — В общем, я рад, что ты здесь, — не пойми к чему брякнул Оскар и зашагал вперёд. Он сделал два шага и остановился, развернувшись. — Так ты идёшь или как? Словно ничего и не сказал до этого! Олег тряхнул головой. Нашёл о чём думать... — Иду. Он улыбнулся и перешагнул через труп.