Tabula rasa

1998 год. Начало апреля.

             Потери. Ожидание. Тревога. Дожди. Тишина. Шипение радио Рона. Смерть. Поимка. День. Неделя. Время.       Время, ход которого становился медленнее и медленнее с каждым днем, прожитым в неизвестности и отсутствии идей, что делать дальше.       Хогвартс. Пострадавшие от Кэрроу дети. Обещание Ордена начать эвакуацию детей через Хогсмид. Отсрочка.       Очередная отсрочка, очередной сигнал от Люпина об опасности, доклад Бруствера о подозрениях Пожирателей в сторону некоего «особого плана». Попытки обойти комендантский час и проникнуть в деревню ночью. Очередные провалы.       Шахматы. Победы Рона. Чай Полумны. Поблескивающий в пальцах Гарри снитч. Подпирающий стену фальшивый меч. Гермиона, сжимающая в руках волшебную палочку.       Палочку Беллатрисы Лестрейндж.              — Гермиона! — Драко встал с дивана и кинулся к подоконнику, резко вырвал палочку из пальцев Грейнджер и встал перед камином на виду у всех присутствующих в комнате. — Вы же не собираетесь оставить ее себе?       — В чем, собственно, проблема? — Рон отвлекся от партии, которую играл в одиночестве.       — Лестрейндж кто-то обезоруживал? — Угрюмо обратился Драко к Уизли.       — Нет, Добби просто взял ее с пола. — Пожал плечами Гарри, раскинувшийся в кресле напротив Рона со снитчем в руке.              Гермиона поднялась с подоконника и обошла Драко со спины, завороженно разглядывая предмет:              — Она все еще верна хозяйке. — Прошептала она. — Она опасна в наших руках.              Драко утвердительно кивнул головой. Покрутив палочку в своих руках, он схватил ее за основание, направив на лежащего справа от шахматной доски ферзя, и взмахнул. Руку Малфоя опалил ожог, которого на самом деле не было, а ферзь разлетелся в мелкую крошку, став небольшой кучкой фарфора.              — Сильная штука. — Рон потер подбородок. — Получается, оставаясь верной Беллатрисе, палочка способна навредить ее врагам?       — Только в случае, если он будет пытаться ей пользоваться. — Драко повернулся к Гермионе. — Я думаю, ты понимаешь, что в твоих руках эта палочка — оружие против тебя самой?              Гермиона продолжала испуганно смотреть на палочку, прокручивая в голове боль, которую получила именно из этого куска дерева. Драко, увидев, насколько неприятны Грейнджер ее мысли, мягко взял ее руку, прошелся пальцами по запястью, оставляя приятное тепло на коже, которое успокаивало ее разум. Он спрятал палочку Беллатрисы в своем кармане, встал за спиной Гермионы и непринужденно приобнял ее за плечи, наклонившись над ухом:              — Все в порядке. Постарайся больше не брать в руки потенциально опасные предметы.              Уизли, наблюдавший за развернувшейся сценой, усмехнулся:              — Да, Гермиона. А еще лучше возьми пару тысяч галлеонов и сбеги куда-нибудь на Северный Полюс. И будь добра, возьми с собой Полумну, пока ей не пришло в голову еще раз попробовать пробраться в Хогвартс.              Только в эту минуту Драко осознал, что неспроста между Уизли и Лавгуд уже несколько дней висит тяжелое напряжение, которое позволяло находиться им в одной комнате, но сдавливало глотки, чтобы осмелиться поговорить друг с другом.              — Не стоит говорить обо мне в третьем лице, Рональд. — Полумна сделала глоток чая и встала с мягкого ковра, направившись к выходу. — Я думаю, что все, кроме тебя были бы согласны, что Невиллу и Джинни я нужнее, чем здесь. — Голос девушки был как всегда безмятежен и певуч.              В комнате застыла леденящая душу тишина. Никто не позволял произнести ни слова, обмениваясь лишь взглядами. Непроизвольно Гермиона прижалась сильнее к телу Драко, будто прося защиты от прозвучавшей информации.              — Х-Хогвартс? — Выдавила из себя Гермиона. — Ты пыталась туда пробраться?       — Мне не нужно пытаться, — напела Полумна, — я могу без проблем пройти в Хогсмид и обратиться к мистеру Дамблдору.              Шок стал еще сильнее. Непонимающие переглядки сменились сочувствующими взглядами, которые вели немую беседу о безумии Лавгуд.              — Дамблдор мертв, Луна! — Подскочил Рон. — Когда до тебя наконец-то дойдет, что никакой помощи в Хогсмиде не будет! Тебя поймают и на этом все закончится! — Он подбежал к девушке и трепетно обхватил ее лицо руками, перейдя на шепот. — Я умоляю тебя, Полумна, откажись от этой затеи. Я обещаю тебе, что мы все попадем в Хогвартс. Как только Римус и Кингсли найдут способ, мы непременно придем на помощь ребятам. Но сейчас там искать нечего.       — Нас ждет мистер Дамблдор. — Невозмутимо отрезала Полумна.       — На том свете он тебя ждет, Полумна! — Снова прорычал Рон в лицо Лавгуд и, дав волю эмоциям, заключил ее в крепкие объятия, разминая руками плечи, руки, лопатки, старательно доказывая себе, что все еще чувствует ее присутствие рядом, здесь, в безопасности.       — Луна, — Гарри так же подошел к друзьям и ласково положил свою ладонь на ее плечо. — Рон прав. Подожди еще недолго. Я обещаю, что сам буду продумывать план вместе с Орденом. Мы будем там в ближайшее время. Ты дорога нам. Побудь еще немного с нами, в безопасности.              Глаза Гермионы слезились, что-то ей подсказывало, что рвение Полумны не происходит на пустом месте. Но версия с Дамблдором, как и всем, казалась ей невероятной и глупой.              — Луна? — Гермиона чуть отпрянула от Драко, потянувшись корпусом к Лавгуд. — С чего ты взяла, что нас ждет Дамблдор?              Полумна разорвала объятия и подошла к Гермионе, с надеждой смотря в ее глаза. Она нашла надежду на понимание во взгляде Грейнджер.              — Мне сказал о нем Добби.              Драко разочарованно закачал головой, Рон отчаянно зарычал, а Гарри всплеснул руками, зарывшись ими в своей гриве.              — И что же сказал тебе домовик? — Успокаивающим тоном спросил Драко.       — Сказал, что в Хогсмиде нас ждет Дамблдор. Он может скрыть нас от Пожирателей и помочь попасть в комнату «И-так-и-сяк».              — Выручай комната… — прошептал одними губами Драко. — И ты веришь домовому эльфу?       — Я думаю, нет смысла не верить тому, кто спас тебе жизнь. — На лице девушки заиграла блаженная улыбка. — Тот знает больше, чье сердце открыто, ведь так?              Гермиона схватила руки Полумны и заставила ее посмотреть в свои глаза:              — Я не знаю, что имел в виду Добби, но ты должна знать, всегда напоминать себе о том, что Дамблдор не может быть жив. Мы тоже хотели бы верить в то, что он сумел всех обмануть, но в этой комнате перед тобой стоят два человека, которые лично видели, как все произошло. — Гермиона чуть всхлипнула. — Я прошу тебя, если вновь посетят мысли о том, что он тебя ждет, просто спроси Гарри или Драко. Хорошо?              Полумна расслабила плечи, посмотрела несколько секунд в пол и сделала глубокий вдох:              — Непременно. — Она светло улыбнулась и, смахнув пальцем слезинку Гермионы, развернулась и вышла из гостиной под трагичный взгляд Рона.       — Она, ведь, все равно попытается уйти, да? — С виноватым видом Уизли поднял глаза на друзей.              Драко так же последовал к выходу, почти незаметно поманив Гермиону за собой:              — Попроси Билла наложить на коттедж заклинание. В прошлом году такое было на Малфой-Мэноре, мама не могла покинуть поместье из-за Сам-Знаешь-Кого.              

***

      

      — Я не понимаю! — Гермиона ходила между углами комнаты, потирая виски. — Как Добби мог сказать такое Полумне! Дать такую информацию. О чем он думал?              Драко сидел на кровати, прижавшись к спинке, разглядывая свежий номер «Ежедневного Пророка». Казалось, будто он вообще не слышал восклицаний девушки, заинтересованно просматривая колонки выпуска.              — Чертовы лжецы… — Пробубнил он себе под нос.              Гермиона раздраженно повернулась и выпучила на него свои глаза. Ее волосы растрепались, плечи чуть ссутулились, руки с щелчком упали на бедра.              — Драко Люциус Малфой! — Грейнджер стала похожей на Миссис Уизли, когда та злилась на своего мужа. — Какого черта ты вообще не слушаешь, что я говорю?              Драко спокойно убрал газету в сторону и скрестил руки на груди, умиротворенно глядя на девушку. Посчитав до десяти, он изогнул бровь и, сохраняя беспристрастный вид, ответил:              — Я вижу, что ты бесишься от того, что из-за Добби Полумна считает Дамблдора живым. Я вижу, что все обеспокоены тем, что она уже совершила одну попытку уйти, и явно собирается попробовать сделать это снова. — Он перевел дыхание, уставившись в окно. — Я не могу ее осуждать. Я лишь считаю вполне логичным, если в ближайшее время все последователи Ордена найдут способ пробраться в школу. Во-первых, надо спасти учеников, во-вторых, нужно спровоцировать Темного Лорда.              Глаза Гермионы стали еще более бешенными:              — Спровоцировать? — Она схватилась за корни своих волос. — Ты понимаешь, о чем ты говоришь?              Малфой пожал плечами:              — Ты ведь не думаешь, что вы выиграете войну, просто отсиживаясь в лесах, в попытках найти оставшиеся крестражи?       — А что ты предлагаешь? — Девушка повторила позицию Драко и закрылась скрещенными руками.       — Предлагаю покончить со всем, как можно быстрее. Узнав, что большая часть Ордена прибыла в Хогвартс, он непременно клюнет и припрется со своей армией туда же. Армия нас не волнует, уверен, как и мой отец, они сбегут при первом же небольшом поражении. А вот Гарри мог бы воспользоваться случаем и, наконец-то, прибить его, раз уж святой Поттер действительно избранный.       — Мы не сможем убить его, пока живы крестражи! — Гермиона плюхнулась на край кровати. — Мы же не просто так их уничтожаем.       — Смею напомнить, что ты сейчас разговариваешь с единственным человеком, который не постеснялся изучить этот вопрос и взял ту брошюру из Запретной секции. — Драко смотрел на Гермиону с едва заметной издевкой. — Чтобы восстать с помощью куска души, нужен весьма сложный ритуал. Так что, у нас будет какое-то время.       — То есть, ты считаешь, что нам нужно последовать примеру Полумны?       — Я считаю, нужно просто дать ей возможность уйти.       — Уйти? — Гермиона тряхнула Драко за плечи, неосознанно оказавшись у него на коленях. — Ты еще не понял, что это самоубийство?              Малфой игриво посмотрел на губы девушки и, перехватив ее руки, поцеловал запястье:              — А, может, спасение?       — Только не говори мне, что поверил, будто Дамблдор жив.       — Вот, она это и проверит. — Заговорщицки проговорил Малфой.       — Отправлять Луну на такой риск? — Снова завопила Гермиона.       — Во-первых, она сама вызвалась. Во-вторых, Артур, Кингсли и Римус рискуют жизнью каждый день. У последнего, я напомню, только что родился ребенок. — Драко положил ладони на талию девушки и притянул ее к себе, устроив ее голову на своем плече. — Мы все рискуем. — Он задумался. — Не сейчас, конечно. Но до этого здорово потрудились.       — Ты тоже думаешь, что это затишье перед бурей?              Драко усмехнулся, перебирая пальцами волосы Гермионы.              — Грейнджер, мне казалось, что уж для тебя это очевидно.       — А, вдруг, мы все умрем? Что, если Гарри убьют первым?              Драко продолжал успокаивающе поглаживать и лелеять Гермиону в своих объятиях, стараясь вложить в свои действия как можно больше надежды и оптимизма. Сделать это было довольно сложно, учитывая, что его слова несли совершенно противоположную эмоцию:              — Да, может быть, мы умрем. И Гарри тоже может умереть. — Он посмотрел на ее тревожное выражение лица. — Знаешь, война, которая идет сейчас, она не за Гарри. Люди, которые сейчас терпят пытки, которые уже умерли… Это все происходит не ради Гарри. И он, и Темный Лорд, и люди сами верят в убеждение о его избранности. Но, если не будет его, войну за жизни людей возглавит кто-то другой. Гарри Поттер — это символ веры и надежды. Что, если после его смерти вдохновить людей сможет Долгопупс. — Они с Гермионой горестно усмехнулись. — А, что? Его родители тоже пострадали из-за Него. И у него, по идее, есть свои счеты.       — Невилл никогда не будет сводить с кем-то счеты.              Драко поднял брови и поджал губы:              — Зря. Тогда этим символом можешь стать ты.       — Потому что я — грязнокровка?              Драко передернуло от этого слова, от всплывшего в сознании образа покалеченной Беллатрисой руки.              — Магглорожденная.       — Один смысл.       — Мы можем умереть. — Смаковала эту фразу Гермиона.       — И, что дальше? — Почти безэмоционально спросил Малфой.              Гермиона отпрянула от его груди и, уставившись в нее локтями, мечтательно рассматривала черты его лица.              — Ты чего? — Глаза Драко расширились.       — Хочу запомнить тебя таким. — Тягуче проговорила девушка. — Не выпендривающимся фамилией и сейфом в Гринготтсе, в обычном свитере, а не модной мантии, почти не язвительного, нежного и доброго.              Драко раздраженно закатил глаза:              — Мы это уже обсуждали.       — Просто признай то, что ты сделал все возможное, чтобы нам помочь. Если бы ты был таким эгоистом, каким хочешь казаться, спал бы себе на своих шелковых простынях в поместье, наверняка был бы на хорошем счету у Сам-Знаешь-Кого…       — Ты даже не представляешь себе, на сколько я эгоист. Я это сделал для себя.              Гермиона вопросительно изогнула бровь.              — Да, Гермиона, для себя. Чем быстрее Поттер убьет Темного Лорда, тем быстрее мы сможем сходить на нормальное свидание.       — То есть, ты сделал это для меня?              Драко засмеялся:              — Для себя, Грейнджер. — Он притянул к себе ее лицо и невесомо поцеловал в губы. — Я хочу на свидание с любимым человеком, но вынужден просто отсиживаться в какой-то халупе вместо того, чтобы сводить тебя в «Фортескью», прогуляться по самым красивым местам Лондона и пошутить над магглами, а потом позвать тебя в гости, чтобы ты осталась там насовсем.        — Прямо насовсем? — Посмеялась Гермиона.       — Говорить «пока смерть не разлучит нас» не буду. — Он снова оставил на ее губах поцелуй. — Вдруг Крам выживет, и ты опять выберешь из двух вариантов второй.       — Так, а что ты там говорил про любимого человека? — Почти пропищала от удовольствия Гермиона и порывисто прижалась губами к его губам, увлекая его в длительный томный поцелуй.              

***

      

      Драко отметил, что ему повезло, что Гермиона оказалась не любителем выяснений отношений. Ему было бы сложно вытянуть из себя самого слово «любимый» второй раз, не говоря уже о признаниях. Быть вместе, держать ее тонкое тело в своих объятиях и верить, что сейчас все хорошо — это то, о чем он даже не смел думать, сидя в кабинете поместья. Теперь она рядом и, если бы не нарастающая тревога, он бы поверил, что и войны вовсе нет.       Метка продолжала саднить, но разум был не тронут. И это наводило его на самые страшные мысли. Не знал ли уже Волдеморт, где именно скрывается предатель? Может быть, в этот момент, когда стемнело, все начали ложиться спать, и дом наполнился ночной тишиной, кто-то из Пожирателей или он сам уже стоит на пороге коттеджа «Ракушка»?       Едва эта мысль пришла в его голову, как он услышал шаркающие шаги, отдающиеся в тишине от гравия, разбросанного по дорожке к дому. Вслед за шагами послышался неразборчивый шепот. Один голос был почти совсем неслышным, а второй отражал то-ли ярость, то ли страх.       Задремавшая Гермиона очнулась от звуков и испуганно посмотрела на лежащего рядом парня. Поймав его встревоженный взгляд, она положила одну руку на свою грудь, а вторую поднесла к лицу, прикрыв рот пальцем.              — Это на улице? — Обеспокоенно спросила она.       — Кажется, кто-то стоит у дома. — Констатировал Драко.              Ребята не сговариваясь подскочили к окну и чуть отодвинули шторы, открывая себе вид на развернувшуюся сцену. Оба голоса умолкли. Но не от того, что заметили их. Потому что пришел момент расставания.       Рон и Полумна стояли друг напротив друга и держались за руку. Она успокаивала Уизли, поглаживая тыльную сторону ладони, прижавшись щекой к протянутой им руке.              — Мне пора. — Подав голос, пропела Полумна и уже было повернула в сторону места, откуда была возможна трансгрессия.              Рон остановил ее и судорожно поцеловал, впиваясь в ее одежду скованными ужасом от разлуки пальцами. Осторожно вырвавшись из его хватки, Полумна еще раз мягко поцеловала его губы и побежала прочь.       Гермиона уже было кинулась в сторону выхода, но на ее предплечье оказалась аккуратная хватка знакомых тонких пальцев.              — Не надо. — Покачал головой Драко. — Они так решили. Не знаю, как ты, а я думаю, что нам стоит выспаться.              Переплетя пальцы с Гермионой, как напоминание о том, что она под его надзором, Драко провалился в сон. Очередной тяжелый сон, навеянный фамилией, при звучании которой Драко до сих пор чувствовал комок в горле.              

***

      

      

1996 год. Август.

      

      «Падение ангела»       «Малфой младший-продолжатель дела отца?»       «Причастны ли Нарцисса и Драко Малфои к делам главы семейства?»              Заголовки статей «Пророка» давили не слабее, чем рука Волдеморта, сжимающая плечо Драко. Темный Лорд вальяжно прогуливался вдоль мраморных стен поместья, останавливаясь периодически перед тусклой свечой, стоявшей на камине. У одной из стен раболепно склонив головы выстроились Драко, Нарцисса и Беллатриса.              — Благодарю тебя за теплый прием, Нарцисса. Надеюсь, у вас мне будет гораздо уютнее и спокойнее, чем у моего старого приятеля Бэрка.              Мысленно Драко усмехнулся, понимая, что нельзя назвать гостем человека, оккупирующего дом.              — Я очень рад, что и твоя сестра находится рядом. Самые преданные люди в одном месте.              Драко вновь иронично взметнул бровь. В его преданности явно были сомнения.              — Подойди ко мне, Драко. — Волдеморт вытянул руку в приглашающем жесте. — Не бойся, легилименция не доставляет боли.       — Я знаю. — Сухо проговорил Драко, готовя свой разум к усердной работе над выдачей лишь тех фактов, которые он мог раскрыть. — Сам стараюсь усовершенствовать свой навык.       — И у него отлично получается, мой Лорд. Занятия с Северусом не прошли для мальчика даром. — Встряла в разговор Беллатриса.              Волдеморт одобрительно посмотрел на парня.              — В таком случае, не вижу смысла проникать в твои воспоминания, мой юный друг. Ты ведь не раскроешь все свои тайны. — Он потер подбородок кончиком палочки. — Как же мне проверить, предан ли ты мне?              Беллатриса сделала шаг вперед, коснувшись плеча Волдеморта:              — Дайте задание Драко. Любое. — Шипела женщина. — Он, безусловно, выполнит его и покажет, насколько мы сможем ему доверять.       — Мне нужны более весомые доказательства, моя дорогая. — Вторил ее интонации Темный Лорд.              Остановившись вплотную перед Нарциссой, он исказил свое лицо гримасой отвращения.              — Я знаю, как мы поступим, Драко. — Сказал Волдеморт на вдохе. — Ты дашь мне гарантии.              Драко склонил голову ниже, не желая смотреть в глаза волшебнику.              — Все любят число три. Значит, чтобы я безоговорочно верил тебе, Драко, я возьму три гарантии. Твоя мама, думаю, ничего не потеряет, если до выполнения твоей миссии побудет взаперти в своем прекрасном доме? В случае твоего неисполнения, она может изрядно пострадать в любой момент.              «Умереть.» — Пронеслось в голове Малфоя.              — Вторая гарантия — ты незамедлительно примешь Темную метку в знак долгосрочной дружбы между нами.              Нарцисса вцепилась в его руку:              — Темный Лорд, он совсем ребенок…       — Через год он станет совершеннолетним. Не думаю, что его сознание и ответственность будут серьезно отличаться от того, что мы имеем сейчас.              «Пожиратель смерти в шестнадцать. Блеск.»              — Ну, и самое главное — твоя миссия.              Помещение замерло, как и дыхание всех, кто в нем находился. Повисла удушающая тишина, которая отдавалась звоном в ушах.              — Ты убьешь Альбуса Дамблдора до конца учебного года. — Отчеканил каждое слово Волдеморт.              Нарциссу пробили горькие рыдания, в голове Драко пульсировала лишь мысль о том, что Волдеморт выбрал заведомо неисполнимое задание в то время, как Беллатриса взвизгнула от восторга:              — Темный Лорд! Какая честь! — Она потрепала Драко за затылок. — Ты должен гордиться собой, мой мальчик.       — Не подведи меня, юный друг. — Сквозь змеиную усмешку прошипел Темный Лорд.              

***

      

      

1997 год. Март.

      

      — Отец ждет не дождется моего совершеннолетия. — Обиженно бубнил Нотт, сидя в коридоре на скамье. — Я лучше сброшусь с Башни Астрономии.              Забини отпрянул от колонны и подсел к товарищу.              — Мать говорит, что Волдеморт в любом случае победит. Дома истерики, она совсем обезумела от страха. — Он повернул голову в сторону Драко, сиротливо стоявшего у стены напротив. — Сегодня выписывают Белл. Ходят слухи, что у нее амнезия, так что…              Драко прижал палец к губам, озираясь по сторонам.              — Не здесь, Блейз. — Он достал карманные часы и громко захлопнул крышку после того, как узнал время. — Пора на обед.              Блейз и Тео отвлеклись на очередную перепалку с подоспевшей Паркинсон, поэтому Драко устремился в Большой зал в одиночестве. Погрузившись в свои мысли, он не сразу заметил общавшихся между столами Гарри и Кети.       «Конечно, он начнет ее пытать. Снейп предупреждал.» — Пронеслось в его голове, как только он заметил собеседников.       Не успев развернуться, чтобы уйти, он встретился взглядом с Поттером и, увидев в глазах его сокурсницы проблеск осознания, рванул со всех ног прочь.       Он не хотел. Никогда не желал, чтобы кто-то умер. Ни Дамблдор, ни выпивший медовуху Рон, ни Кети. Он быстро поднялся на второй этаж и, лишь когда за ним захлопнулась дверь туалета Миртл, дал волю панике, колотившей в груди, словно гром барабанов. Послышался скрип двери:              — Я знаю, это был ты, Малфой. — Процедил Гарри.              Ответить, что не хотел, и ему конец. Поттер сделает все, чтобы вмешаться.              — Умерь свои фантазии, Поттер. — Стиснув зубы, протараторил Драко.       — Зачем? Волдеморт приказал убить Дамблдора? — Продолжал напирать Гарри. — Все, что попало в руки Рона и Кети предназначалось ему. — Он сделал паузу прежде, чем выкрикнуть. — Верно?              Драко взял себя в руки и выстроил защитную стену в библиотеке своего разума:              — Допустим. — Он поднял бровь. — И, что с того?       — Ты стал таким же, как твой отец.              Он не был таким. Не желал. Ему это было не нужно. Драко схватил палочку и прежде, чем выкрикнуть заклинание ответил:              — Я совершенно на него не похож.              Он лишь успел замахнуться, когда в него ударило неизвестное проклятие, и тело пронзила яркая боль, заставляющая изнывать от агонии. Рухнув на пол, он понял, что оказался в крови. Своей.                     

***

      

      Над изголовьем койки стоял Гарри и едва сдерживал жалость, когда Драко открыл глаза.              — Что надо? — Равнодушно спросил Драко.       — Если ты не похож на отца, то зачем?       — Он угрожает маме. — Хрипло проговорил Драко, слепым взглядом уставившись в потолок.              Поттер начал тяжело дышать, краснея. Казалось, что его очки вот-вот запотеют от кипящей внутри злобы. Подумав, или успокоившись, через несколько мгновений он помчался из больничного крыла, то и дело задевая тумбы, расставленные у изножий коек.