Хиганбана

***

      Ханджи счастлива. Как никто другой. Чувство вины раньше грызло ее, сейчас — нет. Счастье все затмило.       Это был правильный и простой выбор. Просто жить здесь, в этом лесу, вдвоём.

***

      — Может, останемся жить в этом лесу вдвоём?       После этих слов начал говорить Эрен. Ханджи дернулась, но дослушала его речь от начала до конца. Очнувшись, она окликнула своего мужчину, ровно в тот момент, как он начал подниматься. А ему это было строго настрого запрещено!       — Ривай!       Он, кряхтя, пытался сесть. Ханджи надавила на его плечи, заставляя лечь обратно. Но он очнулся.       — Ханджи, я… Упустил его. Где он?       — Ничего. Все хорошо. Лежи. — Он хоть и лёг обратно, но Ханджи его не отпустила.       Хотелось обнимать его и целовать, не прекращая. Особенно учитывая, что он чуть не умер. По щекам текли слёзы, а она позволила себе уткнуться лицом в его плечо. Мужчина посмотрел на свои руки, отметив, что на одной недостаёт двух пальцев.       — Ханджи…       Он гладил ее спину здоровой рукой, насколько хватало сил. Она, кажется, что-то шептала, но ему это не было слышно.       Ханджи отстранилась, мыльно смотря на него. Ривай, как мог, глядел на неё тепло и пытался передать всю нежность единственным здоровым глазом. Как минимум потому что все остальное лицо у него было перебинтовано.       — Ты что-то говорила о том, чтобы остаться… Здесь.       — Ох… — Она смутилась. — Так ты слышал мою речь.       — Слышал, Ханджи. — И потом ее осенило.       — Ты… Хочешь остаться здесь? Со мной?       Они хоть и встречались достаточно давно, и все свободное время проводили друг с другом, Ханджи все равно не могла верить в его любовь.       Не потому что он ее не доказывал. Наоборот, Ривай с ней был просто… Чудесен. Она просто считала, что не заслуживает его любви.       А сейчас он предлагает остаться в лесу вдвоём, бросить остальных и забыть про долг.       — Да. Она четко знала, что Аккерман ерунды не скажет. Он всегда честен.       — Хорошо? Мы… Останемся?       Он просил ее словно ребёнок. Ханджи даже была удивлена, но он также устал, как и она.       — Конечно, — Она взяла его здоровую руку и поднесла к губам, поцеловав. — Конечно мы останемся.       Ханджи по-доброму усмехнулась, лыбясь сквозь слёзы.        — Спасибо, Ривай.

***

      И это было самым лучшим решением. Путешествуя по лесу, они нашли заброшенный дом. Им просто повезло. Это было чудо.       Дом не был конечно в лучшем состоянии, но Ханджи старалась привести его в лучший вид. Потом Ривай немного окреп и стал помогать, хоть Ханджи и противилась.       В лесу было все, а некоторая мебель осталась от прошлых хозяев. Ханджи выходила в город, но очень редко. Однако пробралась в разведку, пока остальные, видимо, были на войне. Или уже решали проблемы в Марли? Или вообще, где они?       Было даже стыдно.       Но она украла только сбережения свои и Аккермана. Ну и ещё пару тройку нужных вещей.       Потом, чуть позже, приобрела некоторые нужные вещи. И в итоге они обжились. В тихом, скромном, но счастье.       Ханджи даже сделала чуть позже ему произвольную инвалидную коляску, как видела в Марли, но, естественно, поскромнее.       У Ривая были серьезные проблемы с ногами после пережитой травмы. Сквозь года лучше не становилось. Но несмотря на это, вина начала уходить.       — Ханджи, я тебе говорил, что не нужно было столько сажать. Мы вдвоём с тобой не поедим.       Хоть ноги его и ослабели, то руки — нет. Даже сидя на коляске он помогал ей выкапывать картошку.       — Тю, Ривай. Чем больше — тем лучше.       — Чем больше — тем ты грязнее. Чем ты грязнее — тем дольше мне тебя купать.       Они оба были ужасно травмированы. Как и внутренне, так и внешне. Но любовь такая штука, которую просто невозможно сдержать.       Ханджи любила обнимать его, а особенно по ночам. Иногда раньше он противился, хоть и любил ее ласки, но скрывал это. А сейчас и вовсе позволяет ей делать все делать с собой.       Ей не было тяжело с его ногами. Они хоть и болели дико, но ходить он мог. Поэтому она часто заставала его стоящим за каким-то делом. Да и ухаживал он за собой сам. Ханджи ругалась на него за это, мол, совсем ног лишишься, но он не слушал.       В отличии от Ривая, саму Ханджи купал он сам. Не всегда конечно, но часто. Риваю нравилось знать, что она чистая.       — Как тебе ещё… Не надоело со мной. — Приговаривал он, смотря, как она потирает его ноги какой-то мазью, что сама сделала из лечебных травм, что растут в лесу.       — Конечно, Ривай! Действительно! Пойду займусь своими делами.       Она делала вид, что уходила. Он иногда даже верил, огорчался, а она, смеясь, возвращалась с кружками чая и книгой. А Ривай закатывал глаза под ее смех.       — Ты правда думаешь, что я способна бросить человека, которого люблю всем сердцем?       И она садилась рядом, ставя поднос с чаем на стол, а в руки брала книгу и начинала читать вслух. Ривай забирал у неё ее, когда Ханджи уставала и повторял ее действия.       Спали они вместе. И их обоих преследовали кошмары. Просто Ривай о них никогда не говорил, а Ханджи просыпалась с криками. Но когда после этого тебя обнимает любимый мужчина, целуя в лоб, щеки, губы и шею, то все проблемы уходили.       Секс никуда не делся. Но Ханджи теперь радовалась своей почти постоянной позиции сверху. Но как бы Зоэ не ругалась на его наплевательское отношение к своим ногам, Ривай все равно часто все делал… По своему.       Это было лучшее решение в их жизнях. Они состарятся и умрут вместе в этом доме, а не на войне.       Кажется, они победили, уничтожив титанов. Но дети, так их называла Ханджи, хоть те уже и давно таковыми не являлись, думали, что капитан и командующая мертвы.       Но Ханджи об этом уже и не размышляла. Целуя в губы любимого человека, она могла думать только о нем и о своём счастье.