Помоги

Дамиано ощущает, как его обнимают, и у него не возникает желания отстраниться, убежать. Оно просто в один момент берёт и пропадает, потому что это руки Итана, Давид знает, как именно это чувствуется, и расслабляется. Ему он доверяет, его он любит. Торкио один из немногих людей, которые вокалисту не противны, а всех остальных он просто ненавидит и боится, потому что они могут оказаться маньяками. Видеть Итана по утрам такого милого, сонного и домашнего, без грамма косметики — прекрасно. Дамиано часто разглядывает его умиротворённое лицо. После их поцелуев и попыток Давида развести его на секс проходит несколько дней, а поведение вокалиста меняется кардинально. Он тянется вперёд, поглаживая шелковистые волосы Итана, и касается его губ. Это кажется правильным. Торкио открывает глаза, и улыбается ими, Дамиано обожает этот его взгляд, особенно когда парень с такой нежностью смотрит на него. Давид не знает, что сказать, ответить и как открыться, но он не чувствует неловкости, потому что Торкио ничего не требует, просто находится рядом, и это так прекрасно, так замечательно, Дамиано очень сильно благодарен ему. Итан всегда готовит ему завтрак, обычно он остаётся, иногда они даже говорят. Потом следует репетиция или подготовка к концерту. Дамиано постепенно втягивается в нормальную жизнь. Следы на его теле пропадают, раны затягиваются. Он излечивается от той боли, которую ему причинили. Кошмары всё ещё снятся, но он чувствует сквозь сон сжимающие его руки Итана и успокаивается. — Давай встречаться, — однажды предлагает Давид. Это звучит немного тупо и неуместно в их ситуации, они и так всегда вместе, а романтические отношения забирают много сил, но Дамиано это нужно, нужно, чтобы однажды Итан не ушёл, не нашёл себе парня или девушку и не оставил его. Вокалист знает, что его друг никогда так не сделает, но всё равно Давиду хочется обозначить какой-то статус их взаимодействия. Он желает создать красивую историю любви, чтобы вновь поверить в людей, ему требуется пройти все эти маленькие глупые шажки в виде свиданий, подарков, признаний, как у всех. — Конечно, — Итан соглашается. Ну а как иначе? Разве он может оставить этого парня. Дамиано счастлив, этот день становится одним из самых лучших, потому что они идут вместе в ресторан и Торкио так нежно на него смотрит, так улыбается, так смешно шутит, что Давид вновь чувствует себя живым. А вечером, когда они готовятся вместе засыпать, пальцы Итана осторожно скользят по его торсу, затем по бедру, и это не вызывает отвращения. Дамиано никак не реагирует, просто лежит и ждёт, куда именно направляется Торкио. Чужая ладонь останавливается в области паха, и барабанщик замирает, больше ничего не предпринимая. С его стороны, это, наверное, правильно, но Дамиано понимает, что ему требуется больше, только вот это может довести его до нервного срыва. Давид берёт его руку и накрывает ей свой член, направляя. Он не испытывал оргазма уже больше месяца, после тех ужасных двух дней он не прикасается к своему телу в поисках наслаждения. Итан собирает его заново, вновь заставляет хотеть, желать и чувствовать приятное, а не только боль. Дамиано тяжело дышит, когда чужие пальцы водят по его стволу. Медленно, осторожно, но так ощутимо и приятно. Дамиано лежит к Торкио спиной, ему так легче, потому что не видно его глаз, но ему почему-то не терпится посмотреть на Итана, а ещё он чувствует, что прижимающийся к нему сзади барабанщик тоже возбуждён, и надо ему помочь, но Давид не хочет этого делать. У него до сих пор травма, после того, как его использовали в качестве удовлетворения потребностей. Дамиано кончает, сразу же убирая от себя чужую руку. Итан смотрит на него со своей всепоглощающей заботой и Давиду становится от этого плохо, ведь он не может ответить барабанщику тем же самым. Он не заботится о нём, даже удовольствие ему принести не хочет. Ему просто противно после всего, с ним совершённого. Итан собирается в ванную, чтобы помыть руки и, наверное, расправиться со своей проблемой, но Дамиано решается. Целует его в губы, затем в ключицы, спускается ниже, стягивает домашние штаны на резинке и замечает чужой возбуждённый член. Первое, что он испытывает, — это омерзение, но Давид поднимает взгляд и сталкивается с тёплыми карими глазами. Он приближается, касается губами горячей плоти, целует, берёт в рот, обводит языком головку, посасывает. Торкио не дёргается, он не пытается взять контроль или причинить ему какой-то вред, и Давид расслабляется, принимаясь активнее работать. Итан стонет, Дамиано влюблён в его голос и продолжает стараться. Да, ему тяжело, плохо, херово, но он должен перейти эту грань, хоть никто его и не просит. Вокалист чувствует, как чужие бёдра дрожат и как Итан что-то шепчет пытаясь его отстранить, но Дамиано доводит дело до конца и глотает всё до последней капли. Не впервой. Но с Итаном этот процесс начинает приносить удовольствие. Торкио обеспокоенно на него смотрит и спрашивает, как он, а Дамиано слегка улыбается и заверяет парня, что всё хорошо. Проходит неделя, они больше не сближаются, отношения пока что наполнены только романтикой и милыми разговорами, максимум — поцелуями. Итан сам избегает постельных тем и не пытается больше сподвигнуть на подобное Дамиано, просто он чувствует, что тот ещё не готов, но Давид категорически с ним не согласен. Всё по-другому, всё меняется, он уверен, что секс с Торкио — самый лучший на свете, потому что он его любит. Но он решает не спешить и довольствуется тем, что между ними есть. Эти отношения такие хорошие, спокойные, размеренные, Дамиано чувствует в них себя защищённым. Это то, что нужно, после всего с ним случившегося; и даже после той ночи, когда между ними с Итаном было сближение, он не ощущает какую-то неловкость. Всё нормально, всё хорошо, всё идеально. — Дамиано, — Торкио накрывает на стол, приглашая его завтракать. Давид обожает, когда барабанщик так о нём заботится, хозяйничает на его кухне, полуголый, с собранными в пучок волосами, иногда приносит завтрак в постель. Вокалист даже не знает, как благодарить за это парня. — Спасибо, дорогой, — Дамиано улыбается, подобное у него получается сложно, но, когда рядом Итан, уголки губ сами приподнимаются вверх. Торкио наклоняется к нему, ставя тарелку, он такой милый сейчас со своей этой причёской и раскрасневшимися щеками. Дамиано хватает его за шею и целует мягкую румяную кожу, долго задерживаясь на ней губами. А потом, отодвинувшись, признаётся, — Я тебя люблю. Торкио отстраняется, хлопает своими тёмными ресницами, смотрит шокировано и смущённо, в его глазах читается детская радость. Дамиано не понимает, почему не признался ему намного раньше. — Я тоже люблю тебя, — говорит Итан. Давид почему-то был уверен в именно таком ответе, поэтому просто притягивает парня к себе и крепко обнимает, он благодарен Торкио за всё. Ему так хорошо, он уже и забывает, что, возможно, скоро придётся расплачиваться за то, что он сделал. Давид отчётливо помнит и последний раз, когда к нему приходит мужчина. Дамиано видит, что ему опять нужен секс, и решает подыграть, чтобы потом попытаться освободиться. — Сделай мне приятно, — приказывает насильник. И вокалист подчиняется, сам проявляет инициативу, раздевает мужчину. Тот смотрит с интересом, неужели он уже сломал этого парня, позволяет Давиду положить себя на пол и оседлать свой член. Это тоже удивляет, но наслаждение уносит мозг похитителя. Парень еле-еле приподнимается и опускается до упора, принимая плоть в себя. Дамиано адски больно, он практически не может двигаться, но приходится скакать, как ненормальному, чтобы усыпить чужую бдительность. Он двигает бёдрами, с каждым толчком осознавая, что больше не желает чувствовать кого-то в себе. Давид видит, что мужчина близок к оргазму и уже ничего не соображает, тогда парень хватает одеяло, которое было любезно ему предоставлено, и прижимает его к лицу насильника. Оно сложено в несколько раз, и это то же самое, что и душить подушкой. Тот сопротивляется, пытается вырваться и вздохнуть, но Дамиано борется за свою жизнь, поэтому просто обязан победить. Он давит с удвоенной силой и скоро чувствует, что сопротивление прекратилось, а чужая грудная клетка перестала двигаться. Кажется, он только что убил человека. Теперь Дамиано убийца. Нужно бежать. Он быстро поднимается с опавшего члена и через силу встаёт на ноги. Давид не находит никакой одежды, поэтому приходится раздевать мужчину. После Дамиано пытается стереть свои отпечатки и следы и в панике ищет выход. Он понимает, если органы власти сюда придут и будут расследовать, то его преступление вскроется. Давид видит перед собой ненавистное лицо насильника, и у него возникает желание только убить ещё раз. Его не мучает совесть за это преступление, от этого страшно. Неужели он тоже больной маньяк? Когда Дамиано выходит на улицу, ему становится легче, он наконец чувствует себя хоть немного свободным. А дальше он ищет дом, Викторию, ключи…

***

Дамиано фоном смотрит телевизор, сидя на диване и записывая в блокноте какие-то строчки, он бросает взгляд на экран, и всё внутри холодеет. Там показывают ту комнату и уже практически разложившийся труп, накрытый чёрной тканью. Давид включает звук. — Сегодня был найден разыскиваемый преступник, недавно сбежавший из тюрьмы. Этот человек должен был отсиживать пожизненное заключение за все свои деяния, но кто-то решил его покарать по-другому или же его замучала совесть. Полиция думает, что это самоубийство или дело рук известной мафии… — Дамиано отключает телевизор. У него паника, а если узнают, что это сделал он? Парень надеется на лучшее, надеется, что, если это был такой страшный преступник, то его смерть не будет сильно расследоваться. Давид медленно понимает, что он не один мог быть жертвой подобного насилия со стороны этого человека, и он уверяет себя, что сделал правильно, убив его. Но всё это не помогает ему не переживать. Парня всего трясёт, он вспоминает об этом времени и не может успокоиться. Он принимается рыдать, ложится на диван, утыкается головой в подушку. Хочется заснуть и понять, что это всего лишь какой-то странный сон, и когда он проснётся, всё будет хорошо. Дамиано приходит в себя только через час, как жалко, что рядом нет Итана. Давид больше ничего не чувствует: ни страха, ни волнения, ни паники. Внутри пустота. Он ждёт стука в дверь и прихода полиции, но его обволакивает тишина, и она убивает. Вокалист борется со своими мыслями, до тех пор пока не слышит звонок. Он с мёртвым лицом идёт открывать, но это всего лишь Итан, который волнуется за его состояние. Дамиано не знает, как сделать вид, что всё нормально, парень замечает его поведение и не понимает, что предпринять. Дамиано уверен, если Торкио узнает всю историю и про убийство тоже, он не поймёт. Ему так страшно, он определённо ещё не готов. Итан замечает всё это и просто делает шаг вперёд, обнимая Давида. Он говорит ему, что всё наладится, но Дамиано с ним вообще не согласен. После такого ничего не может быть нормально.