Кукла: Ангелы милосердия

      Стараясь абстрагироваться от активно снующих туда-сюда сотрудников и фотографов, Артём задумчиво стоял возле трупа и рассматривал его. Лицо бывшей медсестры стало бледным, с заметным оттенком голубизны. Безжизненные глаза смотрели вниз, на покрытые засохшей кровью руки.       Почему-то единственная мысль, которая пришла в голову в этот момент — хорошо, что она умерла недавно. Тело не успело разложиться и покрыться узором гнилостной венозной сети, кожа не слезла с костей, а изо рта ещё не вываливаются личинки мясных мух. От неё ещё нет такого сильного запаха, и её облик всё ещё напоминает человеческий, хотя свадебное платье сейчас выглядит как карикатура или издёвка.       Присев на корточки перед ванной, Артём надел резиновые перчатки и учтиво коснулся руки Дианы, осторожно рассматривая её. Из-за плотных рукавов было невозможно определить наличие следа от иглы, но почему-то сомнений не возникало — он там есть.       Взяв в руки вторую конечность, детективу бросился в глаза большой перстень на безымянном пальце. Вставленный в него камень отливал буро-зелёными оттенками.       — Что-то нашёл? — поинтересовалась Василина.       — Не думал, что таким девушкам нравятся столь массивные кольца. Можно узнать, что это за камень?       — Конечно. Просто отдай его кому-нибудь из этих…       Попросив пакет у стоящего поблизости специалиста с заметной лысиной, Артём снял кольцо с руки и передал его, попросив определить природу минерала.       — Так это этот, как его, — почесал затылок мужчина. — На гелиотроп похож. У меня бабушка из него бусы носила. Но в лаборатории вам точнее скажут.       — Спасибо, — улыбнулся Артём, возвращаясь глазами к девушке в ванне.       — Нам это что-то даёт? — спросила Василина.       — Пока не знаю. Что будем делать?       — Ты у нас главный детектив, — злобно ответил подошедший со спины мужчина в форме, раскручивая на пальце ключи. — Это у тебя надо спрашивать, что делать с погибшими девушками, которых ты не спас.       Артём от неожиданного заявления опешил. Учитывая то, что подручные Василины не были ему знакомы, подобное обращение казалось неуместным. Однако, ещё больше смутил внешний вид сотрудника: это был крупный мужчина со смуглой кожей, сильно напоминающий приятеля Славы. В голове тут же всплыл их разговор в баре.       «Это же…»       — Так говоришь, Глен, будто это он виноват в смерти Дианы, — усмехнулась женщина.       — Может и он. Откуда нам знать. Уже три трупа, а убийца до сих пор не пойман. Причём, у меня создаётся ощущение, что его специально не ловят.       «Глен? Тот самый, о котором упоминала Вася? — удивился Артём. — Что он здесь делает?»       — Его не ловят, потому что мы не знаем, кто это, — возразила Василина.       — А, по-моему, вот он прекрасно знает, кто это, — буркнул Глен и отошёл в сторону.       — Только конченый кретин не догадается, чьих это рук дело.       — Чьих же? — со смешком спросил Арт, встревая в разговор.       — Будешь и дальше дурачка строить, да? — взбесился мужчина, хватая и поднимая растерявшегося Артёма за ворот рубашки. Прислонив его к тумбочке, он заставил пару тюбиков с грохотом упасть на пол.       — Глен! — крикнула Василина.       — Этот ублюдок убил её, убил невинную девушку, снова! А все сидят на жопе ровно, потому что кто-то видно стелется под этого у...       — Хватит! — рявкнула женщина, хватая коллегу за руку. — Отпусти его. Здесь тебе не бойцовский клуб! Что на тебя нашло?       Послушавшись, Глен ослабил хватку, давая Артёму отойти и поправить одежду.       — Значит, это ты тот самый Глен? — усмехнулся детектив. — Ты парень Дианы?       — Твоё какое дело?       — Так вот почему Василина попросила тебя найти её парня. Потому что её парень и есть ты. Похоже, я не зря думал о том, что все здесь в сговоре. Не расскажешь, где она была в ночь убийства своей подружки? И где был ты?       — Какой ещё сговор? Хочешь на невинных людей всех собак повесить? — прошипел Глен, снова бросаясь на Артёма с кулаками.       — Зачем вешать, когда мне итак всё понятно, — язвил детектив.       — Так же понятно, как то, что твой дружок снова убивает?       — Прекратите оба! — снова крикнула Василина. — Пошли вон отсюда! Вы мешаете следствию! Не хватало, чтобы вы ещё перевернули здесь всё с ног на голову.       — Ваш приглашённый детектив покрывает Кукольника, — показал пальцем Глен. Копошащиеся рядом сотрудники в миг замолкли.       — Что? — смутился Артём. — Откуда ты…       — Будто мы не знаем, что он сбежал. Это уже всем очевидно.       — Это правда? — нахмурилась женщина, грозно посмотрев на коллегу. — Ты скрываешь Кукольника?       Артём поперхнулся, не ожидая такого вопроса:       — Вы же сами его освободили и знаете, что это не он. Вы же видели отчёты…       — То есть ты сейчас обвиняешь меня в пособничестве опасному преступнику?       — Похоже ваша ищейка совсем краёв не видит, — вставил слово Глен.       — Нет, но… Я же…       Отойдя в сторону, детектив попытался вернуть себе спокойствие и собранность, попутно что-то бурча под нос. Всё, что оставалось присутствующим, это с недоумением следить за чужими метаниями, ожидая какого-то результата этих действий.       — Всё это какой-то бредовый сон. Не мог же он соврать мне. Он сказал, что я способен отличить его работу от остальных. Значит, есть что-то, что я знаю, какая-то деталь, закономерность, которую сложно заметить и повторить. Это всегда были цветы с особым посылом, но на ангелах они не несли смысла, а у Дианы их нет вовсе. Значит, это не мог быть он, потому что он наверняка оставил бы какое-то украшение с отсылкой, как раньше и… Нет, — развернулся Артём, посмотрев на покойницу. — Это кольцо. Перстень с гелиотропом... Гелиотроп... О нет.       — Так что? — спросила Василина.       — Нет, нет, нет, — засуетился Артём, кусая ногти. Закрыв лицо рукой, он тяжко вздохнул. — Твою мать!

***

      Демонстративно громко тыкая пальцем по клавиатуре рабочего компьютера, Ярослав готов был свалиться с кресла вовсе, учитывая то, как сильно он уже сполз по нему в процессе пролистывания базы данных. Искать то, что от него попросили он не хотел абсолютно. Его мотивировал исключительно соблазн получить небольшое денежное вознаграждение и тот факт, что он сплавляет данные по человеку, чьё упоминание мгновенно вызывает у него нервный тик и желание набить кому-нибудь морду.       Единственным вопросом для парня оставалась цель анонима, что запросил информацию, однако значения этим вопросам Яр не придал.       — Что делаешь? — тихо спросила Рэйвен, подходя сзади.       — Хренью занимаюсь, — буркнул Слава.       — О, всё как обычно.       — Ой, — скривил лицо парень. — Какой-то тип попросил меня дать ему всю информацию по делу Кукольника. Хрен знает, зачем ему это, но я готов хоть сто раз сдать этого ублюдка кому надо и не надо.       — А кто сделал запрос?       — Не знаю. Какой-то коп. Наверно, он просёк, что этот гандон сбежал и хочет его посадить самостоятельно.       — С чего ты взял, что он сбежал?       — Да так, — почесал нос Слава. — Это я к слову. Зачем ещё таким заниматься?       — Для диссертации, анализа, — предположила Рэйвен. — Мало ли. Хотя, это дело должно же быть засекречено, разве нет? Кто тебя вообще допустил к архиву?       — Моё очарование и харизма, — усмехнулся парень, раскручиваясь в кресле.       — Ах ты, — надулась Рэйвен, отвешивая Яру подзатыльник. — Если я тебя ещё хоть раз с какой-нибудь девкой увижу, ты будешь до конца дней плавать в формалине. Понял?       — Да ладно, не злись. Я доброе дело делаю.       — Уверен, что доброе? Артём бы не одобрил.       — Ой, только не надо вот этого. Мы оба это дело вели. То, что я теперь работаю в другой службе ещё ничего не значит, — сгримасничал парень. — И вообще, с чего бы мне о нём беспокоиться? Этот Эстер, — пренебрежительно бросил Яр. — Знать его не хочу.       — Вы поссорились?       — Да ну его. Пусть и дальше трахается с уголовниками. Меня это не касается.       — Он, что? — смутилась Рэйвен, усаживаясь на край стола. — Что ты сказал?       — Не важно.       — Знаешь, это, конечно, не моё дело, но лучше один раз с уголовником, чем сто раз с твоими сифилисными девицами. Так что иди и помирись с ним, ясно?       — Ещё чего.       — Вот упрямый, — взбунтовалась девушка и ударила парня первой попавшейся в руки папкой с бумагами. — Он твой друг! Неужели нельзя закрыть глаза на то, с кем он там спит или не спит?       — Да чего ты пристала? Я делом занят!       — А то! Тебе совсем плевать?       — Я-то тут причём?       — Да пошёл ты нахрен! — рявкнула Рэй. — И можешь мне не звонить в три часа ночи больше, достал уже.       Высунув язык, Ярослав посмотрел в спину уходящей девушке. Вернувшись глазами к мерцающему монитору, он потёр лицо ладонью и вздохнул, громко протяжно завывая.       — За что мне этот геморой?