Просто дверь

Ощущать, как Брок несет его на руках, почти не напрягась, было странно. Джек считал себя сильным здоровым мужчиной, но в сравнении с Броком он был как олень рядом с буйволом. Брок был горячий, с крепкими твердыми мышцами. Джек обхватил его за широкую шею и притёрся пахом к рельефному животу. — А ты огонь, — усмехнулся Брок ему в губы, стиснул ладонями крепкую задницу, с тихим стоном помял её. — Но одежда тут явно лишняя. Джека хотелось разложить прямо на полу в коридоре. Поставить на четыре кости и взять на всю длину, чтобы вопил на члене, прося ещё и ещё. Каким бы принцем он ни был, но Брок прекрасно чувствовал, насколько Джек жаден до ласк. — Люблю ебаться. — Джек растянул губы в улыбке. — И чтоб с мужиком и досыта. — Ох, не повезло тебе с папашкой, — посочувствовал ему Брок и пинком распахнул дверь в спальню, только сейчас вспоминая, что вышел из неё, чтобы смести рассыпавшиеся у стены бычки. Но эта мысль тут же исчезла из головы, стоило им обоим упасть на постель. Джек немедленно ухватил Брока за член, с восторгом ощущая его твёрдость и величину. Снова облизнулся и сглотнул. Джек ни разу в жизни не был снизу, но сейчас, ведомый похотью, отчаяньем и алкоголем, он был готов на что угодно. Такой пыл любовника льстил Броку. Пусть они с Джонатаном и были знакомы чуть меньше часа, но разве для того, чтобы оказаться в одной койке к вящему удовольствию обоих, нужно что-то большее? Одежда полетела в стороны. Брок гладил распростертое под собой тело, выцеловывал тонкую шею, молочно-белую, явно не знавшую загара кожу. Джек извивался под ним, задыхаясь. Ещё никто и никогда не ласкал так. Обычно он трудился над случайными любовниками и любовницами. Броку едва-едва хватало выдержки не торопиться, слишком ярко горел Джонатан под его руками. Может, ебаться он и правда так сильно любил, но, скорее всего, выпадало это ему не так уж часто. Дотянувшись до резинок и смазки, Брок перевернул Джека на живот и гортанно застонал. — Мечта, а не жопа. Джек кокетливо приподнял задницу и вильнул ею. У него спина полыхала от взглядов и прикосновений Брока. И ничего он сейчас не боялся. Только сам горел. Член стоял так, что хоть сваи забивай. — С огнём играешь, — протянул Брок и приник губами к правой ягодице. Такую задницу только и драть, не вынимая. Тугие мышцы входа не сдавались до последнего, настолько плотно обхватывая даже один палец, что Брок на миг усомнился с тем, что Джонатан вообще под мужиками бывал. Но в то же время принц реагировал настолько правильно и честно, что Брок просто плыл. Проникновение оказалось для Джека не то чтобы неожиданным, но странным. Совсем не похожим на его собственные игры со своей дыркой. Расслабиться никак не получалось, и в то же время отчаянно хотелось большего. Джонатан был таким красивым, желанным сейчас, что у Брока яйца поджимались, а с конца капало. Хотелось раздвинуть упругие ягодицы и засадить уже. Но не до конца атрофировавшимся, хоть и стекшим в пах мозгом Брок понимал, что так нельзя. Хотя с каждым мгновением желание доставить удовольствие всё больше таяло от гудяшего в венах пламени. Толкнувшись двумя пальцами внутрь, Брок не выдержал и приник к дырке губами. Джек изумлённо вскрикнул и ухватился руками за половинки задницы, раскрывая её, давая полный доступ. Похоже, наконец удалось найти то, что окончательно лишало принца разума. Не был Брок таким уж большим любителем лизать жопы, хоть и случалось парочку раз, но эта задница так и умоляла проникнуть в неё не только членом и пальцами, но и языком. Не бледная, а именно белая, бархатистая на ощупь кожа, нежно-розовое нутро ануса манили, умоляли опорочить эту чистую красоту, пометить. Не удержавшись, Брок присосался к левой ягодице. Тут засос никто не увидит, но зато они оба будут знать, что он там есть. Джек громко, в голос застонал. Он полыхал, как подожжённый белый фосфор, и совершенно потерял голову. Джек о чём-то просил, его голос звучал жалобно и требовательно, но он сам не понимал, что именно говорит. Пот заливал Броку лицо, стекал в глаза, капал с кончика носа, но все это было такой незначительной мелочью по сравнению с каким-то маниакальным желанием сделать любовнику по-настоящему хорошо. Сколько потребовалось на подготовку, Брок не считал, о себе он вспомнил, только когда Джонатан без особых проблем впустил в себя сразу три пальца и перестал наконец зажиматься. Раскатав по ноющему от желания каменно-твердому члену презерватив, Брок коснулся головкой растянутых вывернутых мышц входа. — Сла-адкий. И на выдохе качнулся вперёд. Джек вскрикнул от неожиданности, застыл на мгновение, а потом расслабился, отдавая Броку себя целиком и полностью. Ощущения оказались потрясающими: горячо, туго, распирающе, совсем немного больно, и под всем этим — многообещающий намёк на что-то совершенно потрясающее. Перед глазами Брока потемнело. Нутро Джонатана сжало его член тесной перчаткой, так, что двинешься — оторвет, но и не двигаться было смерти подобно. Казалось, сердце остановится. — Давай! — потребовал Джонатан. — Еби, солдат! Не в засаде лежишь! — Слушаюсь, мой майор, — выдохнул ему в ухо Брок и отпустил контроль. Эта задница, это тело были слишком голодны до секса, чтобы работать на минималках. Брок чувствовал, как его засасывает, и с радостью нырнул в жаркий водоворот, стискивая ладонями крепкие бедра Джонатана, вбиваясь в него с оттяжкой, не давая выдохнуть или перевести дух. Джек мог только орать от восторга и накрывших его с головой телесных ощущений. Ему было хорошо, и с каждым толчком, с каждым укусом в затылок, с каждым рыком у самого уха становилось всё лучше и лучше. Как будто он вот-вот дотянется до звёзд — Брок дотолкает его до звёзд! — и они оба растворятся в вечности. Вертеть Джонатана, гнуть его, стискивать в объятиях было отдельным сортом наркоты. Слушать его охрипший голос, тонуть в сладких стонах. Но кончилось все слишком внезапно. Брока словно за подмышки дёрнуло вверх, туда, где нет ничего — ни воздуха, ни света, ни земного притяжения — и в один момент уронило обратно, размазало по мокрой от пота спине любовника. Рухни стены, погреби под собой кровать, Брок с Джеком этого бы и не заметили. Очень, очень нескоро Джек кое-как зашевелился и сглотнул. Сухое горло щёлкнуло. Всё его тело охватила глубокая, полная нега, и даже саднящая задница только добавляла к удовольствию перчинку. Вот только хотелось пить. Откатившись в сторону, благо размеры кровати позволяли, Брок благодарно коснулся губами плеча Джонатана. — Если дверка не закроется, я бы повторил с пару десятков раз в разных позах. — Если б не сестра, я срать бы хотел на то, закроется она или нет, — хрипло ответил Джек. Кажется, он сорвал голос. — А что сестра? — из вежливости спросил Брок. Не любил он постельных бесед и предпочитал выставлять любовников за дверь раньше, чем они решат попытаться занять какое-то место в его жизни. — Так, погоди, сейчас попить принесу и ты мне всё расскажешь. Брок ловко поднялся. Тело казалось лёгким, почти невесомым и слушалось идеально. Все же кардио всегда нравилось Броку куда больше любых других видов нагрузки. Тем более такое кардио. Захватив из холодильника бутылку с водой, Брок на мгновение заглянул в гостиную, дёрнул на себя дверь кладовки и даже не удивился, обнаружив за ней все ту же комнату, что и раньше. Жадно выхлебав пинту воды, проливая на себя от жадности, Джек блаженно опрокинулся на спину и раскинул руки. — Забей, — сказал он. — Зачем тебе портить моими проблемами отличный секс? Я понимаю — эффект попутчика и прочая хрень, но… не надо. Ты охуенный мужик, я невъебенный красавчик, нам друг с другом хорошо, и остановимся на этом. — Кто я такой, чтобы настаивать, — поднял руки Брок, завалился рядом с Джонатаном на кровать и тут вспомнил, что все ещё не убрал окурки с пола, но теперь двигаться было уже лень. Больше хотелось уснуть и проснуться впервые не в одиночестве, а, скажем, от хорошего минета или самому его сделать для поднятия тонуса и настроения. Всё-таки Брок надеялся, что дверка сегодня сработала не в последний раз и горячий майор иногда будет заглядывать на потрахаться.