Просто дверь

Роллинз покрутил в руке небольшой букетик мелких розочек и тяжко вздохнул. Ерунда какая-то получалась. Он вдвое старше, едва ли не в три раза шире и выше принцессы, но всё равно почему-то отчаянно смущался рядом с ней. Хорошо хоть командир внял просьбе и не поставил его охранять Мишель. Но иногда Лаки требовались выходные. Букетик отправился в стакан, а уже тот — на рабочий стол принцессы. — О, Джейкоб, сегодня ты здесь? — улыбнулась ему Мишель, наклонилась к розам и понюхала их. — Спасибо. Выглядела принцесса усталой. Если раньше она маялась от безделья, то теперь зашивалась с работой. Джек отдал в её руки всю социальную сферу Гильбоа, назначив министром. А во времена Сайласа в этой сфере, как говорил Джеймс, «конь не валялся». — У Лаки сегодня день любования кактусами, пересадка, прополка и что-то там ещё, — отчитался Роллинз, любуясь тонкой фигуркой принцессы. — Балуете вы его. Он с этими кактусами в отряде всех достать умудрился. — Меня умиляет, что такой брутальный сильный парень коллекционирует растения, — улыбнулась Мишель. — Ну и потом, он же лишился почти всей своей коллекции. — Уходили мы в спешке, — развёл руками застывший у двери Роллинз. — Да и всё перетаскивать физически было невозможно. Командир до последнего не сообщал, как и куда мы уходим. — А я так и не знаю, откуда вы пришли и от чего бежали, — покачала головой Мишель. — Джек так и не рассказал. Роллинз постарался не морщиться при упоминании короля. Поверить в то, что тот действительно честен с Броком, он поверил, но общего отношения это не меняло. Не любили они друг друга. — Мы уходили от смерти. И из десятка возможных вариантов командир предложил этот — новый мир и, возможно, полная свобода. — Вот только возможна ли она — полная свобода?.. — задумчиво произнесла Мишель. В кабинет заглянула секретарь, сообщив, что к принцессе пришла соискательница должности консультанта. Мишель велела впустить её. — Работа, — улыбнулась она Роллинзу. Роллинз понятливо отошёл так, чтобы видеть весь кабинет вместе с окном и входной дверью. Соискательница, симпатичная миниатюрная блондинка, впорхнула в кабинет, оббежала его взглядом и поздоровалась с принцессой, слегка склонив голову. — Доброе утро, мисс Эллиот, — приветливо поздоровалась принцесса. — Присаживайтесь. Улыбка мисс Эллиот засияла ещё ярче, осветив чуть ли не весь кабинет. Девушка обошла кресло и грациозно опустилась в него, сложив руки на коленях. На стереотипную лесбиянку, какими их себе представляла Мишель, мисс Эллиот не была похожа нисколько. Тем не менее, Мишель знала, что эта девушка, выглядящая едва ли на двадцать лет, состояла в партнёрстве с другой девушкой и закончила магистратуру по юриспруденции. — Вы откликнулись на вакансию консультанта по делам ЛГБТ, — начала Мишель. — Не смогла удержаться, Ваше Высочество. Вы же знаете, в каком бедственном положении находилось наше сообщество, — посерьёзнела мисс Эллиот. — Сейчас появилась возможность не только наблюдать за изменениями, но и как-то влиять на них. — Возможно, вы этого ещё не знаете, но я назначена министром социального развития, — сообщила Мишель. — И мне нужны консультанты по делам ЛГБТ. Консультант-мужчина, гей, у меня уже есть, он начал работать. Но мы с Его Величеством решили, что его недостаточно и непременно нужна ещё и консультантка-женщина, хорошо знакомая с проблемами лесби-сообщества. Оно менее проявлено, но так же важно. — Лесби, транс, я могу представить оба сообщества, хоть к последнему не отношусь вовсе и в Гильбоа там совсем всё плохо. Ни психологической помощи, ни медицинской, — покачала головой мисс Эллиот. — Транс-персон нет в королевстве, они полностью игнорируемы, невидимы. — Эту задачу нам тоже предстоит решить, — кивнула Мишель. — Хотя у нас ведь и врачей, работающих с ней, нет, верно? — Совершенно верно. Никто не берётся, только пара энтузиастов-психологов работали почти что вне закона, принимая на дому, чтобы хотя бы ментально поддержать, — вздохнула мисс Эллиот. Мишель кивнула и принялась спрашивать мисс Эллиот, что она думает об однополых браках, об усыновлении детей однополыми семьями, о видах дискриминации, о том, на опыт каких стран лучше опираться Гильбоа. Разговор получился длинным. Роллинз почти не слушал, его проблемы ЛГБТ волновали только относительно Брока, но у того всё было вроде как неплохо. А вот в своих делах Роллинз только начал разбираться. Мишель ему очень нравилась. Красивая, умная, она зацепила почти сразу, когда первые дни бледной заплаканной тенью бродила по коридорам, но хорошие девушки избегают таких, как он, и потому верилось с трудом, что интерес принцессы — не только попытка заглушить боль от утраты родителей. Разговор с мисс Эллиот подошёл к концу, и Мишель честно сказала: — Вы мне нравитесь, и меня очень впечатляют ваши знания и идеи. Но скажу вам честно: я побеседую ещё с несколькими кандидатками и только тогда приму решение. В любом случае, в министерстве социального развития вас ждёт работа. — Спасибо, — кивнула мисс Эллиот. — Для меня это был тоже очень интересный опыт. Всё же читать в прессе о готовящихся изменениях и слышать об этом из первых уст… Это вдохновляет. Его Величество очень многое сделал для нашего сообщества, и надеюсь, изменения только продолжатся. Спасибо за возможность в этом участвовать. Девушка протянула Мишель руку. Та улыбнулась, и они пожали друг другу руки. Когда мисс Эллиот ушла, Мишель закопалась в дела. Так много нужно было изменить… — Ваше Высочество, — напомнил о себе Роллинз, подошёл ближе. — Вы совсем забыли о перерыве на ланч. — О, спасибо, Джей, — устало улыбнулась Мишель. — Только в Европе это обед. Пойдём, пообедаем вместе. С принцессой Роллинз никогда не спорил, не возникало такого желания. Скорее, наоборот, он готов был идти куда угодно, тапочки в зубах носить и подставлять брюхо под тоненькие пальчики, лишь бы Мишель улыбалась. За обеденным столом их уже ждали Брок и король. Они встали, когда вошла Мишель, и король отодвинул для неё стул. — О работе ни слова, — сразу сказал он. — Приятного аппетита всем. — Хоть где-то можно о простом насущном, — фыркнул Брок и подмигнул нахмурившемуся при виде Джека Роллинзу. — Семейный обед. Вот уж во что я влипнуть никогда не мечтал, так это в семью. — Поздняк метаться, — фыркнул Джек и сунул в рот ложку с супом. — Новый повар — просто волшебник. Надо ему премию выписать. Как ты считаешь, Мишель? Роллинз, вообще не очень понимающий, что забыл за общим семейным столом, глянул на отчего-то задумавшуюся принцессу. — Кстати о поваре, — влез Брок, оглядел стол. — Кормит он отлично, но наеденное неплохо было бы как-то растрясать. Тут одними упражнениями в койке ограничиваться нельзя. Спортзал в подвале уже оборудовали, так чего бы не выделить время для занятий? — Брок, — бросил Роллинз. — Чего Брок? — оскалился тот. — Это полезно не только для сохранения молодецкой удали и фигуры, но и мозги от всякого разгружает. — Мне нравится эта идея, — внезапно сказала Мишель. — А то что это я, в самом деле, как бледная немочь? Но тренера я себе найду сама. И суррогатную мать для ваших детей — тоже. — А не рано? — осторожно спросил Джек. — Думаешь, это вот так вот быстро делается? — ехидно прищурилась Мишель. — Нет уж, дорогой братец, давай, показывай положительный пример гелвуйским геям. Не подавиться от слов принцессы у Брока не вышло. — О как, детка, всё-таки мы с тобой отчасти агитплакат, — усмехнулся он, когда получилось прокашляться. — Вроде не женаты они пока, — попробовал поддержать командира Роллинз. — А тут уже дети. — Королевская семья всегда публична, — вздохнул Джек. — И наследники мне нужны в любом случае, тут Мишель совершенно права. — Он глянул на Роллинза. — Не переживай, у королевских детей всегда толпа нянек и гувернанток, так что Броку вставать по ночам кормить и менять подгузники не придётся. — Ну да, с подгузниками это не ко мне, — хохотнул Брок. — А вот сопли утирать умею как никто. — Не напоминай, — буркнул Роллинз. — Чего это? Может, я только и живу, что воспоминаниями о том, как каждого из своих лбов из депресняка выводил? — хохотнул Брок и сверкнул оскалом в сторону лучшего друга. — О, а я-то думала, что у суровых военных не бывает депрессий, только ПТСР, — призналась Мишель. — У всех бывает, — вздохнул Джек. — Мне самому на втором курсе антидепрессанты прописали. Хорошо Сайлас не узнал. — Суровые военные тоже люди, — кивнул Брок. — Ты Лаки с его кактусами вспомни. Где там суровая военность? Он с ними как с детьми сюсюкает. А когда верный друг умирает или девушка после обручения бросает — так накрыть может, что куда бежать, не знаешь. И нам по специфике службы нельзя к медикам с такой проблемой. Спишут за милую душу. Джек кивнул, соглашаясь. А потом сменил тему. — Брок, что такое случилось с Джеймсом, что он уже третий день вокруг меня ходит с таким задумчивым лицом, но заговорить не решается? — А вот теперь и мне интересно, что у нас такого случилось, — протянул Брок. — Учитывая, что я вижу его только на утренней разводке. Джекки? Роллинз пожал плечами и покачал головой. — И я не в курсе. Он же всё с той дамочкой суровой работает. Может, она ему чего сделала? — Как ты вообще представляешь себе, что кто-то может что-то сделать Зимнему? — фыркнул Брок, но сам же себя и поправил: — Хотя мы же о женщине говорим… — Нет-нет, они отлично работают вместе, Томасина говорила, что очень им довольна как напарником, — покачал головой Джек. — Тут что-то другое. Может, Джеймс обиделся, что ты получил генеральское звание, Брок, а он нет? Так я не могу подписать приказ и даже документы выдать, он до сих пор свою фамилию никому не назвал. Даже жалованье не могу выплатить как следует, ему наличными раз в неделю выдают. — Вот звание Зимнему до лампочки, уж поверь, — отмахнулся Брок. — А фамилию и я не знаю. Он и имя-то сам себе выбирал по каким-то собственным ориентирам. Давай поедим и вызовем на поговорить, если волнуешься. Вдруг и правда что гнетет нашего отморозка? — Да, давай, — согласился Джек. — Мишель, а с тобой я бы хотел поговорить вечером. Ты не занята? С глазу на глаз. Мишель бросила быстрый взгляд на Роллинза и пожала плечами. — Нет, сегодня полностью свободна. Так что можно посидеть в наших лучших традициях, раз уж с глазу на глаз. — С кино и попкорном, — улыбнулся Джек. — Помнишь? — Помню, — заулыбалась Мишель. — Так, — Брок нахмурился. — Надеюсь, вы без охраны не собираетесь шарахаться по кинотеатрам? Попкорн я вам и так обеспечить могу, хоть целую машину для изготовления приволоку. — Во дворце есть кинозал, — напомнила Мишель. — Совсем новый, всё не хватало времени его опробовать. Чур я выбираю фильм! Брок выдохнул. Всё-таки никак у него не вязалось это Джеково «с глазу на глаз» с толпой охраны за спиной в городском кинотеатре. Это раньше, когда принца с принцессой не весь народ и в глаза-то видел, такое можно было провернуть, а сейчас, да ещё и после покушения… — Вот и развлекайтесь. — А ты выясни у Джеймса, чего он мнётся, — попросил Джек. — Роллинз, тебе добавки жаркого велеть принести? — Понял, принял, исполню, — шуточно отсалютовал Брок и отложил приборы в сторону. Роллинз от добавки вежливо отказался. Всё же за королевским столом кормили на удивление достойно, без мини-порций чего-то высокогастрономического. Еда была простой, понятной и вкусной. Мишель обрадованно улыбнулась, когда принесли десерт — только ей одной. Ну, Джек никогда не любил сладкого, а Брок и Джей, видно, на низкоуглеводной диете. Дальнейшие разговоры были ни о чём. Брок интересовался, всё ли хорошо у Роллинза, просматривал сделанные им фотографии из кактусовой оранжереи, чтобы быть в курсе, если Лаки начнёт хвастаться и его нужно будет поддержать. — Брок, Мишель, коты, — внезапно сказал Джек. — Я хочу котов. Кошачий приют. Весь. Во дворце. И людей, которые будут за котами ухаживать. — В зимний сад не пущу! — тут же взвилась Мишель. — А так — сколько угодно. Будем гладить котиков и пропагандировать добрые дела. — Погоди, — поднял Брок руки. — Коты — это супер, только давай приют не в дворце? Можем хоть построить им второй дом, но здесь приют не нужен. Приют — это про лечение, про передержку и устройство котиков в добрые руки, а тут и без этого проходной двор. — Ты не понял, — развернулся к нему Джек. — Я хочу взять котов из приюта. Остальным оплатить лечение и когда выздоровеют — тоже забрать. Дворец-то большой. — А ещё можно отдать под приют для животных… ну хоть «Виноградники»! — оживилась Мишель. — Никогда их не любила. — Давай мы лучше отдадим «Виноградники» под инвалидов войн, которые не могут о себе позаботиться, — возразил Джек. — Ага, давайте не будем о работе, — напомнил Роллинз. — Разве ты верил, что они умеют так? — фыркнул Брок и утёр губы салфеткой. — А повар действительно шикарен.