Если бы Грегори получал копейку каждый раз, когда он хотел, чтобы все заткнулись, потому что у него раскалывалась голова из-за того, что он заболел, пока убегал всю ночь от кровожадных аниматроников, у него была бы одна копейка.
…Это, конечно, совсем немного, но странно, что это случилось даже
один раз.
Утро снова наступило так же чудесно, как и всегда, в «Пиццаплекс» снова пришли семьи и дети и принялись играть в свое удовольствие. А Грегори чувствовал себя…
…Не хорошо.
Не из-за все еще ноющего тела, которое к тому времени уже почти полностью зажило, а из-за общего буйства. Из-за дурацких дружелюбных взглядов, которыми остальные аниматроники время от времени награждали его. Монти даже
подмигнул ему однажды, как будто они разделяли секрет, о котором никто другой не знает. Так, в общем-то, и
было, поскольку Грегори последние три дня жил с ними, но все равно ему было неловко.
Грегори просидел неподвижно, словно кукла, все утро, а потом и обед, и все ради того, чтобы сдержать свое обещание успокоиться, прежде чем его беспокойный характер взял верх над ним, и он встал, чтобы побродить, пытаясь – и терпя неудачу – игнорировать урчание в животе. Если он немножко поиграет, никто не узнает, верно? Его лихорадка почти прошла, так что, не считая тупой боли в суставах и легкого давления за глазами, он чувствовал себя как новенький.
Оглядевшись, он стал искать, с кем бы поиграть или что бы поесть, и встретил по пути на игровую площадку Фредди. Грегори уже остановился, чтобы поговорить с ним, возможно, спросить, можно ли ему немного еды, но промолчал.
Его друг был полностью окружен детьми. Детьми всех возрастов. Там было несколько малышей, а некоторые были старше его, но почти все прыгали, смеялись и с благоговением прикасались к металлической конструкции Фредди, как будто он был знаменитостью.
«
Ну, он же все-таки тут знаменитость», — подумал Грегори, прежде чем взглянуть на лицо Фредди.
Тот позировал для фотки с какой-то девочкой, широко улыбаясь в камеру. А потом он со смешком принял ее объятия и на прощание нежно погладил по волосам. Почти сразу же освободившееся место занял другой ребенок.
Грегори смотрел на все это и чувствовал…
что-то.
Он сел на один из пластиковых стульев в углу комнаты и принялся ждать, не рассеется ли толпа, чтобы он мог пойти попросить обед, но этого не произошло. Дети никак не заканчивались, а Фредди всё принимал их, и это непонятное чувство продолжало расплываться внутри груди мальчика. Когда Грегори наконец понял, что это за чувство, он был потрясен.
Неужели … неужели это…
Ревность?
Незнакомый мальчик что-то прошептал Фредди на ухо. Тот засмеялся. Грегори сжал кулаки.
Да, это
определенно ревность. Но почему? Это же не какое-то там новое явление.
…
…Да. Да, собственно,
чего он ожидал?
Грегори посмотрел на группу с новым пониманием. Конечно, Фредди популярен. Он
всегда был популярен, как и Рокси, и Монти, и Чика, и каждый робот этой пиццерии. Только потому, что Фредди защитил его на одну ночь, Грегори решил, что он особенный. Исключительный. Какая глупость. Конечно, Фредди хорошо к нему относился. Он ведь
запрограммирован это делать. Он просто увидел, что ребенок в опасности, и решил помочь. Только и всего. А потом, когда он остался с ним? Ну… наверно, он остался просто потому, что хотел довести дело до конца. Его же могли, типа, наказать? За нарушение правил и защиту какого-то там мальчика? Фредди просто заботился о себе.
Если бы… если бы в тот день ему попался любой другой ребенок, Фредди сделал бы то же самое, поступил бы так же.
…
Эта мысль была сродни удару в живот. Грегори сжал губы.
Он не особенный. Он
никто. Он всего лишь глупый ребёнок, который случайно застрял в пиццерии, и один из ее роботов помог ему, для чего и был
создан. Он не мог просто попросить Фредди перестать разговаривать со
всеми остальными детьми ни с того ни с сего. Он не мог попросить его гладить только
его по голове, он не мог попросить его называть только
его суперзвездой. Он не имел права.
…
…Конечно, где-то в глубине души Грегори знал, что ведет себя неразумно. Фредди не такой. Он не… он не мог заботиться о Грегори только потому, что
должен, только потому, что это для него рутинная работа. Он просто не мог. Но просто мальчику так было легче. Легче злиться. Легче похоронить все эти чувства и легче разочароваться в том, как он ослабил бдительность вокруг медведя.
Потому что на этот раз кто-то смотрел на него. На этот раз кто-то обращал внимание. На этот раз кому-то
не все равно, и Грегори хотел все это монополизировать, потому что, если он этого не сделает, кто-то другой придёт и заберет это. Потому что, если он этого не сделает, всё это может со временем исчезнуть.
Но…
Но.
Грегори ведь никто.
А Фредди — всё.
Так было, есть и будет.
Тогда почему ему от этой мысли хотелось плакать?
— Привет, дружище. Ты чего тут один?
Грегори нахмурился, не оборачиваясь к аниматронику рядом с ним.
— Ну чего ты супишься?
— Ничего, — пробормотал мальчик, скрестив руки на груди. — Оставь меня в покое, Рокси.
Волчица хмыкнула, улыбаясь ему во все зубы. Роботы по-прежнему вели себя странно, но Грегори учился с этим жить.
Однако это не значит, что ему это нравилось.
— Значит, из-за этого самого «ничего» ты дуешься последние двадцать минут?
Грегори смутился.
— Я… я не
дуюсь!
— Тогда в чем дело? — Рокси помахала маленькой девочке, скрестила ноги и откинулась назад, так легко и уверенно.
Или, ну, он бы
находил её таковой, если бы случайно не услышал той ночью, как она плачет, что не нравится людям.
…
Думать об этом было неприятно, но… из всех слов аниматроников ее слова причинили ему больше всего боли.
«
Никто по тебе не будет скучать.»
Конечно же, по нему никто не будет скучать, Грегори уже это знал, но слышать это было все равно больно. Он много раз хотел просто сдаться, слыша это от Рокси. Да и вообще, почему он так старался выжить? Все равно о нем никто не беспокоится и не ищет его. Никто не будет ждать его в его несуществующем доме. Никто бы не обратил внимания и не заметил бы, если бы он умер там, тихо и быстро.
Грегори сдался бы, если бы не две вещи.
Во-первых, Фредди. Единственный человек — или, точнее, аниматроник, который заботился о нем и хотел благополучно вытащить его. Грегори мало что понимал, но был уверен, что его другу будет грустно, если он умрет, поэтому он изо всех сил старался не попасться.
Во-вторых, злоба. Грегори не дожил до этого момента, чтобы какая-то жуткая дама в костюме пришла и зарезала его насмерть. Грегори умел выживать. Он был сильным. Он не потерпит поражения и доживет до следующего дня, каким бы мрачным и темным он ни был, хотя бы ради себя.
И все ведь обошлось, верно?
…
Почти все. Грегори почему-то казалось, что ему чего-то не хватает.
— Дружище? — Голос Рокси вырвал его из раздумий. Ее рука зависла над ним, как будто она хотела прикоснуться к нему. — Ты нормально себя чувствуешь? Мне позвать Фредди?
Грегори увернулся от ее руки, раздраженный, хоть и не зная точно, почему.
— Не утруждайся. Он слишком
занят, чтобы прийти, — с горечью выплюнул он. Рокси моргнула, затем перевела взгляд с него на Фредди со странным выражением на механическом лице.
Грегори до сих пор помнил, как она выглядела с вырванными из орбит глазами.
— А… так
вот, в чем дело? — она ухмыльнулась мальчику, словно знала то, чего не знал он. Он ненавидел этот взгляд. — Дружище, ты дорог Фредди больше всего на свете. Ты ведь это знаешь?
— …
— И
знаешь, — начала волчица с самодовольным видом. Грегори не нравилось, к чему все идет. — Если я пойду и скажу, что тебе сейчас плохо, он сто процентов прибежит…
— Что?! — Грегори вскочил со стула. — Нет! Я тебе не позволю!
— Я могу делать все, что захочу, — Рокси откинула волосы за плечи, все еще ухмыляясь. Грегори дернулся.
Эта…
— Не-а. Не это. Я не позволю, — он упер руки в бока. — Фредди сейчас с другими детьми, не видишь, что ли?
— Ну и что, что он с другими детьми?
— Так ясен пень же. У него нет на меня времени, — закатил глаза Грегори. Рокси умолкла и пристально посмотрела на него.
— …Дружище.
— Что?
— Ты же знаешь, что это неправда, — понизив голос, Рокси сменила тон на более мягкий. — Фредди...
—
Нет, — перебил её Грегори, начиная чувствовать себя в клетке. — Я не хочу его беспокоить. Я в
порядке, ладно? Так что оставь меня в покое. Я просто пойду поиграю где-нибудь.
— …Ты дорог Фредди. И всем нам тоже, — сказала волчица. Кулаки Грегори сжались.
— Не говори так. Ты лжёшь. Ты… ты
лгунья.
Да и с какой
стати? С Фредди ещё всё понятно, но эти аниматроники его не знают. Единственное их взаимодействие с ним — причём очень негативное — было стерто из их памяти, и если они когда-нибудь вспомнят, маленький мальчик был
уверен, что они его возненавидят. В конце концов, он забрал их части. Они причинили ему боль, но и он им тоже.
Разобрать Вани!
«
Невоспитанный, неуправляемый, жестокий, хам...»
Им все равно. Они присматривали за ним только из-за Фредди.
— Дружище...
— Не разговаривай со мной так, будто мы друзья! Мы не друзья! И не можем быть после
всего, что ты сделала! — он понимал, что говорит слишком много, но слова просто лились рекой. — После всего, что
я сделал. Я тебе не нравлюсь, и ты не нравишься мне. Так что оставь. Меня. В
покое.
И с разбитым, пристыженным выражением лица Грегори убежал, словно трус, которым он и был.
По пути через «Пиццаплекс» он встретил много детей и взрослых, но очень быстро вбежал в служебные тоннели. Ему больше не хотелось смешиваться с толпой. Он просто хотел...
Он хотел...
Он не знал. Он просто не знал.
…
…Он не должен был на нее кричать. Он не должен был говорить эти слова. Рокси ведь старалась изо всех сил. Пустила странного ребенка в свой доме без вопросов. Она была такой неуверенной в себе, а он сказал ей, что она ему не нравится. Разве ей не будет больно? Вдруг она будет плакать? Грегори думал, что почувствует удовлетворение от её страданий, учитывая, через что она и другие заставили его пройти, но почему-то… вспоминать, как она рыдала, было не очень приятно. Он чувствовал себя паршиво. Как будто
он плохой парень. Хулиган.
Грегори всхлипнул. «
Не плачь, тупица.»
….
Надо будет... извиниться попозже.
...Да и где он, собственно?
Грегори огляделся. Пока он бежал, он спустился в самые глубокие части служебных туннелей. Может быть, даже глубже, чем туда, куда его водил Фредди. Тут нервозность невольно начала овладевать им. Грегори не был слабаком, поэтому не станет трусить и звать Фредди на помощь через «Фаз-часы», но…
Темные, пустые туннели с их глухим, гулким звуком…
…Были
самую капельку страшными.
— …Во что я вляпался? — пробормотал мальчик, рассеянно оглядываясь по сторонам и потирая предплечья в тщетной попытке успокоиться. Дурацкая пиццерия. Почему она такая смехотворно большая?
Начав делать неуверенные шаги, Грегори выбрал направление и пошел. Однако через несколько минут стало ясно, что это неправильный путь. Пыльные закрытые коробки, сотни паутин и жуткие плакаты, которые выглядели старше, чем он ожидал, вполне доказывали это. Грегори сжал губы и вздрогнул, когда холодный ветерок взъерошил его волосы. Что-то колючее пробежало по его затылку, и маленький мальчик немедленно оглянулся.
Но там ничего не было.
…Странно. Он был готов поклясться, что…
Тут до его ушей донесся шепот с придыханием.
«
Остановись. Не надо.»
Грегори взвизгнул и вытер лицо, как будто хотел избавиться от ледяного ощущения на щеке и ухе. Что это было?! Похоже на голос… Нет, нет, это просто его воображение. Просто его внутренний голос. Так ведь?
Так ведь?
Грегори не верил в сверхъестественное, в него верят только малыши, но…
Но. Что, если здесь есть…
призраки?
…
— …Нет уж. Ну нафиг. — Быстро теряя самообладание, Грегори нетерпеливо постучал по «Фаз-часам». Он позовёт Фредди на помощь, к черту смущение. Он не хотел оставаться в этом жутком старом туннеле в одиночестве ни секунды дольше.
Устройство закряхтело и зашипело, и Грегори затаил дыхание. Ну давай же…
—
Грегори? Это ты?
Есть! Щеки Григория вспыхнули от радости. Ему на секунду показалось, что он слишком глубоко под землей, чтобы сигнал пробился. Значит, он все еще в безопасной зоне.
— Фредди! — он вздохнул с облегчением. Его голос эхом пугающе отскочил от стен. — Я, э-э, извини, что беспокою. Ты… ты не занят?
—
Нисколько. — Голос Фредди был искаженным и статичным, но Грегори все равно услышал в нем беспокойство.
—
Все хорошо? Я думал, что видел тебя несколько минут назад в комнате для вечеринок, но, похоже, я ошибся. Уже почти время закрытия. Ты уже поел?
Вопросы и фразы не прекращались, и Грегори улыбнулся. То странное чувство в животе снова дало о себе знать. Фредди беспокоился о нем. Он спрашивал, ел ли он. Он спрашивал, в порядке ли он. Рокси, видимо, ничего не рассказала ему о том, как он сбежал, да оно и к лучшему.
Кстати о птичках, он понял, что еще не ел. Время пролетело быстрее, чем он ожидал, и в этом темном туннеле было непонятно, садится уже солнце или нет. Желудок заурчал, услужливо напоминая ему о затруднительном положении, но его легко было проигнорировать.
Точно. Он же заблудился в жутком туннеле. Сосредоточься.
— Эм, я в порядке, но… немного не знаю, где я? — смущенно сказал Грегори, снова начав ходить. Теперь пол и стены начали трескаться, и появился отчетливый сильный запах, который маленький мальчик опознал как плесень.
Фу.
—
Что ты имеешь в виду?
— Ну… я пошел в служебные туннели, потому что… ну, хотел посидеть в тишине и покое, понимаешь? Но как-то… — Грегори не договорил, полагая, что Фредди закончит предложение самостоятельно. Он сам не знал,
как заблудился. Он думал о разных вещах, и был расстроен, да, но настолько отвлекся, что забрёл в эту пародию на хоррор-аттракцион? Не похоже на него.
—
Я понял. Не волнуйся, суперзвезда. Я помогу тебе.
Грегори усмехнулся, несмотря на то, что знал, что Фредди его не видит, и перешагнул через упавшую арматуру.
— Спасибо. Это место немного…
И тут под ним провалился пол.
Грегори не смог сдержать вскрик от неожиданности, когда внезапно провалился сквозь бетон, плитку и кабели, и начал скользить вниз по горе мусора и частей аниматроников, как по какой-то горке кошмаров. Его горло сжалось от страха, когда он увидел подножие горы. Там покоилась большая чёрная дыра, которая уходила еще глубже по туннелям. Если он упадет туда, Грегори не знал, сможет ли выбраться, даже с помощью Фредди. Поэтому он отчаянно попытался ухватиться за любой выступающий предмет, балку, экзоскелет, за
что угодно.
Рука Грегори обхватила сломанный бетонный столб, и он стиснул пальцы вокруг того, за что смог ухватиться. Поверхность опасно отслаивалась пылью, камнями и штукатуркой. Затем маленький мальчик обхватил его другой рукой и, собрав все свои силы, обнял шест, как коала, и,
наконец-то, остановился.
…
Это… это было близко.
Мальчик несколько раз громко вздохнул, прежде чем сглотнуть и заставить себя сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце.
—
...ри! Грегори! Ты меня слышишь?
— Я… я здесь, — пробормотал мальчик, все еще в шоке. — Я… я в порядке.
—
Что случилось? Ты не ударился?
— Нет-нет, я просто… просто споткнулся и упал.
Преуменьшение
столетия, но Грегори совсем не хотел, чтобы Фредди беспокоился еще и том, что он практически висит на краю пропасти. Он услышал выдох медведя.
—
Понял. Хорошо. Ты все еще не видишь выход?
Грегори поправил руки. Пустая банка из-под кукурузы покатилась по мусорному холму и исчезла в небытие. Прошло целых четыре секунды, прежде чем Грегори услышал лязг. Мальчик поморщился. Значит, падать туда долго. Что там вообще внизу?
— Нет, я… нет. Не вижу.
—
Хм… странно. Но не волнуйся! Я нашел альтернативный маршрут.
— Правда?
—
Конечно. Твоё местоположение мне видно, хотя и немного размыто. Ты сможешь вернуться на верхние уровни «Пиццаплекса», если продолжишь идти вперед, а затем повернешь налево!
О. Здорово. Это, конечно круто, но Грегори немного… м-м-м, занят.
— Эм, ладно. Тогда я… я пошёл.
—
Мне тебя подождать?
— Да, если не трудно, — вздохнул мальчик. — Но, похоже, я туда доберусь нескоро.
—
Совсем не трудно. Я буду ждать столько, сколько нужно. Будь осторожен, суперзвезда.
Грегори кивнул, но тут же вспомнил, что Фредди этого не видит. Пробормотав быстрое «пока», он успел приложить дрожащий палец к часам и отключил слабую связь тихим щелчком.
…Тишина была почти невыносимой без теплого голоса его друга.
— Значит, из огня да в полымя, да? — Поэтому Грегори принялся говорить сам с собой. Помогло, но не очень. — Дурацкий мусор. Дурацкие туннели.
Мучительно медленно, он начал двигаться вокруг столба, пытаясь найти устойчивую точку опоры, на которую можно было бы наступить. Мусор скрипел и двигался вокруг него, будто живой, прежде чем застонать под его тяжестью и прогнуться еще больше.
— Вот блин, вот блин, вот блин… — Грегори терял хватку, мышцы ныли от его веса.
Столб заскрипел.
—
Вот блин!
Последнее восклицание было слишком громким, и маленький мальчик, испуганный собственным голосом, замолчал.
— Кто здесь?
Что.
Грегори огляделся, пораженный тем, что услышал не только свой голос, но и чей-то другой.
— Тут кто-нибудь есть?
Вот опять. Грегори сглотнул. Здесь есть кто-то еще?! Этот голос звучал как-то странно. Типа… бодро? Нет, не то слово. Музыкально? Вот, как-то так. У него был странный ритм, почти как…
— П-привет? — зная, что это, скорее всего, глупый поступок, он все равно отозвался.
— Божечки! Ребенок? Что здесь делает ребенок?
Маленький мальчик моргнул. Он понял. Это... это был голос аниматроника, не так ли? Радостный, даже когда они напуганы. Фредди иногда так говорил. Даже если у него было плохое настроение, он все равно звучал так, будто читал сценарий, только немного преувеличенно. У всех так было. Как в тот раз с магнитом. Тогда Фредди извинился, причём так, будто наступил конец света, хотя Грегори всего-то получил отстойный сувенир в виде мистера Бегемота.
— Ты кто?! — выкрикнул Грегори.
— Это я
тебя должен спрашивать, малыш!
Грегори нахмурился и фыркнул. Он был
не в настроении на глупые загадки.
— Не твое дело! — выкрикнул он. Отлично. Если этот робот хочет играть вот так, то Грегори тоже не даст ему возможности узнать его имя. Тихий смех эхом прокатился по пространству.
— Ладно, ладно! Не хочешь — не говори! Но все-таки скажи, как ты здесь оказался? Это место совершенно не подходит для детей!
— Я заблудился, — и тут, вспомнив, в каком он положении, Грегори добавил: — Ты мне не поможешь выбраться отсюда?
Стоп, он чуть не забыл самое главное.
— …Пожалуйста?
К счастью для него, аниматроники обожают детей, и ответ пришел меньше чем через секунду.
— Конечно, дружочек! Я вытащу тебя отсюда быстрее, чем ты успеешь сказать «
Страйк»!
Ого, какой лошара. Но он был единственным шансом для Грегори выбраться отсюда, так что он отложит эти дрянные слова в сторону. На данный момент.
— Хорошо, э-э… только я немного застрял, обнимаю тут бетонный столб? Я не знаю, куда наступить, чтобы выбраться.
— Мусор нестабилен, да! Но не беспокойся, я знаю все места, где он не двигается!
Так всё началось. Мучительно медленное, до жути страшное путешествие по мусору. Сначала Грегори был немного скептичен, пока изо всех сил старался оставаться в равновесии и точно соответствовать указаниям неизвестного аниматроника, но после того, как он в третий раз нашел кусок мусора, точку опоры или ступеньку
именно там, где сказал робот, он стал доверять ему больше.
— Откуда ты вообще знаешь, что здесь стоит старая гоночная машина? — спросил маленький мальчик между вдохами.
— Так ведь мусор не двигается! Его можно только заставить двигаться, а сюда никто никогда не спускается!
…Просто
прекрасно.
Даже немного грустно. Как долго этот робот тут уже сидит?
Стоп, теперь казалось, что голос становится все ближе и ближе с каждым шагом. Может, Грегори все же сможет увидеть обладателя бодрого голоса.
— А теперь переступи через этот выброшенный экзоскелет — и всё!
Действительно, всё.
А вот и хозяин голоса.
Грегори застыл перед тем, что он мог назвать только трупом. Он и раньше видел трупы аниматроников, да, и видел, как друзья Фредди ломались прямо у него на глазах, но почему-то ничто так не походило на настоящий человеческий труп, как этот робот.
Уж Грегори знает, он знал, как выглядит расчлененное тело, он…
«Нет. Не думай об этом.»
Маленький мальчик сжал губы, а его глаза переходили от одного разорванного куска к другому, вглядываясь в поцарапанную краску, торчащие провода и безголовое тело с маленьким черным бантом, все еще привязанным к шее, словно жестокая пародия на элегантность.
Но, прежде всего, Грегори застыл потому, что
узнал робота. Он с ним лично не встречался, но его лицо все еще было нарисовано на нескольких поверхностях «Пиццаплекса».
Он знал, кто это.
— …Бонни?
