Откройся мне...

Вот и июнь подошёл к концу. Я с успехом сдал итоговые экзамены и защитил диплом. Всё шло более чем хорошо. Я стал больше времени проводить на улицах, и если раньше мои вылазки были исключительно по клубам, тусовкам или магазинам, то сейчас всё основное время проводил в центральном парке или дома у родителей. Мне было хорошо и спокойно ровно до тех пор, пока мысли не переносили меня на неделю вперёд. А именно - на выпускной. У меня по-прежнему нет пары, а идти абы с кем я не хочу. С Биллом мы виделись на экзаменах, но он постоянно общался со своим Марком. Честно скажу, после его выкрутасов с Шарлоттой я надеялся на то, что он передумает идти со Шнайдером, и его смогу пригласить я, но в один момент он просто перестал обращать на меня своё внимание. Я был в шоке. После того как я застукал его в туалете, он делает вид, что меня вообще не существует. Обидно, если честно. Но я не смел показывать свою обиду, в конце концов, я Биллу никто. И от этого ещё хуже… - Всё хандришь? – хлопнул меня по плечу Георг. - Не сказал бы, - вздыхаю. – Но мысли о Каулитце мою дурную голову не покидают днём и ночью. Самому уже тошно. - Я даже не знаю, что тебе сказать, друг, - растерялся Листинг. - А ничего и не говори, - задумчиво произношу, крутя в руках банку пива. – Ты, кстати, кого пригласил? - Помнишь Ингрид с параллели? - Да ладно? - Да, - улыбнулся друг. - Хороший выбор, - похвалил я. – Красива и скромна… - Она мне нравится! – перебил Листинг и отпил из банки. - Том, мы дома! – раздался громкий голос с прихожей. - Привет, мам! – крикнул я. - Здравствуйте, Симона! – вторил Георг. Мама прошла в комнату с двумя огромными пакетами из магазина и, поставив их на пол, посмотрела на нас. - Весь в отца, - цокнула она и покачала головой. – Только оставь тебя одного, как ты тут же зовёшь друзей и начинаешь пиво глушить! - Не трожь мужиков, женщина! – проговорил отец, входя в комнату. – Здравствуй, длинный, - хлопнул он по плечу Листинга и, взяв маму за руку, вышел вместе с ней из гостиной. - Я вообще-то ниже тебя, - хмыкнул Георг. Я расхохотался. Отец всегда называл Гео длинным, при этом сам Листинг даже не догадывается, что «длинный» относится к его волосам. Рапунцель наш. - Ну что, пошли? – спросил я, когда мы допили пиво. - Да, - скривился друг и встал, уходя в прихожую. Я же быстренько отнёс оставленные родителями пакеты на кухню и последовал за Георгом.

* * *

- Я не хочу! – раздосадовано выкрикнул я, смотря на себя в зеркало. Листинг тяжело вздохнул и встал рядом, оглядывая нас обоих и кривя лицо в отвращении. - Никогда не любил смокинги, - надулся я. - Ненавижу этот чёрный пиджак, ненавижу классические брюки, и эту удавку тоже ненавижу! – хватив галстук, Георг потянул его вверх, закрыв глаза, как бы изображая повешенного. - Поддерживаю. - Вам очень идёт! Словно на вас и шили! – восторженно щебетала консультант, носясь вокруг нас, словно курица-наседка. Ага, идёт, как же… Парень в два метра ростом, с брейдами, пирсингом и в классическом чёрном костюме с белой рубашкой. Жуть, блин! - Может, ну их, эти костюмы? – с надеждой просил друг, оттягивая ворот рубашки. - Ага, а произносить прощальную речь я буду в джинсах и футболке. Да меня со сцены скинут раньше, чем я дойду до микрофона. - Жесть, - прокомментировал Георг. – Ингрид всю неделю на мозг капает про смокинг, мол, ей очень хочется меня в нём увидеть. Я усмехнулся. - Весь бал в этом кошмаре, - закатил я глаза. - А сам-то. Твоя мама спит и видит, как бы заснять своего дорогого отпрыска в строгом костюме, - прыснул Листинг. - Ой, не напоминай, - махнул рукой. - Берём, - уныло говорю продавщице, повернув к ней голову. Та аж засветилась. Купив ненавистные нам смокинги, Георг предложил прогуляться до ближайшей кафешки и перекусить. Сделав заказ, Листинг стал рассказывать о своих родителях, которые недавно вернулись с островов и, пробыв дома буквально сутки, снова укатили, но уже в неизвестном направлении, оставив записку с новым номером телефона отца Георга. - Слушай, а это не Билл? – вдруг спросил друг, смотря куда-то позади меня. - Даже поворачиваться не хочу, - буркнул я, продолжая уминать любимый салат «Цезарь». - Ну и правильно, он сам к нам идёт, - кивнул Гео и усмехнулся. Я так и подавился… - Привет парни! – на моё плечо легла хрупкая ладошка. - Здорово, Билл, как поживаешь? – улыбнулся Георг и… пригласил его присесть, на что Каулитц с радостью согласился. Ох, и не нравится мне это. - Рад тебя видеть Том, - брюнет тепло посмотрел на меня. - Да, давно не виделись, - выдавил я из себя. И началось. Билл с Георгом болтали без умолку, я даже обалдел сначала! Но они быстро нашли общий язык, чего нельзя было сказать обо мне. Чувствовал я себя зажато, не в своей тарелке, так сказать. Понимание, что рядом сидит любимый человек, не приносило ощущения радости, полёта или счастья. А как раз таки наоборот. - Всё в порядке? – поинтересовался Билл, пока Листинг просил у официантки счёт. - Нормально, - выдохнул я. Каулитц начал кусать губы и теребить браслеты на запястьях. - Ладно, парни, мне пора идти, - ни с того ни с сего заявил Георг и начал быстро собираться. Я тупо выпучил глаза и смотрел на друга, который встал со стула. Он что, издевается? Оставляет меня одного с Биллом? - Что-то случилось? Может, помощь нужна? – надавив на слово «помощь», спросил я. На что Гео только отрицательно помотал головой и подмигнул. Вот же чебурашка без ушей! - Ну, всё, не скучайте! – и ушёл… Ну и что мне делать? Я даже не знаю, о чём с Каулитцем говорить! - Может, прогуляемся? – тихо спросил брюнет, не смотря на меня. - Хорошо, только давай в парк? Погода отличная. Билл улыбнулся и поднялся, выходя из кафе. Это очень и очень странно… С чего такие порывы? Мы пересекли ворота центрального парка и пошли по тропинке к фонтанам, возле которых расположены всякие скамейки и качели для отдыха. Мы шли молча, изредка кидая друг на друга взгляды. Дойдя, наконец, до одной из лавочек, я уселся на неё и блаженно прикрыл глаза. Было приятно ощущать прохладный ветерок, в то время как солнце с каждым часом пекло всё сильнее и сильнее. - Том, слушай… - начал Каулитц. Я лениво разлепил глаза и повернулся в его сторону. – Я попросить хотел, - замялся он. Брюнет снова начал теребить свои браслеты, добавляя к звякающему звуку ещё и нервные выдохи. Я даже растерялся немного. - С тобой всё хорошо? – осторожно просил я, придвигаясь чуть ближе. Билл как-то странно посмотрел на меня, а в следующее мгновение произошло то, чего я никак не ожидал… Каулитц резко подался вперёд и поцеловал меня… Я так и застыл на месте, пытаясь осознать, а не приснилось ли мне? Билл, не почувствовав с моей стороны никакой отдачи, укусил меня за нижнюю губу. Это подействовало! Я, не помня себя от кайфа, притянул его к себе, упоённо отвечая на поцелуй. Вот уж не знаю, что поспособствовало такому внезапному порыву, но мне это безумно понравилось! Каулитц обвил руками мою шею и перебрался на колени, прижимаясь ближе. Поцелуй был жарким, страстным, чуть грубым, но от этого не менее волнующим. Мы отрывались лишь на мгновение, чтобы вдохнуть воздуха, и снова прилипали друг к другу. Это какое-то сумасшествие… Билл даже не пытался отобрать инициативу, покорно принимая меня, отвечая пылко, с наслаждением. Но, как это обычно бывает, закон подлости не дремлет! Раздался звонок мобильно. Звонили Биллу. Он оторвался от меня, выругался, посмотрел на дисплей телефона, снова выругался и, отключив вызов, вновь полез целоваться. Но не прошло и минуты, как звонок повторился. Каулитц, казалось, этого не замечает, продолжая целоваться. Нет, я, конечно, не против, но песня из репертуара Rammstein как-то не очень вписывалась в атмосферу. - Трубку возьми, - всё-таки не выдержал я. Билл кивнул и достал из заднего кармана телефон. - Слушаю, - недовольно отозвался он, по-прежнему прижимаясь ко мне. - Хорошо, сейчас буду! - Из дома? - Ага, - выдохнул он и посмотрел на меня. – Том, я очень тебя прошу, не приглашай никого на выпускной! Меня ну о-о-очень удивила его просьба. Я сидел и смотрел в его карие глаза, пытаясь понять причину… - Просто пообещай, что придёшь один, - вновь сказал Каулитц и чмокнул в губы. – Я тебе всё объясню на выпускном. - Хорошо, обещаю, - ну а что я мог ещё сказать? Его умоляющие глазки и страдальческая гримаса кого хочешь уговорит. Да и потом, я же в любом случае один буду. Билл улыбнулся, поцеловал меня в последний раз и, спрыгнув с колен, направился прочь из парка. А я так и сидел на скамье с тупой улыбкой на всё лицо. Сегодня определённо аномальный день! ______________ Прошу прощение за ожидание) Следующая глава будет последней ;)