Вдох. Ага, и сдох.

      — Мы же не в обиде друг на друга?       — Ни в коем случае!       Яд в голосах так и сочился. Я и Рэй стояли посреди столовой, и под строгим надзором мамы и ребят, мирились. Ну… как мирились. На данный момент мы уже две минуты сжимали друг другу руки, да так, что остальные слышали хруст костей наших ладоней. Изабелла тяжело вздохнула.       — Может вы наконец расскажите, почему поссорились? — в ответ можно было услышать молчание, — И расцепите руки, а то нам придется опять идти в медпункт, и обрабатывать две сломанные кисти.       Мы, всё так же не отводя друг от друга взгляд, медленно опустили руки, тут же повернувшись друг к другу спиной. Через десять минут мы расселись. Много кто из детей хотел сесть со мной, но… Как только со мной и Рэем закончили, меня сразу же выловила Эмма.       Кстати об Эмме. Все время, пока Изабелла разбиралась с нами, мной и Рэем, она была поблизости. От волнения она теребила юбку, и готова была вот-вот почему-то возмущенно накричать на Рэя. Как я поняла, они хорошие друзья. А тут, понимаешь, подрался. А, и ещё был мальчик, его вроде Норман звали, он тоже везде ходил за нами. Только он ещё и Эмму успокаивал.       Так вот, как только мама объявила, что пора завтракать, Эмма схватила меня за руку, и потащила к маме Изабелле.       — Мама, мама! Можно Эйя будет сидеть со мной! Пожалуйста! — Изабелла опустила голову и улыбаясь, ответила.       — Можно. Толь…       — Спасибо! — Эмма, не отпуская мою руку, потащила на место, где я отныне буду принимать пищу.       А я и не против. Если бы не Эмма, я и не знаю, куда бы села. …Беру свои слова обратно! Я категорически против!       — Эмма, почему она сидит с нами?!       — Потому что, Рэй! И сейчас вы должны рассказать, почему подрались! — Эмма усадила меня с права от себя, прямиком напротив… Я думаю все поняли кого.       — Я тоже не против узнать причину, — к нашей не совсем дружной компании присоединился ещё один человек. Это был Норман. Он сидел рядом с Рэем, но на него он почему-то не смотрел. Он смотрел на меня. Хотя, я же новенькая. И кстати… Это же мой первый завтрак после того, как я потеряла память!       Наш разговор, который в скором мог бы смело называется допросом, прервали слова мамы, объявлявшей, что надо помолиться. Сложив руки, как и все, я сделала вид, что шарю. Да, я умная. Всегда за столом так делаю.       — Ну так… Что случилось? Вы сильно поссорились? — только я собиралась отправить в рот кашу, как чуть ей не подавилась, из-за того, что Эмма постучала меня по плечу.       — Да-да! Рассказывайте, что произошло! И без утайки! — гробовое молчание, последовавшее после слов Эммы говорило само за себя.       Мы с Рэем переглянулись. В этих взглядах кто-либо ничего бы не заподозрил, но не мы с Рэем. В наших глазах читалось «так и быть заключу временное перемирие, хотя мне и не хочется. Ты знаешь, о чем не стоит говорить». И во время. В следующем секунду на нас налетели.       — Ну-ка быстро колитесь! — Норман толкнул Рэя в плечо, да так, что тот чуть не улетел. Эмма закинула на меня руку, и начала чуть ли не душить.       — Ладно-ладно! Мы скажем!       — Я встала пораньше, и решила пойти в библиотеку…       — Я встал пораньше, и решил пойти в библиотеку… — одновременно выпалили мы. Норман и Эмма вылупились на нас, как на чудо света.       — Я шла по коридору, как вдруг в темноте наткнулась на кого-то. Рядом оказалась лестница, и мы покатились. А потом обвинили во всем друг друга, поэтому и подрались! И всё же виноват он!       — Я шёл по коридору, как вдруг в темноте наткнулся на кого-то. Рядом оказалась лестница, и мы покатились. А потом обвинили во всем друг друга, поэтому и подрались! И всё же виновата она! — на последнем слове мы зло глянули друг на друга, показывая, что наше перемирие окончено. Эмма же с Норманом… Знатно офигели.       — А вы похоже, могли бы хорошо поладить…       — Откажусь, — Рэй прервал Нормана, а я просто кивнула на слова Рэя. Да…       — Но тогда не деритесь больше! Обещайте! — Эмма с надеждой посмотрела на меня.       Я тяжело вздохнула. Как я могу пообещать то, чего не смогу сдержать?

***

      — Вот такие вот правила! Сегодня пусть водит Норман! — я кивнула Эмме. Игра в догонялки. Звучит интересно. Хотя, я бы лучше с книгой вышла на улицу.       — Рэй, засекай, — через секунду я и другие дети кинулись в лес. Достигнув первых деревьев, я только осознала, что могу потеряться. Но я не я, если не потеряюсь даже зная дорогу, так что…       — Хм, — я побежала чуть правее от слабо-утоптанной тропинки, а после вообще побежала не ориентируясь. Это так прикольно, просто бежать совершенно не понимая где ты, и где все остальные… Впереди показались большие камни. Чуть притормозив, я поразилась. За одним таким можно спрятаться трём детям! Однако в следующую секунду моя нога за что-то зацепилась, и я, еле-еле успев сгруппироваться, скатилась с булыжника, на котором стояла.       — Эйя! Ты как? Сильно ушиблась? — я лежа на земле, и прижимая руки к разодранным коленкам, подняла взгляд на запыхавшегося Нормана.       — Ничего, — шмыг.       Из глаз вот-вот готовы были пойти слёзы, но почему-то не лились.       — Я видел, как ты падала. Пошли скорее к маме, она обработает твои ссадины.       От Нормана веяло спокойствием. В отличие от гиперактивной Эммы, и холодного Рэя, Норман был… Каким то домашним. Тёплым. Ой. Ну, то есть, вы не подумаете!!!       — Спасибо, Норман!       Он помог закинуть руку себе на плечо, и поддерживая за пояс, чтобы я не свалилась во второй раз, двинулся обратно к приюту.       Немного помолчав, я вдруг поняла, что времени поговорить с Норманом у меня так и не было. И с Гильдой я тоже хотела подружиться получше. После завтрака, когда все разбежались, и даже Эмма, именно Гильда подошла ко мне. Но спросила я у Нормана почему-то совсем другое.       — Норман, а… Рэй всегда такой… Такой? — мальчик, казалось до этого пребывавший в своих раздумьях, тут же ответил. Погодите, неужели ему тоже было неудобно молчать?!       — Ну… Рэй очень замкнутый. И… похоже, вы с ним не поладили с самого начала. Ему не нравится, когда что-то идет не по его плану. Похоже ты тоже чем-то ему помешала… — я чуть не упала, хотя меня и держал Норман.       — Это я его планы разрушила?! Да это он меня первый за плечи трясти начал! И вообще, чего это он с утра по коридорам бродит?! И вообще-то я не хотела драться! — я возмущенно вскинув брови, требовательно, как будто Норман знал ответ, посмотрела на мальчика. Но странно…       — Ха-ха-ха, ты так похожа на Эмму оказывается, а с виду и не скажешь, что ты такая эмоциональная, — Норман улыбнулся и рассмеялся.       Честно, от его улыбки у меня где-то в душе стало теплее.       — Ха, а ты такой милый, когда смеёшься… Ой, я вслух.!       Я аж покраснела, да так, что самый спелый помидор нервно курил в сторонке. Норман же, переставший смеяться, даже остановился. Но когда до него дошёл смысл моих слов…       — Ха-ха… Пха-ха-ха! Да ты весь красный! — собственно, наши красные лица сильно контрастировали с белыми волосами, поэтому возможно цвет лица казался намного ярче, чем был.       — Ты… Ты вообще-то тоже! И вообще, нельзя такое вслух говорить почти незнакомому человеку! — Норман вспыхнул ещё сильнее, и буквально потащил меня на себе по тропинке.       — Так давай не будем почти незнакомыми, а будем друзьями! — выпалив на одном дыхании это, я зажмурилась.       Как же стыдно, Эйя! А еще это молчание с его стороны…       — Если ты не против… То… Я тоже хочу с тобой дружить.       Последующий наш разговор состоял из рассказа Нормана о приюте, Эмме и Рэе. О последнем можно было и не упоминать, но я не стала перебивать Нормана. Медленно и плавно, наш разговор перетекает в русло… Механики. О всяких гаечках и механизмах, да. И вот тут мы с Норманом нашли друг друга. Я не понимала, откуда в моей черепной коробке появляется столько информации на этот счёт. А потом как-то само получилось, что мы начали говорить о книгах. И тут мы тоже нашли друг друга. Даже больше, чем в механике. За беседой, мы, точнее я, Норман то дорогу знал, не заметили как вышли из леса.       — Ого. А мы сильно задержались, смотри. И кстати, ты выиграла, я тебя последней нашел.       — На самом деле я просто бежала куда глаза глядят.       — СМОТРИТЕ, ВОН ОНИ!       До моих ушей доноситься чей-то крик, а в следующую секунду к нам кинулась орава детей. В последствии моего приключения, меня вновь отвели в медпункт, где я клятвенно зареклась больше ниоткуда не падать маме Изабелле. Конечно я соврала, но что делать.

***

      Так пролетело примерно пол года моего прибытия в приют Грейс филд. С Рэем мы так и не помирились, и каждый раз, садясь за один стол, буравили друг друга взглядами. С Норманом мы хорошо подружились, и теперь каждое утро первым делом, только поднимаясь, и ещё даже не ступив на пол, пожимали руки. Почему? А потому что мы спали на соседних кроватях. С Эммой, рыжим солнышком, как я про себя её назвала, мы хорошо поладили. Единственным препятствием стать ну просто лучшими подружками были наши интересы. Во время прогулки Эмма всегда бегала и играла в догонялки. Меня же обычно либо Норман, либо Изабелла, или же вообще Гильда, с которой я часто общалась, вытаскивали за шкирку на улицу. В прямом смысле. Один раз Изабелла подняла меня под мышки, вынося на свежий воздух, а я даже от книги не оторвалась. Видели бы вы лицо Нормана и Гильды, при этой картине!       Обычно я сидела строго по другую сторону дерева, под которым сидел Рэй. Изредка, но всё же играла в догонялки со всеми, когда Эмма уже чуть ли не плача просила меня. Ещё и Норман так смотрел. Одному Рэю, казалось, было абсолютно и бесповоротно плевать на меня. В общем-то… Он конечно извинился ещё раз, и я тоже, но первое впечатление… Эх, всем знаете ли, не угодишь! Изабеллу я так и не научилась звать мамой. Да и доверия она мне не внушала. Хоть она и была милой и улыбчивой… Да вот что-то подсказывало, а точнее…       По ночам я не могла нормально уснуть, ибо только я закрывала глаза и погружалась в сон, сразу же переносилась в мой прошлый приют. На прошлую ферму. К сожалению, только благодаря этим ужасным воспоминаниям, я поняла что случилось, и как я раньше жила. Мелочей особых не помню, даже название прошлой фермы, но… Ха, меня могло уже не быть как пол года, если бы я тогда не устроила пожар. Даже просто дико думать о том, что когда-то и Эмму, и Нормана, и Гильду, и даже Рэя… И меня тоже, после двенадцатого дня рождения, а может и раньше съедят. Из этого вытекает то, что нужно бежать с фермы. Но…       Чипы. Я не знаю где они расположены. У меня лично раньше был в левом ухе, но сейчас я без понятия где он. И уж тем более я не знаю где он у детей этого приюта. Поэтому я бездействовала. Ну, не совсем. После недели кошмарных сцен и пустых взглядов в темноту сидя на кровати, я смогла собрать всю картинку моего плачевного положения. Тогда я кстати, по словам Эммы и Нормана, и даже! Даже Рэя! Начала таять словно свеча. На второй день это заметили все. Хотя я и была молчаливой, но как выразился Норман при первом нашем разговоре, мол, я на Эмму похожа. А представьте, если Эмма вдруг откажется играть в догонялки, перестанет светиться как яркое летнее солнышко. Во-о-от.       Обеспокоенные взгляды на протяжении двух дней, бессонница и кошмары, а после обморок и продолжительная лихорадка. Целых две недели я была без сознания. А когда проснулась, то… стала другой. Один раз мне так проболтался Лани. Сказал, что я как будто выросла на десять лет. А вот я лично, особых изменений не заметила. Ну, подумаешь, стала ещё более скрытой; читала огромные количества книги, как ненормальная; и начала мастерить из дерева гитару… Между прочим, последнее из перечисленного я собиралась сделать давно. Я знаю очень много песен. А петь без гитары я не буду! Не дождетесь! Меня малышка Конни уже просила спеть колыбельную, на что я заявила, что только с гитарой!       Так о чем это я. Ах, да, мы скот, и нас растят только для того, чтобы в 12 нас сожрали демоны… И я не знаю что мне делать… Сейчас я сижу в библиотеке, по обыкновению, ведь закрывать глаза я не готова ни под какой угрозой! А потому… библиотека. Возможно скоро опять прибудет Рэй, как он это по обыкновению делает, спросит почему я не сплю, а я отвечу, что не хочу. Он скажет, что у меня синяки под глазами размером как фингал, а я отвечу, что не его дело, и сам бы он шёл спать. Библиотечная идиллия, что ещё сказать. А ведь в первую нашу встречу мы первый раз заговорили как раз тут, в библиотеке… Погодите-ка, в первую нашу встречу, что требовал от меня Рэй? Сказать…       — Р-р-р… — секундочку, — Рэ… — СЕКУНДОЧКИ НЕ ХВАТИТ! Захлопнув книгу по флоре и фауне, которую я перечитывала уже второй раз, заучивая лечебные травы, я резко поднялась. Огонек в лампе затрепыхался от сильного потока воздуха. Но мне нужно было, ну просто срочно поговорить с Рэем. Дверь скрипнула. А вот и он, лёгок на помине. Хотя правильнее сказать… Рэй косо посмотрел на меня. Знаете, что удивительно, так это то, что мы могли понимать друг друга с полуслова.       — Вспомнишь говно, вот и оно, — одновременно. Как всегда. Мои отношения с Рэем всегда были, и будут поверхностными…

***

      Именно так я думала ровно полтора года назад. Можно я сейчас вернусь в прошлое, и сделаю так, чтобы этот разговор вовсе не состоялся, а?