Ведьмак: Проклятие и Благословение

Ни черта. Не была Лютик готова увидеть этого мудака и все тут. И особенно не в тот момент, когда он и Йеннифэр устроили целовательную сессию в коридоре, который вел к комнатам, где, очевидно, позволили остаться ему и Селене. Блядь, блядь, блядь. Это было все равно, что вернутся в Ринд, где она преисполненная ужасом и испугом за жизнь ведьмака, бросившегося в рушащееся здание, кинулась к окну, но вместо обездвиженных мертвых тел, увидела, как эта сволочь трахается с едва знакомой тогда еще ведьмой. Страстно и самозабвенно. И нахрен, забывший о том, что где-то около дома бродит обеспокоенный бард, которые едва не сдох из-за его глупого желания. Тот самый, на кого он даже взгляда толком не бросил, так торопился спасти Йеннифэр. Ублюдок. Зрение Лютика затуманилось. Это было глупо и чересчур эмоционально, но чувствовала, как по щекам потекли предательские слезы, которые остановить не выходило, сколько она не старалась, и теплую руку Селены, которая мягко потянула ее назад. — …я боялся, что ты погибла около Соддена, — донесся глубокий голос Геральта до Лютика и Селены, которые замерли за углом. — И я почти это сделала, — тихо ответила Йеннифэр, издав дрожащий вздох. Они оба звучали как двое возлюбленных после долгой разлуки, в которой их души сгорали от тоски и мук любовных, а тела изнывали по теплу родного тела. Лютика затошнило. От этого и от отвращения к самой себе, что даже сейчас сердце сбивалось с ритма от одного только голоса ведьмака. Или жалости. Опять же, к себе. Эти два чувства оказалось так легко спутать. Она лихорадочно вытерла щеки, и хотела было уже развернутся и бежать, но тут из соседнего коридора появилась хрупкая и невысокая фигурка, облаченная в брюки и жилетку, с небрежной пепельной косой через плечо, но даже в таком виде весьма узнаваемая. Принцесса Цирилла. Девочка вытянулась с того последнего раза, как ее видела Лютик полтора года назад, ее черты лица стали еще больше походить на мать, хотя взгляд стал старше и суровее, как у бабушки. Вероятно, из-за всего-то, через что принцессе пришлось пройти за последнее время. Лютик была рада видеть ее и знать, что та жива. «И она наконец воссоединилась со своей Судьбой», — мимоходом подумала Лютик, достаточно подавшись вперед, чтобы увидеть, как при виде девочки взгляд Геральта смягчился, но не для того, чтобы быть замеченной. Глупая самодовольная задница. И чего вот бегал? Понятно же, что они явно встретились недавно, но маленькая Цири уже смогла проникнуть в его тщательно охраняемое сердце. Черт, да Лютик в жизни не получала такой едва заметной, но нежной улыбки, как была сейчас на лице ведьмака. — Оу, — растерянно вымолвила Цирилла, заметив Йеннифэр и то, что та стояла, прижавшись к Геральту. — Я помешала?.. Это было удивительно, но Лютик могла поклясться, что Геральт смутился. Это было так очаровательно!.. Черт. Какая она все же жалкая. — Это… — неловко начал ведьмак. — Это мой дорогой друг. Ее зовут Йеннифэр. «Какой неуклюжий увалень», — невольно нежно подумала Лютик и тут же разозлилась сама на себя. Она была обижена и зла на этого ублюдка, и не должна умилятся его милому смущению. Хотя Йеннифэр явно не думала, что это мило. Она подняла бровь и окинула недоверчивым взглядом ведьмака. — Дорогой друг?.. — Ты — Йеннифэр? Это было сказано хором, после чего Цирилла и чародейка переглянулись, и… улыбнулись друг другу. Сердце Лютика вновь сжалось и у нее появилось отчетливое ощущение, что она только что увидела зарождение новой семья. Геральт в роли отца, Йеннифэр в роли матери, и Цири, очаровательная дочурка этих двух могущественных существ. И ей тут не было места. Как и ее ребенку. Лютик закусила губу, чувствуя, как к горлу подступил комок, а на глазах вновь навернулись слезы. Она резко отвернулась от милой картинки и, пройдя мимо Селены, быстро пошла прочь, пока никто из тройки ее не заметил.

***

Спустя несколько часов, которые Лютик провела в молчаливом созерцании воды в фонтане, найденом ею в глубине сада, она твердо решила, что ей пора уходить. Но в Оксенфурт было нельзя, а в Леттенхоф ее просто не пустят, поскольку не узнают. Поэтому… После долгих раздумий, Лютик подумывала отправится в Блавикене. Тот самый, куда в жизни не явится Геральт, да и Редания была еще довольно далека от войны, а там посмотрим. Хотя уехать в этот город, чтобы родить ребенка, чьего отца там заклеймили Мясником, было чертовски неправильно, но другой идеи в усталом разуме Лютика пока не было. Каэдвен казался ей слишком суров климатом и слишком близок к Голубым горам, а Ковир и Повисс к Киангорну, куда она не вернется даже под страхом смерти. Аэдирн был отвергнут просто потому, что это родное королевство Йеннифэр, которая и перестала находиться в категории смертельный враг, но сейчас была не самым ее любимым человеком. Ливия и Ривия далеко, да и там она не была. Керак, Бругге, Верден и Темерия были слишком близки к зоне военных действий. Еще можно рассмотреть Цидарис или Туссент… А вот это вариант. Боклер уж точно был куда милее, чем Блавикен, да там и тепло, и мало плохих воспоминаний… …Лютик издала тяжкий вздох и встала на ноги, все еще рассеяно думая куда именно направить свои стопы, но точно зная, что больше ждать нельзя. И удивленно замерла, увидев Селену, которая мирно стояла, прислонившись стволу яблони, неподалеку от того места, где Лютик сидела около фонтана. — Мы выходим сейчас же или рассвета дождемся? — деловито спросила ведьмачка, едва поняла, что бард закончила свои тяжкие размышления. — «Мы»? — выразительно спросила Лютик, стараясь скрыть надежду, что она не ослышалась, из взгляда. Но, судя по всему, забившееся быстрее сердце, чей стук прекрасно могла слышать еле заметно ухмыльнувшись Селена, выдал ее с головой. Ведь что тут говорить, ей было страшно, из-за того, что может ждать впереди, да и не любила она быть одной. Одиночество наводило на Лютика тоску, а музыка в такие моменты входила сплошь меланхоличной и пропитанной грустью вереницей стихов и мелодий. — Конечно, — небрежно сказала Селена и подошла ближе. — Или ты думаешь, что я тебя одну отпущу? Боги, ты же даже за сиропом от кашля не можешь сходить без приключений! Лютик мягко фыркнула. — А как же… Предназначение? — робко спросила она, хотя последнее слово скорее выплюнула, чем произнесла. — Да наплевать, — отмахнула Селена. — Геральт из Ривии — чужак, который случайно спас купца, который сказанул то, что не должен был. А ты мой друг. Еще немного и Лютик чувствовала, что вновь расклеится, поскольку слышать, как ее искренне и без какой-то подоплеки называют другом, было так приятно. И непривычно. Когда ее так называли, и имели это ввиду? Десятилетия и десятилетия назад, наверно. Или никогда. Небрежно и чисто ради красного словца? Да, бывало, но так просто и правдиво… — Ты чудо, ты знаешь? — слегка дрожащим голосом сказала Лютик и улыбнулась. — Хотя количество сладкого, которое ты поглощаешь, меня пугает, но ты чудо. Селена хмыкнула. — То, как я убиваю чудовищ или чаще всего возвращаюсь с охоты вся в крови или кишках, тебя не пугает, а мое пристрастие к сахару, да? — спросила она и надулась как ребенок. — Да! Кишки и кровь привычны, а твои пищевые привычки… — преувеличенно-горячо согласила Лютик и выразительно добавила: — Кех. У меня зубы болят, только видя, как ты все это съедаешь. — Кех? — недоверчиво произнесла Селена и фыркнула. — Ты все-таки странное создание, Лютик. Мы стоим друг друга, а? Девушки улыбнулись друг другу, хотя улыбка барда была чуть натянутой и усталой. После чего они развернулись в сторону храма, чтобы забрать свои вещи и отправиться в путь, но едва переступили порог главного здания, как Селена напряглась. — Слишком темно, — еле слышно произнесла она, подозрительно оглядывая едва освещенный и непривычно пустой холл. Лютик не могла не согласиться. Она бывала уже в этом храме и раньше, и точно знала, что здесь был светло даже по ночам, а по коридорам всегда сновали ученики или послушники, готовые принять любого путника или оказать помощь. Но сейчас тут была пустота. Ее новообретенный Хаос закипел под кожей, как бы говоря, что здесь что-то не так, а на груди затрепетал медальон Эскеля, который Лютик берегла как зеницу ока. — Держись за мной, — хмуро сказала Селена, даже не думая отсылать ее прочь, и, как дикий хищник, учуявший добычу, пошла вперед не издавая ни звука. Около поворота она застыла и наклонила голову. — Ты что-то слышишь? — не удержалась и тихо спросила Лютик. — Хоть что-то? А то я может и полюбила в последнее время предаваться безмолвию и наслаждаться покоем, но эта тишина какая-то неправильная… Вызывает желание… — …замолчать, надеюсь, — пробормотала Селена, но опять же не велела ей заткнутся. Вероятно, уже привыкнув, что это бесполезно. Но это не помешало Лютику надуться. — Я не так уж и много говорю, — вредно буркнула она, рассеянно коснувшись медальона, который из-за вибрации ударялся о камертон и издавал тихий звон, но замолкла. Хотя больше дело было в том, что Лютик услышала голоса за следующим поворотом, который их привел в что-то вроде учебных комнат. — …приятно наконец увидеть тебя воочию, Цири. Ты знакома с братьями Мишеле? — произнес приятный мужской голос, от которого все нутро Лютика сжалось, но отнюдь не от возбуждения. Скорее от ощущения опасности, что исходила от владельца голоса, который был окружен четверкой незнакомцев наемнического вида. — Не знаю кто ты такой, но подойдешь и пожалеешь об этом, — дерзко ответил голос Цириллы, и Лютик ощутила нелепую гордость. Но когда этот ублюдок засмеялся, а потом один из этих братьев пошел на Цириллу, она без задней мысли оставила свое укрытие и встала перед принцессой, задвинула удивленную девочку себе за спину, мысленно ругая себя и думая, какого черта она творит. Наемник, который уже успел сделать пару шагов вперед, даже замер. — Ты еще кто, сучка? — хрипло выплюнул он. — А ну съебись с моего пути! — Я, как минимум, единственный здесь образованный и ценящий ванну взрослый, свин ты невоспитанный! — смело сказала Лютик, скривившись от мерзкого запаха, что исходил от наемника, и задрав свой без преувеличения хорошенький носик верх. Тот рыкнул и хотел сделать еще один шаг вперед, но тут его остановила бледная рука длинноволосого и куда более презентабельно выглядящего мужчины. Явно лидера и того, чей голос она слышала ранее. — Хмм. И впрямь, кто ты, прекрасная леди? — вежливо произнес он, выразительно и без стыда оглядев ее с ног до головы. — В тебе так и кипит Хаос. От его взгляда, который был полон вожделения и жадного интереса, Лютику стало не по себе. А когда он наклонился ближе — отчего ей в нос ударил запах костра и серы — будто хотел понюхать, и того возникло страстное желание врезать ему меж ног. К счастью, раздался пронзительный свист, из-за чего все мужчины резко повернули головы, а потом они все отлетели в книжные стеллажи, что стояли по левую сторону от барда и замершей за ней Цири. Не прошло и секунды, она увидела, как из-за угла появилась хмурая Селена, которая, очевидно, одним прицельным Аардом отправила этих грубиянов в полет. Милая девочка, и как всегда вовремя. Но не успела Лютик выдохнуть от облечения, как из-за угла появились те, с кем сталкиваться ей вот совсем не хотелось. Геральт во всей своей широкоплечей и мужественной славе, что было весьма выразительно подчеркнуто небрежно расстегнутой на груди черной рубахе, чьи рукава были подвернуты, открывая вид на сильные руки, и следующей прямо за ним Йеннифэр, которая была как никогда похожа на себя прежнюю с этой выпрямленной спиной и гордым разворотом плеч. Идеальная пара, мать его. Но тут ведьмак застыл на полушаге, едва окинул взглядом оглушенных наемников, и перевел взгляд вперед. Сначала Лютик подумала, что он ищет Цири, но потом поняла, что его немного святящиеся в темноте глаза не метались по сторонам, а довольно изумленно смотрят на нее. Смотрит так, будто… — Лютик?.. — хрипло выдохнул Геральт. В его обычно нечитаемом взгляде сейчас теснились признание — наконец-то, блять! — удивление, сожаление и жадное любопытство, но в отличие от интереса предыдущего товарища, внутри все затрепетало уже в хорошем смысле этого слова. Черт. Ну почему, почему, она не может просто возненавидеть эту невыносимую задницу?! Стольких бы проблем удалось избежать. — Геральт, — с притворной легкостью в голосе сказала Лютик, будто они на светском приеме и не виделись всего пару недель, а не посреди потенциальной бойни и последние их пару встреч были, мягко говоря, отвратными. — Давно не виделись. Как нога? Как настроение? Наслаждаешься своим единственно-желанным благословением? Последнее предложение было наполнено нехарактерным для нее ядом, и судя по тому, как на миг дрогнуло лицо ведьмака, оно попало в самую цель. «Поделом ему», — мстительно подумала Лютик, но вопреки всему не чувствуя удовлетворения, а лишь усталость и пустоту. Вот только ответить, если он вообще собирался, ведьмак не успел. Колдун, а она почти уверена, что тот самодовольный хлыщ был таковым, не долго был в отключке. Он явно не оценил того, что им кидались, как игрушкой, и, с глухим рыком вскочив на ноги, махнул рукой. Между Геральтом и Лютиком тут же буквально выросла стена огня, которая расползлась вокруг барда и принцессы, заключая их в круг из пламени. Лютик мгновенно почувствовала исходящий от живых языков огня невыносимый жар, и, обернувшись, рефлекторно притянула к себе пискнувшую Цири, которая тут же непроизвольно прижалась к ней. Но это длилось всего миг. Хлыщ уже вскочил на ноги и хотел пустить еще один поток пламени в их сторону, но тут Геральт издал глухой рык и использовал Аард, отправляя огненную волну обратно в ее создателя, и одновременно с этим потушив порывом ветра круг вокруг Цири и Лютика. — Ааа! — закричал тот, когда часть огня попала ему в лицо, которое он закрыл руками и сделал пару шагов назад, вновь врезавшись в пустые теперь стеллажи для книг. — Чего встали? Взять их! Приказ был отдан истеричным тоном, но тем не мнение братья Мишле, слаженно вскочив на ноги, вынули мечи. Черт. Имея Лютик больше контроля и знаний, Йеннифэр свой Хаос, а Селена две здоровые руки, они бы справились с этими наемниками без труда. Но в данном случае, единственным полноценным бойцом среди них был, как это ни иронично, единственный же мужчина, то бишь Геральт. Поэтому, когда он приказал им убираться и увести Цири, женщины не спорили. Ну, Селена явно хотела, оскорбленная тем, что ее не считают достойным бойцом, хотя у нее только одна рука сейчас работала. Но Лютик быстро на нее шикнула и, все еще одной рукой обнимая за плечи Цири, другой обхватила целое запястье ведьмачки и потащила ее за собой.