Сказания Флихета

      Вечернее солнце в центре города освещало дороги и закоулки. Люди то и дело ходили по белому камню тропы, каждый по своим делам. Дети шумно бегали и кричали, представляя себя доблестными рыцарями, что совершали обход каждые три часа. Все к этому привыкли и уже не пугались, когда местные миротворцы появлялись на пути, ведь когда-то их появление в таком количестве значило что-то ужасное.       С таинственной пропажи принца Северного Флихета прошло восемь месяцев, но вести об этом облетели весь мир ещё в первый. Напуганные Король и Королева оградились вместе со всем королевством от мира ещё сильнее, когда узнали об этом. Королевская семья уверена, что принца похитили, а записка — лишь клевета и сокрытие преступления. Их сына абсолютно точно заставили её написать. В подлинности почерка принца не сомневался никто, а вот в правду короткого сообщения верить не собирались. Что уж говорить о том, что судьбоносную свадьбу наследников отложили. И будут откладывать Северные Король и Королева, пока не найдут принца. Так и жили два королевства порознь до сих пор. Однако не унывал люд, их надежда на скорые лучшие времена была крепка. До Южного Флихета новость дошла в первую очередь, но поиски быстро зашли в тупик, так как единственный корабль, что отправлялся на Юг в ту роковую ночь, пропал. Растворился в морях. Люди поговаривали, что само море разгневалось на ужасное преступление и призвало всех морских чудовищ, чтобы потопить вражеское судно. Также говорили, что принц вполне мог и на корабле остаться, а значит, вместе с ним был стёрт с лица мира. — Я жду здесь уже чёрт знает сколько! Либо он приходит прямо сейчас, либо я отменяю заказ! — озлобленный крик заказчика богатой внешности прошёлся по холлу. За спиной стояли два неприятных и угрюмых телохранителя. Был одет заказчик с иголочки, высокомерно смотрел на бородатого дварфа, что стоял и смотрел на входную дверь. Всё оборачивался на владельца этого места, вернее заместителя, который обычно разливал напитки и выполнял заказы местных авантюристов. Сейчас же он, сложив руки на груди, раздражался всё больше, но виду не подавал.       Главный холл гильдии под названием «Драконье Крыло» ни дня не мог прожить в тишине. Известная в Южном Флихете, она славилась выполнением сложных и опасных заданий. Гильдия мракоборцев, которые доблестно брали задания различной сложности и стоимости, способные разгадать любой ребус, будь то современный механизм или древние загадки Сфинкса. Сильные и знающие своё дело искатели разных классов и фракций. Унаследовавшие волю Мастера гильдии: нести добро и справедливость. Однако ходили слухи, что «Драконье Крыло» иногда обходило закон в выполнении заданий, да и в принципе имело репутацию шумной и слегка даже дебоширной гильдии, если на то был повод. Но кто станет пресекать самую сильную и успешную обитель наёмников? Народ такое не оценит. Поэтому это всё и правда оставалось лишь «слухами». — Простите, но на таком позднем сроке ни о какой отмене и речи быть не может, — сказал тот самый заместитель мастера, известный как Бон Хва. Бывший генерал королевской армии, что после отставки в связи с серьёзной травмой решил продолжить помогать народу, основав эту гильдию, но в процессе отдал главное руководство своему брату. А сам стал хозяином нижнего внешнего этажа, восседая за стойкой с выпивкой, напрямую общаясь с авантюристами и заходящими заказчиками. Достойный отдых после поднятия маленького «Драконьего Крыла» с колен в списки лучших гильдий. — Или вы хотите сказать, что чудище можно запросто завалить? Почему тогда сами не попробовали? Или своих ребят не отправили? — Бон Хва покрутил пальцем между двух амбалов, которые только одарили удивлённым взглядом своего хозяина. — Да и будет вам! Как будто вы не знаете нашего Метеоритного Мечника.       И действительно, кто его не знает! Загадочный Метеоритный Мечник за пребывание в составе «Драконьего Крыла» сроком лишь в полгода и правда успел прославиться успешно выполненными заданиями. Среди них часто попадались охоты на монстров, где заказчики в некоторых случаях упрашивали принести голову чудовища как доказательство. Зачем? Мечник не знал. Но делал, что его просили при возможности. Многие подавали подобные задания в гильдию именно для него, и временами это раздражало авантюриста. Однако попадались самые разные задания по расстоянию и сложности, и он знакомился с землями Южного Флихета. В лицо его знали. Светлые карие глаза выглядывали из-под капюшона, что словно прирос к голове. Снимал он его лишь в помещениях, и то не всех. Те, кто видел его полностью открытым, восторженно рассказывали о красивой внешности, точёном подбородке и острых скулах, одну из которых украшал небольшой шрам.       Дверь под довольную ухмылку дварфа, что был местным сопроводителем клиентов, распахнулась с ноги, стукаясь о каменные стены. Высокий крепкий воин ступил через порог, таща за собой огромную голову чудища на цепи, окольцованной вокруг рогов. Лик очень красивого человека, на вид ухоженного мужчины, если не обращать внимание на кровавые подтеки и тёмные закруглённые рога. Обнажив клыки, монстр замер в гримасе мучений, пока гильдиец в мантии смотрел в ноги и приближался. Воин в чёрном одеянии, что скрывало лишь спину и голову, развеваясь при ходьбе. Сам он с ног до головы был облачён в доспехи и высокие сапоги с толстой подошвой, лишь местами была надета броня более внушительных размеров. Походная сумка висела на плечах, прижатая ремнём почти вплотную к торсу, чтобы было легче идти. За спиной покоился меч из метеоритной руды, в честь которого воин и получил своё прозвище, что бродило по городу, словно легенда. Уж больно запомнилось народу, да и загадочно звучало. — А вот и он! — ликовал Бон Хва, улыбаясь. — Хорошая работа, Чонгук, но пожалел бы ты наших уборщиц и оставил голову снаружи… — Чтобы с ней дети игрались? Мою Луну тоже пожалей, она тащила её на себе всю дорогу вместе со мной. Пусть мою кобылу помоют, она в грязи и крови, — ответил воин и вдруг швырнул голову прямо под ноги заказчику, от чего тот высоко вскрикнул. Бон Хва подозвал хозяев конюшни гильдии, что в это время попивали травяной чай за одним из столов, и те, кивнув, отошли забрать Луну — верного голубоглазого коня пепельно-вороной масти. — Голова Инкуба, что совратил вашу дочь, господин, как и просили. Она сама сейчас у лекаря. Ранена, но жива.       Заказчик, страшась мерзкой головы злого чудища, махнул рукой в сторону своих подчинённых. Один из них руками подхватил цепь, запрокинув на спину, пока хозяин доставал из карманов своего одеяния два крупных мешочка. Оба протянул Бону, а тот с улыбкой их принял и вдруг неожиданно над головой заказчика перебросил один. Чонгук ловко поймал мешочек и, увидев внутри золотые моменты, довольно кивнул. — Спасибо за то, что обратились к нам, господин. Всего доброго! — продолжал улыбаться Бон Хва, когда всё ещё напуганный заказчик, прикрытый своими амбалами, покидал стены «Драконьего Крыла». Закрылись двери, словно сигнал, и двое рассмеялись. — Молодец, Метеоритный Мечник! — И всё-таки дурацкое прозвище, — Чонгук уселся на место, где сидел господин заказчик, и взглядом попросил налить чего-нибудь. — Совсем не подходит. — Скажи спасибо своему мечу за его рождение, — Бон Хва бросил взгляд на входную дверь и параллельно потянулся за большим стаканом. — Этот тип показался мне подозрительным. — Твоя чуйка, как всегда, на высоте. Вместе с дочерью и лекарем его ждёт охрана, а там и тюрьма, — Чонгук вздохнул. — Он продавал свою дочь в угоду мужчинам, и вот Инкуб пришёл полакомиться. Мужик не хотел терять дочь, но сугубо как вещь для прибыли… — Вот чёрт…       Чонгук осмотрел парадную гильдии. По периметру было несколько деревянных столиков. Все остальные авантюристы были либо на заданиях, либо на тренировочном поле. Может, вообще в комнатах или купальнях. Обычно в это время суток обстановка была совершенно другой. Вечерние посиделки «Драконьего Крыла» были слышны чуть ли не на весь район. А нынче тихо, да безлюдно, разве что остывал чай конюхов. Чонгук осторожно снял капюшон. Отросшая пепельная чёлка упала на лицо, но он тут же её зачесал назад. Принца Северного Королевства всё ещё неустанно искали, и Чонгук лишь по двум чертам подходил: серые волосы, словно пепел, и светло-карие глаза. Но по этим приметам можно было выловить добрую часть Южного Флихета. Лишь фамилия и отсутствие клейма убирали его из списка подозреваемых. Бону Хва он вверял всего себя. Заместитель с первого знакомства произвёл впечатление надёжного человека.       Член гильдии «Драконье Крыло», Метеоритный Мечник Пам Чонгук усмехнулся и мысленно поблагодарил меткого мага-разбойника, что во время одного задания нанёс сильный удар огненным снарядом в спину прямо по клейму. Сжёг его вместе с костюмом и кожей. Теперь там красуется лишь заживший побелевший ожог, перекрытый очередным боевым шрамом. Без клейма его не заберут, да и по «характеру» он не был похож. Принц Северного Королевства был известен в народе, как последователь отца, грозный, но справедливый, как и Король. Откуда такая уверенность, он не знал. Чонгук напряжённо потянул спину, сквозь кожаные и тканевые доспехи чувствовал ожог и другие шрамы, что скопились на теле за полгода выполнения заданий. Он потёр один незаметный, под подбородком, вспоминая, как задерживал плута, что в ступне сапог припрятал лезвие ножа и вонзил ударом ноги. Но Чонгук его победил, хоть и находился на грани потери сознания. Кстати, о заданиях. Лишь фамилия и отсутствие клейма убирали его из списка подозреваемых. Бон Хва, уши и глаза гильдии, тут же сказал: — Нынче доска обновится завтра утром. Но у меня тут есть одно задание, которое заказчик попросил лично тебе передать. Заказ срочный, говорят, что отправят обратно любых, если тебя там не будет. Так что придётся выдвигаться сегодня.       Перед Чонгуком появилось объявление с щедрой наградой, однако размытым описанием.

«ТРЕБУЮТСЯ ИСКАТЕЛИ, ГОТОВЫЕ НАЙТИ МОНСТРА,

ЧТО НАПАДАЕТ НА ЛОШАДЕЙ КОНЮШЕН НАШЕГО КОРОЛЕВСТВА

ОТКЛИКНУВШИМСЯ ПРОСЬБА ПОДОЙТИ

В СЕВЕРНУЮ РЫЦАРСКУЮ КОНЮШНЮ СОЙЛЯ

ЮЖНОГО ФЛИХЕТА

ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ: 9000 ЗОЛОТЫХ МОНЕТ

ТРЕБУЕТСЯ ОТРЯД МИНИМУМ ИЗ ТРЁХ ЧЕЛОВЕК»

— Хва… — Чонгук слегка опешил. — Минимум три человека… — Ну что я сделаю? Заказчик потребовал именно тебя. Допивай эль, прими ванну, пока Луну купают, а потом ступай искать отряд. — Да кого я найду под вечер? — Чонгук всё не унимался, злостно отпил эля и смял объявление, пряча в карман сумки. — И почему именно я? Я же тут всего ничего! — Если по факту — я не знаю, — пожал плечами Бон Хва и налил себе выпивки в небольшой стакан. — А если по логике — ты у нас построил репутацию на монстрах, — главный барного уголка невзначай покосился на кровавые следы, что Чонгук оставил на деревянном полу, пока тащил заказчику голову Инкуба. — Да и ты только глянь на награду… — На троих… — Да даже если на троих, три тысячи золота! Ты уже три месяца не платишь за проживание, Чонгук-щи! — Бон Хва вдруг наклонился через барную стойку и дал авантюристу небольшой щелбан. — И работаешь в одиночку. Мне Хосока хватает! Наша гильдия идёт в пример многим, а командная работа объединяет людей. Можешь, кстати, его и позвать с собой! Ему нынче мало заданий перепадает, а на общей доске, говорит, скучные до смерти. — Хосока?.. — Чонгук вдруг вздрогнул. — Ты шутишь? Мне жутко от него! Вечно с недовольным лицом ходит и смотрит, словно ткнёт в бочину в любой момент! — Хосок не такой плохой, как может показаться, поверь мне. А эти россказни про Смерть — бред сивой кобылы! — Бон Хва почесал затылок, выпил немного и вдруг похлопал Чонгука по плечу. — В общем, чтоб сегодня отправились туда!       Чонгук вынул из кармана кожаных штанов красивые, но потёртые часы, что словно в прошлой жизни дал ему его друг и верный товарищ Дон Ён, от которого вот уже восемь месяцев не было ни единой весточки. Встал ногами на берег Южного Королевства Дон Ён, наведался в другую гильдию за тем самым объявлением по поимке Кракена, так и разлучились друзья. Уплыл он с братом и исчез в морях. В голове был огромный кальмар-монстр, что атаковывал корабль. Зацепил палубу щупальцами, сломал мачту и порвал паруса, утащив на дно. Пам Чонгук, сверив время, встал с высокого стула, оставив эль недопитым, и направился к двери, в которую могли входить только члены гильдии. Жилая часть здания с комнатами для тех, кому негде было ночевать. Также купальни, больничное крыло, большой задний двор с личной кузницей и большим тренировочным полем для занятий по обращению с животными-транспортами и боям. Горячая ванна сейчас действительно бы не помешала, Чонгук чувствовал кровь и слюни Инкуба на себе, а также грязь и пыль, и от этого было тошно.       Он быстро забежал в свою небольшую комнатушку, чтобы взять чистые вещи и снять тяжёлые доспехи. Заглянул в раздевалку купальни и с радостью не обнаружил там никого. Такое редко бывало, все работали в разное время, и чаще здесь уже кто-то был. Мыться Чонгук всё ещё предпочитал в одиночестве. Он осторожно снял одежду, сложив в одну кучу, рядом с чистой. Открылось подкаченное тело. Полугодовые тренировки дали свои плоды, Чонгук заметно окреп и стал крупнее. Покрытый шрамами чётко видимый пресс, мощная спина, где следы сражений были больше и грубее, так как в спину били сильнее и безжалостнее. Чонгук также расстегнул на шее свой лунный амулет. Подарок от чародейки с родного Севера. Оглядел потёртый камень и осторожно спрятал в походную сумку. Оголившись полностью, полотенце повязал на пояс. Испачканные кожаные одеяния сразу положил на полку стирки. Занятная вещь, просто кладёшь свои вещи, и через какое-то время забираешь из другой комнаты. Никто здесь чужие вещи не брал, и это радовало.       Ванны здесь полны всегда, работники меняли воду каждые два часа, также сразу после посетителей. Чонгук выбрал самую дальнюю, опустился в приятную горячую воду, облегчённо вздыхая, и задумался о словах Бона Хва в голове. Каким образом он смог так прославиться за шесть месяцев нахождения в гильдии? Может, правда из-за своего прозвища, что подарило ему первое задание? А ведь авантюристом у него получилось стать больше случайно. Первое время Пам Чонгук подрабатывал официантом в таверне «Хмельный Енот». Потом какое-то время проработал в кузнице. В гильдию он вступить сразу не мог, туда попадаешь либо после комплексных соревнований, коих дождаться нужно было и жить на что-то при этом, либо же каким-то чудом получить рекомендацию от члена гильдии. Чонгук до сих пор не верил, что с ним случилось именно второе, как раз в кузнице. Двое разбойников напали на продавца, желая заработанных денег. Так Чонгук схватил первый попавшийся меч, вышел и помог другому воину, что в этот момент был в лавке при кузнице. Вдвоём они разобрались с преступниками, и тот воин спросил его, не хочет ли молодой кузнец вступить в «Драконье Крыло» с его рекомендацией. Чонгук сразу же принял его предложение. Так и стал авантюристом. Постоянно тренировался, изучал чудищ и их особенности, а также знакомился с миром. Многих существ встретил, от коих первое время глаза на лоб лезли. Рос Чонгук лишь среди людей, магия на Севере запрещена, а здесь… свобода, которая когда-то казалась недостижимой. Также здесь всем было всё равно, кого ты полюбишь и с кем будешь, чему Чонгук не во всю, лишь где-то внутри был рад. Хоть в чём-то можно не лгать. Он многому научился, даже запомнил некоторых согильдийцев. Например, того самого Хосока, которого упомянул Бон Хва.       Темноволосый черноглазый лучник-следопыт. Вот кто сидел на троне одиночества, так это он. Прошлое и даже настоящее Хосока окутано тайной, но многие, если не все искатели «Драконьего Крыла» знали, как и когда он вступил в их ряды. На состязаниях он проявил себя, как умелый лучник и толковый стратег. Пробитые мишени и победы на всех этапах дали понять, что его в гильдию возьмут без вопросов. Хосок мало с кем общался, да и все этим не были расстроены. Мало кто выдерживал его пронзительный взгляд. Жил где-то за пределами гильдии, но любил иногда засидеться в холле гильдии допоздна. Как истинный следопыт, прятался среди людей, но часто после заданий ходил тренироваться на задний двор в стрельбе из лука. Одиночество его сопровождалось слухами о последнем командном задании. Прошло оно ужасно и со смертями, и Хосока заклеймили виновником, ведь, по словам очевидцев, погиб отряд от его стрел. Никто не хотел брать к себе такого путника. Имели место и суеверия, ведь выжившие в команде считались проклятыми Смертью, и объединение с ними погубит. Либо же прослывали предателями и дезертирами единственные выжившие, бросившие своих товарищей на гибель.       Чонгук размышлял не только о гильдийцах, но и о простом люде на Юге, и мысли эти вызывали улыбку. Они живут в достатке. Редко встретишь трущобы, не то что на Севере, как ему когда-то рассказывал Дон Ён. Да и про дворец говорили много, открыто и без страха. Чонгук даже прознал, что дети королевской семьи могли без проблем бродить по просторам Южного Флихета. Просто в лицо их никто не знал, вот и получалось у них незаметно смотреть, что происходит в Королевстве. Они были среди народа, что правильно. И Король у них прекрасный. Не без изъянов, конечно, ибо никто не идеален. Но Южный Король справедливый и добрый правитель, что поддерживал связь с народом, насколько мог. На Севере же королевская семья лишь в четырёх стенах, примерно два-три раза в год Король и Королева выезжали к народу. Король Севера закрытый и корыстный, Чонгук этот знал, как никто. Ему стоит брать пример с Южного и, наконец, хотя бы начать доверять народу. Ведь именно из-за страха, что народ его разорвёт на части или отравит наследников, он и сидел практически безвылазно во дворце, да и детей своих не выпускал познакомиться с миром. Грустно, но такова была реальность.       Наверное, единственных, кого Чонгук ещё не видел вблизи — это друиды. Загадочные воины на грани с природой, что жили в огромном друидском лесу. Заглядывать туда горожане боялись, шептались, мол, волшебное и живое место, способное запутать своими тропами. Да и не особо хотелось простому люду с ними контактировать. Всё ещё помнили они о минувшей Друидской Войне. Один из Кругов под угрожающим названием Дикий Огонь развязал её. Было это около пятидесяти лет назад, но кровь и ужас всё ещё витал среди жителей. Победу одержали не быстро, но навсегда. Если верить писаниям, то был остров, где и росло сердце магии Дикого Огня. Его и разрушили, оставив лишь мёртвый кусок земли посреди моря. Некоторые племена Дикого Огня разбежались по свету, не желая иметь ничего общего с агрессорами-собратьями. Так и прошли десятилетия, и остатки Дикого Огня, уже практически не связанные кровью с кровожадным прошлым, мирно жили. Неизвестно, исчезли ли они до конца, но одно такое племя было в Северном Флихете. То самое, которое много лет назад Король и приказал уничтожить. А жителей, что даже уже не были сплетены с виновниками, безжалостно убить. Этим война и была страшна. Даже превращаясь в страницу писаний прошлого, она несла горе дальше, в настоящее, и умело пробиралось в будущее. И как бы мирные жители ни хотели, чтобы это не повторилось вновь, сами тащили эти ужасы и предрассудки.       Погружённый в свои мысли, Чонгук успел помыться и уже покинул купальню, но тут же замер в проходе в раздевалку. Спиной к нему стоял человек, чья кудрявая голова чёрных волос бликовала от огней ламп. Помянешь дьявола… Хосок, снимая с себя плащ, стоял, замерев, но мгновенно обернулся и поднял такие же, как волосы, чёрные глаза на Чонгука. Взгляд его и правда тяжёлый. Этим его Хосок и напрягал. Стоял крепко и невозмутимо, смиряя ледяным взглядом. Чонгук же тихо вздохнул и сказал: — Здравствуй, — брюнет развернулся всем телом, и Чонгук заметил в его руке смятое объявление. — И такой пустяк стоит девять платины на троих? — усмехнулся Хосок и тут же поднял руки перед собой. — В карманы не лез, клянусь. Объявление выпало из твоей сумки. Бон Хва мне сказал, что тебе не с кем идти. — А ты хочешь присоединиться? — удивлённо спросил Чонгук. Хосок осторожно положил объявление на скамью рядом с сумкой мечника. — Почему бы и нет? — он смотрел, не отрываясь. — Мне нужны деньги и задание, тебе нужен отряд. Мы оба в плюсе. — Я думал, ты работаешь сам по себе, — Чонгук был, мягко говоря, в шоке. Следопыт-одиночка Хосок, известный отшельник гильдии… согласился на командное задание сам? Без уговоров? — Работаю, но это не всегда моё решение, — ответил Хосок. Говор его холодный, то и дело шагни к нему, и лёд под ногами затрещит, а изо рта пойдёт пар. — Я ни коим образом не против командных заданий. Но со мной, увы, никто не хочет работать из-за суеверий и слухов. Или ты тоже в них веришь? — Не сказал бы, — Чонгук был человеком принципов и всегда разбирался до конца прежде, чем делать выводы. Хосок его немного пугал, этого не отнять, однако вовсе не из-за чужих говоров, а из-за того, как подавал себя. — Я бы послушал твою версию. Ты всё-таки там был, а не я. Хосок с ноткой интереса оглядел собеседника, Чонгук же отмер и прошёл к своим вещам под его тёмным взором. — Могу рассказать, — по спине мечника прошлись мурашки. Хосок тем временем начал раздеваться, очевидно, пришёл в купальню, чтобы помыться. Чонгук вежливо отвернулся, а согильдиец его тут же укутал нижнюю часть тела в полотенце. Также второе ловко повесил на плечи, скрывая верхнюю часть спины, и направился в сторону ванн. Прошёл вальяжно мимо Чонгука, но на секунду задержался. — Встретимся у стойки через четыре часа. Пока подумай, кого ещё взять в отряд.       Чонгук остался в раздевалке один. Оглянулся невольно на входную дверь. Может, ещё кто-нибудь решит заглянуть и проявит желание вступить в его отряд? Но нет, он лишь оделся, прокручивая слова Хосока в голове. Предрассудков у него и правда не было никаких, его мысли об этом лучнике были вдохновлены тем, что он видел. А видел он одинокого и обозлённого человека, к которому никто не подойдёт, ведь была высокая уверенность, что он к себе не подпустит. Хотя если переосмыслить… Мог ли Хосок никого не подпускать, потому что был уверен, что никто и не приблизится? Смысла думать об этом не было никакого, ведь Чонгук не знал его мотивов. Однако один факт оставался фактом. — И кто теперь согласится, с твоей-то славой?

*** ☬☬☬ ***

      Уже как восемь месяцев совершенно другая жизнь. Новая, пугающая, но прекрасная. Одно из головы не уходило. Отложенная свадьба. Дурак ты, Чонгук, совершенно не подумал о таком очевидном исходе. Праздник воссоединения в обоих Флихетах замер в томном ожидании. Ежу понятно, всё вернётся восвояси, как только принц найдётся. И это грызло. Хотел счастья и открытой дороги для дорогой сестры, а по итогу дорога эта покрылась пылью, да заросла дикими растениями.       Чонгук лежал на кровати и теребил в руке часы Дон Ёна, то и дело открывая их и смотря на износившиеся стрелки. Он скучал и по другу. Переживал, но все мысли о возможной смерти в морях отгонял прочь. Без Дон Ёна было очень одиноко и даже страшно. Но эта вынужденная полная самостоятельность закалила Чонгука, поэтому он тот, кем и являлся: сильный воин, который, не теряя милосердие и жажду странствий, помогал всем, кто просил. Выполнял любые задания, которые ему предлагали. Копал глубже, чтобы для всех итог был хорошим. Сердобольным был Чонгук и при этом жаждал справедливости. Первое время в гильдии ему разрешали выполнять лишь самые простые поручения, и Бон Хва говорил, что это нормально, так как опыт необходим. После уже можно было самому выбирать, куда поехать. Свободная доска объявлений — местная лотерея. Никогда не знаешь, вдруг среди общих лёгких и скучных по описанию заданий кроится нечто большее. Но когда получаешь известность и определённую репутацию, часто бывает так, что какие-то задания оформляют специально для тебя. Мечник радовался, что это совсем не скатывалось в ожидание и не было единственной функцией, на то и имелась общая доска. Репутация Чонгука — охотник на монстров, и часто поступали заказы убить или выследить какое-нибудь существо. Даже тошно временами, ведь Чонгук — не кровожадный убийца. Не всех убивал без разбора, всегда пытался докопаться до истины, почему то или иное существо нападало на людей. Чаще главными виновниками становились сами люди, которые злили или заговаривали существ. Либо же, не задумываясь о последствиях, банально соприкасались с неизвестным.       Мечник бросил взгляд на объявление о поимке неизвестного существа, что лежало на прикроватной тумбочке. До встречи с Хосоком осталось совсем немного, а Чонгук лишь смаковал прошлое и даже не задумался, кого бы третьим взять в команду. Поэтому последнее время сборов решил отвести именно на это. Он был в отряде лишь один раз. Не самое удачное задание, именно из-за того, какая команда собралась. Несбалансированная, так и ещё общий язык было трудно найти, а разлаженная команда — горе для задания.       Собравшись, он вышел из своей комнаты и направился в кузницу, где ремонтировали его меч. Чонгук — единственный, у кого клинок был из метеоритной руды. Здешние воины отдавали предпочтение меди или серебру. Метеоритная руда — редкий и дорогой материал, поэтому и средств больше требовалось, чтобы привести орудие вновь в рабочее состояние, и в общие расходы кузницы приходилось доплачивать из собственного кармана. Это и являлось причиной, почему Чонгук в последнее время не платил за комнату, всё уходило на экипировку. Помимо трат на меч и доспехи, он всегда закупался эликсирами, которыми умело пользовался в бою. От целебных до атакующих, которые способны повлиять на противника, если сосуд разбить под ногами. — Здравствуй, Хан, — сказал Чонгук, когда подошёл к главному кузнецу, который тут же положил на стойку готовый клинок. — Принимай, Чонгук-щи! Как новенький!       Чонгук радостно кивнул кузнецу, осмотрел свежее лезвие, провёл рукой и пощупал осторожно новую рукоять. Затем вытянул перед собой, прикрыв один глаз, и удовлетворённо кивнул. От первой рукояти с гербом Северного Королевства давно не осталось и следа, да и сам клинок переплавляли много раз. Так что, можно было сказать, что это уже не подарок от отца. Но материал уж больно Чонгуку полюбился за лёгкость и прочность, что может потягаться со сталью или алмазами. Да и изнашивалась метеоритная руда дольше. Те же серебряные и медные мечи часто приносили гильдийцы. Некоторые даже после каждого задания отдавали свои клинки на починку. Чонгук вернулся в главный холл, высматривая Хосока. Не отыскав, он решил сесть за стойку, да подождать. Других тоже особо не было видно, разве что парочка гильдийцев попалась ему на пути к выходу. На улице уже стемнело. — Пока ты откисал, приходил заказчик. Хосок сказал, что разыщет тебя, и я подумал, что задание взято. Вас ждут, — сказал Бон Хва, на что Чонгук усмехнулся. — Нам бы третьего сначала найти… — Есть кто-то на примете? — Чонгук понятия не имел, так ему и сказал. А Бон Хва вдруг улыбнулся. — У меня есть один. Опытный жрец, он точно сейчас свободен, давно не брал заданий. И с Хосоком знаком. — Ну, хоть так.       Двери в гильдию вдруг сильно распахнулись, ударившись о стены. Чонгук обернулся удивлённо, а Бон Хва устало вздохнул и тихо проворчал: — Да вы так двери мне сломаете… Сначала ты с ноги, теперь он, — под устремляющиеся шаги незнакомца он повысил голос. — Добро пожаловать в гильдию «Драконье Крыло»! Чем обязаны?       Из-под плотной ткани на них поднялись карие глаза. Человек широкоплеч и высок, как Чонгук, но явно был старше. Это читалось по мудрому взгляду. Он был красив лицом, осторожно снял капюшон с головы и тяжело вздохнул. Каштановые волосы беспорядочно лежали, падая на лицо. Видно, что человек спешил и запыхался. Одет он был в открытую мантию песочных и зелёных оттенков. По поясу развешаны мешочки, из которых торчали различные травы. Мечник, скрывая восторг, оглядел незнакомца с головы до ног, пока и голове просыпались воспоминания о прочитанных в прошлом книг. И если судить по описаниям из них, прямо сейчас посреди холла гильдии стоял друид. Всё-таки легко определить, к какому кругу друиды принадлежали, их с потрохами выдавали цвета одеяний. Землистые растительные орнаменты на мантии напрямую кричали: Круг Леса. Какой сюрприз. Друиды нечасто наведывались в город, а в гильдии их увидеть — вообще редкость. Из-за того, что гильдии почти не работали с друидами, Чонгук даже не думал углубляться в особенности их магии и обычаев. Лишь азы внешности, да некоторые слухи, услышанные от согильдийцев, были ему известны. — Пожалуйста, помогите мне… — сказал друид. — Я знаю про все эти вещи с подачей заявки, но прошу, выслушайте меня… — Вы не подавали заявку? — спросил Бон Хва. — На это нет времени! — Тогда давайте по порядку. Я Бон Хва, заместитель Мастера гильдии, — примыкая к стойке, он пальцем показал на мечника. — Это Пам Чонгук, член нашей гильдии. Как вас зовут и что произошло конкретно?       Был большой недостаток работы гильдий, и Чонгуку он не нравился от слова совсем. Действительно, заявки на задания можно подавать лишь через охрану в специально отведённых местах, и все они проходили три смотра и лишь затем расползались по гильдиям. Странная система со своими изъянами, но сделана была во избежание беспорядков и более систематического метода подачи заданий. Чонгук уверен, не все заявки проходили, многие отменялись и забывались. Это ему казалось неправильным. Помогать нужно всем, и какие-то люди с почти что верхушки не имели права решать, кому нужна помощь, а кто может подождать…       Неожиданные гости без заявок — явление не редкое, но к нему никогда не будешь готов. Многие гильдии отказывают, как только понимают, что человек пришёл просить помощи без смотров и заявок. Но Чонгук посмотрел на обеспокоенное лицо Бона Хва и успокоился. Эта гильдия помогала каждому без сомнений. Что мастеру, что заместителю были чужды эти бюрократические формальности, и они открыто говорили своим приемникам об этом. Даже сделали одну фразу девизом и частью клятвы вступления. На сердце расцвело тепло от осознания, что он вступил именно в ряды «Драконьего Крыла». Все до единого здесь были искренне уверены, что…

«Если человек просит помощи, мы её окажем сквозь кровь, пот и слёзы»

— Меня зовут Ким Сокджин. Я друид верховного племени Круга Леса, — громко проговорил друид, не отрывая взгляд от Чонгука. Тот знал, что на территории Южного Флихета, помимо них, располагались племена ещё двух верховных кругов: Луна и Звёзды. — Первый сын вождя. Мой младший брат три дня назад отправился собирать травы вместо меня, так как у меня была встреча с сыном вождя Круга Луны. Он ушёл и не вернулся. Мой брат очень слаб с рождения… — А он не мог потеряться? Может, блуждает где-то и… — Чонгук попытался разбавить догадками беспокойство гостя. — Друид потерялся в лесу? — резко пронеслось сзади, от чего испуганно Чонгук обернулся. Возникший из-за спины, словно вылезший из тени, плавно обошёл его Хосок. — Пораскинь мозгами. Друидский Лес неспроста так называется. — Вот именно! — кивнул Сокджин. — Лес нас охраняет. Мы не можем там потеряться. Его похитили! И похитить его могли лишь те, кому лес также помогает. — Полагаете, другие друиды? — спросил Бон Хва, и они с Хосоком удивлённо переглянулись. — У вас же клятва на крови. — Значит, друиды-чужаки, — заключил Хосок.       Чонгук же отвёл взгляд. Столько новой информации. Наверное, стоит таки узнать о таинственных друидах. Но в местных лавках с книгами мало рукописей о них, как же тогда быть? Свои таинства друиды хранили в родных местах, как нечто сокровенное. Хотя с другой стороны, мало, кому были интересны эти «дикари, что полвека назад устроили войну». Тут уж как посмотреть, вполне себе воспитанные, если судить по Ким Сокджину. — Пропажа сына вождя — это серьёзно. Ещё и три дня прошло… — Бон Хва, размышляя, вдруг притих, но из потока его вырвал Чонгук. Одержимый чувством справедливости воин наклонился ближе. — Хва, мы можем что-то сделать прямо сейчас? Нельзя же бездействовать. — Не принимайте близко к сердцу, господин Ким, но вам повезло дойти до нас и не сдаться… — процедил Хосок, хмурым взглядом одарив Сокджина. Тот его неожиданно встретил подобным. Словно две глыбы, каменная и ледяная, столкнулись с мощным грохотом, порождая странное напряжение. — Королевская семья вас принимает, но война всё ещё не стерлась из памяти народа. — Мне ли не знать, как народ к нам относится… — спокойно ответил Сокджин. — Я уже пять гильдий обошёл, лишь вы меня хотя бы выслушали. И если вы мне поможете, я… я сделаю всё, что попросите, клянусь… Мой брат правда слаб. Один он не протянет.       В нынешнее время друидов можно было увидеть очень редко. Бывало, люди обходились с ними как с равными себе, а бывало, выросшие на принципах предков, встречали враждебно и с ненавистью. Потому что присуще такое людям, коль один раз случилось, остерегайся остальных. Как, например, с насекомыми. Укусит один раз, и теперь всех будешь сторониться, насколько это возможно. — «Драконье Крыло» помогает всем, вне зависимости от того, кто вы, а насчёт оплаты думаем! Мы вам поможем, — воодушевлённо произнёс Бон Хва, оглядев Сокджина, Хосока и Чонгука по очереди. Последний заметил знакомый огонёк в глазах заместителя, а следопыт лишь усмехнулся. — Вы двое, идите в лавку снадобий Пака, там и найдёте третьего. Уж упроси его, Хосок, с тобой и правда мало кто захочет работать, — заместитель прошёл вдоль стойки в сторону двери для гильдийцев. — Господин Ким Сокджин, следуйте за мной, мы отправимся за ищейкой. Это пока всё, что я могу предложить, многие либо на заданиях, либо уже ушли. С вас лишь терпение и какая-нибудь вещь, которая принадлежит вашему брату. Как только Пам Чонгук и Хосок выполнят задание, они присоединятся к нам.       Ким Сокджин замер, Чонгук тоже удивлённо глянул на Хва. Хосок лишь тихо наблюдал. Друид неожиданно улыбнулся и низко поклонился, тихо сказав: — Спасибо вам… я вернусь в племя и принесу вещь моего брата. — Ждём вас, но не припозднитесь, — Бон Хва ещё некоторое время смотрел на вмиг открывшуюся от уходящего друида дверь. А затем резво обернулся к гильдийцам. — И вы ступайте!       Когда Чонгук с Хосоком вышли из здания гильдии, следа Ким Сокджина было и не видать. Довольно быстро он скрылся из виду. Лавки торговцев постепенно закрывались, сворачивались наружные столы с товарами, а люд расходился по своим домам. Хосок напоследок оглянулся на дверь и скрипуче произнёс: — Легче иголку в стоге сена найти, чем оторвать Пака от стакана… — Что за Пак, Хосок? Чонгук слегка дёрнулся от взгляда. Может, когда-нибудь он и привыкнет, но пока эти чёрные глаза вызывали лишь дискомфорт. Словно открытую книгу, они читали мечника, оглядывали со всех сторон. Хосок подозвал его за собой и продолжил: — Пак Чимин. Шило в заднице нашего «Дракона». Лучше алкоголем лишний раз пропитается, чем на задание пойдёт, год уже так. Но довольно могущественный жрец, это отрицать глупо, — Хосок вдруг вздохнул. — Идея так себе, но лучше, чем брать того, с кем не работал. Совсем разрозненная команда выйдет. Да и мало кто захочет со мной работать. — Неужели, всё настолько плохо? — Последняя командная миссия нанесла увечья не только мне, но и гильдии. Кто пойдёт с человеком, который убил своих же? Не самые приятные совместные воспоминания, ведь и Пак был тогда со мной… — Хосок очень деликатно умолчал подробности. — Получается, то задание — правда? — Чонгук остановился. Смотрел в спину Хосоку, а тот мгновенно обернулся. — Правда, — в голосе его звучала печаль. — Так что я даже удивился, что ты не отказал.       На миг образ холодного лучника-одиночки посыпался. Не он создал его, а внешние обстоятельства возвели эту стену. С уст других — чистое зло и ужас, а с его — боль, вина и скорбь. Скорее всего, любимый цвет порождал облик вестника Смерти, а кудрявые отросшие волосы, падающие на глаза, кое-как скрывали таящийся ужас. — Люди многое могут говорить и исказить до безобразия… — тихо сказал Чонгук. — Я не смогу прийти к выводу, пока не услышу об этом от тебя. Так что… расскажешь, почему всё так случилось?       Хосок лишь вздохнул. В глазах его на миг блеснула скорбь. — Где-то полтора года назад это было. Со мной и Чимином в команде было семь человек. Нас отправили разузнать, почему в одной деревушке люди пропадали. Местные жители приютили, но я сразу почуял неладное. В буквальном смысле, они дали нам поесть говядины, заражённой скверной, и удалились, — начал он. Чонгук лишь молча слушал, да перебирал ногами. — Лишь Пак мне поверил, а остальные назло съели всю тарелку. Мол, мы старше и умнее. Попали мы именно к тем, кто и был в ответе за пропажи. Какие-то культисты приносили в жертву население деревни для своего Бога. А нас решили просто прикончить.       «Мы старше, мы умнее». Да только не все, увы, старшие этой фразе соответствовали. — Проснулись мы от криков наших сокомандников. Поражённые скверной, они хотели сожрать нас… — Хосоку о таком вспоминать было горько. — Вот и пришлось их всех перестрелять. Скверна похожа на бешенство, но она намного быстрее поражает тело. Одно соприкосновение или укус, пару часов, и ты одержим человеческой плотью. Они ведь могли потом выбраться и напасть на жителей деревни…       Не каждый способен так поступить. А Хосок смог. И получил в ответ репутацию предателя, проклятого Смертью, что убил членов своей команды. Про скверну Чонгук и знать не знал. Он даже не представлял, как сам поступил бы. И как себя чувствовал в тот момент Хосок, когда понял, что другого выхода и быть не могло. — Культистов мы не поймали, они испарились. А мирные видели, как я всех пристрелил, вот и слухи пошли.       Чонгуку стало обидно за Хосока. Он заглянул в его лицо и задался вопросами. «Хосок не такой плохой, каким может показаться, поверь мне» — вспомнились слова Бона Хва. Интересно, всегда ли он был таким закрытым? Или этот образ появился уже после задания? Образ уверенного и холодного человека, от которого только и ожидаешь, что кинжал в спину? Либо он всегда был сдержан в плане эмоций, а новая репутация дополнила этот образ в самом плохом смысле. — А Пак Чимин? — Он встал на мою сторону, — Хосок слегка замедлил ход, и они шли уже рядом. — Но у него свои заморочки, с которыми он почему-то решил бороться алкоголем. Практически сразу после задания он уехал и спустя несколько месяцев вернулся совершенно другим. Обозлённым и разбитым. Так и не сказал мне, что случилось, вот и отдалились друг от друга. Я пытался помочь, разговорить его, но он упивался и гнал меня прочь. Думал, со временем остынет, но беда пришла, откуда не звали. Он перестал очищаться. — Очищаться? — переспросил Чонгук.       Под постепенно утихающий город они прошли уже половину пути. Горели огни лишь в тавернах и пабах, оттуда же доносились радостные возгласы местного населения. — У всех магов энергия на эмоциях держится. И дурманит, если негатив не отпускать. А он словно позабыл об этом, либо активно забивает болт, — сказал Хосок. — Даже не знаю, что этому послужило, но именно после своего отлучения он и перестал в гильдию наведываться, лишь за ежемесячными выплатами. Всё никак не отстранят его, Бон Хва и Мастер терять такого умельца не хотят, и я их понимаю. Чимин поистине знаток своего дела, но срать на всё это хотел, процент от гильдии на выпивку капает, и хорошо. — Ежемесячные выплаты? — Хосок совершенно неожиданно и непривычно громко рассмеялся на вопрос Чонгука, которого эта реакция ввела в ступор. — Я тебе тут про наше прошлое твержу, а ты… Боже, — Хосок всё хихикал. — Если ты в гильдии больше трёх лет, то тебе начинают выплачивать небольшой процент. Считай, аванс за задания. — Нет, я… ты не подумай! — щёки мечника стыдливо зардели. — Просто впервые слышу об этом… обо всём впервые слышу. И удивлён, что ты так просто рассказал мне. — А почему я должен скрывать то, что не хочу? — Хосок задал этот вопрос с максимальным удивлением. — Да и ты, если честно, первый, кто спросил. Видимо, тебе легче послушать меня, а не слухи. — Но почему ты тогда всё ещё в «Драконьем Крыле»? — Эта гильдия мне родная, да и менее лояльная в плане наших прав. Мне всё равно, что обо мне говорят. Я знаю себе цену и иду по своим принципам.       Хосок был не страшным и напрягающим. Он был прямолинейным, сдержанным и в каком-то плане даже свободным. Слухи его не заботили, ведь в основном все его задания были успешно выполнены. Лишь из-за одного и нависла над ним эта дымка опасности, но и её он, по всей видимости, принимал. Однако к пронзительному взгляду Чонгук ещё не привык… На глаза обоим вдруг попалась табличка «Паковы Снадобья». Котелок, да пар от магического снадобья на ней красовался над названием. Они на месте. Первым к двери подошёл Хосок, уже хотел открыть дверь, но услышал голос Чонгука: — Хосок, стой!       Чувствовалась неловкость. Полгода — не маленький срок, чтобы оценивать людей, но Чонгук сквозь навеянный слухами образ одинокого и холодного, как Северные ледники, следопыта… увидел обычного человека, которому не дали другой возможности. Напряжение всё сходило на нет, на смену пришёл стыд за ранние мысли. А тяжёлый и ощутимый взгляд теперь означал не желание убить. Лишь пелена и тяжкий груз прошлого заслоняли искорки в глазах. — Извини, если что-то неправильно о тебе думал. Спасибо, что согласился присоединиться ко мне! Надеюсь, мы хорошо поработаем, — Чонгук это протараторил и вдруг поклонился, вызвав лишь смешок. — Тебе спасибо, что выслушал, — Хосок приоткрыл дверцу, колокольчик зазвенел. — Пойдём уже.       Двоих путников встретили многочисленные полки с колбами различных размеров и форм. От самых простых до изысканных, металлических под чешую дракона и отделанных кожей, с золотыми пробками и камнями. Переливающиеся цветами и пузырьками жидкости приковывали взгляд. Котлы разных объёмов хранились на более удлинённых полках, что росли до самого потолка, а расправленная лестница аккуратно стояла в углу помещения. Универсальная лавка, где можно было купить и ингредиенты, и принадлежности, и уже готовые снадобья и эликсиры. Пока Чонгук восторженно рассматривал каждую полку, Хосок подошёл ближе к стойке и нажал на звоночек. — Мы скоро закрываемся, так что с покупкой прошу поторопиться! — послышался издалека чей-то голос. — Господин Пак! — крикнул Хосок, облокотившись о деревянную столешницу. Тут же из-за далёких полок выглянула голова. Мужчина поправил с удивлением очки и заулыбался, выбираясь из зельеварских стен. — Хосок-а! Сколько лет, сколько зим! — сказал хозяин лавки. — Ты за чем-то конкретным или проведать? Кто это с тобой? — Чонгук отвлёкся от тыканья в колбочки и поздоровался. — Не уж то Метеоритный Мечник? Какая честь, наслышан о вас! Будем знакомы, Пак Сумин! Добро пожаловать в «Паковы снадобья», скидка в двадцать пять процентов гильдийцам! — За конкретным, это точно, — улыбнулся Хосок. — Чимин у себя? Хотим взять его с нами на задание. — Ох… — взгляд Пак Сумина погрустнел. — Спасибо, что не забываешь его. Я, конечно, отец, но он меня даже слушать не хочет. Я на него не сержусь, сам был таким же. Да и мне он зла не делает. Просто переживаю я за него… он сам не свой уже столько времени. — Он так и не начал очищаться? — на этом вопросе Чонгук подошёл ближе. Ему было интересно послушать про это таинственное очищение. — Он достиг своего предела… Я это чувствую, Хосок. Вряд ли уже сам очистится, — горестно сказал Пак Сумин. — Пару часов назад ушёл, наверное, опять к «Хмельному Еноту». Там сегодня особенно шумно.       Хосок одарил Пак Сумина беспокойным взглядом. Как и отец, за Чимина переживал. Но что взять с него, закрылся ото всех, как от врагов. Хосок поблагодарил хозяина лавки за информацию, и путники быстро ринулись наружу. Чуть ли не бежал следопыт в сторону таверны «Хмельный Енот», а Чонгук, поспевая позади, спросил: — Что значит, он достиг предела? — Значит, что в задницу дракону эта заноза вросла, — в голосе Хосока пролетела нотка страха. — Если не пустила корни…

*** ☬☬☬ ***

      Рыжие вечерние тона исчезли, погрузив город Сойль во тьму. Лишь уличные огни, да окна таверн освещали небольшую площадь. Однако людей, что расходились по домам, было довольно много. Хосок шёл быстро, но размеренно, словно тень, просачиваясь сквозь них, смотрел вперёд зорким взглядом. А Чонгук в паре шагов старался не отставать. Уже успел выругаться несколько раз, но вдруг упёрся прямо в спину Хосоку, что встал около окна таверны «Хмельный Енот». Чонгук эту таверну помнил прекрасно. — В чем дело, Хосок? — спросил мечник, а тот лишь рукой указал на висящее объявление возле окна.

«ХМЕЛЬНЫЙ» ЕНОТ ПРАЗДНУЕТ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ!

ВОТ УЖЕ 70 ЛЕТ МЫ РАДУЕМ ВАС ОТЕЧЕСТВЕННЫМ И ИМПОРТНЫМ ЭЛЕМ,

СИДРАМИ И САМЫМИ РАЗНООБРАЗНЫМИ НАСТОЙКАМИ

ВРЕМЯ ОТПРАЗДНОВАТЬ НАШ АССОРТИМЕНТ

ПРИГЛАШАЕМ ВСЕХ НА

КОНКУРС ВЫПИВКИ

ПРОВЕРИМ СТАМИНУ ЖИТЕЛЕЙ ГОРОДА СОЙЛЬ

НАШИ ПРИЗЫ:

1 МЕСТО — ДЕНЕЖНЫЙ ПРИЗ ИЗ ФОНДА ВЗНОСА + СЕРТИФИКАТ

НА 25 БЕСПЛАТНЫХ КРУЖЕК ЛЮБОГО ПИВНОГО НАПИТКА

И СЕРТИФИКАТ НА 10 БЕСПЛАТНЫХ НАСТОЕК

2 МЕСТО — СЕРТИФИКАТ НА 25 БЕСПЛАТНЫХ КРУЖЕК

ЛЮБОГО ПИВНОГО НАПИТКА И СЕРТИФИКАТ НА 10 БЕСПЛАТНЫХ НАСТОЕК

3 МЕСТО — СЕРТИФИКАТ НА 25 БЕСПЛАТНЫХ КРУЖЕК

ЛЮБОГО ПИВНОГО НАПИТКА

СЕГОДНЯ В СЕМЬ ВЕЧЕРА

ПРОСИМ УЧАСТНИКОВ ВНЕСТИ ВЗНОС ЗА УЧАСТИЕ

В РАЗМЕРЕ 50 СЕРЕБРЯНЫХ МОНЕТ

— Пивной конкурс? — прочитал Чонгук, поправляя капюшон. — К чему ты клонишь? — и вдруг вспомнил слова Хосока в гильдии. Лучше алкоголем лишний раз пропитается.. — Думаешь, он будет участвовать? — Уверен. — Предлагаешь его в попойке выиграть? Нам потом идти на задание. — Чимин довольно азартный. Как вариант, — Хосок усмехнулся. — Нам же лучше, если сможем его завербовать дружеским поединком. Уж эликсир для стамины он предоставить сможет, чтобы не помирали.       Хосок рванул к входной двери, а Чонгук лишь вздохнул. Спорить с ним Паму бессмысленно. Он знал Чимина, а сам Чонгук даже и не подозревал, что в гильдии были какие-то обязательные выплаты, что уж говорить о членах гильдии, что в ней не появляются. Век живи — век учись. Поэтому он последовал за новым знакомым, отворяя осторожно деревянную дверь. Место Чонгуку родное, всё-таки работал здесь некоторое время назад. А как вступил в гильдию, часто наведывался после особо тяжёлых заданий немного выпить да поболтать с бывшими коллегами. Люд здесь дружелюбный и замечательный, а ассортимент напитков прекрасен и огромен. Внутри небольшого освещённого жёлтым светом помещения вовсю готовились к конкурсу. Работники сдвигали столы, посетители подходили к барной стойке, пока официанты сгребали все запасы пивных кружек. Кто-то уже попивал сидр, заинтересованно смотря на трудящийся персонал. — Хмельный Енот приветствует Метеоритного Мечника! — крикнул один из таскающих стулья, официант Добан, заприметив знакомое лицо. Именно он помогал Чонгуку с обучением на рабочем месте. А теперь, как гильдийцу и трудолюбивому бывшему работнику, щедро предоставлял скидки. Чонгук ему улыбнулся и снял капюшон. Здесь — ещё одно место, где можно было не бояться. Если ценишь труд работников и обожаешь местное пойло, ты — член большой семьи «Хмельного Енота». — И вам доброго вечера, господин лучник! Аккуратнее, у нас тут суматоха. — Оплати взнос. Я займу нам стол и осмотрюсь, — Хосок как это сказал, тут же испарился в толпе. И как у него это получалось? — Как дела, Чонгук? — официант поставил стул к сдвинутым столам. — Забил сегодня инкуба и, кажется, прикрыл семейный бизнес, — мечник вертел головой, что-то выискивая. — Добан-щи, кому подавать взнос на конкурс? — Решили поучаствовать? — Добан, подпинывая стулья, вытянул руку. Пир на весь мир, не иначе. — Ван-и принимает взносы.       Тот самый Ван-и, бармен и совладелец «Хмельного Енота», был за барной стойкой. Подойдя и встав напротив него, Чонгук достал ловко из своего мешочка золотую монету и попросить посчитать за двоих. — Как с номерами дела, Ван-и? — спросил он, а в ответ ему радостно и мечтательно ухмыльнулись. — Отлично, постоянно почти всё занято! Скорее всего, из-за бродячего цирка. — Бродячего цирка? — Ага! Не слышал? Сейчас бродячий цирк в Сойле разъезжает. Говорят, путешествуют и радуют люд по всему миру, редкими зверями-альбиносами завлекают. Наро-оду то сколько приехало из других городов ради представления! Но завтра снова будет пустота, они сегодня вечером отправляются в другой район.       Бродячий цирк — это, бесспорно, весело, а существа-альбиносы и правда были редки. Мечник вот в живую их не видел никогда. Расстраивало, что из их района цирк уже собирается уезжать, но всегда можно залезть на своего коня и поехать поглядеть чисто из любопытства. Но пока что он уселся за барную стойку и спросил: — Слушай, Ван-и. Ты знаешь Пак Чимина? — Разумеется! Он постоялец! Тоже в конкурсе будет участвовать. А что? — Ван-и же спешно налил небольшой стакан сидра и любезно поставил его перед Чонгуком. — За счёт заведения. Советую разогнаться, если хочешь выиграть. — Какой он? В отряд хотим его позвать. — Как искатель цену себе знает, но в последние несколько лет раздражительный больно. И грустный. — Столько пить — грех не грустить, — снова раздался холодный голос позади, и Чонгук вновь испугался прибывшего Хосока. Вздохнул устало и раздражённо глянул на него. — Здравствуй, Хосок, — посмеялся Ван. — Так понимаю, Чонгук и за тебя внёс плату? — Прекрати так делать! — ворчания мечника Хосока развеселили. — Нашёл его? — Нет. Но нашёл свободный столик. — Проходите, конкурс через полчаса, — проводил их словами Ван-и.       Пока Чонгук осторожно проносил кружку с пойлом мимо занятого персонала, Хосок вновь демонстрировал свои способности пробираться быстро и тихо. Уже ждал за столиком, слегка улыбаясь. Суету создавали что работники, заканчивая расставлять стулья и длинные столы, что посетители, ожидая начала конкурса. — Как у тебя с алкоголем? — спросил Чонгук. — Вроде достойно, — тихо и коротко. — А у тебя? — Так же, но я не ярый фанат.       Колокольчик зазвенел, оповещая о новом посетителе. Хосок, головой не вертя, лишь глазами мельком глянул на прибывшего. Уголки губ его приподнялись. — Тогда мы быстро упьёмся… ма-атерь Божья, — последнюю фразу он протянул. — Пьёт спирт, как воду, а выглядит, как ребёнок. Вот она, эльфийская кровь. — Эльфийская кровь? — Чонгук поражённо выпрямился. — Он эльф? — Полукровка.       Чонгук слегка развернулся на диванчике углового столика и заметил юношу, что осторожно проходил к барной стойке. Не совсем высокий, стройный. Не в типичной одежде жрецов, но кто пойдёт просто так в боевой амуниции в таверну? Разве что, как Чонгук и Хосок, перед или после заданий, но и они не могли похвастаться полным обмундированием в данный момент. Договорились после вербовки и за конями сходить, и полностью облачиться. Чонгук и без слов Хосока понял. Юноша, вошедший только что в таверну «Хмельный Енот», — это Пак Чимин. Взгляд надменный и уставший, глаза были слегка прикрыты, а на хмурые брови локонами падали светлые волосы. Чонгук, глаз не сводя, смотрел на жреца. Как и прокомментировал Хосок, по Чимину не скажешь, что он постоялец в таверне и практически алкоголик. Был парень красив и ухожен. Торчали укороченные эльфийские уши, что и выдавало его расу. У чистокровных эльфов уши намного длиннее. Мечник уже хотел отвести взгляд, как встретился с гнетущим взором, а сам Пак Чимин замер, округляя глаза. Хосок приподнял бровь, удивляясь. Он ожидал такую реакцию в свой адрес, но внимание старого друга целиком и полностью было посвящено Чонгуку. — Вы знакомы что ли? — спросил лишь тихо он, когда Чимин начал идти в их сторону, не сводя глаза. — Нет. Честно… — голос Чонгука слегка дрогнул. Про таких, как Пак Чимин, говорили «мал, да удал». Чонгук точно видел, встанет он с ним рядом и будет выше, но жрец явно был сильнее духом. Хотя, скорее, тяжелее. От жреца ощущалось напряжение, и странный негатив вокруг витал. Взгляд полуэльфа заинтересованный, но недоверчивый. Не такой, как у Хосока. И это даже пугало.       А Пак Чимин тем временем уже подошёл к столу. Тёмно-серые глаза так и пронзали Чонгука, изучая. Пам почувствовал мурашки по спине и напрягся сильнее. Такое внимание ему вовсе не льстило, наоборот захотелось вдруг стать невидимым. — Кто это, Хосок? — мельком полуэльф глянул на него. — И тебе привет, Чимин. — А… — Чонгук откашлялся и отодвинул кружку. — Я Пам Чонгук. Мечник «Драконьего Крыла». — Как давно? — спросили его. Словно не шевелился и не дышал, ждал жрец ответа. Как будто ему что-то было нужно. — Полгода, — ответил Чонгук, а Пак Чимин вдруг ухмыльнулся. — Чимин, надеюсь, ты понимаешь, что это не совпадение — пересечься здесь? — Хосок ехидно подмигнул другу.       Его друг же наклонил голову и надменно выдал: — Ты на что-то намекаешь? — он теперь серыми глазами впивался в Хосока, а тот и не шелохнулся. Привык, видать. — Да так… хочу предложить кое-что, — повышение странного азарта ощущалось даже через полностью закрытые кожаные доспехи. Пак Чимин же от слов Хосока заинтересованно опёрся о столик. — Нам с Чонгуком не хватает человека в отряд. Так, поймать чудище. Три платины на рыло, чтобы найти монстра, что съел лошадку в конюшне. Согласись, роскошь для такого пустяка.       А Пак снова усмехнулся. Оттолкнулся от поверхности стола, сложил руки на груди и промолвил: — Я слушаю… — Чимина явно завлекло такое плёвое задание за огромную награду. Но к чему тогда эта наигранные раздумья, подумал Чонгук. — Мы с Чонгуком оба участвует в пивном конкурсе. Разумеется, с тебя эликсиры для стамины после, — Хосок для Чонгука непривычно долго улыбался. Новое наблюдение: улыбка Хосока притягательна, но зависит от настроения. Сейчас она была азартной, чем привлекала. — Если выиграет кто-то из нас, то ты безоговорочно идёшь с нами. И кормишь нас три недели. — По рукам! — ответил Чимин после того, как звонко рассмеялся. — Тогда, если выиграю я, кормить будете вы. — Без проблем! — Хосок протянул руку. Жрец схватился за неё, заключая рукопожатие. — Чонгук, разбей.       Спор заключён. Чимин всё глядел на нового человека, но вдруг отошёл, не оборачиваясь, к барной стойке. Ван-и его задорно поприветствовал, а другие постояльцы подходили пожать руки. Здесь его знали. Видимо, особо часто начал наведываться уже после ухода Чонгука. — Просто. Даже слишком. Вы точно не знакомы? — Хосок бросил на мечника взгляд. А тот лишь отрицательно закивал. — А вот он тебя, кажись, знает. Иначе не могу объяснить его заинтересованность. — Откуда ему меня знать? Он сам спросил, кто я. — Что с них, с жрецов. Может, он тебя в видении каком-то увидел. Не исключено.       Чонгук украдкой обернулся на Чимина, что уже тоже заказал себе что-то пивное. Выпил залпом половину и шумно вздохнул от блаженства. А Чонгуку лишь тяжело вздыхать и настороженно смотреть оставалось. Какие бы мотивы не были у Пак Чимина, сейчас их узнать было невозможно. — И сейчас от нашей стамины зависит, пойдёт он с нами или нет? — снова задал вопрос мечник. — Не-ет, — протянул Хосок. — Он пойдёт. Я вижу, что заказ ему пришёлся по вкусу. К тому же в споре он просто сказал, чтобы мы его кормили. Однако мне неизвестно, какой настрой у него будет, так что лучше подготовься. Чимин тот ещё ворчун.       Конечно, хорошо, что вопрос с командой решён, однако Чонгук всё равно неустанно смотрел с лёгким подозрением, и это не ушло от внимания Хосока. — И зачем нам тогда пить? — Да ла-адно тебе! — посмеялся Хосок. — Развлечёмся перед заданием.

*** ☬☬☬ ***

— Дамы и господа! — голос Ван-и пронёсся по всей таверне. — Мы рады сообщить, что настало время начать наш пивной конкурс! Всех участников прошу занять подготовленные места!       Поднялись оживлённые аплодисменты. Пока небольшая группка музыкантов настраивала инструменты для музыкального сопровождения, участники рассаживались по местам. Хосок и Чонгук сели рядом, по сторонам был люд различных рас, даже какой-то напряжённый полуорк уселся у самого бока. Чимин же сел напротив и хитро улыбаться начал. Ему это явно по душе. Хотя напиться кучей пива всего за 50 серебра — подарок, можно сказать. — Во-первых, поаплодируем предыдущему чемпиону. Господин Пак Чимин! — жрец довольно приподнялся на ноги, да поклонился посетителям, и встретили его жест дружелюбно и задорно. — Не только трёхкратный чемпион пивных состязаний, но и до сих пор владелец рекорда в двадцать стаканов пива за вечер!       И вновь овации, уже громче и азартнее. Глаза Чонгука полезли на лоб от количества, а Хосок потёр лоб ладонью, понимая уже всем умом, на что они подписались. Конечно, знал он, что Чимин был профессионалов в выпивке, но столько выпить за вечер и не умереть? Жрец же радостно вскрикнул, и ему выли от восторга в ответ. По таверне пролетел ураган из голосов и смеха. Инструменты начали наигрывать весёлую музыку, но слышно её плохо из-за криков и хлопков. Ван-и дождался тишины и продолжил свою речь: — Во-вторых, пройдёмся по правилам! — Чимин в боевой готовности удобно расселся на стуле, пока неизвестные участники стучали его по плечам и смеялись в унисон. Он здесь явно в своей стезе, можно сказать, дома. — По взносу всё ясно, победитель получает восемьдесят процентов от денег из фонда. Суть конкурса проста — выпей как можно больше пива! Вам выдаётся по одной кружке. Пока не вылижите досуха, не засчитаем! Если замерли, даётся десять секунд на то, чтобы продолжить, иначе вы проигрываете. Как только кружка опустела, поднимаете руку, и вам принесут следующую.       Поздравляем, Пам Чонгук, кажется, сегодня твой последний день. В голове эхом проносились двадцать стаканов, и со звоном проливалось пиво. Да он и за неделю столько не выпивал! Идея Хосока всё меньше ему нравилась, и Чонгук не против прямо сейчас поднять руку и попроситься выйти из-за стола. Да и заметил он, как и сам лучник уже пожалел о своей идее. Но спор есть спор. Помянешь дьявола, Хосок слегка хлопнул его по спине и тихо сказал: — С меня причитается. — Не поминай лихом… — Ну и, разумеется, техника безопасности! — перед участниками уже расставляли первые кружки. — Не пихаться, не ругаться, кружки не бить, друг другу не мешать. Здесь борьба стамины, а не Эго! — участники взялись за ручки стеклянных сосудов. Чонгук же не сводил взгляд с пивной пены и невольно ухватился за живот. — Насчёт три! Один! — мелодия музыкантов нарастала нагнетающими нотами всё громче. Толпа зрителей притихла, ожидая сигнала вместе с участниками. — Два!       Чонгук благодарил себя за то, что успел поесть в гильдии. На голодный желудок пить — себе дороже… — ТРИ!       Стеклянная кружка слегка стукнула по зубам, Чонгук начал пить, стараясь не подавиться. Посетители оглушительной волной дружно рявкнули, захлопав в ладоши. Болели за всех участников, но большинство, разумеется, ликовало от того, как быстро и ловко со стаканами расправлялся трёхкратный чемпион. Гремели пустые кружки по столам, вверх поднимались первые руки, и официанты быстро ставили следующие порции. По звукам было похоже на суровую битву в каком-нибудь диком племени. Пиво текло по подбородку, и Чонгук, и Хосок через силы вливали его в себя, поднимали руки и пили дальше, до самого конца. После шестого стакана начали падать в опьянении участники. Кому-то сводило живот, кто-то замешкался и не успел примкнуть губами за десять секунд. Атмосфера накалялась, музыка звучала всё хаотичнее и невпопад, хлопки в ладоши всё ритмичнее и отчётливее. Чонгук испуганно поставил пиво на стол, ощутив, как на его плечо упала голова Хосока. Следопыт громко икнул и пытался привстать. — Херовая затея, признаю! — промямлил он, хватаясь за Чонгука. До носа и ушей донеслась пивная отрыжка, от которой он мог бы рассмеяться при другой обстановке. — Блять, меня сейчас вырвет…       Под ухо обоим кричал один из официантов, отсчитывая время до выбывания и хлопая в ритм. Пять секунд. Чонгук запрокинул голову, до конца опустошив свой девятый стакан, однако не рассчитал свой вес и опьянение, ведь вместе с ним наклонился и стул, и бедный Хосок. Так и рухнули оба на пол под смех, вопли и рвотные позывы сокомандника.       Семь. Хлопок. Восемь. Хлопок…

*** ☬☬☬ ***

      Этот ритм — последнее, что запомнил Чонгук. Теперь лишь ощутимые хлопки с другим ритмом уже по щекам мечника, отдающие болью и заставляющие открыть глаза. Первое, что он увидел — это ослепительный свет от керосиновых ламп. Затем прикрыл глаза рукой, но вдруг почувствовал, как его тянут, пытаясь посадить. — Э-эй! — звуки и голоса словно из другого измерения. Губ коснулось что-то холодное и маленькое. Чонгук ощутил на языке жидкость кислого вкуса и чуть не сплюнул, слегка давясь. — Пей давай!       Лишь сейчас Чонгук прочувствовал, как в горле пересохло, и он уже сам ухватился за небольшой сосудик, до дна выпивая содержимое. Послышался более отчётливо смех. — А Хосок так уверенно заключал пари! Но десять кружек тоже неплохо… — Чонгук в дурмане кивнул, отбросив куда-то на кровать колбу. — Да и хорошее посвящение как новой команды. — Пошёл он к чёрту с такими идеями! — кое-как плюнул Чонгук, с трудом поднял голову в попытках осмотреться. Глаза уже почти привыкли, и он увидел перед собой Пак Чимина. Состояние постепенно улучшалось. Видимо, это и был эликсир для стамины. — Ну, когда дело касается стратегий для битвы, ему нет равных, — сказал жрец, вставая с кровати, пока Пам пытался сесть. — Не торопись, сейчас полегчает.       Тело уже не такое ватное, комната перестала летать и вращаться. Чонгук зачесал руками волосы назад и, сильно зажмурившись, распахнул глаза. Они в одной из комнат таверны. Снизу всё ещё было шумно, но это казалось таким далёким, что плевать Чонгук хотел на эти звуки. — А где Хосок? — только и спросил он. — Прочищает желудок, — в голосе Чимина играла потеха. — Ты тоже давай откисай, вам ещё в гильдию возвращаться. — Кто выиграл? — Я, кто же ещё! — вдобавок он довольно заулыбался. А Чонгук измученно вздохнул, подавив уже свой рвотный позыв. — Не падай духом! Вдвоём вам будет легче меня кормить.       Чимин всё это время переодевался. Вернее, надевал поверх жилета кисару. На металлических наколенниках и налокотниках бегали блики от лампы. Чонгук сначала не уловил сказанные слова, а, как дошло, удивился. Чимин накинул жёлтый плащ сверху, обернулся к зеркалу и смирил себя взглядом, кивнув. На руках перчатки, по открытым участкам до плеча ползли писания на неизвестном мечнику языку. Пак же заметил любопытство и усмехнулся. — Монашеские замашки, — прокомментировал он. — Ты же жрец, — мысли Чонгука всё ещё немного путались, но эликсир действовал на удивление быстро. — Раньше был монахом. — А… — Чонгук посмотрел ему в глаза, уже более серьёзно и трезво. — Почему ты так на меня посмотрел? Словно знаешь меня. Хосока это напрягло.       Пак Чимин, поправив плащ, лишь подошёл ближе и спросил в ответ: — Веришь в видения, Пам Чонгук? — Верю. — Тогда так и скажу… — Чимин подобрался ещё ближе. Его лицо было в несколько сантиметрах от Чонгука. Тёмно-серые глаза напротив светло-карих смотрели, словно уже встречался ему мечник. — Видения показали мне тебя. Если это имеет смысл, то они меня посетили ещё задолго до твоего вступления в «Драконье Крыло». — Хочешь сказать, что увидел меня и Хосока? — Чонгук отодвинулся и поднялся с кровати. — Ага, — Чимин отошёл к своей сумке, начиная проверять, всё ли у него нужное имелось. — Хотя чего я вообще? Просто заруби на носу, что я иду с вами, и всё! — Даже не поделишься, что это были за видения? — Не поделюсь. Мы ещё не близки, Пам.       Полученный опыт он пытался использовать, но первое впечатление не исчезает по щелчку. Пак Чимин угрюм, довольно груб и недоверчив, однако пока не показал себя со стороны «занозы в заднице дракона». Да и грустью от него не пахло. Либо все преувеличивали, либо он её тщательно скрывал. — Ну ладно, — вздохнул Чонгук. — Надеюсь, это не помешает нашей командной работе. — Не волнуйся. В команде я работать умею, — Чимин уже стоял в двери, одетый и готовый. — Полегчало? — Да, спасибо, — Чонгук подхватил свою походную сумку, что всё это время покоилась на прикроватной тумбе. Ему явно лучше, и это его поразило. Мало какие эликсиры работали так быстро. Мечник усмехнулся.       Дышал собственным негативом, пил, как чёрт, грубил и огрызался, но снадобья и правда варил достойные. Низкого роста, но с выносливой стаминой, раз способен выпить двадцать стаканов пива за вечер. На вид ухоженный и даже милый, «как ребёнок», со слов Хосока, но умён, и веяло от него мудростью. Что уж говорить о том, что был монахом. И при всей своей мудрости вдруг пошёл на поводу видений, что увидел когда-то. Либо эльф-полукровка совершит для себя открытие, либо ошибку. Второй — следопыт-одиночка, меткий лучник с пронзительным взглядом северных ледников, но с улыбкой, что с эмоциями менялась, хоть и приподнимались уголки губ одинаково. Что возникал из ниоткуда, знал многое обо всех и вся, но сам в свой мир практически никого не пускал. И третий, мечник умелый, познавал новые земли, каждый день извлекал что-то новое. Неизвестно всем, откуда прибывший, рассудительный на заданиях, но временами неловкий при взаимодействии с людьми. Чонгук соврал бы, если б сказал, что всё ещё боялся слегка. Боялся чужой земли, но не так, чтобы прятаться и дрожать, а по-доброму, с любопытством. Готовый шагать к неизвестному и исполнить мечту.       Кажется, команда вышла занятной.