Неуловимый

Гена производил очень хорошее впечатление: руки чистые, без траурной каймы под ногтями и без заусенцев, не обезображенные бородавками, даже пальцы не кривыми морковками, как это часто бывает, а ровные, изящные; волосы аккуратно причесаны, никаких хлопьев перхоти и катышков застарелого жира; губы не обветрены, вокруг рта никаких багровых корок, как у любителей постоянно облизываться; уши чистые, без серы, расчесов и пирсингов; даже одежда, хоть и не классическая, подобрана по цвету и по размеру, джинсы без нелепых дырок, песочный свитер без затяжек, целые парные носки, ухоженные кроссовки. Он коротко, но твердо ответил на рукопожатие и сказал: — Очень приятно наконец познакомиться. — Взаимно, — кивнул Андрей, отметив про себя, что Гена даже не картавит. Бывает же! Тамара разулыбалась вовсю, радуясь, что знакомство наконец состоялось, захлопотала, выбирая, куда усадить Гену, расстелила у него на коленях салфетку, защебетала о меню. — Мам, ну что ты, — сказал наконец Гена и осиял ее поистине ангельской улыбкой. Тамара смущенно опустила глаза, и Андрей накрыл ее руку своей, показывая, что всё в порядке. Гена взглядом проследил за этим жестом и дернул уголком рта, на секунду вызывая в Андрее жуткие воспоминания. А потом наваждение исчезло, остался только доброжелательно улыбающийся аккуратненький Гена, листающий меню. — Ты ведь не аллергик? — с опаской уточнил Андрей, и Гена помотал головой, всё так же благодушно улыбаясь: — Нет, а вы? — Нет, — ответил Андрей, и Гена задумчиво кивнул. — Геночка очень любит рыбу, — услужливо вставила Тамара. — Рыба полезна для мозга. — Ну мам! — воскликнул Гена, глядя на нее с шутливой мольбой. Андрей совсем растаял, откинулся на спинку стула, гордо глядя на семейство, которое уже готов был считать своим: красавица-жена, умница-сын. Какая удача, что Гена светленький, сойдет за родного. А со временем можно будет завести еще ребенка, это уж как Тамаре захочется. Андрей расплылся в самодовольной улыбке, наполняясь гордостью за свою щедрость и снисходительность. — Что будете заказывать? — спросил официант, вежливо склонившись над столиком. — Мне, пожалуйста, крем-суп из тыквы и куриное филе под сливочным соусом, — сказала Тамара. — Сырный суп с мидиями, стейк из семги и тост с икрой, — сказал Гена. Улыбка чуть сползла с лица Андрея, и он заставил себя не думать о ценах. Финансовые трудности — это временное, зато жена и сын разбираются в кухне, с ними не стыдно будет ходить на приемы. — А вам? — спросил официант. Андрей пробежался глазами по меню, подавил приступ ностальгии, наткнувшись на Каринин любимый тартар из лосося и авокадо, и пожал плечами: — Ну, пусть будут равиоли с лососем и шпинатом. — Отличный выбор, — одобрительно сказал Гена. — У мамы в ресторане их подают под соусом дорблю с петрушкой, очень вкусно. — Ты работаешь в ресторане? — спросил Андрей, пытаясь сдержать разочарование. Тамара покраснела и улыбнулась. За нее ответил Гена: — Мама им руководит.