Отклонение от нормы

На краю твоей улыбки недопетой песней тихо тает мой поцелуй. Танцуй, как уносит река, танцуй, как бегут облака. Я, я ненадолго... Пока. Я ненадолго.*

Я сидела в объятиях своего учителя физики и горько рыдала, захлебываясь своими слезами, когда часы показали ровно полночь. Странно было вот так вот находиться в квартире почти чужого мне человека, рассказывая ему о том, что твои самые близкие люди на Земле оказались предателями. Жизнь вообще невообразимо странная штука. Руки физика гладили меня по голове, и от этого становилось чуточку легче. Нет, все-таки я слишком поспешно сделала вывод относительно этого человека, и от этого еще более паршиво на душе. - Спасибо вам за все, - дрожащим голосом прошептала я, не смея поднять заплаканных глаз на брюнета. Отчасти мне казалось, что все, что происходит со мной сейчас – всего лишь сон, после которого я проснусь, и все будет по-прежнему. Но я бы не хотела, чтобы этот сон когда-нибудь заканчивался, потому что, несмотря на все обстоятельства, мне было спокойно именно сейчас, когда не надо было ни перед кем оправдываться. А Михаил все продолжал утешать меня, говоря о том, что этот жизненный погром только лишь начало. Когда же Вишневский сказал мне тихое «Спокойной ночи» я вдруг всерьез задумалась о том, что, может быть, тот факт, что я ушла из дома теперь уже окончательно действительно только начало. Ведь если теперь надо мной нет вечного контроля, так почему не осуществить то, о чем я давно мечтала? Влюбиться, например… Я густо покраснела от собственной мысли, и если бы не тот факт, что комната была темной и абсолютно пустой, я бы, наверное, стыдилась себя еще больше. Только вот почему, когда я задумываюсь о том, чтобы влюбиться в кого-то, в голове моментально вырисовывается образ Вишневского? Это ведь абсолютно неправильно… *** На следующий день я проснулась раньше обычного. Михаил Максимович еще спал, о чем свидетельствовала тишина, что царила в квартире. Вставать не хотелось категорически, поэтому я пыталась привести в порядок мысли, что невообразимым коктейлем смешались в моей голове. Сегодня было воскресенье, а это значило еще и то, что к общим проблемам добавлялась еще одна – мне нужно было срочно найти жилье, ведь оставаться в квартире собственного учителя было, как минимум, просто неправильно. Плюс ко всему я не знала, где находится мой брат, которому я звонила вчера весь вечер. Уже ночью я плюнула на все и просто вырубила телефон по привычке. Родители, между тем, не позвонили мне ни разу, что означало только одно: теперь я на вольных хлебах. Спустя какое-то время проснулась и моя совесть, которая настойчиво стала требовать того, чтобы я хоть как-то отплатила Михаилу Максимовичу за его доброту по отношению ко мне, а именно: хотя бы приготовила завтрак. В общем-то, физик обнаружил меня у себя на кухне уже приведенную в порядок, не рыдающую и уплетающую за обе щеки оладьи со сгущенкой, которые я приготовила. Вишневский ничего мне не сказал, лишь тепло улыбнулся, и от этой улыбки мне сразу все стало понятно. А дальше… Дальше мы вместе позавтракали, а потом завалились смотреть какой-то фильм, как делают только друзья или влюбленные. Впрочем, откуда мне знать, ведь что те, что другие социальные отношения до сих пор обходили меня стороной. И так хорошо мне было в этот момент, вот так вот просто лежать со своим учителем на диване и смеяться над глупыми шутками, просто потому что это шутки; не думать о том, что мне срочно нужно готовиться к какому-то экзамену, который будет только через неделю; не бояться того, что я нахожусь в обществе пусть и своего учителя, а потому себя нужно вести себя несколько сдержаннее… Словом, мне было хорошо именно сейчас, просто жить и наслаждаться своей жизнью, своей юностью, временем, которое больше никогда в жизни не повторится. - Вы самый лучший человек, которого я когда-либо встречала, после моего брата, конечно же, - вдруг вымолвила я, повернув голову в сторону, тем самым, оказавшись лицом к лицу с физиком. Наши лица находились в слишком небольшом расстоянии друг от друга. И все происходящее казалось мне сценой из того самого фильма, который до сих пор шел по телевизору. Мой взор как-то сам собой опустился на губы физика, чуть приоткрытые и немного потрескавшиеся… - Ты можешь называть меня на «ты», - мягко и немного не в тему произнес брюнет, а я лишь повернула голову обратно, уставившись в телевизор. Было немного странно, но… С другой стороны, чего я ожидала? Того, что Михаил вот так вот вдруг возьмет и ни с того ни с сего поцелует меня? Да, наверное, именно этого… И наплевать на все обстоятельства, мне просто этого действительно хотелось. Вибрирующий телефон вывел меня из своих мыслей. На дисплее высветилось «Денис», и я поспешила перевести дыхание. На самом деле, я ожидала того, что это будет отец или мама, но им, видимо, было действительно все равно, что со мной. Вот так и перестают верить людям… *** - Брат заедет за мной через сорок минут, - выпалила я на одном дыхании, а Вишневский лишь вопросительно на меня уставился. Оказалось, что мой любимый брат нашел-таки квартиру, где мы сможем пожить некоторое время. Она принадлежала хорошему знакомому Дениса, который теперь уезжал по обмену в США на год, так что платить за жилище не было необходимости. Все сложилось как нельзя лучше. - Если хочешь, я помогу собрать вещи, - немного растеряно предложил физик, но я отказалась. Просто потому что могла. Так бывает. А ровно через сорок минут мой брат позвонился в дверь квартиры моего учителя и, одарив его оценивающим взглядом, сказал, что внизу нас уже ждет такси. Я быстро и как-то скомкано еще раз поблагодарила Михаила Максимовича за то, что тот приютил меня, стараясь как можно быстрее выйти из квартиры и втайне жалея, что тогда, сидя с ним на диване, не решилась на поцелуй. - Он ведь тебе нравится? – уже сидя в машине, спросил меня брат, а я отвернула голову к окну, боясь посмотреть Денису в глаза. – Можешь не отвечать, я же вижу, что нравится. Только будь осторожней, - он похлопал меня по плечу, а я лишь улыбнулась, немного покраснев. Правду не скроешь, да ведь скрывать-то бессмысленно. *** Следующий день прошел в режиме трудового понедельника. Я, как и всегда, училась, стараясь ни на что не обращать внимания, просто забыть о своих проблемах. Уже после последнего урока Михаил, с которым я не пересекалась в течение всего дня, попросил меня зайти к нему в кабинет. - Как вы устроились с братом? – озабоченно спросил брюнет, а я присела на край парты, в упор рассматривая своего учителя. Почему-то именно сейчас в моей голове прозвучали слова Дениса. «Он тебе нравится? Я же вижу, что нравится…». Я лишь грустно усмехнулась собственным мыслям. - Все в порядке, квартира отличная, - пожав плечами, ответила я. - Так еще лучше, чем было раньше, - подумав, прибавила я. Мне показалось, что сегодня Вишневский был чем-то сильно взволнован, но спросить чем именно я просто не решалась. Я просидела еще минуты полторы на парте, ничего не решаясь сказать, просто внимательно изучая человека, что стоял передо мной. – А вы придете на дискотеку, которая состоится через две с половиной недели? - выпалила я, сама того не ожидая. Брюнет лишь удивленно посмотрел на меня, а я вдруг не выдержала и просто сорвалась с места, притягивая голову Михаила к себе, соприкасаясь своими губами с его… Я была уверена, что Вишневский оттолкнет меня, что сейчас, именно сейчас, произойдет что-то ужасное, но этого не происходило. Мы просто целовались, просто целовались… Мои руки покоились на плечах парня, а тот в свою очередь обнял меня за талию… И я захлебывалась в этот момент в своих ощущениях, в своей нежности, которую на самом-то деле питала к этому человеку… Все было именно так, как я хотела, о чем мечтала… И ничто уже не могло разрушить этот момент… Я отстранилась от губ физика, когда кислород практически полностью испарился из моих легких. Я явственно чувствовала, как краска прилила к лицу. Наверное, мне стоило что-то сказать, как-то объяснить свой поступок, но я ничего из этого делать не хотела. Я впервые шла против всех правил, действовала не так, как положено, и мне это, черт побери, нестерпимо нравилось. Я лишь улыбнулась Михаилу и приложила указательный палец к его губам, призывая к тишине, когда тот хотел было что-то сказать. Но слова сейчас были ненужной мишурой. - Вы самый лучший, - прошептала я, все еще глупо улыбаясь, и поспешила выйти из кабинета. Я так часто говорю Вишневскому эти слова в последнее время, но ведь это правда… Он действительно самый лучший человек, который только попадался на моем пути. И пусть мне так не казалось изначально… Главное ведь вовремя понять несправедливость собственных выводов. Пронизывающий ветер освежил меня, а звук захлопнувшейся школьной двери заставил вернуться в реальность. Но на губах по-прежнему была та идиотская улыбка, которая говорит только о том, что человек влюблен, и стереть ее я была не в силах…