Гори ясно

Зал с поднимающимися вверх трибунами выглядит впечатляюще. Помещение по форме напоминало яйцо, разве что выложено было не тонкой белой скорлупой, а глянцевыми черными панелями. Выглядывая из-за угла, точно зная, что с этого места он остается незаметным, Минхо наблюдает за собравшимися людьми. Их больше, чем он мог предположить. Конечно, мест хватило всем, пришло ровно столько, сколько планировалось. Но Минхо почему-то был уверен, что людей будет меньше, что кто-нибудь да решит, что не настолько это статусное мероприятие. Презентация еще не началась, а уже видны сотни вспышек камер, дополнительно освещающих помещение белыми всполохами. Минхо делает глубокий вдох, пытаясь справиться с накатывающим волнением. Не в первый раз уже предстоит выступать перед большим количеством людей, но каждый раз не удается избежать предательски дрожащих ног. Словно впервые. Ему главное выйти на сцену, а там уже вернутся спокойствие и уверенность. Еще раз. Вдох. Выдох. В этот раз волнение скорее приятное, чем пугающее. Больше от предвкушения, чем от страха оплошать. Эту презентацию он действительно ждал. Минхо отходит назад и прислоняется к холодной стене, прикрывая глаза. Все пройдет хорошо. Все должно пройти хорошо. Экран телефона, что все это время был в руке, загорается. Ли еще раз пробегается глазами по тексту, повторяя собственную речь. Он заучил ее так, что может рассказать, проснувшись посреди ночи, но для подстраховки все равно выводит текст на экран очков дополненной реальности, чтобы был перед глазами в случае чего. Он достает из кармана свободных брюк те самые очки в защитном бархатном мешочке. Из-за чуть затемненных линз в неосвещенном коридоре становится видно еще хуже, но это не так важно. Выход на сцену все равно один, виден издалека благодаря журналистским камерам и прожекторам, в достаточной мере освещающим помещение. Электронные часы показывают одиннадцать часов двадцать девять минут. Ровно минута до начала. Минхо в последний раз разглаживает руками рубашку, проверяя, не выбилась ли ткань из-за пояса брюк, зачесывает свежевыкрашенные в фиолетовый волосы назад. Ему нравится построенный образ, а вот журналисты из разных изданий все стремятся написать о несерьезности молодого человека, красящего волосы в разные цвета, словно подросток, коим он совсем не является. Минхо все эти статейки почитывает, желая оставаться в курсе того, что о нем говорят, но особого внимания не уделяет. Репортеры вечно чем-то недовольны. Находят изъяны даже в айдолах с идеально проработанными образами и поведением, что уж про него говорить. Минхо отталкивается от стены, в последний раз шепча себе, что все пройдет отлично, и подходит ближе к выходу на сцену. Основная часть прожекторов гаснет, оставляя помещение в полумраке. Проектор высвечивает на пол логотип социальной сети. Электронный голос из динамика заговаривает со зрителями: — Забудьте про старые мессенджеры, сайты и видеосервисы. Теперь у вас есть умная социальная сеть, совмещающая в себе все это, — Вместе. В конверте вы найдете очки дополненной реальности, кнопка включения находится на правой дужке. Нажмите на нее. — Наблюдатели тянутся к конвертам, выданным им при входе в здание. Зал наполняется тихим шорохом бумаги и перешептываниями. Спустя минуту голос снова заговаривает. — Теперь меня лучше видно? — У Минхо, хоть он уже и был в очках, как и у других наблюдателей, перед глазами появляется своеобразный маскот социальной сети, изображенный в форме головы квокки. Зверек поворачивается перед зрителями, показывая себя со всех сторон. — Меня зовут Сон. Я ваш новый виртуальный помощник. За последние три года Вместе стала не только самой популярной социальной сетью в Корее, но и… Следуя прописанному тексту, маскот продолжает рассказывать людям о сети, иллюстрируя некоторые моменты зависающими в воздухе картинками. Минхо не особо вслушивается в слова, что и так выведены на его очки вместе с собственным текстом. Голову очень некстати начинают терзать мысли о провале презентации. Социальная сеть была делом всей его жизни. И она на самом деле стала своеобразной революцией в сети, привлекая к себе сотни тысяч пользователей не только из Кореи, но и со всего мира. Но некоторые «А что, если…» продолжали порой всплывать в мыслях, сковывая тело неуверенностью. Минхо хоть и понимал, что уже добился желаемого, создав сеть, пользующуюся достаточной популярностью, но иногда ничего не мог поделать с этими мыслями. Возможно, ему не хватало слов поддержки от близких людей, которую он получал раньше. Тихий шепот: «Я в тебя верю», всплывает в голове, вызывая легкую улыбку. — …А теперь поприветствуйте создателя социальной сети Вместе. Встречайте, Ли Минхо! — Маскот объявляет его выход, «отлетая» в сторону от середины сцены. Минхо выходит к толпе, поправляя маленький микрофон у щеки. Свет прожектора теперь сосредотачивается на его фигуре, чуть слепя своей яркостью, когда он поднимает голову к зрителям. Минхо дожидается, когда стихнут приветственные аплодисменты, после чего заговаривает: — Мы подготовили обновление, которое поразит вас, — проговаривает он, следуя тексту перед глазами. — Это лучше один раз увидеть. Сон, покажи нам, — отдает он приказ виртуальному помощнику, что тут же распадается на множество маленьких кубов и перестраивается в изображение смартфона, вращающегося вокруг своей оси. — Это будет не просто плановое обновление. Это множество внесенных изменений, позволяющих обеспечить новую свободу в интернете. Шифрование данных в одностороннем порядке не позволит никому, я повторюсь, никому их заполучить. — Он делает небольшую паузу. — Даже мне, — с легким смешком продолжает Ли. Толпа одобряюще шумит. — Мы даем нашим пользователям безграничные возможности для доступа к совершенно разному контенту. Читайте книги, смотрите фильмы, слушайте музыку. Все это абсолютно легально и бесплатно… Презентация продолжается в течение еще двадцати минут, за которые Минхо вдается в некоторые подробности обновления, рассказывая журналистам об отличии от других приложений и новых преимуществах сети, открывающих доступ даже к заблокированным судом сайтам совершенно законным путем. После презентации следует получасовой перерыв перед пресс-конференцией. Минхо поднимается на последний этаж здания, в свой офис, чтобы провести немного времени в тишине и спокойствии наедине с собой. Презентация действительно прошла удачно, осталось лишь пережить каверзные вопросы журналистов, а такие точно будут. Ли наливает в высокий стеклянный стакан воды из кулера, чтобы смочить пересохшее от долгого говорения горло. В дверь офиса стучатся, заставляя Минхо обернуться. В стоящем за стеклянной дверью высоком коренастом мужчине он узнает начальника отдела безопасности. Ли кивает, разрешая войти. — Что-то случилось? — спрашивает он. — Мистер Ли, по поводу увеличения количества охраны, — коротко отзывается мужчина. — Вы, наверное, уже знаете о новых убийствах? Прикажете увеличить охрану в здании и в вашем сопровождении? А также на пресс-конференции. — Минхо задумывается. — Нет, не думаю, что в этом есть необходимость, — отвечает он, но, видя недоверчивый взгляд мужчины, соглашается. — Но мне кажется, что увеличить охрану во время пресс-конференции — хорошая идея. А здесь… Поджигатель не может знать, где я живу. И, судя по всему, он убивает людей, попавших в скандалы. Пока моя репутация чиста, мне нечего бояться, — пожимая плечами, проговаривает он, объясняя свое решение. — Что-то еще? — Нет, Минхо-ши, — кивает мужчина. — Это все. — В таком случае, позаботьтесь об охране на пресс-конференции, Чонхен-щи. — Минхо отворачивается, делая несколько шагов к рабочему столу. — А сейчас я бы хотел остаться один. Мужчина покидает помещение, ничего не говоря. Минхо останавливается у белого стола. Взгляд привлекает стоящая на нем рамка, сдвинутая с привычного места. Возможно, он столкнул ее, когда в спешке забирал со стола бумаги. Некоторая сентиментальность не позволяла ему убрать предмет куда-нибудь еще. Черная деревянная рамка с выцветшей фотографией, сделанной более пяти лет назад, сильно выделялась на фоне светлого интерьера и высокотехнологичного компьютера, но Минхо считал, что здесь она в самом подходящем месте и переставлять никуда не собирался. Минхо поправляет ее, с легкой улыбкой всматриваясь в изображение. — Спасибо, что верил в меня, — негромко проговаривает Ли. На фото он сам с некогда лучшим другом — Хан Джисоном. Сколько себя помнит, они с Джисоном всегда были вместе, пока дорожки не разошлись окончательно и бесповоротно. Вместе выросли в одном приюте, в одной комнате жили, делили одну двухъярусную кровать. Концепт социальной сети тоже разрабатывали вместе — оттуда у нее такое название, кто бы что ни говорил, — Джисон подавал идеи, Минхо искал способы их реализации. Минхо пошел в университет. Джисон — в армию, несмотря на все уговоры Ли, просящего остаться. Видеться стали нечасто, во время редких хановых отпускных и в моменты, когда сам Ли наведывался к нему. Минхо закончил университет, а Джисон все также продолжал службу, медленно продвигаясь по карьерной лестнице. Минхо начал реализовывать социальную сеть, раскручивать ее, поддерживаемый Джисоном на всех этапах. Когда к нему и его разработке начала приходить популярность, примерно через год после релиза, Джисон умер. Отправленный в горячую точку, не выбрался из нее живым. Минхо принял новость… Тяжело. Справляться со всеми навалившимися проблемами и чувствами было невероятно сложно. Хоронили Хана в закрытом гробу, ему даже не дали нормально попрощаться с другом, говорили что-то о плохом состоянии тела после подрыва на мине. Тело. Как же Минхо злило это обращение. Словно Джисон никогда не был человеком, который жил, чувствовал, мечтал. Ли признавался, хотя бы сам себе, что в последний год начал испытывать к Хану чувства гораздо большие, чем дружеские. Ему даже казалось, что Джисон мог ответить взаимностью. Но все это в прошлом. Прошло уже два года. Все нежные чувства пришлось затолкать куда подальше. Воспоминания о тех днях лишь отдавали ноющей болью в груди. Минхо успел смириться со смертью Хана, забыть свою любовь и жить дальше. Но от фото, что служило напоминанием о тех счастливых днях, избавиться так и не смог. Прерывая поток печальных воспоминаний, на телефон короткой вибрацией приходит уведомление, которое он спешит просмотреть. Минхо выводит новость на большой экран, встроенный в стену, параллельную окну, и устало валится на диван. Мягкая обивка продавливается под весом. Ли подтягивает декоративную подушку из светло-серого бархата и прижимает ее к себе, обнимая руками. На экране высвечивается статья из известного новостного издания. Читая заголовок, он не может поверить своим глазам. В тексте говорится о суде над Пак Чеволем, закончившимся меньше часа назад оправдательным приговором. Статья кратко описывает заседание, прошедшее за закрытыми дверями, в ходе которого судья снял обвинения с подсудимого, объявляя того невиновным в произошедшей трагедии. Суд счел, что предоставленных улик недостаточно, а погибшая сама выбежала на дорогу прямо под колеса авто. Это просто немыслимо. Минхо поверить не может, что суд действительно оправдал этого человека. Новость невероятно злит. Пак буквально убил человека. Сбил подростка на скорости, будучи пьяным, и это они назвали несчастным случаем. Минхо новость приводит в ярость. Возможно, в его реакции роль сыграли личные чувства. Погибшая девочка была воспитанницей приюта. Того самого, из которого некогда выпустился сам Минхо, проведя там большую часть своего детства и юношества. В последние два года он регулярно посещает заведение, делая пожертвования для улучшения жизни воспитанников, чувствуя, что так может хоть немного облегчить их жизнь. Помнит, как несладко было самому. Но тогда рядом был Джисон, ради которого он был готов притворяться сильнее, чем есть, лишь бы защитить младшего от нападков сверстников. Сейчас его злит, что он ничего не может сделать с системой, так легко подкупаемой, отпускающей настоящих преступников на свободу, отдавая их места в тюрьмах невиновным гражданам, подставленным системой. Минхо хочется кинуть в стену стакан, но он сдерживает порыв. Не хотелось бы испортить экран и убирать осколки стекла после. Минхо делает частые вдохи, запрокинув голову назад на мягкую спинку дивана. Надо успокоиться перед конференцией и не показывать свой гнев журналистам. Осталось всего несколько минут. — Минхо, до начала пресс-конференции осталось пять минут, — очень вовремя напоминает Сон электронным голосом. — Да-да, знаю я, — отмахивается Минхо. — Уже спускаюсь. Он с недовольным стоном поднимается с дивана, возвращает стакан к кулеру и движется к лифтам. Доступ на этот этаж есть лишь у нескольких людей, кроме него, и только на случай экстренных ситуаций. В своем личном офисе он даже деловых партнеров принимать не желает, не желает, чтобы те вторгались в его личное пространство. Этажи ниже в основном заполнены серверами. Большинство своих работников он старается держать на удаленке. Офисы и залы для деловых встреч занимают лишь три этажа. Ниже только помещения для презентаций и пресс-конференций. Минхо на лифте спускается до нужного этажа. По количеству людей в коридоре может сделать вывод, что приказ об увеличении охраны был воспринят серьезно. Минхо хмыкает. Он не считает, что в этом была необходимость, но начальника охраны стоило как-то отвадить. В зал он входит под многочисленные вспышки камер. Минхо пресс-конференции не сильно любит. Особенно, когда на них собирается так много людей. Возможно, все дело в негативном впечатлении об одной из первых. Она проходила через месяц после похорон, и слишком большое количество людей норовилось спросить не об обновлении продукта, а о его чувствах и мыслях по поводу смерти близкого друга. Тема, на которую говорить тогда у него не было никакого желания и сил. Ему было бы проще ответить на вопросы в письменной форме. Журналисты начинают спрашивать. О сроках, за которые было разработано обновление, о принципах работы некоторых алгоритмов, — Ли уверен, они ни слова не понимают из его объяснений со множеством терминов, — задают вопросы, на которые он много раз давал ответ. Например, о том, что побудило его сделать виртуального помощника в виде квокки и дать ему такое имя. Минхо лишь отвечает, что такое изображение казалось ему достаточно привлекательным для разной аудитории. Он не станет вдаваться в подробности, что это изображение было вдохновлено Джисоном. И назван виртуальный помощник в честь него. Как Хан когда-то помогал Минхо, так и Сон теперь помогает пользователям. Конечно, многие издания писали свои догадки по поводу этой связи, но Минхо лично никогда не подтверждал их. Порой ему казалось, что сделать виртуального помощника именно таким — что-то из мазохизма. Он пытался забыть друга, покинувшего его навсегда, но только разбредал старые раны, смотря на эту мультяшную голову и вспоминая, кто послужил вдохновением для образа. Некоторые репортеры так и рвутся спросить совсем не о разработке, задать вопросы о жизни, словно они на личном интервью, а не на пресс-конференции, посвященной конкретной теме. Минхо на такие никогда не соглашается. А сейчас игнорировать, к сожалению, получается далеко не все вопросы. Он игнорирует несколько возгласов, интересующихся личной жизнью. — Что вы думаете о произошедших убийствах? — раздается звонкий голос откуда-то из середины зала. Кажется, именно в этот момент помещение на секунду погружается в тишину. Минхо понимает, что пропустить вопрос мимо ушей, сделав вид, что он не услышал, и переключиться на других журналистов в этот раз не получится. Вопрос привлек не только его внимание, сейчас, кажется, все ждут его ответа. Все же тема была животрепещущая, убийца вернулся и не давал людям покоя, порождая множество тем для обсуждений. — Не могли бы вы повторить? Не совсем понимаю, что вы хотите от меня услышать, — монотонно проговаривает он в микрофон. Возможно, не стоило так явно показывать свое недовольство и незаинтересованность в вопросе. Спросивший его репортер заговаривает вновь: — Произошедшие убийства сеульской элиты. Все же вы относитесь к этой же категории людей. Вы никогда не боялись, что Поджигатель придет за вами? — Хм… — Минхо задумывается. Он старается сохранять спокойствие и больше никаких эмоций не показывать. Он совсем не хочет отвечать на этот вопрос и подобные ему. Они здесь собрались, чтобы обсудить социальную сеть, а не его взгляды на жизнь. Ли поправляет спавшие на глаза прядки волос и, прокашлившись, неторопливо отвечает. — Стоит сказать, что все эти убийства ужасны сами по себе, неважно, кто становится жертвой и какую цель преследует убийца. Я могу только осудить его. Но вы спросили, не боюсь ли я такой участи для себя. Насколько мне известно, всех убитых объединяет одно — крупные скандалы с мошенничеством или взятками, а также оправдательные приговоры, которых они явно не заслуживали, и это не мое мнение, это факты, подтвержденные полицией. И, следуя из этого, могу сказать, что я за свою жизнь совершенно спокоен. Я могу назвать себя честным человеком, и, пока моя репутация чиста, мне не о чем беспокоиться, — он повторяет слова, ранее сказанные начальнику отдела безопасности. — И тем не менее, я очень надеюсь, что полиция поймает этого преступника как можно скорее. — Такой ответ журналистов вполне устраивает. Хотя Минхо уверен, что парочка изданий назовет его в своих статьях слишком самоуверенным. Но сказанное им — правда. Ли за свою жизнь нисколько не боится. Когда пресс-конференция заканчивается, Минхо наконец может выдохнуть спокойно. Расслабиться, проведя время в одиночестве. Дорога домой не занимает много времени. Как минимум потому, что Минхо обустроил жилое помещение сразу над офисом. Полноценная квартира рядом с рабочим местом прекрасно позволяла экономить драгоценное время и проводить его максимально эффективно. С выпуском обновления он наконец может позволить себе выходной. Дел на сегодня больше не запланировано. — Сон, не пускай никого ко мне, — отдает он приказ искусственному интеллекту. Тот быстро отзывается, отвечая, что приказ был понят.

***

В помещение слышны тяжелые шаги, сопровождаемые хрустом стекла под подошвой массивных ботинок, хрипами и несколькими заикающимися вскриками. Прошло совсем немного с прошлого убийства, но новая жертва уже найдена. В этот раз дело планировалось в некоторой спешке: не хотелось тратить зря драгоценные минуты. Найти Пак Чеволя не было проблемой: он отдыхал в загородном доме, по счастливой случайности, совершенно один. Готовился принимать гостей следующим днем, праздновать снятие обвинений. Ему стоило устроить вечеринку сегодня — тогда, возможно, он бы отсрочил собственную смерть. Но удача в этот раз не была на его стороне, от такого судьи никакими деньгами не откупиться. Парень перед ним невероятно напуган, его попытки защититься совершенно жалкие и никак не останавливают убийцу, лишь ранят самого Пака, на чьем лице уже красуются несколько порезов от выбитого ранее стекла, выступившие капли крови мешаются со стекающими по щекам слезами, а в ладонях наверняка застряли мелкие осколки. Страх мешает действовать хоть сколько-то осознанно, затмевая разум и оставляя лишь острое желание выжить. Что только на руку убийце, остающемуся собранным в этой ситуации, скептично наблюдающему за метаниями парня. Ужас на его лице и плач совсем не вызывают сочувствия или жалости. Чеволь выбирается из здания дома в прохладу ночи, бежит по заднему двору, уложенному мягким газоном, спотыкаясь о собственные ноги. Он успевает добраться до спорткара. Того самого, на котором сбил девочку. Мужчина усмехается. Забравшись в авто в попытке уехать, Пак только упрощает ему задачу. Он успевает подойти к авто почти вплотную, пока Пак дрожащими руками пытается вставить ключ в замок зажигания. Зарядив устройство, мужчина запускает огнемет. Слышится рык мотора, авто отъезжает немного назад, чтобы вывернуть с парковочного места. Струя пламени очень быстро настигает автомобиль, обволакивая его собой, пробираясь под капот, а человека в салоне запирая в смертельную ловушку. Этого вполне достаточно, чтобы парень внутри успел взвыть от поднявшейся температуры. Мужчина отходит назад, понимая, что произойдет дальше. Автомобиль взрывается, поднимая в небо облака черного дыма и пламени. Мужчина под маской морщится. Наводить столько шума в его планы не входило. Но так, возможно, его смерть тоже припишут несчастному случаю, как было с погибшей девочкой, хотя сомнительно. Мужчина как можно скорее покидает территорию дома. Камеры наблюдения в нем, как и в соседних домах, зациклены. Так что у полиции вновь не будет записей с места убийства. Его миссия здесь выполнена. Транспорт, чтобы убраться подальше от этого места, припаркован немного дальше. В спешке и суматохе, он не замечает, что в доме все это время был один свидетель. Слишком напуганный, чтобы попытаться защитить и спасти друга или вызвать полицию и создать тем самым лишний шум, но записавший на дрожащую камеру несколько кадров с убийцей в черном костюме.