Часть 9
21 января 2022 г., 16:12
Как написали утренние газеты магических стран: «На магических улицах Лондона и других городов танки и пехоту армии Ее Величества потерявшие всякую надежду маги, особенно дети, встречали цветами и криками «Ура». Не раз и не два приходилось боевой технике простецов вступать в бой с остатками гоблинов, разрозненные группы которых еще бегают по территории страны». На деле же боевые машины проходили сотни миль, чтобы прибыть слишком поздно или успеть в последний момент. Десятки осиротевших, часто полубезумных детей отправлялись в распоряжение санитарно-медицинской службы. Полностью парализованные органы власти магов были не в состоянии организовать хоть какой-то порядок, в результате чего ситуация представлялась гораздо более тяжелой, чем в Берлине 1945 года.
Когда танковые части подошли к Хогвартсу, замка уже практически не существовало, лишь головы последних его защитников — седого старика с длинной белой, непонятно как сохранившейся, бородой и не самой молодой женщины — украшали сохранившиеся шпили. Сам же замок был практически разрушен.
Как только зеленые агрессоры были полностью истреблены, началось расследование причин такой агрессии, ситуации в магическом мире, наказание невиновных и награждение непричастных, как это обычно и происходит. В связи с тем, что Магического Мира у Великобритании более не существовало как такового, а существовали отдельные маги и почти четыре сотни сирот, до кого никому из магов почему-то не было дела, то именно не-магическим властям пришлось брать на себя функции регулирования их взаимоотношений с миром обычных людей. Вот тут-то когда-то чопорные маги и познали на себе то, что несли «презренным магглам».
Утро в МКМ начиналось с вполне рабочего совещания, на котором отсутствовал, впрочем, представитель Франции — мсье Делакур. Причина отсутствия была уважительной — проклятье жены, с которым не смогли справиться колдомедики, поэтому Франция была вынуждена выбирать другого представителя.
— Итак, неделю мы наблюдали за происходящим в Британии, — открыл заседание председатель МКМ. — В связи с полным уничтожением вертикали власти у меня вопрос — кого интересует эта помой… То есть заблудшая в своей чопорности страна?
— Инквизицию, — мрачно заявил представитель Германской Демократической Республики, высокий немец с рубленными чертами лица, в данный момент поглаживавший нижнюю треть таза представительницы сопредельной страны.
— Инквизицию это не интересует, — сразу же открестился представитель указанной структуры в МКМ. — Мы не ассенизаторы, в конце концов.
— В таком случае считаю возможным удовлетворить запрос Австралии, — вздохнул председатель. — Переходим к другим вопросам. Сегодня у нас на повестке дня сезонная миграция нюхлеров и запрос гномов об управлении финансами, раз уж гоблины кончились. Прошу высказываться.
***
Лечение было не самым простым, в основном из-за страха Гермионы. Точнее, боялась не сама Гермиона, а ее тело, рефлексы которого девушка не всегда могла подавить. Единственный, кому Гермиона полностью доверяла, был Гарри, поэтому, чтобы ее не травмировать, манипуляциям над нею учили Гарри. Он делал уколы, кормил ее, когда она не могла поесть сама, приносил судно, когда это было необходимо, несмотря на то, что необходимость «ходить на горшок» очень смущала девушку. — Ну что, голуби, — сказал им целитель, которого здесь называли «товарищ доктор». — Все, что могли, мы сделали, теперь только время, свежий воздух и правильное питание. — Вы нас выписываете? — удивилась Гермиона, которая чувствовала себя ничуть не лучше. — Переводим, — улыбнулся товарищ доктор. — Готовьтесь к дороге, завтра отправитесь. — Спасибо, — поблагодарил юноша, понимая, что от них все равно ничего не зависит. — Главное, не волноваться, — врач не очень понимал приказ о переводе этих двоих дальше, но начальству виднее. — Все будет хорошо. — Мы не будем, правда, солнышко? — Гарри обнял любимую, погладив ее. Гермиона прижалась щекой к гладящей ее руке. — Хотели бы сделать что-то плохое, — очень грустно сказала она, — сделали бы здесь, так что не будем. Пока ты рядом, мне ничего не страшно. — Я всегда рядом, — поцеловал ее Гарри. — Вот и молодцы, — кивнул врач. Запрос на перевод его пациентов пришел из такого заведения… Он просто надеялся на то, что конечной точкой будет не Воркута. Несмотря ни на что, ночь прошла спокойно, Гермиона позволила Гарри на этот раз отлично выспаться, да и чувствовала себя поутру намного лучше, чем обычно. Какое-то радостное предчувствие наполняло девушку, а юноша просто радовался широкой улыбке своей любимой. Сразу же после завтрака Гермиону пересадили в кресло-каталку, ходить самой ей все еще запрещали — никто не хотел рисковать, и уже Гарри отвез ее на выход. Здание госпиталя осмотреть снаружи они так и не смогли, но юноша ничуть не расстраивался, он полностью сосредоточился на девушке, на ее интересах, нуждах и мечтах. Кресло-каталку закатили прямо в микроавтобус зеленого цвета с красными крестами, который сопровождавший ребят доктор назвал «буханка», зафиксировали ремнями, и Гарри уселся на не слишком удобное кресло рядом. Машина зарычала двигателем и неспешно двинулась по улицам огромного города. Гермиона, ощущая некоторую нервозность, почти не смотрела в окно, отмечая только много зелени, высокие здания, красивые шпили, но больше всего ее внимание принадлежало юноше, неотрывно смотрящему на нее с такой нежностью и любовью, что девушке хотелось плакать от переполнявших ее чувств. Прибыв на вокзал, «буханка» подъехала прямо к поезду с непривычного вида зелеными вагонами, и под любопытствующими взглядами пассажиров, впрочем, не подходивших близко, Гарри и Гермиону пересадили в вагон. Купе оказалось четырехместным, но места ребят были внизу, поэтому Гарри просто уложил отчего-то утомившуюся Гермиону так, чтобы девушка могла смотреть в окно. Через минут десять в купе вошла улыбчивая женщина в военной форме. — Здравствуйте, ребята, — произнесла она. — Я капитан госбезопасности Шаповалова, буду вас сопровождать, поэтому зовите меня просто Леной. Хотя при посторонних лучше Еленой Владимировной. — Здравствуйте, — поздоровались Гермиона и Гарри хором, после чего Гермиона прошептала: — Вот поприветствовать по правилам я не могу… — Это как? — удивилась Елена Владимировна. — По правилам книксен положен, — хмыкнул Гарри. — У нас это давно уже не принято, — улыбнулась женщина. — О вас я почти все знаю и хотела бы сразу объяснить — я не надсмотрщица, моя задача — обеспечить вашу безопасность и помочь вам в пути, это понятно? — Понятно, — кивнул юноша. — И вполне логично. Вы хотели поговорить? — Поговорить тоже, — сказала офицер госбезопасности. — Но и просто почаевничать тоже. В этот момент поезд чуть дернулся и потянулся куда-то, медленно набирая скорость. В окне проплывали привокзальные строения, а Лена вышла, чтобы вернуться с другой женщиной, принесшей чай в красивых подстаканниках. Лена выложила на столик печенье разного вида и уселась напротив Гермионы. Гарри подложил своей любимой девушке под голову еще несколько одеял, чтобы ей было удобно. — Ну как ты? — с тревогой спросил он. — Слабость только, а так все хорошо, — улыбнулась Гермиона. — Давай чай пить. — Скажите, ребята, — поинтересовалась капитан Лена. — Чем бы вы хотели заниматься, когда выздоровеете? — Знаете, Лена, — произнесла девушка, — у нас были планы забиться куда-нибудь, где нет людей, и просто жить, так что не знаю… — Ну, значит, с этим еще определимся, кушайте, ребята, кушайте, — предложила Лена странное печенье, пахнущее медом. Капитан госбезопасности знала многое об этой паре, но, видя сейчас этих искалеченных морально равнодушным миром детей, остро жалела их, как женщина и как мать. Два подростка, прошедшие через многое и нашедшие себя друг в друге, как в ту войну… Их хотелось обогреть. Женщина знала, зачем они едут в далекие места — у детей нашлись родичи, оставалось только надеяться, что новообретенные родственники не сделают хуже, а сумеют обогреть эти души.***
— Итак, товарищи офицеры? — поинтересовался генерал. — Пока почти никак, — вздохнул майор. — На месте работает группа ГРУ, но уже понятно, что это не люди. — Это точно? — более напряженно спросил генерал. — Почти абсолютно, — доложил ответственный за расследование. — Никто из так называемых Пожирателей в этом точно не участвовал. — А банда Дамблдора? — поинтересовался какой-то полковник. — Тут сложнее, но мы работаем, — ответил майор.
