История ужасной любви или мой сосед

Утро. Будильник прозвенел в семь утра. Несмотря на то, что в школу идти не собирался ни Эйдан, ни Т/и, из-за вчерашних событий, будильники они не выключили. Четверг. Неделя подходит к концу, также, как и обиды друг на друга. Телефон брюнета разрывался от уведомлений, как и последние недели три. Во всем виновата одна ошибка.

***

Вечер после ссоры. Дико хотелось алкоголя в огромных количествах. Хотелось напиться, забыться и делать вид, будто ничего не произошло. Будто ты не сломал что то хрупкое. Бар. Полумрак, громкая музыка и толпы пьяных подростков перебивали любое желание идти туда. Брюнет сидел за барной стойкой и пил пятый стакан виски. Тёмный обижигающий горло напиток, приятно жёг на кончике языка и бил в голову при каждом глотке. Он был достаточно пьян, что бы сделать это и не жалеть долгое время. Красивая блондинка с волосами чуть ниже лопаток села рядом и заказала Мартини, заигрывая с барменом в надежде на то, что напиток достанется ей бесплатно. Но вместо внимания бармена она, получила внимание симпатичного брюнета, который сидел справа от той и раздевал её глазами. Не оставив это без внимания, девушка приспустила платье вниз, открыв зону декольте, практически ничего не пряча. Она повернулась корпусом в сторону Галлагера и наклонилась, протянув руку, дабы познакомиться. Не устояв парень откликнулся.

***

- Да...Да, боже, да! – крики девушки рапростронялись по вип комнате. Она лежала на кровати, прижатая худощавым с еле видным рельефом телом брюнета, который доставлял ей и себе удовольствие, стараясь сделать больно той, которой и так навредил.

***

Девушка сидела у себя дома. Что у них с Галлагером?... Они не знают, и знать не хотят. Они поговорили, и вроде разрешили конфликт, но было что то, что мешало им общаться как ранее. Возможно, следы от рук девушки на её же теле. Их отношения вернулись, отчего огромный груз упал с их плеч и сердец, но осталось стеснение, не меньше того груза. Скоро к девушке приезжают родители. Их не устраивает нынешняя жизнь дочки. Они хотят помочь, но чем это обернётся?

***

Эйдан сидел на подоконнике своей комнаты свесив ноги на улицу, и курил коноплю. Остатки наркотиков часто спасали парня от одиночества или проблем. Конечно, последствия могли быть ужасными, но кого это волнует, когда в жизни и так всё хреново. В новостях сказали, что его отца выпустили, потому что не нашли весомых доказательств. Бред. Отец просто подкупил этих придурков в суде. Руки упёрлись в подоконник, а голова и торс повернулись, что бы посмотреть на время. Электронные часы на тумбе у кровати показывали 03:56 Поспать уже не получится. Хотя... Возможно это будет ошибкой. Это стало ошибкой. Час сна. Лёг брюнет только в шесть. Веки закрываются. Из за того, что отец тратил все деньги на наркоту и перещитывал каждый доллар, что бы хватило на новую партию товара, одежды у парня особо не было. В стареньком шкафу с облезлой краской тёмно - красного цвета висели два потрёпанных спортивных костюма, четыре дешёвые футболки, одни старые джинсы, одни брюки и две рубашки. Наспех умывшись и надев белую футболку и брюки парень слегка потрепал свои волосы и спустился вниз по скрипучей лестнице. До занятий ещё два часа, можно поспать. Прилёг Галлагер прямо на облезлом диванчике в гостинной - кухне, перед старым телевизором. Укрывшись каким то тонким пледом Эйдан погрузился в царство Морфея. Проснувшись за десять минут до автобуса по звону будильника парень активно выбежал на улицу и заьежал за девушкой, перед этим нарвав цветов из клумбы соседки. Звонок в дверь. Тяжёлые шаги, которые не могли принадлежать хрупкой девушке. Как только открылась дверь, показалась недовольная физиономия мужчины лет сорока пяти. Отец. - Ты кто? - А...Я... Эйдан. Парень вашей прекрасной дочери – с лучезарной улыбкой ответил парень на довольно грубый вопрос отца девушки. - Проваливай! - Стойте, а Т/и идёт в школу? - Эта шмара мелкая никуда не пойдёт, пока не перестанет быть шлюхой и трахаться с кем попало! А теперь пиздюк мелкий иди отсюда, и не вспоминай больше о нашей дочери, она тебе не пара! Чёртов Галлагер. Дверь захлопнулась, а Эйдан так и остался стоять на пороге, глупо держав цветы.