do not harm

У Жени нет настроения. Нет настроя. Ничего нет. Долбаный январь. Жуткая аллергия на табачный дым - причина, а не следствие тотальной ненависти к сигаретам и курильщикам. Но прямо сейчас он с удовольствием затянулся бы так, чтобы от напора сомкнулись стенки трахеи. Если бы мог. Потому что похер. Женя не знает, как вышить, выхаркать эту гадость изнутри, которую кто-то недалёкий назвал "болью". Видимо, явно не страдал так, как он. Невнятная обмазка для родителей, из разряда "я к друзьям" - единственная возможность немножко пострадать не дома, не при всех. И плевать, что завтра воскресенье, и тренировка, и подготовка к зачёту по общей химии. Наверняка, психиатры заинтересовались бы уникальным случаем экзистенциального кризиса в восемнадцать лет, но Женя слишком интровертен для обсуждения своих проблем с чужими. Он ответит лишь милейшему девчачьему голосу в телефоне о подтверждении брони номера в помпезно вычурном Трезини так похожем на Анютин в самом сердце города, чтобы, если не на край света, то, хотя бы, как можно дальше от дома.  И здравого смысла. Пальцы неприятно саднит содранная кожа вокруг ногтей. Пронизывающий ветер жадно обгладывает пальцы, до самых косточек.  И это несмотря на возможность надеть перчатки, вызывающе торчащими из левого кармана пуховика. У всех есть возможность, а у тебя - нет. Все едут в Пекин, кроме тебя. Даже Анюта, а ты В бесцельных поисках гармонии или алкогольного маркета, как последней инстанции утопающего. Утопающего в собственной непригодности. Не злись, сам же всё просрал. Необъяснимое желание поговорить дирижирует его замёрзшими фалангами над почти всемогущей матрицей айфона. -Лиза. Ты очень нужна мне. Знала, что он позвонит. -Нет. -Что значит - "нет"? Признайся хотя бы себе, что сейчас ты явно не настроен на болтовню. Даже с ней.  -Не сегодня. Сегодня ты справишься без меня. Сделай только одолжение - не пей суррогат. Раскошелься на хороший алкоголь. Обязательно купи воду, и активированный уголь. И да, не забудь поставить ведро, или любую вместительную ёмкость у кровати. Пригодится, поверь. -Что за бред? Ты слишком плохого обо мне мнения. В самом деле, Гленфиддих - нормальный виски. Наверное. Цена подтверждает. -Согласна. Стадию с углём ты можешь пропустить, поскольку события могут развиваться стремительно. Но даже я понимаю, что тебе сейчас не женщина нужна, и не психиатр, малыш, а бутылка хорошего крепкого алкоголя. -И бинты ещё, наверное, да? -Бинты? Ох, друг, ну не знаю. Как пойдёт. Можешь и бинты взять, конечно, но лучше не стоит до этого доводить, поверь. До чего, она так и не уточнила, но в голове нарисовалась достаточно грустная, нелицеприятная картинка. Лиза будет его личным мозгоправом с тех пор, как Марк, язык бы ему подкоротить, заметил в раздевалке  - "Да клянусь! У него багровеет под ключицей пятно. Круглого очертания. Как раз под размеры рта подходит. Небольшого такого". -Так и сказал? -Дословно.  -И кто услышал? - Ну, Марк же не враг себе, к старшим пошёл. Мне и Мише. Но он думает, что это Настя на тебе отметинки оставляет, и искренне рад, что ты, наконец, приобрёл новый опыт в жизни... А ты прямо герой-любовник, я погляжу, - с лёгким сарказмом и улыбкой. -Лиза, если бы я нуждался в совете, я бы его попросил. А сейчас просто попытайся это замазать, своими там, девчачьими штуками. Ну, в короткой вырез большой, видно будет. Не стеснение, а желание сохранить в тайне хотя бы имя, раз уже факт рассекретили. -Я-то замажу. А ты бы попросил свою страстную пассию не оставлять улик, а то грозный тренер Данилка заругает. Твою ж -Ну как? -Банально. Передай своей Жар-птице, чтобы не забывала забирать свою подушечку для шеи, если проводит ночи в чужом номере. Подними подбородок. -Осуждаешь? -Не имею права. Ты уже взрослый. И Аня хорошая девочка. Нет смысла говорить тебе про under age, политику её тренерского штаба, ты уже всё распаковал. Просто соблюдай меры предосторожности, и не раздави её, пожалуйста, она такая маленькая. -Ой, да что ты вообще понимаешь-то в жизни, психиатр? Лиза шумно выдохнет, и мягко проигнорирует его выпад. -Ребёнок... Я прекрасно знаю, где и как у тебя болит. Но сегодня я к тебе не приеду, где бы ты ни был, хоть и не дома. Потому что сегодня ты справишься без меня. -Ну и хер с вами со всеми. -Знаю, спасибо. Судя по всему, у тебя выходной завтра. Проведи его с остатками ума, и выспись. Я никому не скажу, где ты, но добавлю, что болеешь. От любовных мук. Женя злился на её занудство, но воду и уголь, всё же, купил.  И бинты. Бутылка с янтарной жидкостью, база наушников и баночка маринованных корнишонов благополучно соседствуют в небольшом, но вместительном рюкзаке. Женя в жизни не пил ничего крепче вина, и в душе́ не чает, чем закусывать крепкий алкоголь. Но точно знает, что нужно. Такси домчит до вожделенного пункта назначения почти, как телепорт, и это несмотря на повсеместные субботние пробки. Символичная комната 13, с позолотой чтоб символично хоть где-то была красно-бархатными вышитыми подушками, и наивными желанием напиться, и отоспаться за всю жизнь. Учёба в медицинском не спасает от безрассудств, но заказ еды в номер хоть и был блажью, но крайне предусмотрительной.  Закат багровеет над мрачными водами финского залива. Лишь когда закрывается входная, и его встречает долгожданная тишина, Женя скидывает куртку на пол, достаёт заветную бутылочку, и пальцами поправляет волосы. Сомнение. Дурацкая привычка при волнении. Не раз уже подводила. Откупоривает, и обжигает гортань. Но едва ли морщится от терпкого вкуса. Сделал это закрытыми глазами, зачем-то. Как всегда делал при поцелуе с Аней. Кто эту романтичную чушь выдумал? Женя дёрнет головой, чтобы избавиться от её навязчивого образа, но он выжжен под веками. Второй глоток огненным камнем прокатится до самого желудка, оставляя чувство вины. Но, не растворяя её лицо. Третий - мозг решил напомнить про любимый аромат. Женя любит запах плюмерии, но понятия не имеет, как она выглядит. У Ани был крем для рук с ароматом этих цветов. Теперь этот запах въелся под кожу, вместе с её "Мне пора, я слишком задержалась" и ноющей привязанностью. Они планировали расстаться, но не так. Красиво. И честно, пообещав, что всегда будут поддерживать друг друга, заботиться. Показушное благородство. Даже не встречались официально. Просто испортили друг другу нервную систему и тела. Безрассудное желание навсегда стереть её номер телефона, вместе со всеми фотографиями, сообщениями, и прочими соплями. Катись к чёрту. Со своей детской непосредственностью. Водопадом каштановых локонов. Нежнейшей улыбкой. Стальной волей. Сравнением ладоней. Зажигательными танцами в ненавистном тиктоке со всеми своими цепкими объятиями, очаровательной разницей в росте, сбивчивым шёпотом в шею, стеснительностью, практиками подстроиться под травмы, смятым в кулаках одеяле, и тщательными попытками успокоить разогнавшееся дыхание, чтобы не дойти до громких звуков с беготнёй по коридорам отелей совместными ночами совместной произвольной будущими совместными детьми Вернись.  Ретроспектива реальности. До ужаса плавная и степенная, неподконтрольная. Как во сне, когда бежишь изо всех сил, а ноги вкопанные. Не сбежать, но особо и некуда. Такая будоражащая эйфория сменяется разгоранием солнечного сплетения. Сгибает его пополам, так смягчая боль. Своими бесконечно длинными, почти грациозно, в два прыжка, оказывается в уборной.  Четверной тулуп, четверной флип. Жаль, что без зрителей. Остаток ночи тянется невыносимо медленно, особенно, если проводишь его на правом боку, нежно обнимая тару с водой, в ожидании нового каскада. Утро встретит Женю затянутым серой дымкой небом, удивительным отсутствием головной боли, но присутствием боли в желудке. ... У Лизы всегда уютно. Светлые обои, плюшевый плед и чай, без ненужных упрёков и нравоучений на десерт. Она позвонила сама, проверяя, жив ли её пациент, и настоятельно приглашая на лёгкий завтрак. Сегодня у кого-то тоже выходной. Кроме таксистов. -Ну что, вдоволь наблевался? Сама изящность. -Ты всё знала. Про психоз, необходимость воды и ведра. До угля дело так и не дошло. Но и здесь ты была предусмотрительна. -Да. -Ну, так не честно, почему? Женя отчаянно хочет быть мудрее своих юных лет, но у него пока не срастается. -Потому что ты не поверил бы на слово. Зато смотри, сколько плюсов: у тебя не болит голова, потому алкоголь хороший - раз; ты понял, что алкоголь не поможет решить проблему, потому что он лишь даёт мнимую отсрочку на её решение - два; твой организм умнее тебя, и он избавился от лишнего спирта без угля - три. Жене не было так стыдно за проваленную произвольную на Европе, как сейчас перед Лизой. -Ну почему так? -Ну, потому что. Философия жизни. Ты бы не поверил, если бы сам через это не прошёл. Собственные ошибки учат нас лучше всего, при условии правильных выводов. -Да. Такое дерьмо внутри. -Это называется душа, мой золотой.  -И остатки экзогенного этанола, блуждающие по моему организму.  Гротеск. -Вот это ты верно подметил. С таким выхлопом даже домой не пустят, не то, что на вечернюю тренировку. Но у тебя ещё есть шанс. Иди, искупайся, и приведи себя в порядок, время есть. Не закатывай глаза, будешь зато вкусно пахнуть.  Лиза снисходительно улыбнётся, подойдёт и обнимет его за голову, и, по-матерински поцеловав в макушку, скажет, что он маленький длиннющий дурачок. Гранатовое мыло торжественно забирает приз в номинации "Лучший промежуточный вариант для сокрытия следов вчерашней депрессии, реанимирования после похмелья и подтверждения крепкой, нерушимой дружбы, связанной единым секретом". Удаляясь с кухни в направлении пункта хранения гостевых полотенец, она резко обернётся. -А, да. Решил бы уже что-нибудь с Аней. Хватит девчонку мучить своей безотносительно пассивной безответственностью. Жене всё чаще кажется, что Лиза - вовсе не фигуристка, а менталист под прикрытием.