Цветами радуги

***

Они приехали на базу через полтора часа, попав в еще одну пробку на переезде. Антон тихо ругался, мол, куда все прутся в субботу, а Арсений и Оксана объясняли, что не только они любят хорошо проводить выходные. В конце концов, стоя в этой пробке, Арсений с Антоном съели еще одну пачку печенья — Дима бубнил что-то про сладкоежек и сахарный диабет, Оксана просто умилялась с этой парочки. Сережа написал Антону, что должен приехать через час, если ничего не случится, — например, точно такая же пробка, в которую попали они. Как только они приехали и припарковали машину около двухэтажного домика, Арсений начал фотографировать природу. Пока Антон и Дима разгружали машину, Попов попросил Оксану сделать его снимки на фоне леса и девушка, конечно, согласилась. Потом жертвой стал Дима — Арсу пришлось отвлекать его, чтобы Шастуны смогли занести подарки в дом. Как позднее выяснилось, Позов фотографирует лучше Оксаны, но Антон попросил не сообщать об этом девушке — она не расстроится, но может послать далеко и надолго, а потом еще и отомстить за такие слова. В конце концов Попов загрузил несколько фотографий в свой инстаграмм, на который были подписаны многие студенты ВУЗа. О нем Антон узнал совершенно случайно — просто Арсений показал ему фотографию из инстаграмма, и Шаст зацепился за ник. Как позднее объяснил Попов, этот аккаунт создан как раз для такого — чтобы всем, кому интересна жизнь преподавателя, видели лишь его частые разъезды по природе, несколько фотографий с Пашей и много напускной серьезности. У Арсения была и другая страничка, которую знали лишь избранные: она была под странным ником с дурацкой картинкой, абсолютно приватная и личная. Антон, конечно же, сразу же подписался на обе странички. На второй было всего несколько подписок и подписчиков: естественно, Воля, Ляся и еще десять неизвестных Антону людей. Как объяснил Арс, это люди, от которых ему нечего скрывать: либо хорошие знакомые из его юности, с которыми он поддерживал связь, либо из Москвы. Фотографии на другой странице были абсолютно отличные от тех, что были на первой: они были живые, веселые. Арсений много дурачился, снимался в разных позах и странно подписывал посты. Сейчас последней публикацией была фотография Боснии, на которой лежит большая ладонь Антона. Попов подписал ее просто: «Два кота», и Шастуну стало так хорошо от всего происходящего. Антон же в своем инстаграмме не был частым гостем, но время от времени выкладывал истории или посты без особого смысла: фотографии, которые случайно делали Оксана, Дима или Сережа, селфи все с теми же людьми, несколько снимков с одногруппниками. Когда Антон прозрел, он вообще оформил профиль в одной цветовой гамме, потому что захотелось — у него в основном царствовали красные, черные и белые оттенки. Антону страшно захотелось выложить какую-нибудь фотографию с Арсением, но проблемой было то, что они все еще были преподавателем и студентом. А на Шастуна было подписано очень много людей с университета. Он в принципе не был человеком, который скрывает свою личную жизнь, — он просто предпочитает не говорить о ней. Для него это не было проблемой, если бы не их статус в университете. Когда они встречались с Ирой, то в его ленте периодически появлялись фотографии с ней. Шастуна последнее время часто спрашивали в университете, свободен ли он. Антон честно отвечал — нет, занят. Он хорошо общался со старостой группы и с некоторыми одногруппниками, поэтому они по началу пытались расспросить Шастуна — кто, когда и зачем. Антон же только отмахивался, мол, не свободен, но подробностей не будет. Но желание запостить фотографию с Арсением росло в геометрической прогрессии, и Антон пообещал что-то придумать: не обязательно же показывать лицо, правильно? — Арсений, а ты готовить умеешь? — Спросила Оксана, когда они закончили фотосессию, занесли все вещи в дом и расселились по комнатам. Арсений и Антон заселились в самую дальнюю комнату на втором этаже, Оксана заняла ближнюю, а Дима расположился посередине. Оставалась еще одна комната, но в ней селиться было некому. Когда Шаст и Арс, жутко довольные и счастливые, спустились на первый этаж, где развернулась настоящая полевая кухня, Оксана даже не стала комментировать огромный засос на шее последнего и их распухшие губы. Она просто взяла в оборот Попова, не принимая возражений. Арсений готовил определенно лучше, чем Антон и Дима, поэтому он стал настоящей находкой для девушки. В конце концов Арс начал мыть и нарезать овощи, делая салатики, а Антон и Дима занялись мясом — им нужно было его замариновать, чтобы позднее приготовить. Сережа давно научил «юнцов» делать правильный маринад, поэтому они делали все строго по рецепту — Антон же просто надеялся, что Матвиенко сам будет жарить. В районе четырех часов на телефон Шаста пришло сообщение от Сережи: он будет в течении пяти минут. Как они заранее договорились, Диму нужно было куда-то отправить, чтобы Серега смог свободно проникнуть в дом. Антон стал совершать долгие мыслительные процессы, из-за которых времени оставалось меньше. — Поз, а ты сильно занят? — Спросил Арсений, когда Антон показал тому сообщение от Сережи — Попов единственный был в курсе того, что тот приедет. Дима, который в этот момент отвечал на сообщения, отрицательно покачал головой — еще пять минут назад он перестал помогать Антону мариновать мясо. — Отлично, тогда пошли со мной! — Нахуя? — Спросил Дима, но с дивана поднялся. — Мне нужна фотография на заднем дворе. — Улыбнулся Попов. — Мы же все равно там будем сидеть! — А мне нужно сейчас. — Позов обреченно застонал, но пошел за своим почти-другом на задний двор, где были какие-то качели. Оксана тихо фыркнула, продолжая жарить курицу для домашнего цезаря. Когда Дима с Арсением скрылись на заднем дворе, Антон написал Сереже, что территория чиста. Оксана, заподозрив что-то неладное, странно посмотрела на брата, когда к их дому подъехала машина. Глянув в окно, девушка увидела выходящего Сережу и вопросительно посмотрела на брата. — Сюрприз! — Усмехнулся Шастун, открывая входную дверь. Матвиенко поприветствовал Антона рукопожатием. — Где он? — Спросил Сережа, целуя Окси в щеку. — На заднем дворе. — Коротко ответила девушка. Она быстро сориентировалась в ситуации, поэтому посоветовала Сереже подняться на второй этаж, чтобы положить вещи. Матвиенко кивнул головой и, когда Оксана объяснила про их комнату, поднялся наверх. — И мне ничего не сказали! — Прости. — Засмеялся Антон, целуя Окси в макушку. — Об этом знали только мы с Арсом. Думаешь, что он просто так потащил его снова фоткаться? Дима с Арсением появились на кухне через пять минут: последний разглядывал получившиеся снимки, выбирая, какие загрузить в основной профиль, а какие — на личный. Было даже несколько фотографий с Димой, но их пока они решили оставить при себе. Но это не помешало им спорить о выборе лучшей из них. Именно под громкий спор об этом они появились на кухне. Дима утверждал, что на одной из понравившихся Арсению фотографией он выглядел, как долбоеб. Оксана сказала, что он всегда так выглядит, на что Дима ее просто послал. Антон засмеялся, Арс покачал головой, оставаясь при своем мнении — в конце концов он-то на фотографии получился великолепно. Дима очень удачно стоял спиной к лестнице, которая выходила прямо на кухню, поэтому не увидел спускающегося Сережу. Тот старался сделать это тихо, ступая на носочках, поэтому ребята, понявшие его план, не подали виду о присутствии того в доме. Позов продолжал возмущаться из-за странного вкуса Арса, поэтому, когда его глаза накрыли грубые мужские руки, удивленно замер и перестал говорить. — Шаста я только что видел перед своими глазами — это не может быть он. — Пробурчал Позов, находясь в неком ступоре. — Первым делом о Шасте думаешь, да? — Прошептал Сережа, убирая руки с глаз своего соулмейта. Тот резко развернулся на месте, начиная пялиться на Сережу сквозь очки. Матвиенко закатил глаза на удивительную тупость своего соулмейта и, положив руки на щеки парня, притянул к себе и поцеловал. Дима сначала опешил, но быстро сориентировался в ситуации — ответил на поцелуй, притягивая Сережу ближе к себе за талию. Антон и Оксана радостно захлопали в ладоши, а Арсений свистнул, но парочке было все равно — в конце концов, они соскучились друг по другу за эти дни. — Мы можем идти. Я уверена, что они даже не заметят нашего отсутствия. — Тихо сказала Оксана на ухо сидящему на стуле Попову. Тот фыркнул и согласился с ней. — Я немного опоздал. — Засмеялся Серега, когда Дима отстранился от него. Он погладил своего соулмейта по щетине, а потом чмокнул в щеку. Всей своей душой он сейчас чувствовал его радость и счастье, поэтому не мог не радоваться в ответ. — Ты приехал, и это самое главное. — Тихо ответил Позов. — А вы все знали! — Возмущенно сказал Дима, поворачиваясь к своим друзьям и тыкая в них пальцем. — На меня не смотри. Я узнала на пять минут раньше тебя. — Открестилась Окси, возвращаясь к готовке. — А кого Сережа мог попросить затащить тебя в этот день на базу, кроме твоего лучшего друга, а? — Хитро спросил Антон. — Кстати, Серый, знакомься — это Арсений, мой соулмейт. Он помогал отвлекать Диму, пока ты пробирался в дом. — Наконец-то Антон соизволил привести тебя в нашу компанию. — Весело сказал Сережа, подходя к преподавателю. Они пожали друг другу руки, обмениваясь каким-то шутками. — А Арсений — это типа Арс? Или Арсен? — Он мне нравится. — Засмеялся Попов, кивком отвечая на вопрос Сережи. Когда, наконец, все друг с другом перезнакомились и переобщались, на кухне снова закипела работа. Оксана и Арсений продолжили делать свои дела, а Сережа начал проверять маринад для мяса. Все занимались своими обязанностями, а Матвиенко рассказывал, как прошла его конференция. Антон и Дима, услышав похвалу от друга, отправились на улицу, чтобы начать готовить беседку для ужина. Погода сегодня была не сказать, что теплая, но позволяла посидеть на улице, чтобы не накрывать стол в доме. Самое главное — не было холодного ветра и дождя. Шастуну пришлось вытирать стол, а Диме двигать скамейки, чтобы всем было удобно сидеть. Им понадобилось вынести сразу несколько пледов, которые любезно предоставила администрация базы, дабы особо мерзнущие люди не замерзли. К шести часам, когда Дима и Антон уже закончили подготавливать беседку и просто качались на качелях во дворе, обсуждая какой-то фильм и громко смеясь, из дома выползли Сережа и Арсений. Они о чем-то разговаривали, и Позов с Шастуном улыбнулись — их соулмейты определенно нашли общий язык. — Пока мы там готовим, вы тут просто херней страдаете. — Воскликнул Сережа. — Я именинник! — Отмазался Дима. — Я лучший друг именинника! — Антон подмигнул Матвиенко, на что тот закатил глаза: — А я его соулмейт. — Но не лучший друг же. — Шаст засмеялся, когда «косичка» показал ему язык, а потом все-таки встал с качели и подошел к Арсению. Забрав у того тарелки и приборы, Антон пошел раскладывать их на столе. Сережа и Дима пошли разводить мангал, чтобы жарить мясо, а Попов вернулся в дом к Оксане. Дальше Шастун приступил к нанизыванию мяса на шампуры, пока парочка пыталась справиться с огнем. Через двадцать минут Серега уже во всю жарил шашлык, пока Оксана и Антон пытались распределить все салаты и закуски по столу. Арсений же стал главным носильщиком еды в данной компании, поэтому его задачей стал вынос кулинарных изысков на улицу. В конце концов к семи часам стол был готов: Оксана с Арсением нарезали много различных салатиков, сделали бутерброды и нарезки, а также горячие и холодные закуски. Они вынесли пару бутылок пива, которые закончились довольно быстро, а потом принесли вино для Окси и коньяк. Антон говорил, что они всю эту еду не съедят и за два дня, поскольку жарилось еще очень много мяса, однако девушка только отмахнулась. Пока Арсений отвлекся на шашлык, Антон и Дима отошли покурить — точнее сказать, пошли на качели, где стояла их баночка, чтобы не мусорить по заднему двору. — Шастун! Позов! — Позвал их Попов через пять минут, подходя ближе. — Сережа сказал, что все готово, и просил к столу, чтобы мясо не остыло. — Противореча своим словам, он плюхнулся на качели рядом со своим соулмейтом и вырвал из его рук сигарету. Сделав глубокую затяжку, Арсений стряхнул пепел в баночку и выдохнул дым вверх. — Арсений Сергеевич, как вам не стыдно курить рядом со студентами? — Издевательски протянул Дима, имея крайне хорошее настроение. — Вот отправлю тебя на пересдачу в январе… — Начал Попов издалека, делая новую затяжку, а затем передавая сигарету соулмейту. — Посмотрим, кто будет веселиться. — Какой вы злой. — Усмехнулся Дима, зная, что Арсений несерьезно: точнее сказать, Позов надеялся, что он не накосячит настолько, чтобы преподаватель отправил его на пересдачу. К столу они вернулись через пять минут, когда Сережа как раз снял мясо с шампуров. Он повозмущался на парней, которые опять бездельничали, а те только закатили глаза и послали его на три веселые буквы. Оксана засмеялась, отпивая вино из пластикового стаканчика. Когда все сели за стол, у Антона неожиданно зазвонил телефон — до него зачем-то пыталась дописаться и дозвониться Ира, хотя у него были законные два дня выходных, которые он выпросил у Стаса за дополнительную смену в следующее воскресенье. Он выругался, вставая из-за стола и отходя в сторону, чтобы поговорить с девушкой. Арсений и Оксана пока раскладывали еду по тарелкам, чтобы все съели как можно больше. Антон вернулся через пять минут, решив все проблемы с Ирой: оказалось, что они со Стасом не могли найти что-то там на складе, поэтому разрывали телефон Шаста звонками и сообщениям. Антон быстро объяснил, где находится их дурацкий чай, и попрощался, возвращаясь к товарищам. Время потекло действительно быстро: они много смеялись, разговаривали на разные темы и просто дурачились. Арсений мгновенно влился в их компанию, перенял общую атмосферу их дружбы и вскоре уже также, как и Антон, подкалывал Серегу за прическу, а Димку за рост. Оксана рассказывала много историй, которые не слышал даже Матвиенко, про Позова и Шастуна из детства, и парни мысленно прокляли ее три раза. Когда пришло время поздравлять именинника, первым тост сказал Сережа. В своей шутливой манере он поздравил своего соулмейта с таким знаменательным днем, которые еще на один год приблизил его к старости. Завуалированно он сказал, что больше не представляет своей жизни без Димы и что очень любит его, отчего Оксана, сидящая напротив, почти разревелась. Антон, снимавший это все на камеру, закричал «Горько!», но Сережа и Дима дружно послали его нахуй. Дальше слово сказал Антон, вспоминая их детство и юность. Он сказал, что Дима для него — больше, чем лучший друг, потому что они давно стали братьями, отчего Оксана все-таки заплакала. Позов не мог не обнять Антона после такой речи, поэтому ему пришлось обходить стол, чтобы сделать это. Шаст крепко прижал к себе друга, а потом поднял его над землей, отчего Дима возмущенно запротестовал. У Оксаны была менее запоминающаяся речь, но тоже трогательная. Она вспомнила, как Дима помогал ей с уроками и как пару раз помогал избежать гнева старшего брата и родителей. Она также поблагодарила его за то, что все это время терпит Антона с его ужасным характером. Шаст послал ее далеко и надолго, а Позов сказал, что это стоило ему здоровых нервов. Тост Арсения был самым последним и самым коротким: они не так давно знакомы с Димой, поэтому его поздравление было больше веселым, чем трогательным. Позов оценил старания преподавателя и все-таки по-дружески обнял его, благодаря вообще за то, что приехал. Попов сказал, что не мог поступить иначе. — Блять, Антон, а подарки? — Воскликнула Оксана спустя пять минут после последнего поздравления. Все одновременно ударили себя по лбу, потому что совершенно забыли об этом, а Дима покачал головой: он же просил без этого. Сережа и Арсений пошли за подарками, пока Оксана и Антон немного прибирались на столе. Парни, обладающие огромным аппетитом, съели довольно много еды, но ее все равно оставалось приличное количество. За три часа трапезы они выпили две бутылки коньяка, а Оксана — одну вина. Однако все по большей части оставались трезвыми — должно быть, сказалось большое количество еды. Подарки нес Арсений — точнее сказать, он нес большую коробку Оксаны, в которой лежали все подарки. Серега же положил свой во внутренний карман куртки. — Кто начнет? — Спросил Антон. Серега хотел было открыть рот, но Шаст его прервал: — А вот хуй тебе, я первый. — Ну и вперед. — Закатил глаза Матвиенко. Антон достал из коробки Оксаны два конверта — свой и Леши. — В общем, я тебе уже все сказал, поэтому просто передам эти конверты. Мне пришлось, конечно, подумать, как осуществить это, но один наш хороший друг помог мне. — Антон передал Диме свой конверт. — Ты должен оценить мои старания. — Там же не просто деньги, да? — Фыркнул Позов. Когда он открыл конверт и достал билеты на тот самый концерт, его глаза невольно расширились. Он несколько секунд смотрел на бумажки, а потом перевел взгляд на Антона. — Ты, блять, сумасшедший! Билеты же стоят так дорого, Антон! Да ты еще и два купил. Совсем больной. — Несмотря на напускное возмущение, Шастун видел, как счастлив Дима: он действительно хотел попасть на этот концерт, но по обстоятельствам у него не получилось купить билеты. А сейчас они у него в руках, отчего в глазах загорелся небывалый огонь счастья. Он передал билеты Матвиенко, а сам встал из-за стола, чтобы снова подойти к Антону. Тому пришлось выпускать пригревшегося в его руках Арса, чтобы обнять друга вновь. — Спасибо, Шаст. — Тихо прошептал ему Дима. — Не за что. — Антон безумно был рад, что Позову понравился его подарок. Они отстранились друг от друга, но не сели на места — Антон положил руку на плечи Поза, слегка облокачиваясь. — Сходите с Серегой. — А ты? — Ты же знаешь, что я его не люблю. — Закатил глаза Антон. — Да и ты, я уверен, хочешь с ним сходить. Это будет на новогодних праздниках, поэтому я даже еще не знаю, что буду делать. — Уверен, Шаст? — Спросил Матвиенко, подходя ближе. — Я тебя знаю — даже не думай заикнуться о том, что отдашь деньги за свой билет. Я ж тебя покусаю. — Сразу отбил Антон дальнейшие слова Сережи. Дальше Шастун отдал подарок от Леши: в конверте оказалось два билета на матч Зенит-Спартак в VIP-зону. Он должен был состояться в марте следующего года в Санкт-Петербурге, однако Щербаков достал билеты уже сейчас. Увидев подарок от этого Лехи, Серега почему-то фыркнул. Он достал свой конверт и передал его Диме. Открыв его, тот начал смеяться, потому что там оказалось таких же два билета в VIP-зону на тот же матч. Сережа объяснил, что у его дяди есть некоторые связи, поэтому он смог спокойно достать эти билеты. — И что мне с этим делать? — Весело спросил Дима, целуя своего соулмейта в знак благодарности. — Значит, Шаст, пойдете вы с Арсением с нами. Окси же в любом случае откажется от футбола. — Даже не сомневайся. — Засмеялась девушка, которая единственная в семье Шастунов ненавидела данный вид спорта. — Вообще, я покупал билеты для вас с Шастуном. — Фыркнул Матвиенко, который не был ярым фанатом хоть какой-то из этих команд. Арсений же тоже не разделял любовь своего соулмейта к данному виду спорта, поэтому и не испытывал восторга по поводу билетов. — Но не пропадать же билетам. — Малыш, ты же сходишь с нами? — Мягко спросил Антон, обращаясь к своей родственной душе. — Куда я денусь уже от вас? — Ответил Попов, не испытывая при этом особого разочарования. Сережа и Дима ему нравились, а проводить время с Антоном ему всегда в радость — пусть и на футбольном матче. Дальше были подарки от Оксаны и Арса. Дима оценил толстовки и футболки от девушки, говоря, что теперь ему определенно будет в чем идти на матч, а носки пообещал носить дома — ну не в университете же ему появляться в носках с бананами, правильно? Арсений же заморочился с подарком и вынес мозг Антону: ему необходимо было узнать, чем увлекается Позов. Он ненавидел дарить подарки, которые не вызывали бы положительных эмоцией у виновника торжества и которые не были бы памятью. Поэтому, когда Шаст сказал, что Димка обожает музыку, вопросов не оставалось. Узнав у своего соулмейта его любимую группу или любимый альбом, Попов сделал все возможное, чтобы подарок пришел вовремя. Kasabian — «For Crying Out Loud» — любимый альбом Дмитрия Позова, и Арс нашел его на диске. И не обычный, а с автографами участников группы. Альбом шел по почте из Москвы, и Попову пришлось доплатить за срочную доставку, однако радостное лицо Димы стоило того. Антон поцеловал своего соулмейта в щеку, говоря, что он молодец, Поз обнял преподавателя, а Сережа и Оксана уважительно посмотрели на него. — И как мне, блять, переплюнуть эти подарки? Что я должен подарить вам, чтобы ваши подарки не затмили мои? — Возмущенно сказал Дима. Он сложил все в коробку Оксаны и отнес в свою комнату. — Бог тебе в помощь. — Серьезно сказал Антон. В тот вечер было сделано много фотографий и видео. Некоторые из них Дима загрузил в свой профиль в инстраграме: например, теперь в его ленте красовалась их фото с Антоном и Сережей, а в сторис было загружено видео со всеми подарками. Фотографиями с Арсом отсвечивать в социальных сетях было опасно, поэтому те остались для личного архива — но там действительно было несколько шикарных снимков. Видео, где Шаст поздравляет своего друга, было отправлено родителям. Сережа в своем профиле разместил несколько фотографий: с Позовым и с Шастунами, а Арсений в приватный профиль выложил видео с Матвиенко. Антон, естественно, не мог обойти инстраграм стороной, поэтому в его историях красовалось несколько фотографий с Оксаной и Димой. Матвиенко мелькал в одном видео, а Арсения не было ни следа. Позднее Попов загрузил в ленту очень милую фотографию с Антоном, естественно, не отмечая его. На этом снимке, который сделала Оксана, они стояли в обнимку около домика. Антон обнимал Арса, закутанного в плед, со спины, целуя в макушку. Попов мягко и смущенно улыбался, а лица Шаста почти не было видно. Фото было сделано совершенно неожиданно для парней, но из-за этого получилось живым и особенным. Антон же все-таки не забыл про свое желание разместить фото с Арсением. Однако такой снимок получился тоже совсем неожиданно. Шаст и Арсений расположились на качелях, обнявшись. Антон лежал в объятиях Попова, мягко раскачивая ногой качели. Арс положил голову тому на плечо, укрыв тело пледом. Шастун переговаривался с Димой, который сидел рядом, и незаметно для себя положил руку на ладонь Арсения. Он переплел их пальцы и положил себе на живот, отчего внутри у Попова появилось ничем не заглушаемое чувство счастья. Они так часто делали дома, когда смотрели фильмы. Только пальцы обычно переплетал Арсений, лежа в объятиях Антона. Сейчас они поменялись местами, и Попов ощутил трепет в своей груди от такого неосознанного жеста со стороны своего соулмейта. Сережа, которому нечем было заняться, решил пофоткать все вокруг. Несмотря на позднее время, во дворе было светло — еще час назад Антон включил фонари, расставленные по всему периметру. Благодаря этому фотографии получались четкими. И в какой-то момент он решил, что нужно сфотографировать парней. Сначала он фоткал только Диму, который что-то увлеченно рассказывал Антону, попивая коньяк с пепси. Однако Оксана пшикнула на него и указала на Шаста с Поповым, лежащих в обнимку. Сережа сделал несколько потрясающих снимков самих парней, которые даже ему показались слишком личными. Затем он увидел их переплетенные ладони и сфотографировал их. Это была почти профессиональная фотосессия, а парни, увидев эти снимки, долго восхищались. Арсений и Антон долго рассматривали их, но большую часть решили оставить для личного архива. Фото переплетенных рук Шаст загрузил в инстраграмм с подписью «Вот так переплетаются наши души», чтобы ни у кого не осталось сомнений, что он нашел своего соулмейта. Фото удивительно подходило под цветовую гамму его профиля: ладони лежали на красно-черном пледе, поэтому отлично во все вписывались. — Никогда не думал, что ты такой романтик. — Засмеялся Дима, ставя лайк на пост лучшего друга. Позднее они все снова вернулись за стол, чтобы продолжить пить. На часах было уже одиннадцать вечера, поэтому стало заметно холоднее. Каждый закутался в плед, а Арсений, конечно, расположился в объятиях своего соулмейта — а кого стесняться, все свои же? Оксана кушала салатики и мясо, проголодавшись, пока парни допивали третью бутылку. — Я больше не буду, мне еще за руль завтра. — Сказал Попов, когда Сережа предложил еще одну. Он понимающе кивнул, но себе налил — ему-то нет. — А во сколько мы поедем завтра? — Спросил Дима. — А ты ему не сказал, что ли? — Засмеялся Антон, обращаясь к Матвиенко. Тот отрицательно покачал головой. — Мы с Арсом и Окси уедем завтра днем, как проспимся, а вы с Сережей останетесь до вечера понедельника. — Но у меня же пары… — Не сразу понял Дима, а потом перевел взгляд на Арсения. Тот ухмыльнулся, поедая огурчик. — Считай, что я договорился. — Засмеялся Антон. — Отработаешь в среду после пар. — Добавил Попов. — Пропуск ставить не буду в понедельник. Считай это моим дополнением к подарку. — Позов пару раз хлопнул глазенками, а потом перевел взгляд на Антона. Тот пожал плечами, улыбаясь. — Погодите секунду. — Встряла Оксана. — Так ты преподаватель?! — Удивленно спросила девушка. Арсений и Антон засмеялись, пока Дима объяснял все Сереже, который хоть и был в курсе того, что Шаст уладил все с преподавателем, но не знал, каким образом. — В нашем ВУЗе? Вот, где я тебя видела! И ты ведешь у Димы с Антошей? — Именно. — Бодро сказал Шаст. — Я тебе больше скажу — он и у тебя будет преподавать со следующего семестра. Попов Арсений Сергеевич — тебе о чем-то говорит? — Тот самый Попов? — Удивленно спросила Окси, посмотрев на расслабленного Арсения. Тот чувствовал себя совершенного комфортно, потому что когда-нибудь Оксана бы точно узнала: чем скорее, тем лучше. — Ахуеть. Я готовила и пила с преподавателем. — Давай сразу решим: преподаватель я в университете, а здесь я только соулмейт твоего брата. — Мягко сказал Арсений. — Дима уже привык и смирился, и ты сможешь. Главное не спались в университете, что знаешь меня, и все будет нормально. — Шаст, как тебя всегда тянет на такие приключения? — Вмешался Сережа, когда Дима ему все рассказал. Он подмигнул Оксане, а потом улыбнулся Попову, разбавляя обстановку. Ему, собственно, все равно было на то, кем является соулмейт Шаста. Главное, чтобы Антошку не обижал и счастливым делал. А именно таким он его и делал, судя по тому, что Сережа видел сегодня.