Омега главы

Дыхание Майки стало прерывистым, когда они пересекли границу ничейной земли. Они решили разделиться на две группы и атаковать с каждой стороны. Майки вместе с Мицуей возглавили второй дивизион, в то время как Баджи и Дракен возглавили первый. Все они знали свои приказы и цель миссии. Найдите пропавших омег и заберите голову Кисаки. Майки набрал полную грудь воздуха и глубоко вздохнул, глядя на землю. Омега был где-то там. Словно по сигналу, он почувствовал быстрый укол в груди. Такого, какого он никогда не испытывал. Конечно, боль, которую он разделял со своим партнером. Его губы сжались в тонкую линию, а брови нахмурились. Держись, омега. — Какучо побежал к той стороне леса, откуда, как он надеялся, войдет Томан. Не было никакого способа получить подтверждение, не будучи пойманным. Он должен был бы верить, что Томан последует его совету и, надеясь, вернув этого омегу, получит помощь, а затем поймет, что ему не причинят вреда. Хотя ему нужно было действовать быстро, пока кто-нибудь не обнаружил, что Ран потерял сознание у реки для купания. Омега в его руках был смертельно бледен и выглядел в нескольких шагах от порога смерти. Он цокнул языком и ускорил шаг. Если он сдержит свое обещание, данное Хине, Наото. Он проследит, чтобы этот омега добрался до своего племени, вернулся к своему альфе. Он позаботится о том, чтобы больше никто не умер. Какучо резко остановился на окраине их территории. Сухая высокая трава щекотала его бедра. Какучо не нужно было больше нескольких взглядов, чтобы увидеть, почувствовать, кто был альфой омеги. Услышав ужасающее рычание, Какучо наклонил голову и обнажил шею, положив омегу на землю, и попятился. Его легко можно было разорвать в клочья из-за простой оплошности. Какучо не отрывал глаз от земли, видя, как длинноволосый альфа мгновенно приблизился и с рычанием набросился на омегу. - Ты, должно быть, тот, кого зовут Какучо, - сказал Дракен, поворачивая шею из стороны в сторону, проверяя территорию на наличие посторонних. Какучо опустился на колени и опустил голову. - Бывшие члены Томан, совершившие предательство, находятся за рекой, дальше вглубь территории. Дракен приблизился и остановился на расстоянии вытянутой ноги. - Каков ваш мотив? - Я хочу спасти настоящего лидера Тэндзюку, Изану, - Какучо сжал кулаки. - Я подслушал их разговор, и вторые номера Кисаки и Ханма, держали Изану в искусственном сне. Он не просыпался с тех пор, как к нам прибыл Кисаки. Я хочу убить их обоих, но только после того, как они дадут противоядие Изане. Пожалуйста, помогите моему командиру вернуть себе должность, которая принадлежит ему по праву! - Сказал он, склонив голову еще ниже. Он услышал бормотание, затем Дракен переступил с ноги на ногу и услышал, как к нему приближается множество пар ног. Он смотрел вверх, наблюдая, как члены Томан бросаются в сторону, откуда пришел Какучо, издавая свои боевые кличи и вооружаясь луками или кинжалами. - Если ты действительно против Кисаки, тогда сражайся с нами, - сказал Дракен рядом с Какучо, вручая ему лук и стрелы, и отправился в том же направлении. Какучо посмотрел в сторону альфы и спасённого им омегу. Было несколько бет, обрабатывающих раны омеги, когда пронзительные глаза длинноволосого альфы встретились с его глазами. Его клыки были опущены и готовы убивать, но все, что он сделал, это кивнул Какучо и умчался в том же направлении, что и остальные члены Томан. Какучо знал, что это был единственный выход, но это не избавило его от ощущения тяжести в груди. Он сделает это ради Изаны. Для Наото. Для Хины. — Такемичи проснулся, услышав что-то похожее на шум снаружи. Он огляделся и увидел, что Хина вернулась в свою камеру и сидит, подтянув колени к груди. Она выглядела настолько не в своей тарелке, что можно было подумать, что она спит с открытыми глазами. - Хина, - выдохнул он с облегчением, что она вернулась, что она все еще жива. Он заметил, что ее камера осталась открытой, и попытался разбудить ее. - Хина, пожалуйста! Пока снаружи что-то происходит! Это, должно быть, Альфы Томан! Они пришли за нами, мы должны пойти к ним! - Он умолял, а она даже не моргнула. Он снова выкрикнул ее имя, но она не ответила. - Хина, я не уйду отсюда без тебя! - Сказал он в отчаянии. - Я собираюсь сказать Альфе, что мы не можем уйти без тебя! - Почему ты думаешь, что сможешь уйти? - Такемичи почувствовал, как по спине пробежал холодок, когда Ханма вошел в хижину. Ханма взглянул на Хину и плюнул в ее сторону. - Не могу даже смотреть на твое отвратительное лицо. Если бы только ты был тем, кто сбежал, а не твой хорошенький младший брат, а? Я бы с удовольствием поиграл с ним еще. Такемичи был сбит с толку, глядя на этих двоих. - Наото сбежал? - Он сказал это почти с надеждой, заставив Ханму рассмеяться. - Тебе бы это понравилось, не так ли?. Я хотел сделать его своим партнером, но нет. Он просто должен был попытаться убежать... Слишком далеко зашел. - Такемичи не понравилось, к чему клонилась история. - Что ты сделал с Наото?! - Сказал он, и глаза его наполнились слезами. Он почувствовал, как у него свело живот и подкосились колени. - Я полагаю, его останки находятся где-то вдоль реки, - Ханма махнул рукой, и он увидел, как Хина вздрогнула от его тона. - Если бы он был омегой, который пытался сбежать, мы бы все равно оставили его. Но поскольку он был бетой, и притом довольно умным, мы решили, что лучше всего от него избавиться. Теперь у Такемичи перехватило дыхание. - Конечно, я не мог отпустить его, не насладившись им несколько раз. Хотя, должен сказать, мне больше всего понравилось, как он задыхался. Мне нравилось видеть его отчаявшееся лицо сквозь воду, когда я топил его в той реке. Меня возбуждает одна мысль об этом. Она могла бы рассказать вам об этом все. Мы заставили ее смотреть, понимаешь? Такемичи выпустил из своего желудка всю желчь, какую только смог. Они услышали громкий пронзительный свист, и Ханма снял один из замков с камеры Такемичи. Он схватил омегу за волосы, выдернул его и вышел из хижины. — Майки и Мицуя пронеслись по территории. Горели хижины, на заднем плане слышался хруст костей, соприкосновение суставов и хлюпанье крови. Майки пробежал мимо врага, позволив своим товарищам по племени сразиться с ними, пока он продвигался вперед. Его зрение было почти размытым, он просто позволял своему альфе направлять его туда, где была его вторая половина. Он добежал до того, что казалось другой половиной лагеря, когда наткнулся на лидера Тэндзюку, Кисаки. Майки мог видеть через пустое поле, что в стороне леса был нанесен крошечный удар. Его альфа колотился, царапая его грудь. Омега был там. Ему нужно было быть там. Сейчас. - Майки! Мы ждали, - Сказал он, раскинув руки. Майки просто принял низкую стойку, готовый прорваться сквозь них грубой силой. Напряжение в его груди сжалось сильнее. - Ты хочешь вернуть своего омегу? Не волнуйся, он невредим и вернем его как такового, если ты согласишься. Майки зарычал, а Кисаки ухмыльнулся. Он сунул два пальца в рот, и со свистом из хижины позади него вышли две фигуры. - Омега! - Голос Майки прогремел над лесом, когда он увидел, как блондин борется в руках Ханмы. Такемичи держал себя в руках, чтобы попытаться не задохнуться. - Альфа! - Он закричал так громко, как только могло выдержать его пересохшее горло, почувствовав что-то острое с правой стороны шеи. - Встань передо мной на колени и уступи. Отдай мне всю землю и людей Томана или потеряешь свою пару, - Злая улыбка Кисаки стала шире, когда он услышал, как Такемичи борется позади него. Глаза Майки метались туда-сюда между его омегой и им. Он видел, что его кровь кипит, оказавшись между двумя людьми, о которых он заботился больше всего. - Поторопись и выбери, - засмеялся Кисаки, принюхиваясь к воздуху и ловя вспыхнувший огонь. - Ты и твои люди наделали много шума. Как насчет того, чтобы упростить это и быстро принять решение? Впрочем, не нужно проливать лишнюю кровь, я не возражаю против этого. Майки захотелось вонзить свой кинжал в глазницы ублюдка. Он хотел содрать с него кожу живьем и заставить всех в Тэндзюку смотреть, как они посмели причинить вред его племени, его стае. Его власть над альфой иссякала тем сильнее, чем злее он становился. Тэндзюку заплатит. Кисаки заплатит. Глаза Майки снова блеснули, осматривая местность, и его глаза сузились, увидев кого-то необычного. Он мог только на мгновение встретиться с ним взглядом, чтобы не выдать его местонахождение. Но мгновения было достаточно, чтобы понять его намерения. Все будет зависеть от времени. Майки нужно было довериться этому человеку. - Ты называешь себя главой, когда даже не хочешь драться на кулаках? - Майки почувствовал, как напряглись мышцы его спины и рук. - О, я никогда этого не говорил. Но сначала, Ханма! - Сказал Кисаки, поднимая руку, и Ханма убрал кинжал от шеи Такемичи, чтобы нанести ему удар в живот. Глаза Такемичи расширились, и он закричал, прежде чем у него перехватило дыхание. Он мог видеть, как рука Ханмы снова взметнулась вверх, окровавленный кинжал высоко поднялся и опустился. Такемичи закрыл глаза, готовясь к удару. Раздался пронзительный вой, и Ханма взвизгнул. - Конечно, это ты, тупая гребаная шлюха! - Ханма взмахнул рукой, чтобы сбросить спасителя Такемичи, и его хватка ослабла. Глаза Такемичи расширились, когда он увидел, как розовые волосы дико раскачиваются вместе с Ханмой, а ее зубы глубоко впились в его предплечье, когда она размахивала ногами. - Хина! - Такемичи попытался закричать, но начал кашлять собственной кровью. Хина изо всех сил цеплялась за руку Ханмы, используя свои ноги, чтобы размахнуться и ударить Ханму в лицо. Этого было достаточно, чтобы он полностью отбросил Такемичи, отступив на несколько шагов. Хина тоже отпустила его и упала на землю не двигаясь. - Какая досада! - Сказал Ханма, качая головой, с безумными глазами и теперь делая шаги к двум омегам. - Я уверен, что командир не будет возражать, если я сделаю тебе выговор, - Ханма повернул шею из стороны в сторону, прежде чем схватить Хину за руку. Она задохнулась, когда ее оторвало от земли и подняло в воздух. Ее руки вцепились в его руку, неуклюже пытаясь ослабить хватку. Ее лицо быстро стало темно-красным, а затем фиолетовым. Ее руки дергались в его руках, пытаясь заставить его отпустить, но быстро обмякли. Такемичи протянул руку, все еще пытаясь отдышаться. Хина вот-вот может умереть. Альфа боролся, чтобы добраться до него. Ему нужно было двигаться. Он пообещал Хине, что они уйдут вместе. Такемичи почувствовал, как его глаза снова наполнились слезами. Насколько он был бесполезен? Все должно было пойти совсем не так. Альфа должен был прийти, и тогда они могли бы уйти все вместе. Они должны были быть в порядке. Все должны были жить! Звук пронесся по воздуху и резко оборвался с хлюпающим звуком, как будто он ударился о плоть. Раздался зверский крик, и Хина внезапно упала на землю, а Ханма теперь кричал от боли из-за стрелы, торчащей из его бока. - Я обещал ему, что защищу его сестру! - Он услышал голос, доносившийся из леса, вместе с несколькими другими голосами. Первым, кто прошел через лес, был невысокий черноволосый альфа, которого Такемичи не узнал. У него был шрам через все лицо и слепой глаз. Он схватил Ханму за шею и поднял его точно так же, как несколько мгновений назад сделал с Хиной. - Я убью тебя сам, - сказал он, отбрасывая тело Ханмы подальше от них двоих. - Такемичи! - Он услышал, как кто-то окликнул его по имени, и почувствовал знакомый запах. Его слёзы теперь свободно текли. Он знал эти запахи. Эти запахи, которые должны были прийти ему на помощь, помочь спасти его. Семья. Стая. Томан. - Отведите его обратно к врачу и Чифую сейчас же! - Он услышал, как сказал Дракен, и почувствовал, что его поднимают. Он схватил его за предплечье, и глаза Дракена встретились с его глазами. - А-альфа, - выдавил он, качая головой. Он не хотел уходить без него. Не после того, как он был так близко. Кроме того, было кое-что, что ему нужно было сделать, чтобы убедиться, что Альфа этого не сделает. —- В тот момент, когда Хина прыгнула, Кисаки тоже двинулся к Майки. Блокировать удары Кисаки было легко. Даже близко не такой мощный, как у Дракена. Что его раздражало, так это его гибкость и скорость. Он чувствовал, что не сможет нанести чистый удар. Раздражало, что Кисаки мог уклоняться от ударов Майки, и еще больше раздражало, что он разговаривал с ним так, как будто они были знакомы друг с другом. - Не понимаю, как ты оказался с ним. Этот омега пахнет дерьмом животных, - Ухмыльнулся Кисаки и нанес удар, от которого Майки легко уклонился легким движением назад. Майки взмахнул кулаком, и он попал в челюсть Кисаки. Брызгали слюна и кровь, но этого было недостаточно, чтобы заставить его замолчать. - Вы знаете, что ваши подразделения слабы. Дураки без преданности. Мучо и Санзу было слишком легко перехитрить. Все, что мне нужно было пообещать, это более высокую должность и сколько бы омег они ни выбрали, - посмеивался Кисаки, когда Майки подошел к нему. - Майки, присоединяйся ко мне, и я обещаю, что у тебя будут соплеменники, достойные твоего правления. Вы можете взять столько омег, сколько захотите, столько партнёров, сколько захотите. Я бы освободил тебя от твоих командирских обязанностей, которые, я знаю, ты бы не хотел выполнять, - Сказал Кисаки между ударами. За это время Кисаки отшатнулся назад, получив еще два удара - один в корпус и один в лицо. Теперь из его носа обильно текла кровь, но на лице Кисаки все та же глупая ухмылка. - Я даже дам тебе попробовать мою омегу. Бьюсь об заклад, ее пизда слаще, чем эта дырка в любой день, - зрение Кисаки затуманилось, и внезапно он оказался на земле. Майки, наконец, ударил Кисаки на достаточно высокой скорости, чтобы тот не смог блокировать удар. Майки оседлал гребаного ублюдка и позволил его кулакам говорить самим за себя. Наконец-то он смог выплеснуть свое разочарование. Его альфа победно барабанил в его грудь. Он был так близок к тому, чтобы заставить этого мудака замолчать навсегда. Звуки, издаваемые Кисаки, хлещущей его кровь, были недостаточно хороши. Он забрал омегу! Он причинил боль Томану! Убей ублюдка! Убей Кисаки! Зрение Майки затуманилось, а слух притупился до громкого звона, когда он избивал Кисаки. Он мог сказать, что его кулаки были в крови от брызг темно-красного цвета, но этого было недостаточно. Майки все еще был расстроен. Как он посмел. Как он смеет?! Как он смеет?! Майки было все равно, даже если он бил его до неузнаваемости. Кисаки должен был заплатить! Майки чувствовал, как его туннельное зрение сужается, сужается, пока не стало только красным. - Альфа! Майки услышал, как чей-то голос внезапно разрушил воображаемую коробку, в которую он себя загнал. К нему вернулось ясное зрение. В ушах все еще звенело, но он слышал, как тяжело дышит от усталости. Майки дико огляделся в сторону голоса, прежде чем почувствовал, что что-то другое овладело им. - Не убивай его! Майки почувствовал, что работает на автопилоте. Мышцы, напрягшиеся на его шее и лице, внезапно расслабились, руки безвольно повисли по бокам, а голова упала на грудь. Он слышал знакомые голоса Баджи и Мицуи, кричащих ему вслед. Он чувствовал, как их ноги сотрясают землю у него под коленями. Он чувствовал их беспокойство. Конечно, они не понимали. Они никогда раньше не видели, чтобы их главой командовали. Они никогда не говорили об этом никому, кроме Казуторы. Майки чувствовал, как его альфа в груди прикован к повиновению. Сжимал так сильно, что, если бы альфа сопротивлялся, он просто держался бы за него крепче, пока он полностью не измотался. Он знал, что лучше не пытаться бороться с командой. Он будет доверять своей паре. По какой-то причине Омега не хотел смерти Кисаки. - Эй, Майки?! - Дракен закричал, и Такемичи закашлялся у него на руках. - Эй, не спи! - сказал Дракен, возвращая свое внимание к омеге и слегка встряхивая его, чтобы он оставался в сознании. - Ее... ее пара, - прохрипел Такемичи, прежде чем почувствовал, что погружается во тьму.