В тихом омуте...

Из воспоминаний потерянного во времени и пространстве.

Сквозь писк аппаратуры с трудом пробивались принадлежащие ему мысли. По крайней мере, он думал, что это его мысли. Оставалось самое малое, вспомнить кто он. Тьма вновь и вновь окроплялась алыми очагами боли. Сил обращать на них внимание не было. Всё равно бессмысленно. Это всего лишь знак — он ещё жив. «Объект стабилен. Повторение операции. Объект стабилен. Повторение операции.» Череда инъекций. Скандирующий отчеты металлический голос. Ещё несколько уколов. Несколько кругов ада. Повторение. Металлический штифт пробивает успевшую зарасти плоть, разрывая её зазубренными краями и застревая в ней надоедливой занозой. «Объект 01 стабилен.» Ужасное имя. Оно же такое пустое, оно ничего не несет за собой. Харри… Кажется так его звали? Далекое сочетание звуков никак не отразилось на пустом мире. Харри — это его имя? Или нет. Нет. Почему? Да. Зачем ему имя? Имена… Их используют люди. А он? Он же тоже человек? «Активация дополнительного протокола.» Промораживающий до костей мороз распространяется от виска. «Объект 01 стабилен.» Он человек? Тогда почему он не с ними? Почему он тут… Где он? Почему ему больно? Металлический стол под ним, липкий от натекшей крови. Жгущие плоть штыри и тут же тушащие пожар в венах холодные крепления на руках, ногах, шее… Ярким цветком расцвёл огонь в сердце. Сжал руку. Он вспомнил, почему всё это время находился тут. Он не человек.

Из воспоминаний Короля эльфов.

Коротко выдохнув и заставив себя успокоиться, осторожно толкнул дверь, заходя в комнату. Эти три дня, что его Наваждение спало беспробудным сном, Трандуил не посещал его, полностью загрузив себя государственными делами, дабы не давать себе времени даже думать об этом. В этот раз картина была не в пример жизнеутверждающей. Харри спокойно сидел, его пустой взгляд блуждал по той части пространства, где стоял целитель, сейчас активно жестикулирующий. Молодой эльф восторгался способностями к регенерации создания, но рекомендовал сильно не злоупотреблять и начать пить воду, да постепенно возвращаться к нормальному питанию. Он говорил что-то ещё, но Трандуил пропустил это мимо себя, обеспокоенно покосившись на прикроватный столик, на котором стояли полный графин и сухой кубок. Значит его Наваждение не притрагивалось к ним. Стоп – оборвал свои мысли, с уколом вины, а знал ли Харри вообще об этом? Нет, их принесли после того как он уснул, а по пробуждению ему могли просто не сказать… Хотя это и странно. Взмахом руки, остановив встрепенувшегося и собиравшегося его поприветствовать целителя, кивком головы указал на дверь. — Здравствуй, как ты себя чувствуешь? — подошёл ближе, внимательнее осматривая чужое лицо. Никаких явных признаков изнеможения не было заметно. Но при этом все равно сохранялось стойкое ощущение ненормальности. Как-будто он что-то упускал. Не мог понять какой именно груз лежит на тонких плечах, от чего и не мог правильно истолковать чужое состояние. — Хочешь пить, есть? Кстати об этом, чем ты питаешься: растительная пища, мясо? Дождавшись пока они останутся наедине, обратился к Харри, проводившего уход целителя поворотом головы вслед торопливым шагам. Теперь тот «смотрел» снизу вверх на него, остановив взгляд над его головой. — Трандуил? — Да, — улыбнулся, это было странно, но от того что его помнили, на душе становилось теплей. Харри чуть склонил голову в приветствии. После чего совершенно не спеша отвечать на вопросы, сам задал свои. — Почему ушёл тот… эльф, мы ещё не договорили. Сколько я пробыл без сознания? — Три дня. Теперь ты ответишь мне? Знаешь, это очень важно чтобы я смог понять, что тебе предложить. Харри на несколько секунд задумался. Трандуил успел воодушевиться, прежде чем Харри моргнул и разбил все его чаяния: — Ничего. Мне ничего не нужно для поддержания жизнеспособности. Не беспокойся об этом. Последнее было добавлено с короткой заминкой. Это можно было расценивать как хороший знак. Но вот остальной ответ эльфу не понравился. С другой стороны, это могло приблизить к разгадке истинной сущности его «находки»: майар по сути своей духи, обретающие тела, скорее всего могли жить без пищи и воды. Хотя бы потому что были созданы Эру до того, как появились эти вещи. — Хорошо. Может необходимости и нет. Тебе самому хочется ощутить вкус? Эльфу было даже слишком достоверно известно, что у существа были все необходимые внутренние органы для полноценной жизни. Трандуил подошёл к кровати. Харри на его приближение отреагировал, отодвинувшись от края ближе к центру и подтягивая под себя худые ноги. Эльф колебался, интерпретировать это как проявление страха и недоверия, или как приглашение сесть рядом. Не стал спешить и предпринимать какие-либо действия. — Нет. Равнодушно отозвался Харри. Справившись с коротким порывом успокаивающе погладить его по голове, как это делали с пугливыми маленькими животными, Трандуил кивнул сам себе и ответил: — Если передумаешь, сразу скажи. Или мне, или если меня не будет рядом, любому эльфу. Вода стоит на столе у кровати, слева от тебя. Будь внимателен, там балдахин. И, Харри, я хотел бы с тобой поговорить. Он сидел неподвижно некоторое время. Потом разомкнул губы и с заметной осторожностью выбирая слова, произнёс: — Здесь есть смена дня и ночи? Несколько удивленный такой постановкой вопроса Трандуил мог только подумать о зарождении Арды, когда такого процесса действительно просто не существовало. Но, конечно это всё было очень странно. Если Харри действительно дух, почему не сменить физическую оболочку на способную видеть? Прогнал лишние сейчас размышления, спокойно ответил: — Да. Сейчас вторая половина дня. После его слов Харри никак не изменился в лице. — Я готов «поговорить», если мы сделаем это на балконе, — опустив плечи, и сжимая своё запястье, он затравленно добавил, — я, разумеется, не буду совершать необдуманных поступков. Пока не развивая эту тему, но сделав очередную пометку в памяти, Трандуил согласился. — Хорошо. Пожалуйста, иди сюда. Харри неторопливо сел на край кровати, коснувшись ногами пола. Запоздало подумав о том, что у него нет обуви, Трандуил машинально протянул руку. Он хотел помочь ему встать. Когда его пальцы оказались в нескольких сантиметрах от тонкого плеча Харри, открытого свободным воротником туники, тот замер на миг, весь как-то сжимаясь и настораживаясь. — Прости, — тут же отступил, и как только его «раскусили», — не хотел тебя тревожить. Позволь помочь? — Я сам, — тихо ответил Харри и осторожно встал на ноги. Пошатнувшись, он как-то неуверенно сделал шаг вперед. Остановился, прислушиваясь к звукам комнаты. Картина замершего и опустившего голову, так что волосы скрывали его напряженное выражение лица, Харри вызывала подспудную тревогу. — Куда мне идти? — создание повело носом, принюхиваясь. Трандуил встал за ним и осторожно положил руки на плечи. Харри вздрогнул, но послушно пошёл с ним. Это было хорошо, рано или поздно, он привыкнет. Вышли на улицу. Теплый ветер приносил с собой множество запахов. Шелестели листья, солнце заливало балкон золотом. Смена обстановки подействовала благотворно. Его Сокровище, он уже не чувствовал вины за такие мысли, просто смирившись с этим, распрямилось, подставляя лицо солнечным лучам и глубоко вдыхая. Предложил ему разместиться на клине, стоящем чуть поодаль от выхода, у перил сбоку. Харри выразил согласие в легком наклоне головы. Осторожно сев рядом, и настроившись на нужный лад, более не отвлекаясь на рассматривание идеального лица, в солнечном свете приобретающего ранее скрытую мягкость линий, начал «допрос»: — В этот раз пожалуйста, как только почувствуешь усталость, скажи мне, — замолчал, и только дождавшись согласия от запоздало сообразившего, чего от него хотят создания, продолжил, — итак, Харри, к какой расе ты принадлежишь? — Это важно? — существо сложило руки на коленях, при этом опять схватившись за запястье. На его лице никаких эмоций не отразилось. Но даже мягкие слова синдарина не могли скрыть того, что Харри был встревожен. — Знание таких фактов о тебе, поможет мне понять, что произошло и как мне следует действовать. К тому же, мне правда интересно. Ты же не человек, но и не эльф. — Я не знаю. Ответ не то чтобы был смущающим... да, именно так и было. — Прошу прощения? — Трандуил нахмурился, не пропустил в тон голоса свои истинные чувства, ограничившись лёгким удивлением. — Я не знаю, к какому биологическому виду принадлежит моё тело. Покладисто повторил Харри, старательно выговаривая слова языка для него нового, но на котором он уже изъяснялся как на родном. — Как же так вышло? — Этого я тоже не знаю. — Хорошо. Харри, как ты оказался в лесу, и в таком состоянии? Я исследовал место твоего появления и там не было никаких следов, указывающих на произошедшее. Трандуил сознательно не уточнил, что выводы были не его, а группы следопытов, что он отправлял прочесать лес. Неизвестное существо пожало плечами, острые ключицы дёрнулись, привлекая взгляд и наводя на мысли что надо уговорить Харри начать есть хоть немного, а ещё лучше выяснить причины отказа и помочь справиться с ними. — Кто на тебя напал? — Люди. Это был первый незамедлительный ответ, что он получил. И Трандуил мог бы обрадоваться, не означай это, что у смертных появилось оружие, способное убить того, кому будут не страшны клинки и стрелы. — Ангмарцы? Харри не ответил. Не похоже, что ему что-то сказало это название. — Что это были за люди? Почему они на тебя напали? — с секунду подумав и прейдя к неутешительным для параноий выводам, добавил. — Что бы не служило причиной, я полагаю, приму это без лишних вопросов. Харри впервые проявил яркую эмоцию: тонкие губы изогнулись в кривой усмешке. Злой и болезненной. — Ха, — прищурив белесые глаза, Харри повернул голову к нему, — людям не понравилось, что такое опасное существо не служит им, отказывается раскрывать «секрет» бессмертия, отказывается воскрешать мертвецов. Сказав это, Харри снова вернулся к спокойствию ровной водной глади, без намека на пронесшийся по ней шторм. Всплеск эмоций ощущался двояко. Всё тот же ровный голос. Но за ним были тщательно скрыты истинные чувства злости, ненависти и ещё множества других оплотов тьмы в душе этого создания. Позволив себе усмехнуться, в очередной раз дивясь глупости людей, Трандуил попробовал помочь Харри, специально пропуская момент с его «опасностью». Он и так это знает, понял. А Харри должен почувствовать, что тут его не воспринимают как «угрозу», здесь он дорогой гость. — Может быть, ты майар? Бессмертный дух из айнур. Хотя я никогда и не слышал, чтобы хоть кому-то из них подчинялась смерть. Харри вздрогнул, и холодно произнёс: — Она мне не служит. Он повел рукой, подставляя тонкие пальцы под теплые лучи солнца. Трандуил краем глаза проследил это действие, больше сосредоточенный на смене настроения. — Как вы сделали такую правдоподобную иллюзию? Вы не можете влиять на моё сознание. Значит это искусственно созданные условия. И, вы конечно постарались с этими новыми языками. — Я не совсем тебя понимаю, — осторожно произнёс эльф. Как он и предположил, из худших раскладов, ему попался самый неприятный — Харри посчитал что ему врут ради получения его доверия и ничего для него на самом деле не поменялось. Харри запрокинул голову и рассмеялся. Но не было в этом смехе радости, от него становилось неуютно, а по позвоночнику липкими лапами проходился холод страха. — Прошу, Трандуил, оставьте всё это. Вы хорошо постарались, воссоздавая природу, придумывая совершенно новые языки. Я почти поверил... Резко поднявшись, Харри, словно мог видеть, точно подошёл к перилам. Опираясь о них, он ещё раз глубоко вздохнул. На лице его отразилась печальная улыбка. Он повернул голову в ту сторону, где находился Трандуил. Солнечные лучи подсвечивали его глаза, создавая видимость цвета. — Но вы просчитались, — с нескрываемой злобой, Харри выплюнул, — я тоже кое-что знаю. Не вы одни исключительно умные, люди, или кем себя там называете. Я знаю, что после ядерной зимы почву даже с помощью магии сделать жизнеспособной не просто. Кажется, вы нашли способ убить меня? Что же, прошу. Я буду рад избавиться от вашего назойливого присутствия таким образом. Харри полностью развернулся к нему, сложив руки за спиной. — Вам, жалким людишкам, все равно не познать тайн мироздания и тем более не заглянуть за грань. Так что, бросьте. Это всё бессмысленно. Вам не стоит тратить свои и без того короткие жизни на это. Трандуил взмолился Эру: за что ему такое испытание. Потом подумав, запоздало добавил к молитве уточнение, что он не жалуется и его всё почти устраивает. — Харри, — тихо и мягко заговорил, — я примерно понимаю, как для тебя выглядит эта ситуация. И не знаю, как доказать тебе мою искренность. Скажи, что я должен сделать для этого? Существо ничего не сказало. Заставив себя успокоиться и оценить ситуацию полностью, со стороны, без учета собственной нетерпеливости, что ему вообще была не свойственна, но в отношении его Наваждения проявлялась особенно остро, Трандуил смиренно произнес: — Я в растерянности. Не представляю, как подтвердить свои слова. Когда решишь, как я могу это сделать, скажи мне. Чтобы не оставаться голосом из пустоты, Трандуил подошёл к неподвижному Харри и осторожно убрал его волосы с лица. Так же и для себя подтверждая его реальность. Слишком уж эфемерным показался ему образ, в сотканной из солнечных лучей вуали совершенно теряющий связь с материальным миром. — Без проблем, — Харри нехорошо усмехнулся, поднимая голову, черты его лица заострились, на губах играла холодная улыбка, — если вы конечно передумаете раньше, я всегда готов выпить ваш «яд». И развернулся, создавая между ними вроде бы незначительную, но очень ощутимую дистанцию. На миг насторожившись и замерев, он резко повернул голову. Трандуил понял, что его внимание привлекла приземлившаяся на перила птица. Маленькая, пушистая, она наклонила голову, уставившись на них чёрными глазами. — Ха, — издал Харри звук, напоминающий усталый смешок, — удивительно.

***

К великому его сожалению, ранее он уже проявил невероятный трудоголизм и сейчас ему было совершенно нечего делать. Оказывается, в лесу было всё просто прекрасно и сейчас Королю эльфов было просто нечем занять себя, чтобы заполнить пустоту поселившуюся в его душе и днях после того, как его Наваждение совершенно закрылось в себе и перестало реагировать на все попытки заговорить. Харри ничего не делал, ничего не хотел и вообще не напоминал своим поведением живое существо. Сидел на кровати и разглядывал пустоту перед собой. Конечно лесной Владыка предпринимал попытки вступить в контакт. Но, видит Эру, поговорить со статуей легче, чем с решившим что вокруг него враги Харри. Проанализировав всё и несколько раз прокрутив в голове разговор, Трандуил сделал неутешительные выводы. Получалось, что помочь ему может только терпение. И раньше он не думал, что с этим у него возникнут проблемы. Но, похоже он допустил роковую ошибку, пускай это и сделал со странной радостью, позволив прекрасному созданию заполнить какую-то часть его души. Сегодня он привычно пришёл навестить Харри. Он уже убедился, что эта ситуация ещё хуже, чем, когда он был без сознания. Там хотя бы всё понятно… Он приходил каждый день. Сначала он пытался с Харри разговаривать. Потом, перестав пытаться получить ответ, рассказывал всякие мелочи. Всё это было чтобы не оставлять создание в тишине наедине с сомнительными мыслями. Он должен перестать его опасаться. Он должен дать ему какую-то подсказку. Но в этот раз похороненным под слоем тоски надеждам дали воскреснуть. Харри непривычно бодро встретил его. Да, поворот головы в его сторону это уже «бодро». — Здравствуй, Харри, — чтобы не спугнуть это, Трандуил приложил немало моральных сил, заставляя себя действовать в соответствии с доведенными до автоматизма ритуалами. Поэтому он неспешно прошёл, собираясь занять привычное место у кровати на софе у подножия. Но его остановил на середине пути непривычно звучащий, вкрадчивый голос. — Твоё упорство вызывает удивление и уважение. Ты знаешь, что это нездоровое рвение? Трандуил усмехнулся: интересно, кто служит этому причиной? Но вместо этого ответил спокойно: — Не думаю. Это вполне объяснимо. Харри хмыкнул. Эльф стиснул зубы, чтобы широко не заулыбаться. Кажется, или его старания действительно дали свои плоды? — Мне нужен нож, — Харри всегда очень легко выбивал землю из-под ног. Вот и теперь Трандуил не совсем поверил своему слуху. Нахмурился. В его голове пролетело множество не самых приятных вариантов, для чего. Харри тем временем продолжал говорить: — Если ты был искренен в своих словах о том, что не имеешь отношения к «тем людям», ты мне его дашь. Я даже готов принести клятву, что не наврежу тебе ни прямо, ни косвенно, Трандуил. Существо протянуло к нему свою руку. И эльф увидел, как на бледной коже запястья проявляются незнакомые ему руны. Багрянцем они на миг вспыхнули, оплетая руку браслетом, впитавшимся в плоть и исчезнувшим без следа. Магическая клятва – с таким он не сталкивался прежде. Похоже он слишком долго пребывал в растерянности. На лице Харри проступила сложная эмоция. — Конечно, я знал, что ты мне откажешь. Трандуила это отрезвило. Он понял, что может очень легко потерять даруемый ему шанс. Если он не ошибся, лишить себя жизни существо не сможет, да и среагирует он, так что нет ничего опасного в том, чтобы выполнить просьбу. Он спешно отстегнул с пояса ножны с коротким клинком. Подошел к кровати и осторожно вложил в дрогнувшие от неожиданности холодные руки оружие. Хотел сказать, что это эльфийская сталь и она очень острая и прочная. Но замер, обрывая всякие мысли. На лице Харри проступила тень непонимания. С каждой секундой его тонкие пальцы ощупывали все больше деталей предмета в руках, и он всё больше терялся. Непонимание сменилось смесью затаенной надежды и опаски. Трандуил с замиранием сердца наблюдал, как существо исследовало оружие, потом извлекло клинок с тихим шелестом. Пальцы его пробежались по всей длине лезвия. А в следующую секунду на его лице проявилась пугающая радость. Сжимая клинок, словно тот был самым дорогим ему сокровищем, Харри размеренно выдохнул и спокойно надавил остриём на тонкую кожу запястья. Кровь, стремительно побежавшая из раны, пролилась ручьем на белые ткани, расцветая бутонами алых цветов. Харри просто вонзил лезвие между сухожилий на запястье. Потом он резко развернул его, разворотив эту часть руки окончательно. Лопнули нити вен, кисть его безвольно повисла, ведь мышцы он перерубил и разорвал окончательно. Харри вытащил клинок. Трандуил не знал, что ему думать. Так как Харри занес оружие над рукой снова и с заметным приложением силы ударил. Послышался странный звон металла. Харри перерубил стык костей и его рука была отделена от тела. Она упала на кровать. Но Харри на это никак не отреагировал. На его губах застыла радостная улыбка. Отложив клинок на колени, он полез в открытую рану. И только теперь Трандуил понял, зачем всё это было… Тонкие пальцы, измазанные в собственной крови, с неприятным звуком достали из безобразной раны нечто продолговатое и чёрное. — Я готов тебе поверить, Трандуил, полностью, — вырвал Эльфийского Короля из оцепенения поразительно звонкий и чистый голос, такого тона он ещё не слышал, — никто из моих врагов не позволил бы избавится от оков. В руке у Харри было небольшое кольцо черного металла, что обхватывало кость ранее. Теперь он отбросил его, спешно нащупывая отрубленную кисть и приставляя её обратно к ране. Было завораживающе наблюдать как плоть срасталась. С хрустом восстанавливались кости, новыми узорами сплетались вены, и вот уже рука вернулась на своё место, конвульсивно дернулись пальцы. Харри не колебался, повторяя «процедуру». Теперь Трандуил уделял больше внимание его лицу. Потерял руку и не дрогнул… Это было достойно уважения, если бы эльф не понимал, что причиной тому могла служить не мужественная выдержка, а уже устоявшаяся привычка ощущать боль. Извлекая второе кольцо Харри только жмурился, с наслаждением избавляясь вместе с болью от инородного предмета в организме. Он тяжело дышал, светлые щёки его пылали румянцем, пока рука восстанавливалась. Поняв свои эмоции, он второй прикрывал лицо, пряча их. Когда вторая рука пришла в норму, Харри выпрямился. Его бледное лицо разукрасили кровавые разводы от касаний пальцев. Но это не могло исказить восприятие его довольного выражения, что даровало ему небывалую красоту. — Могу я просить твоей помощи? — застенчиво разрушил тишину Харри. — Чем я могу помочь? Его собственный голос был поразительно мягким и спокойным. Трандуил успокаивал себя мыслью о том, что для того, чья плоть почти моментально восстанавливается, нет ничего необычного в том, чтобы проявлять такую небрежность. — У меня вот здесь… Харри повернулся к нему в пол-оборота, опустил голову. Пальцы оставили на белой коже в центре шеи несколько мазков пока не засохшей крови. — Скорее всего, справа от позвоночника, есть металлический штырь, можешь вытащить его? Я буду… очень благодарен. Всё тело существа содрогнулось, оно продолжило с прежней интонацией. — Я и сам бы мог это сделать, но отключусь раньше, чем закончу, из-за повреждения нервной системы или болевого шока. Прежде чем Трандуил ответил, Харри поспешил добавить: — Что ты хочешь взамен? — он закусил губу, повернувшись и старательно ища белёсыми глазами ту точку, где был эльф. — Ничего, — Трандуил остановил его, понимая, что состояние его Наваждения сейчас далеко от вменяемого, и тем более он не хотел требовать от него чего-то в такой момент полного доверия, — но прежде, я могу принести обезболивающий отвар… — Не стоит. Это не сработает. Давай начнем, как тебе будет удобно! Харри убрал мешающие волосы, пачкая их, доверчиво склоняясь и подставляя шею. Эльф незаметно выдохнул и сел рядом с ним. Если бы Трандуил не видел в день их формального знакомства, как у существа буквально восстановилась почти сквозная дыра, его руки сейчас бы дрожали. — Можешь кричать, если от этого станет легче, — поддерживая свободной рукой голову Харри, произнёс Трандуил, делая аккуратный надрез. Существо только хмыкнуло. Когда он разрезал мышцы, Харри очень тихо, на грани слышимости зашипел, после и вовсе приглушённо простонал что-то неразборчивое. Потом, в один миг, его тело полностью расслабилось. Он потерял сознание. Как только эльф заметил черный кусок метала, словно прожёгший плоть и намертво завязший в ней, в одну секунду аккуратно изъял его, тут же ощущая кожей, как температура воздуха в покоях стремительно падает. Изо рта вырвался едва заметный клуб пара. Трандуил прижал к себе содрогнувшееся тело существа. Это было всё, что он смог сделать в данной ситуации, не зная, как ещё помочь. Но вот, всё закончилось, он и не думал, что будет так переживать. Вновь потеплело, Харри не шевелился. Рана медленно, но верно зарастала, в итоге оставив за собой девственно чистую белую кожу, окроплённую засыхающей кровью. Как только эльф успокоился, он начал размышлять и пришёл к неутешительным выводам. А что, если очнувшись, существо сбежит или нападет. Как он понял эти «оковы» каким-то образом сдерживали его силы. Но теперь этого нет… Но, все его переживания оказались беспочвенны. Трандуил чётко ощутил момент, когда спокойное дыхание сорвалось в протяжный вздох. Как дрогнул Харри в его руках, приходя в себя. Но его Наваждение не сделало никаких резких движений. Только едва слышно выдохнуло: — Спасибо. В простом слове было слишком многое, чтобы эльф мог осознать это сразу. Но он и не задумывался об этом, только крепче обняв существо, позволил опереться на себя. Это был первый раз, когда оно разрешало так свободно коснуться его. Трандуил никуда не спешил. Подбадриваемый эгоистичными желаниями, он был согласен остаться в этом моменте навсегда. Но Эру считал иначе. А более нет никакого объяснения такому неудачному стечению обстоятельств, чем влияние воли божественной. Двери распахиваются. В комнату врываются стражи его личной гвардии во главе с Тауриэль. В этот же миг Харри, до этого доверчиво жмущийся к нему, одним резким движением подскакивает на ноги. Вставая между ним и другими эльфами, он выставляет перед собой ладонь. Стрелы он останавливает одним движением кисти. Трандуилу требуется секунда чтобы понять, что происходит. Ещё секунда чтобы восхититься самоотверженной попыткой Харри защитить его, а вся его поза и действия так и кричат об этом. А потом он громко и четко произносит: — Отставить. Эльфы не успевают опустить луки. Харри сжимает пальцы, и дерево разрывается у них в руках. Ещё один удар сердца, и вокруг существа загораются тонкие спицы света, собранного и сжатого до размеров стрел. Ровно столько, чтобы каждому из ворвавшихся в комнату хватило. — Харри, прошу прошения. Мои подчинённые не подумали о своих действиях. Трандуил встал и неторопливо, чтобы никого не нервировать, и никто не совершал глупых поступков, встал рядом с существом, без единого слова, искажающим реальность, мнущим её как мягкую глину. Теперь он мог видеть его выражение лица. Холодная ярость и какое-то предвкушение, медленно сменялись разочарованием и беспокойством. Опустив руку, вместе с этим пропали и иллюзорные стрелы, Харри как-то испуганно уточнил, поворачивая голову в ту сторону, где как ему думалось, стоял Трандуил, и он почти угадал: — Это твои? Тебе ничего не угрожает? Ты не предал никого, помогая мне? — Нет, прошу, не волнуйся. Ты в полной безопасности. Я тоже. Картина легко сложилась и Трандуил легко угадал возможную версию происходящего со стороны Харри. Если тот полагал, что всё ещё находится в плену у людей, и что те просто решили сменить манеру «переговоров», вполне мог посчитать что он предал этих людей, помогая ему избавиться от ограничителей магической силы. — Тауриэль, — холодно посмотрел на ничего совсем не понимающую эльфийку, тоном командным спрашивая, — потрудись объяснить, что заставило тебя подумать, что вы можете атаковать моего гостя? — Мы почувствовали всплеск странной силы, и она была очень опасна, Владыка, — встав по стойке смирно, женщина мало что понимающая, отчиталась, — первой реакцией было защитить вас. Чуть опустив голову, Харри прислушивался к разговору. В его руке, что едва подрагивала, проскальзывали зеленые всполохи силы, иногда сменяющиеся совершенно черными жгутами, обвивающими тонкие пальцы. Нервозности эльфам это не уменьшало. И Трандуил старался учитывать это.

***

Гэндальф резко распахнул глаза. Остановив свою повозку на показавшейся прелестным местом для стоянки, зеленой поляне, раскурив трубку, он прикорнул под деревом. И из зыбкой дымки сна его выдернул холод, пробежавший по спине и отдавшийся острой болью в голове. Подскочив, осмотрелся, совершенно не понимая откуда пришло щемящее чувство опасности, засосавшее под ложечкой и сдавившее сердце. В то же время, в другой части Средиземье, Галадриэль задумчиво перебирала струны арфы. Всего на миг её пальцы замерли на струнах, своей музыкой затрагивающих души слушателей. Но вот она отмерла, вернулась к игре, и лишь тон её мелодии непостижимым образом потерял беззаботную лёгкость. Правительница эльфийского леса проводила тяжёлым взглядом горящее на горизонте солнце. Ей совсем не понравился укол страха, пришедший с неизвестной силой, вспыхнувшей яркой звездой на миг и тут же пропавшей из ощущаемого мира. Это было ужасно. Это было отвратительно. И вместе с тем, это было так прекрасно, что страх моментально погребало под себя трепещущим в груди смиренным принятием неизбежного. На юго-востоке зажглись сигнальные огни крепостей. Этого не происходило уже много сотен лет, но сегодня, пускай и на краткий миг, пустоши Мордора озарил свет мигнувшего Ока. Искры сознания Темного Властелина использовали остатки накопленной силы, чтобы найти источник незнакомой, но такой необходимой мощи.