The Curse of Dead Roses

— Наливай! Не жалей, Ли, а то я смотрю ты уже наливаешь себе полбокала! — кричала Ребекка с дивана с красными щеками.       Лилит стояла в двух метрах от нее с бутылкой вина, немного покачиваясь, а ее взгляд плыл от лица собутыльницы до пяти пустых бутылок вина на полу. Роуз, все также шатаясь, дошла до дивана и упала на него, протягивая новую бутылку блондинке. Пила в основном Майклсон, ведь ее мертвое тело сложно напоить, но в итоге все получилось, но недоведьма тоже напилась в хлам, она никогда в своей жизни столько не пила. Они много говорили о семейных проблемах, вампирша даже признала, что они похожи, правда у Майклсон драмы побольше. Ребекка поняла, что Кол нашел в Лилит, она была открытая и прекрасно слушала все проблемы, переживала их вместе с собеседником. — Ребекка, я уже… — Называй меня Бекс, и хватит сдаваться, пей давай, а то уже скоро должен вернуться Ник. — от этих слов Роуз подскочила и полными эмоций глазами посмотрела на новую подругу. — О, а кто-то рад приходу брата. Уже влюбилась? Понимаю, он весь такой взрослый, красивый мужчина, я в твоем возрасте в таких влюблялась, правда братья не давали мне хоть что-то сделать.       На ее словах шатенка покраснела еще сильнее, уже поддаваясь смущению, а не алкоголю, и замахала руками, протестуя словам первородной. Хотя понимания того, что скоро придет Клаус, от которого сердце содрогается, в пьяной голове вызывало разные мысли от страха до странной похоти. Ей вдруг захотелось коснуться всех частей его тела: от мощных рук, до крепкого пресса и ниже… Мысли снова пошли не в ту сторону, поэтому Лилит постаралась их перебить, выпивая вино прямо из горла.       Ребекка же смеялась со смущения девушки, не понимая, что ее останавливает в плане Никлауса, ведь он уже очарован ею, хотя возможно сам еще того не подозревает. Блондинка чувствовала расслабление от алкоголя, хотя не до конца опьянела, вампирше нравилось собственное состояние и нравилась компания. Хотелось бы уехать и забрать Лилит с собой, ведь она неплохо скрашивала бы вечную жизнь, пока ее смертный век не закончится, но Ник не позволит. Он не уедет отсюда, пока Гилберт тут, и не отпустит свою проклятую. И как только она его вспомнила, то услышала его шаги на улице.       Когда Клаус увидел картину в гостиной, его глаз кажется пару раз дернулся, ведь его сестра опьяненная вином сидела с самодовольной улыбкой на диване, придерживая совершенно пьяную и красную Роуз от падения на пол. Рядом с Клаусом стоял Стефан, который тоже из-за представшей перед ним картины был шокирован. Художница перевела на них пьяный взор и покраснела еще сильнее, визуализируя свои мысли в реальности, а потом уткнулась Ребекке в грудь, бурча, что никого не хочет видеть, и эти слова, конечно же, услышали все своим вампирским слухом. Вампирша разразилась смехом, прижимая девчушку к себе ближе, и посмотрела на забавляющегося этим видом брата, видимо он тоже находил шатенку очень милой в этом состоянии. — Что Лилит здесь делает? Вы опять ей что-то внушили? — Сальваторе был напряжен, что не вписывалось в атмосферу в комнате. — Почему же? Думаешь она не может прийти сюда по своей воле? — задавала с возмущением вопросы блондинка, забывая, что мало кто знает о проклятии.       Клаус приструнил ее взглядом и позвал Стефана с собой в другую комнату, вампир еще поколебался, но понимал, что не заберет Роуз у первородной грубой силы, поэтому отступил. После ухода мужского пола Ребекка не хотела, чтобы Ник портил им веселье своим присутствием, поэтому, подхватив под руку подростка, сказала, что они идут веселиться. Лилит пыталась возразить, так как ноги ее совершенно не держали, а перед глазами все плыло, хотя от мысли, что сейчас они пойдут на улицу, становилось легче, ведь тело буквально пылало жаром. Холодный воздух немного отрезвил художницу, хотя состояние оставалось ужасным до самого прибытия в Мистик Гриль.       Так как были выходные бар был полон народу, начиная от подростков, заканчивая взрослыми мужчинами, отдыхавшими после рабочей недели. Жар в помещении не способствовал улучшению состояния проклятой, ее затошнило, поэтому пока спутница отвлеклась на Мэтта, Роуз быстро забежала в туалет на еле двигающихся ногах. Но там она натолкнулась на Елену, тут же падая на пол, задыхаясь от того, как ей было плохо, голова кружилась, желудок сжимался, готовясь извергнуть из себя большое количество алкоголя. Гилберт с явным беспокойством присела рядом с подругой брата, аккуратно касаясь ее лба и ужасаясь жаром, что исходил от тела шатенки. Она не знала, как помочь девушке, лишь смогла дотащить ту до раковины, умывая лицо подростка холодной водой. — Елена, ты долго, что-то произ… О боже, что с ней? — в туалете появилась белокурая макушка Кэролайн. — Она такая горячая, словно температура больше сорока градусов. Судя по запаху, Ли перепила и ей плохо, но температура… — в это время Лилит изогнулась, не понимая причину своих столь сильных ощущений боли, словно внутри что-то ломается. — Больно… — девушка хныкала, как ребенок, не ощущая ничего кроме возрастающей боли в сердце. «Помогите кто-нибудь…. Пожалуйста… Клаус…»

***

***       Клаус резко перестал разговор с Стефаном, рука дернулась, роняя бокал с виски на дорогой ковер. Волк внутри всколыхнулся и заскулил, просил идти к ней, к запаху роз. Майклсон резко поднялся с дивана и прошел в гостиную, где последний раз видел Роуз, но ни ее, ни сестры там не оказалось, да и вообще запах был слишком слабый, словно они ушли уже как полчаса. Внутри все исказилось, на секунду гибрид забыл обо всем, в голове было лишь видение, как девочка лежит на холодной плитке и плачет от боли, мысли о двойнике, гибридах пропали тут же. Сальваторе, не понимая резкой смены настроения собеседника, последовал за ним и пытался узнать причину прекращения разговора, как вдруг его телефон зазвонил. На дисплеи высветилось имя «Елена», поэтому Стефан тут же ответил. — Елена? Я у Клауса, решаю вопрос о… — но панический вскрик Гилберт перебил ее. — Стефан, тут Лилит… она… ей больно, Кэролайн дала ей вампирскую кровь, но ее тошнит ею, а еще она плачет и хрипит. Что делать? Я не знаю, как помочь… я… — парень не успел ответить, как гибрид выхватил телефон из его рук. — Где она?! — гневное рычание напугало всех, кто его услышал. — В туалете Мистик Гриль… — не желая ощущать на себе гнев первородного, ответила двойник.       Майклсон тут же бросился в нужное место, за ним же последовал Стефан, не понимая, что тысячелетнему гибриду нужно от семнадцатилетней школьницы. А Клаусу уже было плевать на маскировку Роуз, волк внутри истошно молил, желал прижать девчонку к себе и никуда не отпускать. Страдания смертной словно отражались на него, вызывая дискомфорт в области сердца, словно все что чувствует она, должен испытать он. До бара они добрались за несколько минут, поэтому бессмертные тут же направились в нужное место, игнорируя изучающий взгляд Мэтта и Ребекки, вампирша даже напряглась, видя гнев и страх на лице брата.       Гибрид распахнул дверь в женский туалет, вызывая испуганный вздох со стороны Форбс и Гилберт, а потом застыл. Девушка, что обычно пахла розами и смущением, сейчас воняла кровью и болью, она лежала, сжавшись в калачик, в крови. На лице была гримаса боли, дыхание было учащенное, а из носа шла кровь, как и изо рта, но если кровь под носом принадлежала Лилит по запаху роз, то другой ее просто рвало, ведь тело не принимало кровь чужого вампира. И словно почувствовав его присутствие, Роуз приоткрыла глаза и со слезами посмотрела на него.       Клаус дернулся и в мгновение снял с себя кожаную куртку, приближаясь к художнице. Гилберт хотела бы помешать ему, но Стефан удержал ее за руку, показывая, что вмешиваться не стоит, Кэролайн же осталась на месте, готовая напасть на гибрида, если тот захочет навредить страдающей подруге. Но Майклсон с аккуратностью укутал девушку в свою куртку, утирая рукавом водолазки кровь с ее лица, чувствуя, что от его прикосновений, ей будто становится легче, ведь потихоньку нормализовалось дыхание. Он поднял ее на руки и оглядел всех присутствующих. — Она моя, так что не смейте ее даже пальцем касаться. — страх и непонимание были в глазах подростков, но Клаусу было все равно, он просто ушел.

***

*** » — Милая… Дорогая… — голос отца был тихим, словно слышался сквозь воду, но Лилит все равно разлепила глаза и стала искать его рядом. — Папа! Папа, что со мной? — слезы застыли в глазах. — Откуда эта боль? — Никогда не думал, что она может ослабить магическую печать… — он все же смог появится рядом с подростком и аккуратно коснулся ее плеч. — Солнышко, послушай меня внимательно. Ты сильнее чем кажешься, твоя мощь дремлет… Мартелла хочет смерти гибрида, поэтому пытается сломить тебя. Не слушай ее, не поддавайся на ее провокации. Она гнилой сорняк в истории семьи, она хочет срезать последний цветок, уничтожая все. Чертова ведьма подгадала момент, когда твое сознание было слабо из-за алкоголя. — Я не понимаю… Что ей нужно от меня? Как по ее соображениям я смогу убить Клауса? Он же… такой сильный. — девушка хваталась за теплые руки отца, пытаясь найти ответы на все свои вопросы. — Ты станешь сильнее, но она всегда будет с тобой, ведь такого проклятие. Ты Лилит Роуз — последняя ведьма нашего рода, ты станешь сильнейшей, но как только проявишь слабость, Мартелла возьмет верх. Помни об этом…»       С резким вздохом Лилит проснулась и пыталась найти отца рядом, но никого не было, все та же привычная комната гибрида, кажется просыпаться у него скоро станет привычкой. Было светло, хотя, судя по часам, время приближалось к вечеру. Девушка приложила руку к голове, чувствуя невероятную боль, как и должно быть после такого объема выпитого вина, а потом почувствовала рукой вибрации рядом с подушкой. Ей звонил Кол. Роуз со стоном дернулась к телефону и приняла вызов. — Привет, цветочек, слышал тут от Бекки, что ты там чуть не умерла. Меня всего ничего в городе, а ты уже решила покинуть этот мир? — голос вампира хоть и был веселым, но проскальзывало небольшое беспокойство. — Ты была в отключке три дня. — Что?! Какой кошмар… а как же школа? — на другой стороне трубки послышался обречённый вздох. — Чуть не померла, а ее волнует школа! Говорил же, что ты зубрила. — а потом его голос стал серьёзным. — Ты знаешь, что с тобой произошло? — Я… — Лилит решила, что доверяет Колу, поэтому рассказала все честно. — Отец являлся ко мне в видении, сказал, что моя покойная родственница пыталась разрушить какую-то магическую печать, пока я была в плохом состоянии. Я не понимаю, почему он сказал, что я должна стать сильной ведьмой, мы же старались как могли, но у меня не выходило колдовать. — Хм, возможно не получалось как раз-таки из-за этой печати, она может сдерживать твои магические способности. Кстати, передать Джереми привет? — Роуз услышала голос своего лучшего друга где-то на фоне и тут же поняла, что за задание дал Клаус своему брату. — Только не убивай его! Пожалуйста, только не его. — Цветочек, я не собирался его убивать, только приглядываю, так что не переживай. К тому же, не хочу тебя расстраивать. — на этих словах художница выдавила из себя улыбку, а потом продолжила болтать с первородным на различные темы до самого захода солнца.       Потом Кол сказал, что у него дела и сбросил звонок, пожелав подруге скорейшего восстановления. После разговора с ним Лилит стало даже легче, ведь вампир смог на время заставить забыть ее о боли и переживаниях, она ценила их общения почти точно также, как с Джереми, который совсем ее забыл. От этого было обидно, но в глубине души она понимала, что ему тоже довелось столько всего пережить, а поддержки от нее не было, ведь про все сверхъестественное школьница узнала совсем недавно. Ее мысли прервали громкие шаги в коридоре.       Дверь в комнату отворилась, в поле зрения появился Никлаус с хмурым лицом. Он получил смс от Кола, что его проклятая очнулась и чувствовала себя не очень, так что возможно немного капель гибридской крови облегчило бы ее страдания. Роуз вся сжалась от одного его присутствия, думая, что сейчас он будет ее наказывать за причиненные неудобства, но мужчина лишь сел рядом с ней на кровать и проницательно взглянул в карие глаза. — Сладость, ты меня очень напугала своим внезапным приступом, заставляя заморочиться немного. — она хотела что-то ответить, но он не дал ей и слова вставить. — Я был к тебе мягок, позволил жить в своем доме, чтобы не заставлять жить со мной, подпускал к тебе других вампиров. Пора бы что-то менять. — Но я… — он прокусил собственное запястье, протягивая его ей.       Гибрид не раз пил из нее, но вот Лилит совсем не знала вкуса его крови, в прошлые разы хватало лишь одного присутствия Майклсона, чтобы ей стало лучше. Жар охватил щеки и низ живота, она сглотнула, смотря прямо на алую жидкость на его руке. Метка загорелась огнем, вызывая приятную истому, тело хотело этой крови, словно наркоман хочет новую дозу, хотя раньше она не замечала за собой тягу к этому. Девушка коснулась губами запястья, пробуя кровь языком, и ее словно тысяча игл пронзила. Словно сумасшедшая школьница впилась в его запястье, поглощая кровь, чуть ли, не мурча от удовольствия. От всей этой картины внутренний волк Клауса зарычал от желания завладеть ею полностью, но гибрид сдержался и заключил ее в объятия, чтобы ей было удобно пить, а второй рукой он гладил ее по голове и шептал. — Теперь ты принадлежишь мне, полностью, каждая частичка твоего тела моя, Лилит Роуз. Моя сладость… Никто тебя не тронет… — словно в бреду шептал Клаус, наслаждаясь тем, как она сладко мурчала, поглощая его кровь. — Моя малышка Роуз…