Пепел

В офисе было уже достаточно много людей: весь стафф, менеджеры, охранники и, непосредственно, участники группы. Кабинет офиса напоминал собой небольшой конференц-зал, который также был весь в бледно-зеленых оттенках. Стулья были расположены напротив небольшой сцены с огромным экраном, который занимал всю стену. Уже когда Тэхён понял, что его все проигнорировали, он прошмыгнул к свободному месту рядом с Намджуном. Лидер что-то активно обсуждал со своими коллегами, но Тэхён не вдавался в суть разговора, так как ему казалось, что в помещении жутко жарко. Сняв пальто и расстегнув на рубашке пару верхних пуговиц, он заметил, что Чонгука ещё нет, хотя он вышел из машины раньше, чем Тэхён с менеджером. Наклонив голову вбок, он краем глаза заметил сидящего к нему вполоборота Чимина, который пилил его взглядом. Тэхён не мог сделать вид, что не замечает ничего вокруг, и оставив свои вещи на стуле, направился прямиком к нему. Опустившись рядом на стул и сделав глубокий вдох, Тэхён начал придумывать, с чего бы ему начать разговор. Но Чимин решил начать первым: — Ну и что это вчера было, Тэхён-щи? — полностью развернувшись всем корпусом и пиля Тэхёна взглядом, резко проговорил он. — Я хотел бы извиниться. Я не знаю, что на меня нашло вчера. Просто хотелось побыть одному, — не решая посмотреть в глаза, выпалил на одном дыхании Тэхён. Только наблюдая краем глаза, он замечал перемены настроения на лице Чимина. У Тэхёна с ним были самые близкие отношения, чем с остальными участниками группы. Старший старался всегда проводить больше времени с ним, у него даже был ключ от апартаментов Тэхёна. Иногда он приходил поздно вечером, без предупреждения, и они вместе смотрели фильмы или просто болтали обо всем на свете. Тэхён был благодарен ему за такие вечера, ведь это помогало ему хоть как-то отвлечься и почувствовать себя «живым». Чимин видел, что последнее время с Тэхёном происходит что-то странное: резкие перемены в настроении, синяки под глазами (которые не спасал даже макияж), отсутствующий взгляд. Если бы не менеджер, который каждый день забирал его из дома, то он уверен, что Тэхён бы и опаздывал на все репетиции, если бы вообще приезжал. Но он все это списывал на их бешеный график. Особенно перед туром или концертом — репетиции были просто с утра до вечера, и свободная минутка выдавалась очень редко. Чимин не придавал его поведению значения, потому что они все находились в одной лодке, и ни у одного Тэхёна было такое тяжелое расписание. Игнорировал он это поведение вплоть до вчерашнего дня, когда Тэ просто отключил телефон и забыв про встречу с Хосоком, уехал домой. Он хотел приехать домой к Тэхёну и поговорить еще вчера, но решил не беспокоить. Подумал, что значит так было нужно. — Ты же знаешь, что тебе не передо мной нужно извиняться сейчас, — не отводя взгляда, продолжал Чимин, — Хосок не вспыльчивый человек, и я уверен, что он тебя уже простил, но я думаю, тебе сейчас нужно подойти к нему и извиниться. Тэхён все так же прожигал взглядом свои коленки и нервно теребил штанину, так как ему было стыдно смотреть в глаза Чимину. Он молчал вплоть до того момента, пока тот его не похлопал по спине и продолжил: — А после собрания, я хотел бы услышать эту замечательную историю, почему Чонгук забежал сюда с бешеным взглядом, кинул сумку на пол и что-то промычав, снова убежал куда-то, — не убирая руку со спины, говорил Чимин. Тэхён понял, к чему может привести этот разговор и сразу поднял свой уставший взгляд на того, намереваясь что-то сказать, но ему не дали: — И даже не думай уходить от этого разговора, — все так же продолжая гладить спину и улыбаясь, продолжал Чимин, — я буду ждать тебя в двенадцать часов в нашей кофейне, и только ты не придешь. — Поставил точку в разговоре тот и встав со стула, направился к Джину и Юнги, чтобы принять участие в другом диалоге. Под «нашей кофейней» Чимин подразумевал место, под названием «LAIMA», где они постоянно собирались до дебюта и сейчас периодически заглядывают туда. Там всегда есть отдельное помещение, где они могут посидеть без лишних глаз. Тэхён жутко любил это место, он даже заглядывал иногда туда один. Это была двухэтажная кафешка, где на первом этаже располагалась барная стойка и столики, а на втором — были закрытые комнатки для VIP гостей. Всё помещение, лестница и даже барная стойка были украшены живыми цветами. Это место было одно из немногих, где Тэхён ощущал гармонию и внутреннее спокойствие. Ему даже иногда казалось, что здесь он бы и смог нормально заснуть. В этом месте хранилось очень много воспоминаний, еще тех, когда они до дебюта собирались там все вместе. Тэхён бывал там даже вместе с Чонгуком пару раз, ещё до того момента, когда они стали стремительно отдаляться друг от друга. Когда все пошло ко дну? Когда наступил тот самый переломный момент, в котором они стали с такой неприязнью и злостью относиться друг к другу? Тэхён и не мог вспомнить, потому что это все длилось годами, и он уже не представлял других отношений между ними. Но в данный момент он и не хотел думать об этом. Сейчас ему надо было подняться и подойти к Хосоку, и объяснить ему ту причину, по которой он вчера так с ним поступил. Не замечая всего того, что происходит вокруг, он медленно подошел к Хо, который играл в игру на телефоне, нежно обнял того со спины и на одном дыхании чуть ли не промурлыкал: — Хосоки-и, прости меня пожалуйста за вчера, не знаю, что на меня нашло. Я что-то совсем замотался в последнее время и совсем забыл про всё. Хосок явно не ожидавший такого поворота событий, чуть ли не выронил телефон из рук и попытался что-то сказать, но Тэхён все крепче обнимая его со спины, продолжил: — Выбирай любой день, место, да все что угодно. Я приеду, куда ты скажешь и поработаем с тобой вместе. Я тебе обещаю. Только пожалуйста, не злись на меня, хён. Хосок просто не мог на него злиться. Он обожал такого нежного и тактильного Тэхёна, который с большой любовью и нежностью пытался передать то, как он раскаивается. Хо был не из тех людей, которые затаивают обиду и долго держат это в себе. Он и правда простил его ещё вчера, ссылаясь на то, что и правда могло что-то случиться. Глубоко вздохнув, он убрал руки Тэхёна со своих плеч и полностью развернулся к нему. Хосок заметил, что у него была нервная улыбка и испуганный взгляд. И решив его успокоить, сказал: — Тэ… Если бы ты знал, как я тебя люблю, ты бы расплакался, — пытаясь перевести ситуацию в шутку, улыбаясь, говорил Хоби, — я знаю, что завтра после восьми ты свободен, и я буду ждать тебя в свой студии, только попробуй не приехать, в этот раз я не буду таким лояльным. Тэхён наконец смог полностью расслабиться и улыбнуться уже искренне: — Конечно я завтра буду. Мы можем после репетиции завтра поехать вместе, если ты не против? — Я не против. Хорошо, — пожав плечами, ответил Хосок, — скоро уже начнется собрание, пора бы сесть на свои места. Ты, кстати, не знаешь, куда убежал Чонгук? — Не знаю. Но я уверен, что он скоро вернется, — уже направляясь к своему месту, чуть ли не прокричал Тэ. *** Собрание должно было начаться с минуты на минуту, но Чонгука все так и не было. Тэ знал, в чем была причина такой резкой перемены настроения, но не хотел даже размышлять над этим. Он не думал, что Чонгук нарушит все правила и просто сбежит с собрания в тренажерный зал, выпускать пар. Все уже давно заняли свои места, как только Чонгук появился, что-то активно обсуждая с охранником. Извинившись за то, что чуть не опоздал, он так же занял своё место рядом с Джином, чуть правее самого Тэхёна. Все активно начали обсуждать предстоящий тур, репетиции, фотосессии, фан-встречи, интервью и так далее. Предстоящий концерт должен состояться через месяц в Сеуле, и до этого предстоит много работы, чтобы как всегда представить самое лучшее шоу. У каждого из них был свой график, но совместные репетиции стояли каждый день, и только в воскресенье их не было. В этот день Тэхён мог отдохнуть от всех и посвятить себя творчеству. Он очень любил искусство и временами позволял перенести своё внутренее состояние на картины. За последние месяцы они становились всё более сложными и мрачными. И что пугало Тэ больше всего, он стал замечать, что и рисовать ему больше не доставляет удовольствие, и делает он это через силу, чтобы хоть чем-то себя занять. Прикусив губу и отогнав эти мысли, Тэхён поднял голову и украдкой взглянул на Чонгука. Тот сидел и внимательно слушал, что обсуждают остальные. Заметив на себе взгляд, Чонгук обернулся. Тэ резко отвел глаза, потому что не мог вынести это. В его глазах читался весь возможный спектр эмоций: начиная от раздражения и заканчивая непониманием. Тэхёну показалось, что в помещении с каждой секундой становится все жарче. Ему становилось тяжелее дышать. Он уже и не пытался слушать, о чём идет обсуждение, становилось просто очень плохо. Дыхание сбилось, сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Тэхён нервно тряс ногой и грыз ногти. Это странное поведение не мог не заметить Намджун, который сидел рядом и что-то записывал на планшете. Спустя пару минут он все-таки решил спросить: — Тэхён, ты как себя чувствуешь? Тебе плохо? «Нет, блять, мне очень хорошо», — чуть не вырвалось из Тэхёна. Но он прекрасно понимал, если сейчас скажет, что ему плохо, то это приведет к многочисленным вопросам, проверкам и всему остальному. Особенно, когда на носу первый концерт спустя полгода. Они — команда. Слаженный механизм. Если выпадет из строя один — замена невозможна. Каждый из ребят уникален по-своему. Весь мир и любит их за то, кем они являются. И Тэхён не мог из-за своих каких-то эмоций и проблем подставить миллионы людей. И тем более, видеть эти сочувствующие взгляды, в которых так бы и читалось «Ты справишься, всё будет хорошо». Его тошнит даже от одной мысли об этом. Перестав наконец трясти ногой, Тэхён максимально спокойным голосом пробубнел: — Тут просто очень жарко. Много людей, надышали, кондиционер плохо работает. Понимаешь? — Хм, — задумчиво протянул лидер, — я ничего такого не чувствую. Конечно, он ничего не чувствует. Намджун — лидер. Он всегда был таким: умел направить и помочь, и главное — сохранять трезвый рассудок в любой ситуации, которых за семь лет существования группы было немало. Он был сильным человеком, таким просто приходилось быть. — Ну ничего, скоро уже собрание закончится, и ты сможешь выйти глотнуть свежего воздуха, — не без улыбки продолжал Намджун, — но я вас всех задержу на несколько минут, не больше. Тэхён не хотел выйти на улицу через пару минут — он хотел выбежать туда прямо сейчас и прыгнуть с головой в холодную воду, в любой ближайший пруд. Паника нарастала, сердце все сильнее колотилось и с каждой минутой становилось только хуже. Но кое-как он выдавил из себя: — Да, конечно. Мы еще с Чимином собрались в кофейню заехать, поболтать перед моим уроком вокала, так что все в полном порядке. Задержав взгляд на покрасневшем Тэхёне и многозначительно улыбнувшись, Намджун ничего не ответил и продолжил что-то записывать в своём планшете. *** — Прошу всех ребят задержаться на некоторое время, — попросил Намджун, после окончания собрания, когда стафф начал покидать кабинет. Все это мероприятие длилось от силы минут сорок, за которые Тэхён уже успел себя несколько раз мысленно похоронить. Он понятия не имел, о чём шла речь, кто что говорил и обсуждал. Да ему и не надо было это. Как только Джонхо вернется из командировки, он уже всё будет знать от других и, что будет на самом деле важно — расскажет Тэхёну. — Ты же знаешь, что у меня через полчаса запись, — уже разложившись на два стула, пробормотал Юнги. — Не переживай, успеешь. Это не займет больше десяти минут. — Поставил точку Намджун. Когда все семеро снова оказались на своих местах, лидер встал со своего места и вышел вперед. — Сейчас будут особенно трудные деньки, — серьезно говорил лидер, поправляя очки. — У нас они когда-нибудь заканчивались? — с усмешкой спросил Джин, хмуря брови и не давая тому продолжить. — Джин, пожалуйста, дай мне договорить, — попросил Намджун, нервно вскинув руки. — Все, молчу. Продолжайте, пожалуйста. — Так вот, я хотел сказать и попросить. Выложитесь, пожалуйста, по полной на репетициях и индивидуальных занятиях. На остальных мероприятиях, фотосессиях и интервью прошу вас всех показывать то, что вы настоящие мастера своего дела. После первого концерта у вас будет две недели заслуженного отдыха. И вам решать, как его провести, — уже более спокойно говорил Намджун, — так же, я хотел вас попросить собраться в субботу вечером после репетиции у меня дома, посидеть в неформальной обстановке. Это скорее была не просьба, а утверждение. Никто бы не смог сказать ему нет. Даже если бы что-то пришлось поменять в своих планах. Как только все дружно согласились, Намджун сказал, что собрание окончено, и все могут ехать по своим делам, не забыв напомнить о том, что сегодня вечером состоится интервью, и всем нужно быть за сорок минут до начала. Все начали потихоньку расходиться, только Тэхён сидел и продолжал грызть ногти, понятия не имея, что вообще вокруг происходит. — Эй, Тэ, поехали уже. — Потеребил Чимин того за плечо, — сначала в кофейню, и потом я тебя подброшу, куда скажешь. Тэхён резко подорвался со своего места, уронив сумку с колен с таким выражение лица, как будто его чем-то испугали. Придя в себя, он попросил прощения и сказал, что задумался, поэтому так отреагировал. Собрав вещи и все так же небрежно накинув пальто на плечи, он поплелся за Чимином. Тот с кем-то разговаривал по телефону и абсолютно не обращал на Тэхёна никакого внимания. *** Уже перед выходом Тэ заметил, как Чонгук, опершись на стену, стоит и ждёт. Он понимал, что скорее всего ждет Тэхёна и надо было как-то сказать, что он с ним пока не поедет. — Пока, Чонгук-и, увидимся завтра, — не отвлекаясь от разговора, попрощался Чимин. — До встречи, хён, — оторвавшись от стены, так же попрощался Чонгук, — Тэ, на пару слов, пожалуйста. Тэхён понимал, что если прямо сейчас не откроет дверь и не выйдет на улицу, он взорвется прямо тут. Поэтому решил как можно быстрее отвязаться: — Я сейчас поеду с Чимином пообедаю, а потом он отвезет меня на вокал, — уже направляясь к выходу, ровным голосом говорил Тэхён, — после вокала я вызову водителя, и мы поедем сразу на интервью, не стоит больше напрягаться и возиться со мной, спасибо. Пройдя мимо Чонгука, даже не бросив взгляд на того, он уже предвкушал, как вздохнёт сейчас полной грудью и станет намного легче. Но вдруг почувствовал, как кто-то схватил его за запястье, крепко удерживая. Вмиг обернувшись, он увидел, как Чонгук его держит и не даёт выйти. — Нет, ты сейчас поедешь со мной, — разделяя каждое слово, полушёпотом сказал Чонгук. И тут произошло то, чего Тэхён боялся больше всего. Он резко выдернул своё запястье из хватки Чонгука и с силой оттолкнул его от себя. — Не смей ко мне прикасаться, — заорал на весь холл Тэхён. От такого толчка Чонгук чуть не упал, но смог сохранить равновесие и ошарашенным взглядом посмотреть на Тэхёна. Тот стоял весь красный, пальто и сумка упали на пол, он рвано дышал и не знал, куда деть свои руки. — Тэхён, ты что творишь? — наспех положив трубку, направляясь к Чонгуку, крикнул Чимин. «И правда, а что ты творишь»? — одними губами проговорил Тэ.