Тот, кто остался

Первой задачей Шалти, когда ее Повелитель исчез, было доставить рыцарей смерти. Когда она прошла через Врата и снова появилась в центре деревни Зеленого Когтя, сразу же раздались крики счастья и облегчения от того, что она вернулась. Однако, когда за ней последовали испускающие злобу рыцари смерти с их огромными башенными щитами и мечами длиной с людоящера, из рядов равномерно раздались крики ужаса. Дрожь и страх от их численности были настолько ошеломляющими, что даже когда людоящеры опустились на колени и склонили головы, тени, отбрасываемые центральным костром, показывали тени, которые дрожали, как листья на ветру. Охрана на стенах была многочисленной, а сами стены были подняты на несколько футов. Кроме того, Шалти заметила, что острые деревянные колья были воткнуты в разных местах и на разной высоте в нескольких футах от земляных насыпей, которые она презирала как недостаточную безопасность. Она проигнорировала их страх и указала на острые деревянные шипы, торчащие из земли. «Что это такое?» — спросила она, глядя вниз на людоящера с синим мечом. «Ловушки для жаболюдов, леди Шалти, — сказал Зарюсу, не поднимая головы. — Жаболюды любят перепрыгивать через стены, я подумал, что если им так хочется пронзить себя, пусть они это сделают». Шалти нахмурила брови и позволила своему воображению поработать, странные бегущие существа добрались до стены, перепрыгнули через нее, взывая к крови, в один ужасный момент, когда они посмотрели вниз и увидели ряды шипов, ожидающих их, затем пронзили себя собственным весом. Это был медленный, болезненный, жестокий способ умереть. «Мне это нравится», — подумала Шалти и посмотрела вниз на людоящера, который заговорил. «Это была твоя идея?» — спросила она, моргая своими малиновыми глазами, когда посмотрела на скромное мясо ящерицы. «Да, моя госпожа. Вы этого не одобряете?» — он спросил ее, и на это она покачала головой. «Нет, это замечательная идея. За тобой стоит понаблюдать», — заметила она с ухмылкой. «С-спасибо, госпожа? — Зарюсу наполовину ответил, наполовину задал вопрос, его переполняла неуверенность, усугубляемая злобными существами за ее спиной. «Могу я спросить, какую цель преследуют эти… существа?» — он попытал удачу, спросив, но, явно довольная его мучительной ловушкой, она протянула руку и похлопала одного из рыцарей смерти по талии. Его темная плоть поддалась, казалось бы, легкому прикосновению бронированного вампира, она ухмыльнулась людоящеру. «Гарант вашей безопасности. Это поможет защитить вас, пока мой Повелитель занят. Теперь вы все принадлежите ему, будьте благодарны… Повелитель Назарика считает вас достойным служить ему!» — Шалти прокричала свое воззвание в сгущающуюся тьму тихой ночи, потрескивание пламени, казалось, приветствовало ее и отбрасывало ужасные тени рыцарей смерти над вновь склонившимся вождем племени людоящеров. «Где наш новый… Повелитель, госпожа?» — спросил Шасурью, смело поднимая лицо, чтобы встретиться с ней взглядом, несмотря на ненавистный взгляд рыцаря смерти, который все еще излучал достаточно жестокости, чтобы заставить самого храброго ящера дрожать от ужаса. «Он вернулся домой на ночь и вернется утром, когда он это сделает, вы последуете за ним в самое сердце территории жаболюдов и докажете, что заслуживаете существования», — взгляд Шалти скользнул по толпе. «Мир пожирает слабых, если вы хотите защиты сильнейших в мире… докажите свою значимость, будьте благодарны, что он признает вас», — слова Шалти капали, как яд с клыков змеи, но если это был яд, то был сладким и очаровательным ядом, который поразил сердца и души людоящеров, как кремень к кремню, он зажег искру, которая загорелась в их выносливых душах. «Мы сделаем это, леди Шалти, мы докажем ему!» — Зарюсу и Шасурью закричали, и их обещающий крик был подхвачен остальными, пока он не превратился в смесь религиозной интонации и боевого клича. «Мы так и сделаем. Мы покажем. Мы сможем. Мы докажем значимость людоящеров. Мы. Докажем. Мы. Докажем», — песнопение продолжалось, и людоящеры начали раскачиваться взад и вперед в ритмичном ритме, который синхронизировался вместе, что, казалось, постепенно превращалось в форму жуткого поклонения. Шалти наблюдала, как их глаза стали стеклянными, отстраненными, и в них очень медленно, но верно появилось рвение, которое напомнило ей о тех людишках, которые присягнули Назарику. «Точно такие же, как те, кто победил Четырех Рыцарей Империи… фанатики… Хорошо, очень хорошо, это как раз то, что нужно моему Повелителю!» Чувство удовлетворения Шалти способностью ее Повелителя вызывать преданность продолжали расти, когда она снова открыла Врата. «Примите этих рыцарей смерти и используйте их, чтобы защитить себя, когда наш Повелитель вернется, нам предстоит много работы. Может быть, он даже подумает о том, чтобы спасти тех ваших пленников, которых уже захватили жаболюды. Он заставил их прямо сейчас бежать домой, и нет сомнений, что выжившие, которых Гекети захватила в рабство, находятся под охраной. Однако вам не о чем беспокоиться, они будут вам повиноваться. Все, что вам нужно сделать, это сидеть и ждать… Если вы хочете, чтобы вас спасли, то есть…» — она позволила заявлению повиснуть в воздухе. «Мы так и сделаем», — они ответили, затем Шалти вошла в Врата и исчезла. «Вы слышали леди Шалти, — Зарюсу заговорил сразу же, как только она исчезла. — Мы должны пойти и спасти наших людей с этими рыцарями смерти, по приказу Повелителя Назарика, чтобы доказать, что мы достойны!» — он вскочил на ноги и поднял свой ледяной меч к небу. На мгновение воцарились тишина и покой. Только пыхтящий шум нежити нарушил этот момент, и потрескивание костров послало в воздух светящиеся оранжевые искры, которые замерцали и погасли. Наконец он заговорил, протягивая руку к другим вождям: «Вы слышали ее, «может быть», он спасет их, и мы «должны доказать, что мы достойны» и «использовать этих рыцарей смерти, чтобы защитить себя… — он оглядел вождей. — Это было предупреждение. Если мы не будем спасать наших собственных собратьев, зачем ему вообще беспокоиться о спасении кого-либо из нас?!» Шасурью обдумал это, его брат никогда не выглядел более сильным, более уверенным, и чем больше это утверждение вертелось у него в голове, тем более правдивым оно казалось. Круш Лулу, на мгновение, когда ее красные глаза сфокусировались на людоящере, которого она полюбила, поверила, что он сошел с ума. Но когда он привел свои доводы и поднял свой меч, в то время как шесть невероятно сильных монстров стояли, готовые защитить деревню, она поверила. «Некоторые из наших людей находятся в плену, оставляя их там, ожидая нашего нового Хозяина, который спасет нас после того, как он одарит нас оружием, которое могло бы спасти их? После того, как он даст нам средства защитить себя? Нет… мы разрушили бы всю веру и уверенность в нас, которые у него сейчас есть. Слова его посланника были загадочны, но мы должны действовать, иначе нас навсегда будут презирать!» «Тогда мы должны идти. Вожди! Мы возьмем с собой одно из этих существ, а потом в одиночку спасем пленников!» — Круш заговорила и вскочила на ноги, в то время как слова вывалились наружу, хвосты начали колотить по земле в унисон, и движение продолжалось до самой ночи.