Тот, кто остался

Аинз немедленно крикнул: «Войдите». И Гондо Огнебородый распахнул дверь с такой силой, что она ударилась о стену и отскочила назад. Он не попал ему в лицо только потому, что гном промчался так быстро, как только могли его маленькие ножки. — Мой Лорд, кваготы здесь! — Гондо вскрикнул в тревоге. Его глаза горели от страха, снаружи раздались крики тревоги и замешательства, а над городом дварфов зазвонил большой колокол. Звон был долгим, медленным и устойчивым, звук отражался от черного камня наверху, возвращаясь вниз, как будто само небо падало, и заставляя дварфов кричать в панике. Их стучащие ноги были достаточно тяжелыми, чтобы сопротивляться шуму колокольного звона над их головами, даже из-за каменных стен его комнаты было невозможно не слышать шум, когда город погрузился в хаос. Даже не видя их, Аинз сразу же вспомнил деревню жаболюдов, когда людоящеры прорвались, разбили яйца, убили молодых и старых и уничтожили бы все население с корнем и ветвями, если бы Хекети не сдалась. — Все живые одинаковы… все сходят с ума перед своим уничтожением. — подумал он и, поднявшись со своего места, подошел к Гондо Огнебородому. — Ваши лидеры просят моей помощи? — Нет… не совсем так! Армия мобилизована, но… — сказал Гондо, но Аинз поднял руку, останавливая его. — Я спасу кузнецов рун, которые поклялись мне. Но совет дварфов не решил ни подчиняться мне, ни даже вступать в союз, ни торговать со мной. Было бы нерационально, если бы я помог стране, которая отвергает меня? Гондо очень тяжело дышал, он ничего не смог ответить Королю. — Да… да, вы правы. Конечно, вы правы. Аинз положил руку на плечо Гондо и посмотрел на гнома сверху вниз, даже несмотря на то, что он поклялся в верности Аинзу, даже несмотря на то, что его ремесло было отвергнуто и фактически было на грани того, чтобы его отдали, у гнома были здесь друзья. Отказаться от них для него будет очень сложно. — Это неправильно и несправедливо. Но чем больше королей, тем хуже для меня. Невозможно хорошо служить всем. — Аинз, как мог, утешал гнома, и кузнец рун кивнул, поскольку весомая истина стала частью его понимания окружающего мира. Затем он поднял голову, что было смелым поступком, так как он не спрашивал разрешения, и, посмотрев на своего нового господина, спросил: «Но не могли бы вы подойти к воротам, возможно, совет попросит вас о помощи, если они почувствуют, что угроза достаточно велика». — Немного лицемерно, Гондо… твоя просьба может втянуть меня в бой. Но… я попробую сделать, как ты говоришь. — ответил Аинз. — Как и ожидалось от Вашего Величества, вы видите мои мелкие усилия… Я прошу у вас прощения, просто мои друзья… они слабы по дварфским меркам. Если вы будете для них единственным шансом на выживание, они обязательно… Он вздрогнул, когда Аинз сжал руку в белой перчатке на его плече, и в Короле Назарика вспыхнула искра, эхо духа Тач Ми, казалось, исходило от дварфа, когда слова дварфа совпадали со словами исчезнувшего члена гильдии. — Хорошо, немедленно приведите ко мне Хеджинмала, и я пойду к воротам. — Аинз пообещал. — Немедленно, Мой Лорд! — лицо Гондо осветилось ярко, как день, и он выбежал из комнаты Аинза так быстро, как только мог. Через несколько минут Аинз был на спине Хеджинмала, а дракон рысью бежал к воротам, колокол все еще звенел, но гам гномов уже начал стихать. Стена, как мог видеть Аинз, была уставлена ​​гномами в, казалось бы, очень хорошо сделанных доспехах. Металл блестел в свете светящихся камней, и на данный момент его можно было даже назвать величественным. Величественный, за исключением очевидного страха. Гномы держали свои арбалеты, но держали их неуверенно, пальцы дергались, а ноги шаркали, доспехи тряслись, ожидая предстоящей битвы. Улицы были почти пусты, хотя другие дворфы стояли на крышах, одни с камнями, другие с мечами, молотами, копьями, и многие без надлежащих доспехов. Аинз раскачивался взад-вперед на плечах дракона, его руки уверенно держались за основание шеи. Единственный ходящий по улице, если не считать бегущего впереди Гондо, он ощущал полные надежды взгляды гномов, которые хватались за все, что сулило хоть какую-то надежду на спасение. «Это будет день, когда мы умрем… или день нашего освобождения?» — подумал Гондо. Прежде чем Аинз достиг ворот, стражу охватило замешательство, на мгновение раздался пронзительный крик, словно толпа подхватила одинокий голос, но секунду спустя, шум прекратился. Аинз достиг ворот как раз в тот момент, когда командир спускался с маленькой башни. — Командир, что это? — спросил Аинз, глядя сверху вниз с дракона. — Ваше Величество, приближаются кваготы, но они идут «с» дварфами. Они бегут вместе, мы сначала подумали, что это кто-то из наших убегает от преследующих кваготов, но… теперь? — он покачал головой: «Нет, они очень четко представляют собой одно целое, не убивают друг друга, не дерутся… Я не понимаю. Гном-воин поднял глаза: «Я не знаю, что здесь делать… это может быть уловкой, если это так, мы не можем позволить нашим быть убитыми перед нашими стенами». — он наклонился вперед и прошептал так, чтобы никто другой не услышал: «Это все равно, что признаться, что надежды не осталось…» Аинз протянул руку и мысленно погладил подбородок: «Да… ну… ваше Королевство было достаточно любезно, чтобы приютить меня на ночь и выслушать меня, несмотря на то, что я пришел без предупреждения, возможно, я смогу отплатить за услугу. Я очень сомневаюсь, что кваготы нападут на незнакомого противника. Я осмелюсь выйти, если они нападут, значит, у нас будет общий враг». — Аинз пожал плечами: «Посмотрим, что заставляет их бежать сюда». Аинз не стал ждать, пока дварф ответит, вместо этого он похлопал Хеджинмала по шее: «Поднимись, нужно встретиться с кваготами». Крылья толстого дракона раскинулись куда более величественно, чем можно было ожидать, учитывая его «избыточный» вес, но этого было достаточно, чтобы вызвать «о-о-о» у гномов, которые никогда раньше не видели дракона. Ледяная синева контрастировала с белизной и золотом Аинза, придавая даже Хеджинмалу благородный образ, когда крылья взмахивали и поднимали его в воздух. Пока Аинз перелетал через стену и приближался к толпе, направлявшейся к стене, командующий армией гномов следил за королем, подняв глаза и запрокинув голову, чтобы ничего не пропустить. Он запечатлел этот момент в своей памяти и сказал: «Никогда не видел ничего величественнее». На что Гондо ответил, хлопнув командира по плечу и с горящими глазами и широкой улыбкой сказал: «А что еще ты ожидал от Истинного Короля?»