Тот, кто остался

Пе Рьюро не ненавидел гномов, в отличии от большинства его сородичей. Для него они были подобны камням, через которые нужно было прорыть туннель. Они просто «мешали», поэтому должны были умереть. «Под горой может быть только один король». Он вспомнил эту мысль, мысль, которую посчитал исключительно верным, и решил уничтожить гномов. Быстрый успех в захвате нескольких дварфских пленников и использовании их для обучения сельскому хозяйству и другим полезным искусствам только укрепил его основные взгляды. «Они представляют для нас большую угрозу, чем драконы». Если бы он когда-нибудь сказал это вслух, над ним, несомненно, посмеялись бы, но он был уверен, что прав. Драконы были сильнее, но по природе своих тел они просто не могли ничего «сделать» для себя. Они «нуждались» в слугах, чтобы добывать то, что они хотели. Даже если бы они угнетали кваготов, они не уничтожили бы его расу. Но не было ничего, чего дварфы не могли бы сделать сами, так что кваготы были не нужны им. Если бы у них была сила сделать это, гномы уничтожили бы кваготов, чтобы забрать себе как можно больше ископаемых, точно так же, как он сделал с ними. Таким образом, перемирие со своим врагом не вызывало такой же внутренней ненависти, как у остальных его сородичей. Когда Великая Пропасть и охраняющая крепость наконец появились в поле зрения, он был единственным, кто почувствовал облегчение. Что он знал о гномах, так это то, что они прагматичны. «Им нужны союзники, и нам тоже». Итак, он отошел подальше от своих и поднял руки вверх. Крепость была впечатляющей, но в ней находилось всего несколько сотен дварфов, в этом его уверяли разведчики в те дни, когда он планировал нападение. «Вне всякого сомнения, это результат резкого сокращения их численности». Он размышлял, но это все еще крепость, и даже с малочисленным гарнизоном она нанесет им огромный урон. Зачарованное оружие, бьющее током, которое использовали дварфы, много раз задерживали их здесь. «Интересно, сколько бы мы потеряли, взяв его, если бы Ялдабаофа не было?» На этот вопрос никогда не будет ответа, поэтому он снова успокоил себя: «Теперь мы на одной стороне, они должны это понимать, их новый Король должен… это увеличивает шансы договориться, даже если гномы решат быть менее прагматичными на этот раз…» Защитники крепости явно все еще нервничали. Они шаркали вокруг, и голоса, полные тревоги, доносились до того места, где он стоял. Но Пе Рьюро не паниковал, он успокоил дыхание, и он сделал еще один шаг ближе. «О-Остановись прямо там!» Голос на вершине крепости закричал. Пе Рьюро повиновался, но крикнул в ответ, надеясь, что его головной убор сделает очевидным, что он обладает властью. «Я Пе Рьюро, правитель всех кваготов! Я хочу поговорить с чужеземным королем, врагом Императора Демонов Ялдабаофа!» Гном, должно быть, был ошеломлен этим, так как он не говорил и не атаковал, и на несколько секунд между ними повисла тишина. «Все кваготы с тобой?!» Тон гнома поднялся на октаву выше. «Все, кто еще жив, да!» — крикнул Пе Рьюро в ответ, он посмотрел на высокую башню, изо всех сил стараясь не оглядываться назад на отчаявшихся последователей, которые были лишь слегка видны. «Мы понесли страшные потери, но те, кто выжил, будут сражаться вместе с вами!» «Я-я не могу принять это решение! П-подожди там, мы пошлем за словом короля!» «Тогда позвольте мне… и еще одному пойти с вами!» — закричал Пе Рьюро. «Гномы, наверное, предпочли бы, чтобы мы умерли, так и не перейдя мост. Если я смогу поговорить с ним как правитель с правителем…» Подумал он, стоя на мосте. «Х-хорошо! Только ты и еще один! С-стой там, мы сейчас кого-нибудь пошлем!» «Торопись!» — крикнул в ответ Пе Рьюро, медленно опуская руки. «Ялдабаоф может быть недалеко от нас!» Это вызвало тревожные крики по всей крепости, и те, кто думал, что им меньше всего придется столкнуться с гневом Императора Демонов, теперь могли нести на себе основную тяжесть битвы. «Приведите Квадвара!» Пе Рьюро закричал позади него достаточно громко, чтобы его могли расслышать только его помощники. Квадвар был избавлен от испуганных взглядов, потому что ему разрешили «ехать» в укрытии в одном из немногих небольших повозок, и везли туда, где он может стать важным элементом в переговорах и, может быть, даже исцелен. Почти никто из дварфов и кваготов не видел несчастного гибрида, который каким-то образом выжил после ужасного эксперимента. «Если это не станет убедительным аргументом, нам всем конец!» — сказал себе Пе Рьюро и подождал, пока несколько помощников мчались к нему, таща повозку, пока она не скрылась из виду обычного народа. — Отсюда мы пойдем одни. — сказал Пе Рьюро, когда они остановились и помогли Квадвару подняться с места и встать на ноги. Он оглянулся через плечо: «Если я не вернусь… атакуйте. У нас не осталось никакой надежды, так что пусть гномы будут как можно более слабее когда за ними придет Ялдабаоф, не хочу, чтобы мы умирали в одиночестве». Они мрачно кивнули своему вождю и сжали кулаки. Тем не менее голова дварфа Квадвара заявил: «Я ничего не знаю об иностранном короле, но совет достаточно умен, чтобы знать об опасности, и если они не знают, я заставлю их увидеть… взглянуть на нас…» Голова квагота заговорила: «…И они будут умолять, чтобы стать нашими союзниками». «Было бы замечательно, если вы окажетесь правы… Я не хочу умирать, не говоря уже о такой глупой смерти». — ответил Пе Рьюро, и они начали долгую неуклюжую прогулку, как только появился проводник-гном. Гном-проводник мельком взглянул на Квадвара и наклонился, чтобы его вырвало. — Дело рук Ялдабаофа. — Квадвар ответил на блевотину стоическим объяснением. Гном упал на землю, дрожа, и Пе Рьюро, по крайней мере, понял его: «Да, именно поэтому мы здесь, мы сражаемся вместе или погибаем порознь». Гном начал не прогулку, а побежал трусцой к длинному мосту через Великую Пропасть, хотя металлические тросы скрипели, а узкий мост качался, он держался крепко. Квадвар схватился за обе стороны и быстро подпрыгивал за вождем, в то время как Пе Рьюро шел уверенным и спокойным шагом, чтобы не сильно опережать покалеченного. Достижение дальнего конца заняло гораздо больше времени, чем это потребовалось бы во время любой битвы, ни славных речей против последнего из его врагов, ни нападения на ворота, ни финальной борьбы, ни момента триумфальной победы больше не будет. «Все должно было пойти не так!» Пе Рьюро выругался, кваготы должны были править горой на самом деле, если не на словах, стать сильными, свергнуть драконов, и однажды шаг за шагом захватить всю гору. Фантазии его юношеских мечтаний теперь превратились в разбитые руины, как разбитое стекло, которое он иногда находил в богатых дварфских домах, разбросанное бесчисленными осколками. Все, что он мог сделать, это собрать кусочки и попытаться сделать «что-то» из того, что осталось, и надеяться, что это даст кваготам лучшую жизнь, чем раньше. Он стиснул зубы, в то время как их эскорт побежал вперед, крича неразборчиво, и ворота в конце концов со скрипом открылись. Пе Рьюро наблюдал, как появилась фигура, кем бы она ни была, это определенно был не дварф, слишком высокий, и она ехала на относительно маленьком драконе. «Это может быть только Хеджинмал… значит, он все-таки выжил, я полагал, что он умер вместе со своим отцом». Пе Рьюро почувствовал хоть какое-то облегчение от того, что приближается «кто-то» известный ему. Хотя в основном вождь кваготов вел дела с патриархом клана, Хеджинмал никогда не был враждебен, и они даже друзьями, когда Пе Рьюро спрашивал о конкретных книгах, которые могли бы способствовать дальнейшему развитию его народа. Пе Рьюро сглотнул, когда они подошли ближе, походка дракона была устойчивой, уверенной. — Это действительно Хеджинмал? Как и драконы, этот всегда, казалось, крадется больше, чем кто-либо другой…» Закралось сомнение, но, поскольку он мог лучше разглядеть лицо, это, казалось, определенно был он, хотя и немного подтянутый, чем раньше. Наконец, больше не было времени сомневаться, фигура в белом и золотом, которая возвышалась над ним, как монолит, была совсем рядом. «Я Аинз Оал Гоун, король Назарика, повелитель морозных драконов и король гномов». « Голос…» Он резонировал в душе Пе Рьюро, как если бы это была власть, проявленная в самом звуке, «Это определенно король королей…» Но решив не позорить себя, он поднял глаза и сказал: «Я Пе Рьюро, вождь всех кваготских кланов и… надеюсь, ваш союзник». Он повернулся в сторону и жестом указал на Квадвара. «Это Квадвар… выживший после экспериментов Ялдаваофа… и кем мы все станем, если Императора Демонов не остановить». Аинз вздрогнул, но его не вырвало. « Теперь я имею сопротивление к зверствам?» Он задавался этим вопросом, это была неприятная мысль, но она казалась вероятной. Но тем не менее, тела дварфа и квагота были изуродованы без всякой причины, по одной руке и ноге каждой расы, обе головы сшиты вместе. «Ваше Величество». Квадвар говорил в унисон, как будто у них было общее сознание. «Мы согласны друг с другом, Император Демонов представляет наибольшую опасность. Никто из нас не хочет «этого» для наших народов. Может быть, есть и остальные выжившие… но пока что мы единственные «оба». Мы выжили, работая вместе, чтобы вырваться из лап Императора Демонов и передать то, что мы узнали, тем, кто будет сражаться с ним. Если кваготы, дварфы, драконы и вы объединитесь… может быть, мы сможем победить…» Аинз посмотрел на жалкое существо: «Мне придется поговорить об этом с Демиургом… это жестоко… излишне жестоко… и моя вина в том, что я не смог должным образом сдержать его худшие импульсы…» — Возможно, я смогу вас восстановить». — предложил Аинз, и обе головы посмотрели на него с дикой надеждой. — Исцеляющая магия девятого ранга должна помочь. — Аинз сделал предложение, и, к его удивлению, ботлинг ответил. — Позже. Пусть нас увидят дварфы… пусть нас увидят кваготы… как только мы соберемся все вместе. Если взгляд даже на меня… нас… не убедит их сражаться вместе, то уже ничто не убедит». — проницательно заметил Квадвар. — Есть одна проблема. — сказал Аинз и сосредоточился на Пе Рьюро. — Я никогда не соглашался принимать вас в союзники. Пе Рьюро ахнул, как и Квадвар. — Если я приму вас в союзники, гномы всегда будут задаваться вопросом, когда вы снова нападете на них, чтобы завладеть горой. Если я отнесусь к вам на равных, вы можете попытаться поставить себя выше расы, подчиненной мне. Для меня более практично просто оставить вас Ялдабаофу, чтобы выиграть время для моих подданных, чтобы нанести ответный удар. Я король, мне не нравится такой ход событий, но я должен думать с точки зрения затрат и выгод. Если стоимость помощи вам обходится больше, чем выгода от краткосрочной, которую все равно можно получить, ничего не делая, какой выбор ты сделаешь? — Аинз спросил у Пе Рьюро. Пе Рьюро перевел взгляд с Аинза на сострадательное лицо дракона, замер на момент и озарился идеей. — Хеджинмал, твои родственники зашли так далеко? — он спросил. — Да, именно так. — ответил морозный дракон. — Они сейчас живы? — спросил Пе Рьюро. — Так и есть. Они подчинились Его Величеству, как и я. — Хеджинмал ответил, а затем добавил: «Советую и вам подчиниться». Пе Рьюро задумался: «Я думал, ты умер». — Меня убили, но меня воскресили. — Хеджинмал ответил почти игривым фырканьем, от которого из его ноздрей вышел небольшой морозный туман. — Если я предложу себя в подчиненные… мои люди подчинятся вам, Ваше Величество… что тогда? — Пе Рьюро вспомнил слова тех уцелевших, которых этот иностранный король отослал назад. — Тогда ты останешься в своей части горы со своим народом, пока я не найду подходящее место, чтобы дать твоему народу отдельную гору. До тех пор вы будете снабжать дварфов сырьем в обмен на товары и знания, которые тебе нужны чтобы построить цивилизацию, которую, как сказал мне Хеджинмал, вы стремитесь создать. Мы можем проработать мелкие детали позже, но ты останешься их правителем и получишь такой же статус, как и другие мои граждане. — Аинз пообещал: «Встань на колени передо мной и увидишь, как поднимется твой народ». Квадвар не мог как следует встать на колени, но Пе Рьюро мог, и сделал, и хотел только, чтобы его слова стали реальностью как можно быстрее. — Обычно мы бы потратили на это больше времени… но я не думаю, что у нас есть так много времени, мне нужно знать все, что знаешь ты, и ваши люди должны быть вооружены, оснащены и рассказать больше об истории, которую вы еще не потеряли… и почему вы стали убивать друг друга. — сказал Аинз, а затем указал мимо них на Великую Пропасть. — Иди, собери свой народ, приведи их сюда, и мы подготовимся к последней битве с Ялдабаофом. — Как прикажете, Ваше Величество. — прошептал Пе Рьюро и снова поднялся на ноги. — Хорошо, я буду ждать вас всех внутри, ворота останутся открытыми, можете на это рассчитывать. — Аинз пообещал. — Квадвар, пойдем со мной, гномы должны увидеть тебя первыми, это должно рассеять все их сомнения. — к удивлению Квадвара и Пе Рьюро, монарх протянул руку искалеченному и изуродованному гибрида и помог ему взобраться на дракона, чтобы ехать позади самого короля. Это было трудно сделать, но Квадвар, движимый этим состраданием, изо всех сил пытался перепрыгнуть через склонившуюся шею дракона. Когда он смог все это сделать, он цеплялся за белые одежды одновременно с благоговением и отчаянием. Затем дракон снова поднялся, и когда Аинз слегка прижался бедрами к чешуе Хеджинмала, дракон повернулся, чтобы вернуться в последний город под горой.