Тот, кто остался

Иллиана поспешила по левую руку от своей Госпожи, сегодня она была одета в простую грубую рубашку, которая заставляла ее кожу зудеть, человеческая женщина, которой она была обязана служить, очень быстро передвигалась. Темп ее длинных шагов никогда не замедлялся ни на мгновение, каждое движение имело цель и причину. Сегодня она спешила с развевающимися на ветру волосами, когда обитательница комнаты повела ее за покупками. «Нужно купить сувениры для моих друзей. Где их можно купить?» – Альбедо отдала резкую команду, и Иллиана назвала несколько магазинов, которые делали прекрасные безделушки, такие как игрушки, чайные сервизы и многое другое. Иллиана должна была двигаться так быстро, как ее ноги могли нести ее, оставаясь рядом со своей леди, указывая, в какую сторону идти, дворянка, как теперь предполагала Иллиана, резко поворачивала в указанном направлении и ждала ее, так что Иллиане приходилось практически бежать за ней. Прошел целый час, прежде чем Альбедо остановилась и, уперев руки в бока, спросила Иллиану: «Почему ты не можешь идти быстрее, рабыня?» Если бы Иллиана заметила хоть какой-то намек на упрек, она бы вздрогнула, но ее вопрос не испускал злобы, но любопытство, и поэтому она решила ответить женщине. — Это «походка эльфа», миледи. Мы обучены бегать или ходить маленькими шагами. Они надевают на наши ноги кандалы, слишком короткими для нормальных шагов, и оставляют их так почти постоянно в течение десятилетий, пока мы естественно не двигаемся вот так, — она объяснила и несколько раз прошлась взад и вперед перед удивленной Альбедо. — По крайней мере, инновационный метод воспитания, но все же… непрактичный, — Альбедо презрительно фыркнула, откинула назад свои длинные волосы и вздернула нос. — Как глупо, как ты будешь быстро передвигаться, чтобы выполнять свои задачи, если тебе не разрешено двигаться быстро? Рабыня опустила голову, не отвечая. «Люди абсурдны», – Альбедо пробормотала что-то себе под нос и, оглянувшись, заметила витрину большого магазина, в которой было много шелковых одежд, панье — платья с юбкой-колоколом, того же фасона, что и предпочитала Шалти. «Если ей это понравится, я сделаю хороший подарок для коллеги. Если не понравится, то будет раздражена, а подразнить соперницу за любовь лорда Аинза не будет лишней, беспроигрышный вариант». — Иди за мной, ты понесешь их, — приказала Альбедо. — Да, госпожа, — сказала Иллиана, и подняла сумки, со слышимым «oompf», прежде чем поспешить за ней и спокойно оставить «человеческий» комментарий на потом. Это «потом» наступило, когда Иллиана споткнулась, осторожно положив дюжину сумок из дорогих магазинов на стул, а затем рухнула на колени, благодарная за ковер, который смягчил ее падение. — Госпожа, мне приготовить ванну, или вы предпочтете снова остаться одна? — Иллиана спросила, когда смогла поднять голову. Сама Альбедо просто влетела в комнату, но предложение заставило ее остановиться, и она оглянулась через плечо. «Почему бы и нет, я никогда раньше не заставляла кого-то купать меня. Я могу побаловать себя, я все равно не буду здесь долго». Она кивнула: — Готовь ванну, — ответила Альбедо, хотя ей очень нравились ванны Назарика, идея личного слуги для этой цели была новинкой. Из праздного любопытства Альбедо наблюдала за тем, как двигалась эльфийская женщина, в ее маленьких шажках была какая-то особенная грация, в том, как она ходила на цыпочках, как суккуб, Альбедо была вынуждена признать, что у женщины были свои прелести. «Я полагаю, именно поэтому ее держат в высококлассном заведении… по крайней мере, высококлассный, по меркам низших существ». Женщина начала работать с каменной ванной, ее тонкие руки непрерывно качали серебряную ручку, пока теплая вода не начала хлестать в каменную ванну, она немного запыхтела от усилии, но вскоре нашла свой ритм. Когда ванна была почти заполнена, Иллиана подошла к ближайшему шкафу, наклонилась и вытащила маленький глиняный кувшин, затем повернулась и высыпала несколько круглых шариков в воду, а затем снова поставила кувшин на место. Когда она закончила, Иллиана стояла совершенно прямо, сложив руки перед талией и слегка поклонилась: «Госпожа, ванна готова». Это был тихий, подчиненный голос, и Альбедо приблизилась к ней своим обычным длинным, уверенным шагом. Она была почти застигнута врасплох, однако, когда эльфийка потянулась к одежде Альбедо, она остановила негативную реакцию тем фактом, что рабыня двигалась так естественно, потому что это явно было частью ее рутины. Первоначальная мысль: «Как она смеет прикасаться ко мне?!» исчезла под практическим пониманием: «Для этого она и существует». И поэтому она подождала, пока эльфийка полностью раздела ее, сложив тонкие шелковые одежды на руках, она пошла и повесила их. Затем Иллиана расстегнула свою одежду и позволила ей грубо упасть на пол, отбросив одежду в сторону, она прошла мимо Хозяйки комнаты к самой ванне. Она присела на корточки, как скамеечка для ног, и стала ждать. Альбедо пришлось силой заставить себя не моргать, когда она делала мысленные заметки: «Понравится ли такое лорду Аинзу? О, блаженство от этого, сделать такую вещь с… о да… да… да!» — она чуть не выплеснула свое возбуждение из чресел, прежде чем вернула сознание и подошла к эльфийке. Она сделала шаг на спину Иллианы, затем, когда эльфийка медленно поднялась, чтобы привести Альбедо на один уровень с верхом ванны, замаскированная демонесса спустилась в воду. Иллиана все это время ничего не говорила, она просто вернулась к шкафу, вытащила длинную щетку, кусок зеленого мыла и начала намыливать его в воде. Альбедо почти сразу поняла, что это были за бусинки, маленькие масляные капельки, они делали воду ароматной, как розы, и плавно скользили по ее коже всякий раз, когда касались ее. Рабыня, со своей стороны, сразу же приступила к работе, привлекая все внимание Альбедо, когда акт купания был послушно выполнен. Эльфийка не проявляла никакой застенчивости или скромности, и ее глаза не показывали никаких неподобающих мыслей или чувств по поводу того, что она делала. Всегда наблюдательная Альбедо решила похвалить ее: «Ты очень хороша в этом», – она вздохнула от блаженства, когда эльфийка подняла ногу Альбедо за лодыжку и потерла между пальцами. — Благодарю вас, миледи, у меня богатый опыт в таких делах, я служу в этой комнате последние сто лет или около того, возможно, дольше, трудно вспомнить, как долго это было, — заметила Иллиана, не нарушая нейтралитета своего лица. — Я вижу, — Альбедо сказала с безразличием. — Могу я спросить… кто вы, миледи? — Иллиана задала вопрос, наполняя ведро. — Что? — ледяным тоном спросила Альбедо. — Госпожа, вы не человек, так что… кто вы, если можно спросить? — голос Иллианы оставался нейтральным, но этот оттенок любопытства не мог быть сдержан. Альбедо посмотрела на женщину, спокойно размышляя, стоит ли лишать ее жизни. Только ее сомнение в том, как эльфийка поняла это, остановило ее руку. — Почему ты так говоришь, рабыня? — Альбедо спросила смертельно тихим тоном. — То, как вы говорили о «людях» раньше, как будто вы не были одним из них, — Иллиана призналась, — Помните, что я сказала, госпожа? — она снова коснулась ушей, а затем продолжила мыть ослепительно красивую женщину. Альбедо действительно рассмеялась, серебристо, очаровательно, красиво: — Я понимаю, что ты имеешь в виду, рабыня, я понимаю, что ты имеешь в виду. Ты права, я не человек. Но почему ты решилась на настолько безумный шаг, ты желаешь смерти, эльфийка? — То, почему вы здесь, не имеет ко мне никакого отношения. Кроме моих собратьев-эльфов, в этом городе нет ничего, что меня волновало бы. Делайте, что хотите, пока вы снимаете эту комнату, я принадлежу вам, и я преданна только одному существу — вам, госпожа, — Иллиана сказала это очень буднично, и Альбедо долго молчала и размышляла. — Я поняла, — Альбедо понимающе улыбнулась, когда эльфийка провела теплой мыльной тряпкой по пышной груди Альбедо, — Тогда в последнюю ночь здесь я покажу тебе правду. — Благодарю вас, миледи, — Иллиана ответила, а затем спросила: «Не будет ли Леди приятно, если я продемонстрирую свои другие навыки на ее теле?» Иллиана спросила об этом как о любой другой услуге, но женщина каждый раз отказывала ей. Этот случай ничем не отличался. — Нет, есть только одно тело, которое я хочу, — Альбедо ответила, откинувшись в ванне и вздохнув с тоской, когда умывание дошло до ее рёбер, — Но, может быть, ты расскажешь мне что-нибудь о том, как угодить ему, ты ведь была профессионально обучена этому, не так ли, эльфийка? — спросила Альбедо. — Да, госпожа. Все, кто здесь работает, обучены этому, — Иллиана слегка сжала губы, но затем ответила прямо: «Если есть какой-то метод игры в постели или удовольствия, которого мы не знаем, значит он недостаточно хорош, чтобы беспокоиться о нем. Но если вам это нравится, скажите мне, что он за человек, и я расскажу вам, как сделать так, чтобы он потерялся в удовольствии, которое только вы можете ему доставить. Или заставьте его так думать», — Иллиана ответила и почувствовала, как женщина растаяла под ее прикосновением. — Очень хорошо, — ответила Альбедо, она хоть и старалась сохранить нейтральное выражение лица, улыбка медленно расползлась по ее лицу. — Я расскажу тебе все о моем возлюбленном, о Том, Кто Остался, и о том, что это за человек, — и затем это волнение наполнило ее голос, когда Альбедо продолжала и продолжала говорить о своей любимой теме, позволяя рабыне делать все возможное, чтобы не отставать от потока слов, пока вода не потеряла свое тепло.