Лара и Хохочущий Голем

      Экспедиция в Ассам длилась уже третьи сутки. Первые из них Лара потратила на перелёты. Жонглируя макияжем, двумя костюмами, парой париков и тремя паспортами, она стойко перенесла рейсы из Лондона в Москву, из Москвы в Нью-Дели и пропеллерный самолёт из Нью-Дели в Гувахати.       Дальше последовала темная и душная тропическая ночь, полная дребезга и тряски по не самым лучшим дорогам Индии. В древний междугородний автобус, возивший по стране, наверное, ещё самого Афанасия Никитина, вместе с Крофт впихнулись пара десятков туристов с багажом, штук сорок индийцев с баулами, немытый йог с бородой до колен, две большие клетки паникующих кур, избыточно рогатая коза, всю дорогу жевавшая бороду йога, и заклинатель змей с неплотно закрытой шипящей корзинкой. То есть не тянуло даже на топ-10 худших мест, где Ларе приходилось спать. На автовокзале она вышла вполне себе свежей и отдохнувшей, чего не сказать было о других приезжих страдальцах.       Над городком сквозь утренний туман брезжил рассвет. В первую очередь путешественница убедилась, что прибыло её снаряжение. Само собой, оно ехало в Кохору отдельно от неё, а не то у таможни возник бы ряд закономерных вопросов по поводу всего этого арсенала. В этом отношении Лара полностью положилась на своих старых знакомых из «Cold&Co». И они ожидаемо не разочаровали. Фирма всегда задавала на рынке стандарты качества. Желаете проезд кого угодно или провоз чего угодно в любую точку мира полностью инкогнито, без лишних расспросов и бумаг? «Cold&Co».       Лет тридцать назад руководство маленькой и никому тогда не известной конторы по контейнерной перевозке замороженных морепродуктов обнаружило, что внутри корпуса рефрижератора можно организовать почти идеальную «каюту» для анонимных путешествий по всему миру. Не особо быстро, зато комфортно, без лишних глаз и практически от порога до порога. Да ещё и с абсолютно законным подключением к электричеству. Спрос на услугу оказался бешеный. Стартап взмыл как Гагарин. В «Cold&Co» фишку просекли. Так и оставшись на официальных бумагах перевозчиком креветок, компания превратилась в крупнейшего игрока на чёрном рынке нелегальной миграции и контрабанды.       Морозилки множились. Большинство из них по-прежнему морозили для отчетности и отвода глаз, но и «кают» становилось всё больше. Бизнес пёр, руководство осваивало новые сферы. Скоро помимо контейнеров у компании появился громадный парк автотранспорта по всему миру, свой собственный воздушный флот и даже несколько дизельных субмарин.       Козырями «креветок», ставившими их наголову выше конкурентов, были исключительный профессионализм, безупречный этикет и совершенное беспристрастие. Никаких «приоритетных клиентов» и «скидок для своих», цена фиксирована, торг исключен. Компания всегда была нейтральна и не поддерживала ничью сторону, кроме стороны заказчика. Менеджеры никогда не спрашивали ничего, что не касалось бы обеспечения безопасности перевозки. Пилоты и водители не лезли в то, что они везут и зачем. Клиент мог не сомневаться в абсолютной безопасности для себя, своих дел и своего груза. В «Cold&Co» отлично понимали, что от них требуется только своевременная доставка из точки А в точку В с полной сохранностью посылки и максимальной тайной личных дел нанимателя. И больше ничего.       Всего-то найдите неприметную вывеску в виде голубой буквы С, стилизованной под креветку, пройдите в офис и поговорите с менеджером о заказе. Габариты, масса, откуда, куда и с какими условиями. Как это будет сделано — уже забота компании, вы можете быть спокойны. У фирмы свои методы, и банальный подкуп таможни — лишь один из множества. Ваш груз примут, упакуют в ящик, лично пригласят вас проверить его, вы убедитесь, что всё на месте, своими руками поставите код на замке, и посылка уедет по адресу. Фирма один раз взяла планку и с тех пор не сдвинула её ни на микрон вниз. Ларе услуги «Cold&Co» порекомендовал в своих записях сам лорд Ричард.       Были здесь и свои подводные камни. Например, беспросветная загадочность самих этих «Cold&Co». Ноль информации помимо той, что сообщала о себе сама компания. Брайс кучу раз пытался вскрыть их железный занавес, но не сумел оставить на нем даже царапины. Что уже, как бы, говорило о многом. Личности руководителей и сотрудников, штаб-квартира главного офиса, связи в магическом и немагическом мире — всё одна сплошная тайна.       Даже к провозу очевидной сверхъестественной бесовщины они относились с каким-то ненормальным для такого дерьма спокойствием. Однажды при получении своего груза из Чехии Крофт обнаружила царапины и пятно чего-то буро-красного на ящике. Вместо выломанного замка крышку удерживали гвозди. Менеджер показал ей фотографии чьих-то рук с множественными мелкими укусами до мяса и недрогнувшим голосом сообщил, что на пересылке произошёл «всего лишь маленький несчастный случай с нашим сотрудником и вашим заказом». Ларе стало нехорошо. Она везла коллекцию старинных кукол. Ящик без вскрытия отправился в печь.       Но одного у компании было не отнять — она делала свою работу. Лучше, чем кто бы то ни было. Остальное было не важно. Да, «креветки» знали о магии, сотрудничали с Посвящёнными, возили их людей и грузы — это очевидно, можно и к бабке не ходить. Возможно, даже сами использовали что-то магическое. И, тем не менее, Лара им доверяла. Если и были в мире контрабандисты с безупречной репутацией, то это «Cold&Co».       Путешественница ещё раз перечитала ориентировку, выданную ей агентом компании в Москве. «Дорогой клиент №000985108448! Ваш заказ ожидает Вас в г. Кохора, район Голагхат, штат Ассам, Республика Индия. С автовокзала проследуйте на рыночный перекрёсток на центральной улице, оттуда поверните ровно на юго-юго-запад и углубитесь в лесополосу на 324 метра. Там Вы обнаружите большой баньян, в один из стволов которого воткнут ржавый мачете. Проследуйте на 78 метров в направлении рукояти. Ваш заказ будет ждать Вас по ту сторону старого поваленного дерева. Поднимите слой дёрна и заберите из тайника Ваш заказ. Будьте внимательны и предельно осторожны! Курьер сообщает, что под бревном живёт как минимум одна некрупная моноклевая кобра (Naja kaouthia). Желаем Вам успехов и дальнейшего плодотворного сотрудничества! С глубочайшим уважением, Cold&Co. Cold&Co — Вы просите, мы отвозим.»       Стояло раннее утро, даже рынок ещё не открылся. Случайных свидетелей можно было не бояться. Придя в указанную лесополосу, Лара действительно обнаружила баньян, мачете, бревно и кобру. Змея лежала на трухлявом стволе и готовилась принимать солнечные ванны. Завидев Крофт, она сразу же раздула капюшон и встала в стойку. Даже в этом чувствовалась скурпулёзность и фирменный почерк работы «креветок». Неподкупный и неусыпный сторож, которого местным запрещают обижать традиции. Белиссимо, «Cold&Co», просто белиссимо! Как же приятно иметь дело с профессионалами!       Выпроводив ядовитую «охрану» при помощи палки, Лара обошла бревно и сдвинула дёрн. Стилизованный под старую фанеру ящик был на месте. Всё до последнего патрона лежало именно так, как и на проверке перед отправкой. Крофт забрала только одежду и обувь, закрыла тайник, отряхнула лесной сор со стильного бежевого костюмчика и поняла, что проголодалась. Поправив на плече новенькую дорожную сумку от Louis Vuitton, она направилась обратно в сторону улочек Кохоры.       Городской рынок только-только просыпался. Лавки и закусочные неспеша открывались по одной, словно сонные глаза своих владельцев. Торговые ряды понемногу наполнял народ. Над харчевнями начинал раскуриваться ароматный дымок с запахами свежего хлеба, жареных овощей и неизменных местных специй. Кохора готовилась завтракать. Солнечный луч подсвечивал жутковатый символ паука и мака на стене в переулке. Об столб у ворот рынка чесалась приехавшая вместе с Ларой коза. По проводам над головой с визгом носились жуликоватого вида обезьяны.       Присмотрев ресторанчик поприличнее, Лара села за столик на открытой веранде и заказала два варёных яйца, большую фруктовую тарелку и кофе с кардамоном. Вдохнув чудный аромат бодрящего напитка, она сделала глоток и засмотрелась на улицу. Рынок с каждой минутой оживал, а солнце поднималось всё выше, выжигая из воздуха пьянящую прохладу, оставшуюся от прошедшего ночью ливня. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — ты в Индии. По улочке с лужами в беспорядке сновали мопеды, рикши, носильщики, торговцы, туристы, ишаки, коровы и собаки, создавая разноголосый галдёж, который вскоре перестал казаться раздражающим.       Внезапно над равномерным базарным шумом раздался истеричный вопль и хлесткие удары.       — Скотина поганая! Не смей жрать мои овощи! Плюнь, плюнь батат немедленно! Пшла вон! Ннааа, получай! Вон, кому я сказал! — орал мужской голос на ассамском диалекте хинди.       Поняв, что творится что-то любопытное, Лара оставила столик и вышла на крыльцо забегаловки, чтобы получше увидеть, что же там стряслось дальше по улице.       На углу — аккурат возле бара «Медитирующая Макака» рядом с вывеской «2 пива по цене 3» — стоял слоняра, здоровенный даже по меркам слоняр. Наглое животное флегматично поглощало товар из тележки усатого торговца овощами, пока взбешённый собственник носился вокруг, сотрясая воздух и бамбуковой палкой охаживая толстокожего грабителя по бокам и заднице. Но слону было на него положительно наплевать. Он продолжал и дальше творить беззаконие, с видом знатока выбирая среди прочих овощей рыжие клубни батата.       Из «Медитирующей Макаки» выскочил маленький сухой мужичок в драном тюрбане и с явными внешними признаками отличных отношений с зелёным змием. Он с ходу налетел на торговца и принялся мутузить его своими худыми кулачками с воплями, что родню в обиду не даст. Продавец взвыл и попытался прихлопнуть махаута палкой, но тот с несвойственным возрасту (и похмелью) проворством увернулся. Индийцы сцепились. Слон придвинул к себе тележку, как ведро с попкорном, и продолжил набивать рот, поглядывая на развернувшееся шоу взглядом заправского болельщика. Лара решила, что пора вмешаться.       Усатый продавец как раз подмял оппонента под себя и уже готовился изрядно проредить его и без того немногочисленные зубы, когда рослая фигура мисс Крофт осадила его пыл. Двое драчунов вскочили перед англичанкой на ноги, словно дети перед сердитой матерью с ремнём, и, перекрикивая друг друга, стали требовать рассудить их конфликт.       Лара спросила, сколько обычно продавец выручает за полную тележку товара. Тот назвал явно завышенную сумму, и она уплатила её вдвойне. Мгновенно успокоившись, торгаш вывалил остатки овощей на окончательное растерзание слону и укатил прочь. А махаут, извергая перегар, рассыпался в витиеватых благодарностях на ужасном английском.       Он назвался Раджешем, Лара из соображений секретности представилась как Лаура Круз. Впрочем, чудаковатый махаут мгновенно это имя забыл. Прямо посреди улицы он принялся на все лады расписывать достоинства своего слона, который, с его слов, умеел чуть ли не в космос летать. Именно тогда Лара первые десять раз услышала, что его зовут Батат и он очень любит батат. Она попросила махаута не мучить себя английским и перейти на хинди, который она со времен Гоа заучила как второй родной. Но Раджеш наотрез отказался, сославшись на то, что в Кохоре иначе язык не выучить, и с приезжими он всегда говорит только на нём.       Ларе чем-то понравился этот деревенский простачок, да и ходовые мощности Батата внушали явное доверие. Она спросила, может ли Раджеш завтра утром отвезти её в горы к югу от города. Ответ был утвердительный — махаут и слон много лет проработали на лесоповале, и в джунглях знали каждую мартышку по имени. Они уговорились встретиться у рыночных ворот на рассвете, и Крофт внесла предоплату. Счастливый Раджеш уехал порадовать «мой вредный Амрит жена», а Лара вернулась обратно за столик.       Управившись с завтраком, она решила пройтись по рынку. Мало какое место так рассказывает о местной жизни, как торжище. Насмотревшись вдоволь и выбрав большой спелый батат, чтобы слон завтра тоже не остался без зарплаты, она уже собиралась уходить, как вдруг заметила лавку кузнеца. Топоры, мотыги, мачете, ножи, крючья, клинья и прочий бытовой инструментарий расположился на столе под тентом. А с краю — три одинаковых, как братья-близнецы, сверкающих на солнце кукри.       Лара невольно ими залюбовалась, не ожидав увидеть кукри в Ассаме. Она всегда мечтала об этом легендарном боевом ноже гуркхов — свирепых непальских воинов, из которых до сих пор формируются элитные подразделения королевской армии Великобритании. В ближнем бою кукри ужасен. Компактный, тяжелый и изогнутый, ему ничего не стоит одним ударом раскроить череп или снести конечность врага. Именно при помощи гуркхского кинжала перерезали глотку тому самому Дракуле в романе Брэма Стокера, который Лара обожала с детства.       Коренастый детина за прилавком заметил её явный неженский интерес. Лара опомнилась и тут же скормила кузнецу байку, что, дескать, её бойфренд обожает всякие ножи, она хотела бы ему что-то привезти в подарок, но боится купить ерунду по незнанию. Хотя она отлично разбиралась и даже сейчас видела, что кукри огонь. Хозяин лавки усмехнулся и с нехарактерным для Ассама акцентом сказал, что ерундой не торгует — он сам родом из Непала и почти тридцать лет куёт кукри с соблюдением всех традиций. Клинки этих, например, из рессоры от самосвала, а рукояти — из латуни и буйволиного рога. Лара взвесила нож в руке. Он был собран идеально и лежал в ладони как влитой. Солнце играло на бритвенной кромке лезвия с характерным вырезом — зубом Шивы — возле рукояти. Устоять было невозможно. Крофт потянулась за деньгами.       Это действительно была своевременная покупка. Нож в снаряжении Лары был, но только швейцарский складной. Он её не вполне устраивал. Раньше Лара использовала на миссиях простой и суровый американский Ka-Bar, но потеряла его с месяц назад где-то в Турции. Брайс всё хорохорился раздобыть ей боуи, да так и не раздобыл. А надолго уходить в джунгли без толкового ножа — смерть, причём смерть, честно заслуженная за такой дебилизм. К тому же кукри не только страшное оружие, но и отличный помощник в расчистке зарослей или рубке дров. Одним словом, не выброс денег.       Покинув рынок, Крофт направилась к маленькому городскому храму Шивы неподалёку от лесополосы с тайником. При святилище имелись ашрам для паломников, пруды с лотосами и карпами, а также скромная гостиничка. Конечно, Лара могла бы найти что-то попрезентабельнее, но у неё были свои причины ночевать здесь. Она ни на секунду не забывала — Кохорой правят Афим-Макади. И они вполне могли взять на прицел хорошо одетую фигуристую туристку. Если «пауков» не видно, это не значит, что они не следят. В обычном отеле наркоторговцы могут запросто вломиться к ней в номер, когда она будет спать или мыться, но перед нападением на гостей храма подумают очень много раз. Местные жители весьма религиозны. Если в святом месте произойдёт насилие, кохорцы вполне могут достать из поленниц мачете и припрятанные с браконьерских времен обрезы и показать бандитам, как выглядят оскорбленные чувства верующих. Конфликт на пике туристического сезона не нужен был ни тем, ни другим, так что при храме можно было вполне безопасно заночевать.       Поднявшись в номер, Лара приняла прохладный душ с дороги, убедилась, что по углам нет жучков, а за дверью никого, и вышла на связь с Сурреем. Брайс сообщил, что выложил новый пост в её Инстаграм. Это был ещё один способ путать следы и пускать пыль в глаза. Из поездок Крофт привозила свои фотки, Бейкер фотошопил их, Корбетт придумывал красивый текст и всё это добро постилось с подправленной геолокацией, как только Лара отправлялась в новую экспедицию.       Например, сейчас профиль украшали кадры из Питера. Дворцовая площадь, Медный Всадник, Лара в пальто на колоннаде Исаакия, несколько сториз из Эрмитажа. Всё это она нащёлкала за несколько часов до того, как стащить сосуд с ифритом из Кунсткамеры.       Под постом значилось: Люблю тебя, Петра творенье… И вас люблю, мои драгоценные подписчики из России! Слышала, у вас была террористическая атака на музей. Просто кошмар! Как можно взрывать музеи?! Петербург, не будь букой, ты солнышко! Держись, я привезла из Лондона улыбку =) #spbmylove #stopterror #городнаневе       В комментариях среди вихря сердечек, огоньков и признаний в любви кто-то слёзно умолял сесть ему на лицо и раздавить голову бёдрами. Очевидно, он плохо себе представлял, как это на самом деле бывает. Можно только вообразить, как же там в Суррее сейчас ржёт читающий всё это Брайс…       Лара переоделась в легкое светлое платье, подкрасила губы, дополнила образ шляпкой, поймала на улице смешной трёхколёсный тук-тук, похожий на божью коровку, и поехала на экскурсию в национальный парк Казиранга. Во-первых, чтобы было что постить в следующий раз, а во-вторых, чтобы поближе познакомиться с местной фауной. Вполне вероятно, что уже завтра ей придётся столкнуться с ней лицом к лицу. Вернулась в номер она только к вечеру и тут же повалилась спать. Предстоял ранний подъем.       Где-то в четыре утра она уже была на ногах. Тихо переодевшись в шорты, топ и сапоги, Лара подвесила к поясу кукри в ножнах, оставила на тумбочке у кровати денежное вознаграждение для хозяев гостиницы и бесшумно вылезла через окно.       Сунув в сумку со вчерашними и позавчерашними нарядами пару камней, она недрогнувшей рукой отправила Louis Vuitton в полёт на середину храмового пруда и быстрым шагом углубилась в туманную лесополосу. Там она забрала из тайника оставшуюся экипировку и поспешила к рынку, где на осёдланном Батате уже ждал её Раджеш.