Лара и Хохочущий Голем

      Лара уже несколько часов ломила вверх по склону, прокладывая тропу своим новым кукри. Клинок проходил сквозь ветви и бамбук как сквозь воздух. Пора бы уже этой безымянной горе как-то проявить себя. Махаут сказал, что она недалеко. Только вот он объездил все эти джунгли на слоне, а слоновье «недалеко» это не совсем человеческое.       Её слегка коробило, что она проболталась о своей цели Раджешу. Это было вообще как-то несерьёзно. С другой стороны, он дал полезную информацию. Этот добродушный алкоголик вряд ли из Афим-Макади. Разумеется, он всё растрындит. Сегодня вечером в «Медитирующей Макаке» только и разговоров будет, что о видной мисс, отправившейся в джунгли искать храм Отца Урожая. Слухи непременно дойдут и до банды. Но если хвост из «пауков» и появится, то нескоро. Её к тому времени уже и след простынет.       Само собой, обратно в Кохору Лара не собиралась. Кто вообще уходит так же, как и пришел? Она перестраховалась и подсунула махауту эту обманку с обратным подвозом, чтобы сбить с толку возможное преследование, которое пойдёт по его следам. После миссии она собиралась за 2-3 дня пересечь джунгли на своих двоих и выйти в Димапур на южной окраине леса. Там её на грунтовом аэродроме встретит самолёт «Cold&Co», который вывезет Лару в Дакку, Бангладеш. Из Дакки она на лодке по Гангу доберётся в Читтагонг — это проверенный способ сбить след. Дальше ещё один самолёт до Мумбаи, где она сядет на хорошо ей знакомый «рефрижератор» и на сухогрузе уйдёт в Абу-Даби. Там Крофт «почистит пёрышки», приведёт себя в порядок и — снова отдельно от снаряжения и трофеев — вернётся в Британию.       Но всё это только, если придётся везти артефакты. В противном случае Лара сдаст снаряжение в заботливые креветочьи лапки «Cold&Co» уже в Читтагонге, сменит образ и полетит домой как нормальный законопослушный гражданин с поддельными паспортами. Обычно магические реликвии рассчитаны на пользование одним человеком и поэтому вполне компактны, чтобы поместиться в ранец, но попадаются и многотонные громадины. Или средоточием магии может оказаться вообще весь храм как таковой. Грустно, но тогда выход один — взрывчатка. В ранце Лары всегда лежали 2 кг пластида в виде четырёх стандартных армейских шашек и запас дистанционных взрывателей. Она умела вычислять ключевые энергетические узлы артефакта или здания и точечно их подрывать без ущерба для всего остального. Наполненный магией объект превращался в обычный камень, интересный разве что историкам.       А ещё была совершенно особая категория мест, данные о которых Брайс свёл в отдельный документ. Вообще у него в компе все папки назывались как-то по-дебильному. Видимо, он считал это забавным. Но вот эта именовалась пугающе просто — «Зоны Смерти». Не до шуточек потому что. Каждая из них вызывала у Лары мороз по коже. Там, как правило, водилась настолько сатаническая хтонь, такое адище — Лавкрафт бы охерел! Без поллитры лучше вообще не садиться вспоминать. Крофт предпочла бы, чтобы это так и сидело в своих логовах до скончания времён. Либо было бы там же залито сначала напалмом, а потом бетоном. Замешанным на святой воде. В таких местах уже не до артефактов — свою бы большую спортивную задницу спасти. Польза от «зон смерти» была только одна — в них отлично дохли Посвящённые. Координаты можно было под видом пещеры Али-Бабы подсунуть (а в идеале вообще продать) каким-нибудь злобным тупым лохам вроде Ростро Муэртос или Четвёртого Рейха и быть уверенной, что больше их не увидишь. Участь дураков будет кошмарна.       Так что и «зону смерти» не стоило полностью списывать со счетов. Тем более ввиду каких-то демонов в записях отца и рассказов Раджеша, что с безымянной горы люди не возвращаются. «Джунгля живой…» Что это — деревенская пугалка, реальные свидетельства или бредни алкаша по белочке? Если второе, то это ещё больше подтверждает близость магии по контролю растений. Хотя, если разбираться, любые джунгли живые. Даже не так — нет в мире ничего более живого, чем джунгли. По многим признакам лес напоминает огромный организм. Если уметь видеть и слышать его, «вести диагностику», как это называл мистер Корбетт, то можно начать предсказывать ближайшее будущее. Лара умела. Приходилось уметь.       Именно поэтому Крофт поняла, что она здесь не одна.       Дело было в обезьянах. Вездесущие индийские макаки всегда дадут понять, если что-то не так — им сверху виднее. Это Лара заметила ещё вчера на экскурсии в Казиранге. В поисках индийских носорогов, которыми так славился парк, их группа верхом на слонах продвигалась по перелеску между лугами и спугнула леопарда. Едва завидев хищника, приматы над головой подняли такую истерику — хоть уши затыкай. Вот и сейчас в кронах где-то впереди трещали ветки, сыпались листья — короче, стояла полнейшая полундра.       — Яаааа! Уаа-уаааа! Яаааа! ААААА!!! — вопль обезьян пугающе напоминал человеческий.       Крофт насторожилась. Крики двигались прямо на неё. Осмотревшись, она увидела дерево с большой развилкой где-то в пяти метрах над землей. Легко, словно по стремянке, Лара вскарабкалась наверх, закрепилась на разветвлении и вытащила из кобуры пистолет. P2000, немец из-под крыла незабвенного Хеклера и неподражаемого Коха. Простой, точный и надёжный. Лязгнул затвор, щелкнул предохранитель.       В кронах появилась несущаяся стая орущих макак. Они гнали кого-то по земле. В просвете зарослей под Ларой промелькнул огромный бенгальский тигр.       Тигр был тощий. Это плохо. Крофт успела заметить несколько длинных пёстрых игл, торчавших из его морды. Это ещё хуже. Связался с дикобразом и получил колючей задницей в нос, что по сути то же самое, что и браконьерское ранение. Зверь уже долго голодал, не в силах нормально охотиться, и потому готов был сожрать любого, кто слишком много зевает. Тигр явно поймал её запах. Теперь он в курсе, что в его лес пришёл неуклюжий вкусный человек. Радовало только то, что пока хищника сдерживали обезьяны. Приматы портили ему всю скрытность. Он не начнёт выслеживание, пока не оторвётся от стаи и снова не растворится в подлеске. Вот когда макаки перестанут орать, тогда и станет по-настоящему стрёмно. Увидеть тигра не страшно, страшно не увидеть.       Вопль удалился. Теперь приматы голосили где-то на полкилометра западнее. Пора уходить. Чем дальше Лара от них оторвётся, тем лучше. Вернув оружие в кобуру, она с перекатом спрыгнула на небольшую полянку рядом с кучей листьев.       — ФХШ!       Короткое шипение парализовало её. Крофт так и замерла, сидя на корточках. Дыхание задрожало, теплый пот по всему телу в момент стал ледяным. Она поняла, что на неё смотрят глаза. Круглые, холодные, немигающие глаза. Меееедленно, максимально медленно Лара скосила взгляд в сторону кучи. Над ней, страшно поблёскивая в лучах солнца, возвышался метр толстого тела, узкий капюшон и покрытая щитками голова. Это она. Гамадриад. Королевская кобра.       Змея раздулась, как кузнечный мех.       — ФФФФХХХХХХХ…       Ооох, давненько Ларе не было настолько страшно! Не всякая паранормальная тварь смогла бы вселить в неё такой ужас, как общеизвестная, но от этого не менее смертоносная рептилия. Это уже не та маленькая змеючка на бревне в Кохоре. Палочкой не уберёшь. Четырёхметровая тварь, сидя на куче, властно возвышалась над Ларой передним метром своего тела.       Тихо, Крофт, тихо, не ссы… Ты же готовилась к Индии. Гамадриад — одна из самых отходчивых змей. Её напугало твоё внезапное приземление, но совсем скоро она успокоится. Сложит капюшон, перестанет шипеть и уползёт по своим змеиным делам. Главное, без резких движений. Она не будет тратить яд на тебя, если только не сторожит гнез…       — Блять… — одними губами выругалась Лара.       — ФФФФХХХШШШШЩЩЩЩЩ!!!       Куча — это не куча. Это инкубатор. Змея зарыла туда кладку, и теперь убьёт всех, кто посмеет подойти слишком близко. Двигаться нельзя. Вообще. Лара оказалась в положении наступившего на мину. Нужно сваливать. И нельзя сваливать…       Путешественница сделала медленный вдох и ещё более медленный выдох. Шанс есть. Ва-банк. Всё или ничего. Лучше попытаться, чем нет. Толкнувшись ногой, Лара перекатилась вбок.       — ФХАААХ!       Кобра бросилась как пружина. Она оказалась быстрее. Раскрытая пасть впилась в мускулистое бедро. Ногу словно пронзила раскалённая арматура. Лара вскрикнула. Рассвирепевший гамадриад держал её мощными челюстями, накачивая огромной дозой смертельного яда. Оторвав страшную тварь от себя, Крофт со стонами боли отползла от гнезда.       Долговязая старуха в балахоне, ходившая за Ларой по пятам всю её жизнь, в очередной раз занесла ржавую косу и перевернула песочные часы. Укус королевской кобры за 3 часа убивает слона. У Крофт в наличии максимум пятнадцать минут. Вторую половину этого времени она проведёт в отключке. Итого 7 минут. Две из них уже прошли.       Нога немела, отекала, спазмы поднимались выше. Яд гамадриада нейротоксичен. Он выключит нервы, парализует дыхательную мускулатуру и задушит насмерть. Лара повалилась под дерево. Перед глазами всё плыло. Непослушными руками она стащила ранец со спины, расстегнула молнию и влезла внутрь.       — Где?.. Где ты?.. Гдееее…       Голос затихал и слабел. Пальцы нащупали заветный кармашек, нашитый изнутри. Лара попыталась вытащить его содержимое, но небольшой конический стаканчик выскользнул из руки и провалился на дно рюкзака.       — Нее-е-ет… не туда…       Рука наливалась свинцом. Кое-как ей удалось ухватить маленький предмет. Лара вынула его из сумки и из последних сил подняла флягу с водой. Бутылка казалось весом в тонну. Крофт оттянула зубами питьевой клапан и плеснула несколько капель воды в стаканчик. Вокруг засияли мелкие золотые искорки. Окутывал холод, тьма засасывала.       — Ларааа… — позвал голос отца откуда-то из-за дерева — Лара, доченька, ты пришлаааа?..       — Это не ты… — прохрипела она.       — Мне так плохо без тебяяяя… — звало что-то с той стороны.       — Лара! Мы все уже здесь, Лара… — колокольчиком зазвенел в бамбуке голосок Канти — Иди к нам! К нам!       — Сгиньте… прочь!       Стаканчик прижался к губам. Жидкость влилась в рот.       — Хы-а-ааа! Кха, кха, кха…       Волна воздуха ворвалась в слипшиеся легкие, и тут же пробил кашель. Сердце бешено заколотилось об ребра. Ногу будто окунули в кипящее масло. Сквозь разрывающие приступы кашля Лара хрипло закричала. На ране от змеиных зубов набрякла желтая капля. Вокруг укуса замерцали те же искорки, и по коже полил яд с кровью пополам, будто что-то принудительно изгоняло его, выдавливало из организма изнутри.       Боль и кашель отпускали медленно. Но по крайней мере Крофт снова могла нормально дышать. От этого стало невообразимо легче. Костлявая злобно отшвырнула приманки, сплюнула и в который раз ушла без добычи. Призраки отступили.       — Не сегодня, папа. Не сегодня. — рука невольно пощупала нефритовый амулет между ключицами. Отец купил в Хубэе. Перед тем, как впервые столкнуться с магией…       Лара прислонилась спиной к стволу дерева и поднесла стаканчик к глазам, переводя дух.       — Спасибо… Прости, что гонялась за тобой по всему Уралу. И не верила в тебя в детстве.       Рог единорога, превращавший обычную воду в универсальный антидот, пришёлся как нельзя к месту. Точнее, не совсем единорога, а индрика-зверя — представителя уральского подвида. Европейскую популяцию перебили ещё на заре Средневековья. Да, браконьеры, как оказалось, тоже бывают Посвящёнными.       Это был тот случай, когда вместе с ней на миссию поехал Брайс. Одна из первых совместных экспедиций. Узнав, кто их будущая добыча и где она живёт, Бейкер проржался и пошутил миллион шуток про радужный пердёж, «My Little Pony» и ГУЛАГ. Но, тем не менее, раздобыл британскую снайперку Accuracy Int. AXMC 338 и отправился за Ларой в Россию.       Охота заняла 7 месяцев. Англичанка и техасец за это время несколько раз исколесили Урал от Воркуты до Челябинска. Много раз видели индрика в тайге и на горных пастбищах, но ни разу не поймали. Он оказался чуть менее похож на лошадь и чуть более на зубра, только ростом с носорога и с одним-единственным саблевидным рогом на лбу. По легенде укротить единорога могла только девственница. Тут, к сожалению, был пролёт. Приходилось действовать по старинке. Снотворное и ловушки.       Сложно изловить того, кто олицетворяет собой свободу и дикость. Индрика не брали даже слоновьи дозы транквилизатора. Рог, окутанный аурой магической энергии, резал всё. То есть вообще всё. Дерево, камень, ловчую петлю из кевларового троса, стальные прутья клетки-ловушки… А, загнанный в угол, индрик одним движением рога по земле открывал портал в любую точку своего ареала и исчезал. Ареалом был весь Урал. Брайс бесился, махал перед носом Лары винтовкой и просил дать ему «пристрелить уёбище рогатое». Но она была против, и не только из соображений гуманности. Рог, срезанный с мертвого единорога, был самым обычным рогом замысловатой формы, без магических свойств. Только с живого. Иначе смысла нет.       Но Бейкер, что называется, психанул. Охота закончилась на территории народа манси, недалеко от перевала Дятлова. Брайс забрал винтовку, улизнул от Лары и отправился за индриком сам. Крофт бросилась его остановить. Но не успела. Американец со снайперкой залёг на перевале, прицелился и с 1352 метров положил огромную разрывную пулю прямо в основание волшебного рога. Трофей со стуком упал на камни. Единорог взревел, за пару секунд регенерировал потерю обратно и скрылся в портале. А Крофт получила в своё распоряжение ещё один магический артефакт.       В Суррее из него сделали обеззараживатель для воды. Рог был встроен в фильтр и установлен на входе водоснабжения на территорию. В поместье начались чудеса. Для начала Брайс выпил водички из-под крана и выхаркал несколько огромных вонючих комьев черной смолы, которую исправно накуривал себе в легкие ещё со школы. От сигарет его с той поры отвернуло напрочь. Даже запах табака теперь вызывал у Бейкера рвотные позывы. А ещё у него рассосалась седина, заработанная при встрече с Диего де Мартинесом, чему он был несказанно рад. Даже мистер Корбетт избавился от лысины и серебра в волосах. Из лейки душа и поливалки садовника заструился эликсир жизни. Клумбы и парк цвели, как в эльфийском королевстве. Кухарка и обе горничные будто скинули по паре десятков лет и сияли здоровьем, как молодые лошади. Теперь даже канистра цианида в водоснабжении не смогла бы помешать чаепитию в 5 часов, свято чтимому в поместье Крофт. А из спиленного кончика рога Лара вырезала себе «выручалочку» для путешествий. И она пригодилась.       Путешественница глянула в сторону кучи. Она снова была ничем не примечательной грудой лесного мусора, и только блеск небольшой части чешуйчатого бока под листвой давал понять, что здесь сидит смерть.       — Счастливого материнства, гадина! — Лара совсем не по-аристократически плюнула в сторону гнезда.       Спасительный рожок вернулся в кармашек внутри ранца. Достав бинт, она смыла с бедра остатки яда и принялась перевязывать укус. Прямая опасность миновала. Но чутьё подсказывало — что-то не так. Лара прислушалась.       Обезьяны молчали.       — Твою… то мать… Шило на мыло…       Пистолет не внушал нужной уверенности. Она отвязала от рюкзака дробовик. Заказной, итальянский, единственный в мире экземпляр. Прозвище «Вышибала». Брайсу удалось выйти на нужных людей в Benelli. Макаронники всегда знали толк в больших и громких гладкоствольниках. Пистолетная рукоятка, ложа из древесины ореха, безотказная полуавтоматика. Шестизарядный рожковый магазин, один в оружии, два на портупее, четыре за спиной. В гильзах — заряды злющей картечи, разорвущей в куски всё на своём пути. А на крайний случай в ранце лежит барабан на тридцать пять патронов с экспансивными пулями. «Вышибала» выплюнет их за полминуты. В двадцати метрах по направлению ствола ничего живого не останется.       Так. Надо работать быстро и следить за джунглями. Тигр бросается сзади — заходит в слепую зону и атакует. Значит спиной всегда к дереву. Говорил же экскурсовод в Казиранге, что в лесу нужно пучеглазую маску на затылок надевать! Поленилась, не купила. Вот теперь расхлебывай! Впрочем, оголодавшего зверя эта дурилка вряд ли остановила бы…       Лара, перебежками перемещаясь в подлеске, заняла позицию поудобнее и извлекла из сумки портативный георадар. Головастый парень, конечно, этот Бейкер. Не зря свои английские завтраки лопает по три штуки в день. Аппарат его авторства размером с винную бутылку сокращал Ларе целые дни, а то и недели поисковых работ. Втыкаешь его в грунт, он двадцать минут пищит, и на экране планшета появляется трехмерная карта местности на две мили вокруг и на милю под землю. Со всеми пещерами, подземельями и пустотами в горах. Находишь на мониторе место выхода их на поверхность и идёшь туда. Всё. Никакого геморроя. Надо бы ему зарплату повысить…       Крофт сверилась с навигатором, разместила прибор и нажала кнопку.       Пик. Пик. Пик. Пик. Пик…       Двадцать минут на часах пошли. Тысяча двести «пиков». Безымянная гора рядом. Если внутри неё что-то есть, Лара об этом узнает. А если ничего — рвать когти отсюда, пока когти не начали рвать её. Прижавшись рюкзаком к огромному дереву и сжимая цевьё «Вышибалы», она крутила головой по сторонам, наводя дробовик на малейший шорох.       — Эй! Тигр! Я знаю, ты здесь! У меня ствол! Я тебя не боюсь!       Лес молчал. Крофт надеялась, что криком снова привлечёт себе на подмогу поисково-разведывательную группу в виде стаи макак, но приматов не было именно тогда, когда они так нужны. Возможно, она только что проорала приглашение к обеду. Хотя тигру это и не обязательно. Он и так отлично знает, что мясо здесь.       — Где же ты прячешься?.. — шепотом проговорила Лара.       — Пик. Пик. Пик. Пик… — нагнетал обстановку георадар.       Зловещее дуло недобро поглядывало на стену зелени. Тихо, тихо… Дыши, как учил твой гуру в Гоа, и слушай джунгли. Дыши и слушай. «Вышибала» сильнее клыков…       Дук.       — Назад! — Лара вскинула пушку в сторону тихого стука из зарослей.       Дук-дук.       Не стрелять. Никогда не стрелять на звук. Да, здесь и сейчас тоже. Цель нужно видеть. Это второе правило взявшего в руки ствол. Первое — не направлять в человека, если он не направляет в тебя. Даже разряженный. Даже разобранный. А второе — не стрелять на звук. Там может быть человек. Да, и здесь тоже может. Правило железное.       Дук. Дук-дук-дук. Дук-дук.       Словно кто-то постукивал одной полой трубкой по другой. Вокруг, со всех сторон. Лара напрягла слух и зрение.       — Какого дьявола здесь творится…       Дук-дук. Дук-дук-дук. Дук-дук. Дук. Вверху зашуршала листва.       Крофт подняла глаза. Над подлеском вокруг неё вразнобой возвышались, постукивая на ветру, гладкие стволы бамбука. Которых минуту назад не было.       «Как нога гуляй…»       Пик. Пик. Пик. Пик…       В воздухе над головой свистнули толстые лианы, шурша в листве. Словно щупальца, они метнулись в заросли, вырвали из земли ствол бамбука и отломали у него корни и зелень. Копьё с бритвенно острой щепкой на конце полетело в Лару.       БА-АХ!       Залп «Вышибалы», ахнувший эхом по всему лесу, разнес на куски летящий кол. Но цепкие хвосты лиан уже выломали несколько новых.       БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БА-АХ!       Руки джунглей отшвырнули испорченные снаряды. Но «боезапас» был безграничен. Лианы снова схватили и запустили копья.       Крофт упала на землю, ребром ладони вышибив пустой магазин из гнезда. Бамбуковые дротики воткнулись в ствол дерева прямо на том уровне, где за секунду до этого была её грудь. Рука в беспалой перчатке выхватила из кармана на портупее рожок с патронами и примкнула к дробовику. Щелкнул фиксатор, лязгнул затвор.       Новый шквал свинца обрушился на наступающие джунгли.       БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!       — Вуууу-Рроооооааа!!! — грозно скрипело-ревело вековое дерево в вышине за спиной. Ветки шумели и размахивали, складки коры сложились в гримасу гнева.       Уходя перекатами от копий, Лара вскочила на ноги. Сверху раздался треск. Не глядя, что там за хрень, Крофт бросилась бежать.       Громадное бревно, поднятое лианами до вершин леса, обрушилось с неба в метре за спиной. Несясь сквозь чащу, Лара закинула дробовик за левое плечо. Нельзя расстреливать все патроны — залезть в ранец за новыми ей не дадут. А пистолетные пули против оживших джунглей бесполезны. Она выхватила кукри.       Дук-дук-дук-дук-дук-дук-дук…       Стук бегущего, как ходули, бамбука летел со всех сторон. Джунгли гнались за ней. Листва шипела, будто недавняя кобра. Змеящимися движениями ползли лианы и корни, хватая всё подряд и швыряя ей в спину. Над ухом свистели камни и копья. Кусты и лозы бросались в лицо и под ноги, мешая бежать. Лара сносила их взмахами ножа. Куда спасаться? Она не знала…       Краем глаза Крофт заметила какое-то движение сбоку. Из заваленной ветками ямы, скрипя и взбрыкивая корнями, выскочил ПЕНЬ!       Он нёсся по лесу сквозь заросли как бешеный кабан, треща корой и размахивая бородой из лишайников. Срез его был ровный — дерево спилили люди. Никаких тёплых чувств к двуногим он уж точно не испытывал. Может вообще испытывать чувства пень? Да похер! Кряхтя и ухая, он галопом бросился Ларе наперерез.       Вскинув одной рукой дробовик, Крофт не пожалела для разъярённой херни заряда картечи. Но злобного лесного старика этим было не пронять. Подпрыгнув, пень на полном скаку влетел своей плоской «головой» ей под рёбра.       — Ууууу… — удар выбил дыхание из легких.       С разбегу она повалилась на бок. Лямка дробовика соскочила с плеча, кукри отлетел в сторону. Шершавые канаты лиан захлестнули предплечья и голени.       Рывком её подняло в воздух и распяло между деревьями. Растительные путы врезались в кожу. Лара снова закричала от боли, но жёсткая плеть лозы обмоталась вокруг её шеи и беспощадно сдавила. Крик оборвался. Лианы начали тянуть.       — Лараааа… — опять завыло в ушах что-то с голосом Ричарда — Не бегай… Не противься… Порааа…       Лес обступил свою жертву. В воздухе повисла грозная ненависть природы к алчному человеку, что веками разграблял и убивал её, и едкое злорадство от предстоящей казни. Медленной и ужасной казни четвертованием. Джунгли собирались вместе и готовились к свершению возмездия. Кровь за сок. Бананы и папоротники аплодировали листьями, барабанили ритмы бамбуковые копья, лихо посвистывали стручки, щёлкали орехи, гнусно хихикал мох. Вековые деревья одобрительно кивали кронами. Перед угасающим взглядом Лары по полянке, явно подстрекая собравшихся на расправу, скакал, брыкался и отплясывал ёбаный пень.       — …       Из распахнутого в вопле рта не вылетело ни звука. Взвыли болью суставы и связки. Лианы жгли кожу и неумолимо тянули, тянули, тянули… Шорох и шёпот растений будто бы слились в одно повторяющееся слово. Маленькое, но промораживающе душу.       — Рви… Рви… Рви… Рви… Рви…       Или это кровь шумит в голове? Темнота вновь начала поглощать…       Почва зашевелилась. Из лесной подстилки вылез маленький синий грибочек. Он подпрыгнул, зацепился ниточками грибницы за шнуровку сапога и пополз вверх по холодеющей ноге Лары. По повязке и кобуре гриб влез на шорты, сунул своё тоненькое щупальце в штанину, протолкнулся под взмокшее нижнее белье… и пронзительно запищал! Джунгли остолбенели и вздрогнули.       — А-АХ!!! — пронеслось по лесу волной. И всё исчезло.       Бросился обратно в свою рощу бамбук, юркнули куда-то лианы, уползли корни, покатились орехи прочь, заныкался под лист грибочек. Деревья выпрямились и застыли. Пень, паскуда, где плясал, там в землю и воткнулся! Ловушка разжалась, и одеревеневшее тело Лары повалилось на опавшую листву.       В мгновение ока лес вновь стал нормальным. Повисли несколько минут безмолвия. Ни птиц, ни обезьян, даже насекомые будто бы исчезли. Джунгли как вымерли. Только ветерок в листве.       — Пи-лик! — задорно чирикнул в ранце планшет, информируя о готовности карты.       — Хнннн… — простонала Лара.       Она побывала на дыбе и виселице одновременно. И выжила. Второй раз на волоске от смерти за час. В голове долбили молотки, ни один сустав не гнулся, в горло словно засунули ком наждака. Кожа на руках и шее горела.       Лара перевалилась с живота на бок. Кровь приливала в освободившиеся от сжатия сосуды, конечности понемногу оживали. Что-то даже после укуса кобры было легче. Есть там где-нибудь в каком-нибудь кургане примочка для экспресс-восстановления после попытки быть разорванной на части живыми лианами? Надо бы поискать. Актуальная штука, как оказывается…       Она села, разминая красные предплечья. Всё же не зря были все эти часы растяжки в зале и литры костного бульона, вписанного Корбеттом в её спортивное меню. Окрепшие суставы и сухожилия выдержали. Но лучше так больше на прочность их не тестировать.       Лара огляделась. Справа под кустом поблёскивал кукри. Слева в листве валялся «Вышибала». Крофт, пошатываясь, поднялась на ноги. «Разгрузочный день» всё больше походил на загрузочный. Но её организм и не через такое дерьмо проходил. И всё же это было что-то принципиально новое. Лара за свою жизнь насадила йети на кол, взорвала Минотавра, из Beretta с двух рук положила экипаж проклятых малайских пиратов на Калимантане и из станкового пулемёта ДШК выкосила армию зомби-зулусов в ЮАР. А сегодня её забодал пень. Как-то это… унизительно…       Лара подняла с земли кукри и тщательно вытерла почву с клинка. Рессорная сталь отлично режет и держит заточку, но и ржавеет так же отлично. Солидный металл требует ухода. Вернув нож в ножны, она подобрала дробовик. В нем остался только один патрон в патроннике. Крофт вздохнула, стащила со спины ранец, пополнила запас картечных боеприпасов на портупее и поставила на «Вышибалу» барабанный магазин с пулевыми патронами вместо рожка. А то жарковато здесь становится…       Она извлекла из сумки планшет. На экране высвечивалась детальная схема местности. Лара сейчас находилась совсем рядом с местом, где перевал переходил в массив горы. Видимо, это и есть та самая безымянная, о которой говорил Раджеш. Внутри неё имелась колоссальная полусферическая полость в виде явно неприродного купола. Диаметр громадного круглого зала в горе составлял около четырёх километров.       — Вот это дааа… — восторженно прошептала Лара — И ни одной колонны. Как ты только ещё не обрушился?..       Вопрос был риторический. То, что тут расположена область мощной магической активности, она уже прекрасно поняла. Возможно, даже можно будет в «зоны смерти» записать. Законами нормальной физики, химии и биологии можно смело подтереться. Не их здесь райончик.       — Так, а где же вход?       В разные стороны от основного зала сквозь толщу горы тянулись извилистые туннели к поверхности. В среднем, метров по триста каждый. Один из них как раз располагался недалеко от нынешнего местоположения Лары, под обрывом склона. Он выглядел заваленным у самого входа, но это было типичной погрешностью самодельной аппаратуры. Проверить в любом случае стоило. В конце же концов, всегда есть пластид.       Храм существует, и путь в него, скорее всего, тоже. Вперёд. Но сначала — сходить и забрать георадар. В него, между прочим, не два пенса вложено. Да и трудов Бейкера жаль. В отличие от модных шмоток. Louis Vuitton где угодно купить можно, а вот Брайс на свете такой один.       Широким шагом Крофт направилась в точку расположения радара. До неё было где-то метров двести. Ей уже хотелось поскорее разобраться и закончить со всей этой беготнёй по джунглям. Впечатлений от «зелёнки» пока точно хватит. Надо будет в следующий раз в Аравию поехать «отдыхать». Или на Таймыр…       — Ррррр… — негромко раздалось за спиной.       — Блять…       Она совсем про него забыла. Тигр прыгнул.       Дук.       — РАААААРААА!..       Шорох. Удар. Рёв оборвался. Лара развернулась, вскинула дробовик…       БАХ-БАХ-БАХ-БА-АХ!       Картечь и три пули вонзились в конвульсирующий на земле худой тигриный труп. Зверь затих.       Из его пасти, утыканной иглами дикобраза, торчало бамбуковое копьё. Конец с острой щепкой вышел из полосатого бока. В опавшую листву сочилась кровь.