Ночь кровавой луны

      Около месяца Чимин уже живёт в этом замке, отдаёт свою кровь Юнги, с которым даже отношения наладил, наверное. Он старался вампира не злить, а тот, в свою очередь, пил не так много крови, чему Пак был рад. Тэхён всегда рядом, он не даёт омеге заскучать. Они беседуют чуть ли не круглые сутки, даже готовят вместе, всё-таки папа обучил своего сына некоторыми секретными рецептами, чтобы у всех от одного запаха слюнки текли. Один раз омеги приготовили омлет, который даже Юнги оценил. Его лицо было довольным, а после слов: «Это и правда очень вкусно» Чимин и вовсе расплылся в тот день в довольной улыбке.       С Тэхёном они проводили весёлые вечера и даже засыпали вместе с обнимку. Тэхён рассказывал много интересных историй про себя и свою жизнь, иногда затрагивая Юнги и Хосока. Причём, когда тема заходила о втором, он смущался. Влюблённый Ким выглядел так мило, что пару раз омега не сдерживался и дразнил его. Если бы не старший, то Чимин бы точно здесь не выдержал.       Однако сидеть постоянно в этом замке начинало наскучивать Паку. Вся эта обыденность порой раздражала. Просыпается. Завтрак. Разговоры с Тэхёном. Ночь. И так изо дня в день. Пак хотел выйти на улицу на свежий воздух, желая хоть ненадолго увидеть природу, которая в этом году поражала своей красотой. Все деревья надели свою зелёную листву, а в ней таились спелые яблочки, сливы, вишня… Так хотелось пойти в лес и самому пособирать излюбленной земляники, а потом с удовольствием её кушать. Хотелось послушать пение птиц, понаблюдать за жизнью лесных животных, искупнуться в холодном пруду, насладиться летним солнышком. Как же Чимину этого не хватает. Он ведь доказал Юнги, что сбегать не собирается, возможно, вампир смилуется и позволит хоть ненадолго выйти? Стоит попробовать. По крайней мере вчера Тэхён сказал, что нужно спросить. Мин ведь не монстр, должен разрешить, особенно за хорошее поведение.       Поэтому сегодня Чимин решил попытаться. Он знал, что Юнги был в замке, поэтому незамедлительно пошёл к нему в кабинет, однако Юнги там не оказалось. Тэхён ушёл по делам в город, поэтому спросить было можно только у остальной прислуги.       Узнав от повара, что Мин может быть в своей спальне, Чимин отправился туда и постучался. Ответа не последовало. Тогда человек взял на себя смелость и сам открыл дверь заглядывая в комнату. Спальня вампира не выделялось яркими цветами, собственно как и весь замок, однако если представить, что весь черный замок это какое-то существо, то спальня Юнги точно его сердце. Самое мрачное место из всех. Пак прошёл внутрь, не закрывая полностью дверь, чтобы свет хоть немного попал в комнату, ведь на окнах висели тёмные занавески.       Сперва казалось, что комната пуста, однако вскоре Пак заметил очертание фигуры вампира на большой двуспальной кровати. Омега медленно и максимально тихо подошёл и присел на корточки, рассматривая умиротворённое лицо спящего Юнги. Тот выглядел так, будто умер, ведь его грудь не вздымалась, а сердцебиения не было слышно. Зато сердце Чимина билось как сумасшедшее. Младший разглядывает лицо вампира, которое было похоже на лицо статуи: бледное, с идеальными чертами лица. Тёмные волосы Мина контрастировали с его кожей, а губы имели еле заметный розоватый оттенок. Красив, что тут ещё сказать. Белая рубашка была слегка расстёгнута, открывая вид на шею и острые ключицы. Подобная картина выглядела довольно эстетично, Чимин даже невольно прикусил губу, открыто разглядывая вампира. — Тебе не говорили, что пялиться на людей не хорошо? — раздался низкий голос.       Мин медленно открыл глаза, смотря на Чимина, а тот испуганно отшатнулся, падая на пол. Юнги присаживается на кровать, рассматривая омегу, который неожиданно к нему заглянул. — Т-ты не спал? — удивлённо спрашивает Чимин, у которого сердце чуть в пятки не ушло от испуга. — Нет, просто решил прилечь. — спокойно отвечает Юнги. — Тогда почему не ответил, когда я стучал? — Не хотел. — пожимает плечами вампир. — Зачем пришёл?       Чимин поднимается с пола, отряхиваясь от пыли, и выпрямляется. Пак думает, как бы начать, чтобы Юнги не отреагировал агрессивно, всё-таки всех способностей Мина омега не знает. — Я бы хотел немного погулять на улице и… — Нет. — сразу же перебивает его Юнги. — Но почему? — не понимает Чимин. — Я так сказал. Вопрос закрыт. — Но я ведь весь месяц слушался тебя. И кровь давал. Почему я не могу просто пройтись в лес? Я ведь не сбегу. — пытается уговорить Чимин. — Я повторяю ещё раз. — голос Юнги стал строже. — Нельзя.       Чимин дрожит от обиды. Он ведь не просит чего-то сверхъестественного, он простого хочет хоть немного пройтись в лесу, босыми ножками походить по зелёной травке, а потом искупать их в чистой воде из пруда. Почему Юнги отказывает? — Но я ведь всё делал, что ты хотел! Я не хочу сидеть здесь постоянно. Я человек, мне нужен солнечный свет и чистый воздух! — заявляет омега.       Юнги резко поднимается, хватает омегу за руку и тянет на себя, крепко сжимая хрупкое запястье, от чего Пак жалобно всхлипывает. — Не выводи меня, человек! — рычит словно дикий зверь Юнги. — Если я сказал нет, значит нет! Понял? — хватка становится сильнее, от чего Чимин зажмуривает глаза, отворачиваясь от вампира.       Юнги несколько секунд держит омегу, а затем отпускает. — Возвращайся к себе. И ни шагу из комнаты. Я всё сказал. — говорит альфа, после чего покидает спальню, возвращаясь в свой кабинет.       Чимин выбегает из спальни через минуту и возвращается к себе, падая на кровать и начиная плакать в подушку, чтобы никто не услышал. Омега плачет из-за жестокости вампира. Пак думал, что сможет смягчить отношение к себе, что хотя бы такую пустяковую просьбу Мин выполнит. Но нет. Отказал. Не позволил выйти на волю. Несмотря на то, что Чимин старался не злить его, послушно давал кровь и выполнял все правила… Он заслужил. Хотя бы пару часов он имеет право побыть на воле.       Омега прекрасно знал, что в утреннее время и Юнги, и прислуга малоактивны. А сейчас, судя по часам, подаренные Тэхёном, было около девяти утра. Замок не охраняется, ведь Юнги полностью уверен, что никто из жителей не войдёт, а выйти…       Чимин, недолго думая, одевается, выбирая чёрную рубашку и белые брюки, чтобы не особо мелькать и не отличаться от мрачного замка. Пак берёт с собой кинжал отца и выходит из комнаты, спускаясь вниз расслабленной походкой. Никого не было внизу, да и тишина была гробовая, поэтому Чимин спокойно подошёл к выходу, сделал вдох и спешно открыл дверь, вышел и тихо её закрыл, стараясь не создавать шума. Так просто? Он смог так просто уйти, невероятно. Перед ним открываются великолепные лесные просторы, а вдалеке можно увидеть бывшую деревню Чимина. Но он пойдёт другой дорогой. Ким рассказал ему, что за замком есть красивый лес, туда омега и отправится.       Пак осторожно спускается вниз к красивой зелёной полянке, которая и является его главной целью. На полпути Чимин уже чувствует усталость, ведь спускаться не по тропинке тяжело, да ещё и склон довольно крутой. Однако цель так близка и так желанна, что, если бы у Пака были крылья, то он бы бездумно взлетел, опустившись босыми ногами на зелёную травку.       Вскоре его ноги касаются земли и Чимин сразу же снимает обувь, касаясь оголёнными стопы касаются свежей травы. Чимин прикрывает глаза и направляет своё лицо под солнечные лучи, вдыхая свежий воздух. Он неторопливо идёт вперёд, наслаждаясь лёгким порывом ветра, который со всей нежностью теребит чёрные волосы омеги, словно приглашая Чимина в царство природы, которое таит много красоты и загадок. Пак открывает глаза и идёт в лес, который на свету выглядел невероятно привлекательно. — Я пошёл против своей судьбы, думал, что против тебя не пройду, Мин Юнги? — усмехается омега и переходит на бег, широко улыбаясь и держа в руках свою обувь.       Он насладиться этим днём, этой свободой, ощутит её всем телом и запомнит надолго, лелея чудесные воспоминания о дне, когда вышел в свет. И Чимин уверен, что он не последний раз позволяет себе выйти вот так. Потому что жить в неволе невозможно для Пака. Он птица свободного полёта.

***

      Чимин не следит за временем, потому что не хочет осознавать суровую правду того, что ему необходимо в скором времени вернуться в мрачную темницу личного монстра. Он берёт от этого дня всё. Находит лесную тропу, идёт по ней, слушая пение птиц, спрятавших в густой листве деревьев, ищет спелую землянику, которая прячется в траве, а когда находит целую поляну с любимыми ягодами, то собирает её в рубашку, чтобы найти красивое место и покушать там, любуясь лесными красотами. Когда Пак собирает все ягодки, не удержавшись и скушав пару штук, он продолжает свой путь. Солнце уже довольно высоко, прошло не менее нескольких часов, но для Чимина всего миг, ведь он полностью поглощён лесом. И лес будто принимает человека. Показывает ему такие места, которые Чимин не видел даже в лесу возле деревни. Он долго смотрит, чтобы запечатлеть эти сокровища в своей голове и лишь тогда, когда картина полностью отпечатывается в его памяти, он продолжает свой путь вперёд в глубь леса.       Пак находит красивый пруд, ограждённый большими валунами, на один из которых омега взбирается, стараясь не растерять драгоценные ягоды земляники. Он садится на него и и смотрит на спокойную водную гладь. В воде резвятся рыбки небольших размеров, а рядом квакают лягушки, словно обсуждая незваного гостя. Умиротворение. Чимин чувствует душевное спокойствие и долго сидит на камне, попутно съедая небольшой запас земляники. Но даже отсутствие обожаемых ягод не мешает ему наслаждаться этим великолепным пейзажем, который, если бы Пак был художником, он бы обязательно запечатлел на своём полотне во всех красках.       Темнеет. Лучи солнца уже не так сильно освещают поляну, где Чимин остановился. Пак делает несколько глотков воды из пруда и идёт немного дальше по тропинке вперёд. Что движет омегой? Желание свободы. Он бы всё отдал, чтобы на день, да хоть на миг стать птицей и парить в небе, смотря на лес с высоты собственными глазами. Наверняка такой вид прекрасен, его нельзя передать словами, нельзя представить в полной мере. Как жаль.       Чимин доходит до огромного дерева, которому точно несколько сотен лет. Пак с улыбкой взбирается на него и садится на толстую ветку, смотря с небольшой высоты на лес. Так прекрасно и невероятно. Затем Чимин поднимается выше, чтобы можно было увидеть солнце, которое уже спряталось за деревьями, однако нога человека соскальзывает. Пак хватается за ветку, пытается вернуть ногу на место, но хватка ослабевает из-за чего омега падает с приличной высоты на бок.       Пак тяжело на секунду перестаёт дышать, приоткрыв рот, ощущая невыносимую боль в боку, к которому приложил ладонь, будто это его спасёт. Постепенно дыхание нормализовалось. Чимин присел, опираясь спиной о могучий ствол дерева и смотря вверх. А начиналось всё так красиво… Но, кажется, это знак того, что нужно возвращаться назад. Посидев пару минут, Чимин поднимается, превозмогая боль, и идёт в обратном направлении к пруду. Шаги его были небольшими, ведь каждый отдавался неприятным уколом в теле. Но нет, омега ни в коем случае не станет жалеть ни об одном своём шаге.       Через некоторое время Чимин доходит до пруда и садится на небольшой камень, решая передохнуть и перевести дыхание. Было темно, тропинка уже плохо видна, но Пак постоянно шёл прямо, найти путь назад он сможет. Интересно, Юнги заметил его пропажу? Ищет ли? Неважно. Чимин лишь корм, один из многих жертв, которой Мин запросто найдёт замену. Для него это не проблема.       Омега слышит какой-то шелест сзади и вздрагивает, осторожно оборачиваясь и пугаясь. Ярко-жёлтые глаза сияют в глубине леса, наблюдая за человеком. Чимин инстинктивно поднимается и делает неуверенный шаг назад, но рык вдали предупреждает, что лучше не шевелиться. Пак дрожит от страха, когда обладатель пугающих звуков выходит из темноты, являя себя. Волк. Огромный серый волк, который может одним прыжком раздавить человека. Омега смотрит на него, замечая, что тот медленно подходит к нему, готовится поймать свою добычу. И тогда Чимин срывается на бег. Он бежит так быстро, как только может, старается уйти от хищника, ведь даваться в руки смерти не хочет. А она рядом. Волк бежит за ним. Чимин это всем телом чувствует и не останавливается, стараясь не обращать внимание на боль. Но в какой-то момент она становится просто невыносимой, заставляя Пака остановиться и согнуться. Волк прыжком достигает омеги и своей когтистой лапой делает первый удар, задевая ногу Пака, явно чтобы тот уже не смог убежать. Чимин кричит от боли, смотря на алую кровь, сквозь порванные брюки. Раны выглядят довольно глубокими лучше даже не пытаться подняться.       Серый житель леса возвышается над Чимином, готовясь получить свою желанную добычу. По щекам Пака струятся хрустальные слёзы, он старается отползти, но волку явно догонялки уже надоели и он кладёт свою лапу на ногу омеги, не давая уйти. Тот немилостиво рычит, раскрыв свою пасть, а Чимин закрывает глаза, шепча лишь одно слово: — Юнги…       Одна секунда. Один миг и лапа на ноге Чимина пропадает, а со стороны слышится шум, жалобный вой и тишина. Чимин не в силах открыть глаза. Он слишком напуган, а сердце стучит так быстро, будто готово покинуть грудную клетку. — Как иронично. Ты мог умереть по своей же вине. — знакомый холодный тон.       Омега открывает глаза, смотря на возвышающуюся фигуру Юнги, который смотрит строго и гневно своими алыми глазами. Попался. — Может мне стоило позволить волку тебя сожрать? — задумывается Мин, посмотрев на Чимина, который весь дрожал, да ещё и истекал кровью, от которой у вампира аж слюнки текли. — Может. — лишь отвечает Пак, отворачиваясь.       Юнги подходит ближе, без труда поднимая на руки омегу и усаживая его на камень. Он поднимает штанину, смотря на глубокую рану из которой так и хлещет кровь. Мин подходит к пруду, набирает воду в ладони и поливает рану. Пока альфа это делает, Чимин смотрит на окровавленные деревья и мёртвое тело волка в кустах. От мыслей, что Юнги это сделал за секунду, Пака бросает в дрожь. Он убил волка. Что же он с омегой сделать может?       От прохладной воды стало чуть лучше. Чимин смотрит на вампира, который немного приподнимает ногу младшего, а потом бесцеремонно касается языком раны, заставляя Пака вскрикнуть. — Что ты делаешь?! — не сдерживает голос Чимин. — Нельзя упускать ни малейшую каплю твоей крови. — отвечает Юнги, держа ногу человека крепче и продолжая своё дело. — Мне больно! Прекрати! — требует Пак, пытаясь вырвать ногу из крепкой хватки вампира, но без толку.       В боку начало колоть сильнее, из-за чего Чимин перестал сопротивляться, начиная лишь всхлипывать от боли. Словно Юнги его так наказывал. Позже Мин оторвал кусок своей рубашки, причём голыми руками, и перевязал ногу Пака. — Пойдём, пора возвращаться. И нет, ты не отделаешься так просто. — говорит Юнги, поднимаясь с корточек и направляясь к тропинке, чтобы выйти из леса.       Пак же даже встать не пытается. Нога неприятно печёт, а бок непрерывно ноет. Он просто не может встать с этого камня. — Ты тут решил остаться? — спрашивает Юнги, повернувшись к омеге. — Я не могу идти. — говорит негромко Чимин.       Мин закатывает глаза и подходит ближе к младшему, спокойно поднимает его на руки, прижав к своей груди. Чимин от неожиданности весь сжимается и смотрит на Юнги, а потом опускает взгляд и кладёт голову ему на плечо. Хочется лечь в кроватку и отдохнуть.       Они идут не быстро, Чимин даже прикрывает глаза, думая, что вот-вот провалится в сон. — Я думал, ты поумнее будешь. Что тебе дал этот побег? — спрашивает Мин. — Это был не побег. — тихо отвечает омега. — Я лишь хотел прогуляться… Пройтись по лесу… Подышать свежим воздухом… Это всё, чего я хотел. Я бы вернулся. — оправдывается Чимин, хотя это правда.       Хоть омега и любит лес всей душой, но жить бы тут не смог. Хотя хотелось бы быть каким-то лесным эльфом, чтобы иметь право любоваться лесной красотой изо дня в день. — Ты убьёшь меня? — спрашивает Пак. — Нет. — Но почему? — в недоумении спрашивает Чимин. — Мне незачем убивать тебя сейчас. — коротко поясняет Юнги, давая понять по своему тону, чтобы вопросов на эту тему больше не было. — Понятно. — лишь отвечает Чимин, возвращая голову на плечо Мина, так было удобнее.       Юнги специально шёл медленно, чтобы омегу сильно не трясло на руках. Он изредка поглядывал на уставшее лицо человека, проверяя, жив ли он. Но сердце билось, а грудь вздымалась, поэтому беспокойства ушли. Но в голове не укладывалась мысль о том, что Юнги чуть не обрёк себя на тысячелетние мучения, ведь не доглядел за своенравным омегой, который решил показать свою смелость, а сейчас дрожит в руках Мина как котёнок, замёрзший под дождём. Вампир понимает, что согреть Пака не в состоянии, ведь его собственная температура тела ниже человеческой, но смотреть на младшего было как-то жалко. Хотелось согреть, поэтому пришлось немного ускорить шаг, чтобы поскорее вернуть потерянного в кровать. Люди так хрупки.

***

      Тэхён места себе не находил с тех пор, как заметил, что Чимин пропал. Ким обнаружил, что Пака нет на месте, первым, когда осмотрел замок. Он спросил у Юнги, а тот, явно удивлённый новостью, выбежал из замка на поиски. Ким бы отправился с ним, но неожиданно к ним заявился Хосок и Юнги приказал следить за Чоном, чтобы тот ничего не натворил.       Ким нервно ходит по первому этажу, даже не представляя, где сейчас пропадает его друг. От беспомощности выть раненым зверем хотелось. Вдруг он попал в беду? — Хватит уже тут круги нахаживать. Голова болит. — жалуется Хосок.       Тэхён внимания не обращает, думая, как там Чимин, нашёл ли его Юнги? А вдруг уже поздно? Во сколько Пак ушёл? Уже так темно на дворе…       Хосок не выдерживает этих хождений и поднимается с мягкого дивана и останавливает Кима, привлекая его к себе. — Мне не нравится, когда меня игнорируют. Будь добр, перестань бегать по залу и лучше обслужи меня. — соблазнительно шепчет на ушко омеги Хосок, мягко поглаживая его талию. — Господин Чон, мне сейчас не до Вас. — отталкивает вампира Ким.       Старший, явно недовольный таким раскладом, хватает Тэхёна за руку и тянет к дивану, садится сам и тянет Тэхёна, заставляя опуститься на свои колени. — Для меня у тебя всегда должно быть время, мышка. — говорит с лёгкой злостью Чон. — Я волнуюсь за Чимина, а вдруг с ним что-то произошло? — Юнги его спасёт. — Но если не успеет? — Успеет. — Почему Вы в этом так уверены? Юнги не… — Хватит. Юнги не выгодно, чтобы Чимин умер. — закатывает глаза вампир. — Почему? — спрашивает Тэхён. — Сам у него спроси. Хотя… Я могу ответить. Если ты дашь мне крови своей. Я хочу вкусить эту спелую ягодку… — облизывается Чон. — Вы мне всё равно не расскажете. — грустно улыбается младший. — Ты прав, но моего желания это не меняет. Я хочу твоей крови, Тэхён. — шепчет Хосок, приблизившись к манящей шее Кима.       Омега опускает взгляд вниз, отстраняя Чона от себя. Его настойчивость раздражала и расстраивала одновременно. — Хосок, прошу, учти хоть разок моё желание, моё состояние. Мне не до этого. — говорит тихо Ким, переходя на «ты». — А где же моё любимое «господин Чон». — улыбается старший. — Первый раз ты зовёшь меня по имени. Мне нравится, можешь продолжать обращаться ко мне неформально. — говорит вампир.       Тэхён смущённо отвёл взгляд от такой привилегии. Теперь он может общаться с Хосоком неформально и не боятся, что забудет про «господин Чон». Хороший результат. Но сейчас и правда не до ликования. Надо найти Чимина. — Я хочу помочь в поисках Чимина. — вздыхает омега. — Так в чём проблема? — интересуется Чон, незаметно поглаживая талию Тэхёна. — Ты. Тебя опасно оставлять одного. — говорит серьёзно Ким. — Господин Мин приказал присмотреть за тобой, поэтому я не могу уйти. — Он настоящая заноза. — закатывает глаза Чон. — Возможно, но… — Тэхён не успевает договорить, замечая, что дверь замка открывается и заходит Юнги со спящим Чимином на руках.       Омега выглядел ужасно. Весь в ранах и грязи, а одежда надорвана. Что же произошло? — Чимин! — Тэхён подбегает к Юнги. — Что случилось? — спрашивает Ким, обеспокоенно осматривая младшего. — Позже. Сперва нужно его осмотреть и обработать раны. — говорит Мин. — Я займусь этим. — кивает омега, осторожно взяв на руки Пака.       Тэхён относит младшего в его комнату, приносит тазик с водой и полотенце, а также необходимые лекарственные препараты, которые у него имелись. Всё-таки жертв было достаточно, чтобы понять, что люди хрупки и нуждаются в лекарствах.       Ким старательно обрабатывает рваные раны на ноге Чимина, но шрамы наверняка останутся. Омега омывает тело Пака полотенцем, переодевает в чистую одежду, бережно укладывая на постель. — Мм… — мычит Чимин, поморщившись. — Чимин? Это я, Тэ. Слышишь меня? — негромко спрашивает старший, но слышит лишь мычание в ответ.       Ким трогает лоб Чимина, ощущая сильный жар. Вот это уже нехорошо. Совсем нехорошо. Тэхён ищет в сумке нужную таблетку и приподнимает голову человека, пытаясь ему дать её, но не выходит. Недолго думая, Тэхён берёт таблетку в рот, потом немного воды и касается своими губами омежьих, заставляя его принять лекарства. Губы у Пака были сладкие, с привкусом спелой вишни, приятный вкус. Он отстраняется от Чимина, мягко поглаживая его по щеке. — Всё будет хорошо, ты поправишься. — говорит ласковым голосом Тэхён.

***

— Поздравляю, ты нашёл его. — аплодирует Чон, смотря с довольной улыбкой на Юнги. — Заткнись. Бесишь уже. — закатывает глаза Мин. — Я? Я тут не причём, Юнги. Это ведь из-за тебя он сбежал и чуть не умер. — усмехается Хосок. — А ведь он мог погибнуть и тогда тебе бы пришлось вновь ждать тысячу, а то и более лет, чтобы провести ритуал. Какая досада!       Юнги игнорирует слова Чона, возвращаясь к себе. Да, он мог лишиться своего последнего шанса вернуть свою жизнь, вернуть сердце и душу, которых был лишён. Вернуть человечность. И больше вампир не допустит ошибку.       Никогда.