Ночь кровавой луны

      Чимин не просыпается уже несколько дней, из-за чего Тэхён сильно переживает. Он старается сбить температуру, давать лекарства Паку, делать всё, чтобы он очнулся. Но не выходит. Пак спит, иногда бредит, но что самое странное, омега Юнги зовёт. Мечется по кровати и просит позвать Юнги. Когда это случилось снова, Тэхён пошёл к вампиру, рассказывая о ситуации.       Мин, естественно, был очень удивлён, что Чимин его зовёт, однако он знал, что состояние его оставляет желать лучшего, поэтому Юнги пошёл в спальню к Паку.       Чимин лежал в кровати под одеялом, тяжело дышал, а на лбу выступили капли пота. Юнги осторожно присел на кровать и провёл ладонью по лбу, однако в этот момент, Пак хватает его руку, прижимая к себе ближе. Мин усмехнулся и провёл второй ладонью по щеке омеги. — Юнги… — тихо зовёт его Чимин. — Я здесь, не волнуйся. — отвечает старший. — Юнги… — повторяет Пак, ластясь к прохладной руке вампира. — Жарко… Мне жарко…       Конечно, всё-таки температура у Чимина высокая, а сбить никак не выходит. Мин отодвигает Чимина от края кровати и ложится рядом, а тот в свою очередь пододвигается ближе, крепко обнимая вампира. На лице младшего появляется нежная улыбка, а носиком он утыкается в шею альфы, вдыхая запах граната, который сейчас был как раз кстати.       Мин замер, смотря на успокоившегося Чимина, который жмётся к альфе, ласки просит, защиты и тепла. Люди хрупкие. Они могут начать плакать от любой маленькой ранки, от плохой новости. Вампиры лишены чувств, но сейчас Юнги готов с этим поспорить. Внутри, там, где всё покрыто глыбами льда, возникает какой-то огонёк, которому не хватало силы хоть немного засиять. Мин поглаживает человека по голове, а уголки его губ ползут вверх.       Это было похоже на фейерверк. Будто кто-то поджёг давно давно замёрзший фитиль, чтобы увидеть красивый салют. Но жаль, что он пока не до конца оттаял. Нужно время. Фитиль провёл во льду тысячу лет, но его огонёк вернулся — Спи сладко, Чимин. — шепчет альфа, прикрывая глаза.

***

      Омега просыпается медленно, долго пытается сообразить, что происходит, потому что он прямо сейчас лежит в объятиях Юнги. Что он здесь делает? И сколько прошло времени? Чимин помнит, что Мин нёс его домой и, похоже, что по дороге Пак вырубился. А сейчас он лежит в своей спальне, а вампир его… Обнимает?       Хватка была слабой, поэтому выпутаться можно было легко, но Чимин не делал этого. То ли слабость, то ли желание ещё полежать. Однако пробуждение его не осталось незамеченным. — Проснулся? — спрашивает Юнги, открывая глаза.       Чимин поднимает удивлённый взгляд на альфу и отводит его, кивая. Старший трогает лоб Пака, чувствуя, что температура прошла, но вот омега ощущает, что прямо сейчас она подскочила ещё выше. — А я… Долго спал? — Несколько дней. Тэхён волновался за тебя, всё места себе не находил. — отвечает Мин, убирая ладонь. — Прости меня… — тихо говорит человек. — Что? — притворяется глухим Мин. — Прости, я не хотел доставлять тебе неудобства. — говорит громче Чимин. — А за побег извиниться не хочешь? — Нет. — твёрдо отвечает омега, поднимая взгляд на Юнги. — Я хотел выйти и подышать свежим воздухом. Я не собирался убегать или что-то в этом роде. Мне всё равно идти было некуда. Так что я не буду извиняться, в этом моей вины нет.       Юнги усмехается и гладит Пака по голове. — Хорошо, я понял тебя. Когда выздоровеешь, то можешь сходить с Тэхёном прогуляться. Но я должен знать об этом, ясно? — Правда можно? — уточняет Чимин. — Да, но не одному, а то снова попадёшь в передрягу. — Спасибо. — слегка улыбается младший, после чего снова засыпает.

***

      Чимин поправился через месяц. Рана зажила, оставив лишь страшный след, на который Чимин смотрел с грустью. Но сегодняшний день ничто не может испортить, ведь он с Кимом идёт гулять. Наконец-то. Этого дня омега ждал так сильно… Неужели он сможет снова насладиться природой, да ещё и с Тэхёном. Не день, а сказка.       В комнату врывается Тэхён, который был явно чем-то обеспокоен. — О, Тэ! Я уже готов, смотри.       Чимин надел небесно-голубую блузку с жемчужинками, расположенными в хаотичном порядке, на воротнике. Чёрные брюки и удобные чёрные туфельки. Омега попросил Тэхёна подстричь его, поэтому волосы омеги были короткими, но причёска ему безумно нравилась. — Да… Ты прекрасно выглядишь, но… Чимин, я не могу пойти, я… У меня течка. — говорит Ким, скатываясь по стенке вниз. — Что? Боже… — Пак подбегает к младшему, который отчаянно держится за животик. — Приляг на кровать. — он помогает Тэхёну подняться и укладывает его на свою кровать. — Тебе надо передохнуть… Ты как проводишь течки? — спрашивает Чимин, стараясь не беспокоиться, но вид Кима не давал успокоиться. — Я пью отвар из цветов… Это расслабляет. А один раз… Хосок провёл со мной течку. Но я не хочу звать его. — мотает головой Ким. — А меня и не надо звать, мышка. — усмехается вампир, появившийся резко на окне. — Ты! Как ты туда залез? — удивлённо спрашивает Чимин, смотря на сидящего на окне Чона, который выглядел довольным. — Ты забыл? Я вампир. Подлететь к твоему окну, когда отсюда такой сладкий земляничный аромат, мне не составило особого труда. — он встаёт на ноги и хочет подойти к Тэхёну поближе, но Чимин ему мешает. — Не подходи, он не хочет с тобой проводить течку. — говорит уверенным голосом Пак.       Плевать, что перед ним вампир, который в два, а то и больше, раз сильнее его самого, но друга в обиду он не даст. — А тебя никто и не спрашивал. Иди, погуляй, Чимин, не стоит мешать нам. — дверь комнаты Пака открывается и Хосок толкает его на выход.       Дверь в спальню закрывается и Чимин, который упал от сильного толчка альфы, пытается её открыть, но не выходит. — Тэ! Тэ! — кричит Чимин, колотя дверь своими маленькими кулачками. — Открой дверь! Не трогай его!       Чимин пытается выломать дверь с разбега, но не выходит, поэтому он бежит вниз, чтобы найти Юнги, он точно должен помочь. Пак врывается к нему в кабинет и смотрит на альфу. — Юнги! Помоги, у Тэхёна началась течка и Хосок… Хосок там с ним! — кричит младший, который явно искренне переживает за друга. — Спокойно. — Юнги выходит из-за стола и подходит к Чимину. — Я не чувствую сейчас Хосока в замке. Где он? — спрашивает Мин. — Пойдём! — омега хватает старшего за руку и ведёт в свою комнату, открывает дверь, а там… Никого. — Но… Но они были здесь! — заявляет Чимин. — Поверь, они оба… — Я верю. — перебивает вампир. — Вампиры умеют телепортироваться и, наверняка, они сейчас у Хосока. — объясняет Мин. — Мы должны пойти за Тэ! — уверенно заявляет Чимин. — Нет. Во-первых, я не знаю, где этот чёрт околачивается, а во-вторых, хоть он и подонок, но против воли Тэхёна не возьмёт. Уж поверь, Ким за себя постоять может в любом состоянии. — говорит альфа. — Но… — Чимин опускает голову, смотря в открытое окно. — А если он навредит Тэ? — Не навредит, не посмеет. — уверяет его Юнги, положив ладонь на плечо омеги.       Чимин надеется, что это правда, потому что Хосок доверия не вызывает, но слова Юнги, на удивление, успокоили. — Ты теперь не отпустишь меня гулять? Тэхёна ведь нет…       Юнги смотрит на расстроенного младшего и, вздохнув, говорит: — Если хочешь, возьми кого-то из прислуги. — Но я не знаю их, мне будет некомфортно. — мотает головой Чимин и смотрит на Юнги. — Может, ты можешь пойти со мной? — Я? — удивляется вампир. — Угу. Ты точно сможешь меня защитить. Тогда ведь смог. Пожалуйста. Я ждал этого дня так долго… — просит Чимин.       Юнги несколько секунд предаётся раздумьям, а потом кивает. — Я отведу тебя в красивое место, получше леса, если хочешь. — предлагает старший. — Да, хочу. — сразу же оживляет Чимин, быстро кивая. — Сегодня облачно, поэтому тебе солнце сильно не навредит. Но нужно взять что-то, да? — спрашивает омега. — Возьму зонт, на всякий случай. — кивает Юнги.

***

      Юнги отводит Пака вверх по горе к небольшой пещере почти у самой вершины. Добираются они по тропинке, правда Юнги пришлось держать Чимина за руку, чтобы тот случайно не упал, что, кстати, почти произошло. На половине пути нога омеги соскользнула, но Мин с лёгкостью помог ему подняться и дальше держал его руку крепче.       Юнги и Чимин дошли до входа в пещеру. Та была довольно тёмной и глубокой, ведь неяркий свет, который попадал в пещеру, не показывал её конца. Альфа отводит Пака внутрь. В пещере было довольно прохладно, особенно по сравнению с температурой снаружи. Судя по всему, пещера была просторной, интересно, насколько она большая? — Это твоё любимое место? — спрашивает Чимин, когда они останавливаются.       Мин кивает и кивком показывает вперёд. Небольшой лучик солнца освещает сталактиты и сталагмиты, по которым текли капельки воды. С верхних «сосулек» они падали и издавали приятный и успокаивающий звук, который эхом раздавался по всей пещере. Солнечный луч словно дополнял эту мрачную картину. Он выглядел так невинно среди этой темноты и груды обычных камней, создавая настоящую красоту, которой хотелось любоваться. — Возможно, это не то, что ты хотел увидеть. — говорит негромко Юнги. — Я вообще не знал и не предполагал, что ты мне покажешь. — мотает головой человек. — Но… Это очень красиво. — улыбается тот. — А откуда тут вода и свет? — спрашивает Пак. — Напротив этой стены есть небольшое отверстие, вот луч и попадает сюда, а вода от дождей, всё-таки этой горе много тысяч лет и люди, когда исследовали её, сделали много пробоин, через которые дождевая вода попадает сюда, но быстро уходит вниз, поэтому здесь она не собирается. — объясняет Юнги.       Чимин задумывается, поворачивая голову в сторону, откуда светит луч, а потом следит за одной капелькой воды, которая упала со сталактита вниз и быстро убежала. — Ты часто здесь бываешь? — интересуется омега. — Да. Здесь темно и спокойно. — отвечает Мин, прикрывая глаза. — Здесь и правда красиво. Мне нравится. — улыбается Чимин, завороженными глазками наблюдая за падающими каплями воды, а потом он также закрывает глаза, чтобы сосредоточиться на природной музыке воды и камня.       Это ощущение спокойствия было таким невероятным, ведь можно просто сидеть, просто слушать и чувствовать. Такое было Паку по душе и, кажется, Юнги тоже. С каждой упавшей каплей все мысли отходят всё дальше, давая освободить свой разум. Это чем-то было похоже на медитацию. На секунду у Чимина склалось ощущение единения с миром. Он один, а вокруг ничего нет. И это не пугает, не отталкивает. Совсем наоборот. Всё это помогает почувствовать жизнь, бурлящую внутри.       Время шло, а они всё так и сидели в своих мирах. Первый поднялся Юнги. Он отошёл к выходу, наблюдая за небом. Облака скрыли нежеланное солнце, которое вредило нежной коже Мина, поэтому он мог спокойно взглянуть на пейзаж, который поражал своей простотой. Но именно в этой простоте и скрывалась та самая особенность, нужная этому миру. — Хочешь ещё куда-нибудь сходить? — интересуется Юнги, слыша приближающиеся шаги. — А можно… На вершину того холма? — спрашивает Чимин, указывая на холм, расположившийся напротив пещеры. — Почему туда? — Оттуда будет лучше виден лес, да и замок. — предполагает Чимин, взглянув на вампира.       Сегодня Юнги был другим. Не жестоким хозяином особняка, аристократом. Он был обычным человеком, что даже нравилось Чимину. Вся красота кроется в простых вещах. Даже в обычных облаках, которые можно увидеть каждый день, некоторые творческие люди находят то самое потерянное вдохновение, а обычные люди чудо, которого им не хватало в жизни. Можно благодарить жизнь уже за то, что тебе посчастливилось увидеть всё это собственными глазами.       И теперешняя простота Юнги привлекала омегу. Будто это замок превращал его в холодного вампира, который мог завестись от любой ошибки. Почему он не наказал тогда Чимина за побег? Почему не накричал? Сдержался? Не в его духе. Юнги не жестокий и грозный. Внутри он точно другой, просто за корками льда это сложно разглядеть, но Паку кажется, что он медленно, но верно начинает видеть душу вампира, которая у него, оказывается, есть. — Хорошо, но я не умею телепортироваться как Хосок, придётся пешком. — говорит Мин. — Ничего страшного, так даже лучше. К вечеру дойдём и, возможно, увидим звёзды. — Чимин улыбается, представляя звёздное небо.       Идут они довольно долго, но это время движется для обоих молниеносно. Ни шагу они не сделали в тишине, говорили о самом разном. Чимин старался больше узнать о вампирах, а Юнги пытался понять душу омеги, которая излучала привлекательный свет и тепло. Они останавливались у пруда, чтобы попить воды и, конечно, не обошлось без небольших забав. Чимин брызнул водой в лицо Мина, а тот сразу же ответил тем же. И лишь тогда, когда оба промокли до нитки, они вышли из воды, продолжая свой путь. Солнца не было, поэтому одежда сушилась медленно, но это им совсем не мешало. Особенно Юнги, который с горящими глазами разглядывал тело Чимина сквозь промокшую тонкую рубашку. Но Чимин этого взгляда не заметил, ведь был полностью поглощён прогулкой по лесу.       Затем они остановились на полянке, которая привлекла Чимина многообразием великолепных цветов. Пак сразу же присел в место, где их больше всего и начал их собирать, а потом плести венок. Когда рядом цветы закончились, то омега попросил Юнги пособирать цветы. Мин не совсем понимал, зачем человек плетёт венки, но, увидев сияющий взгляд человека, не стал препятствовать.       Чимин увлечённо плёл венок, вспоминая, как его учил это делать папа. Омега старается сделать всё красиво, даже цветы рвёт осторожно, вплетая их в цветочную корону. Это дело было по душе младшему. Закончив, он надевает венок на голову и широко улыбается. — Мне идёт? — спрашивает Пак у вампира, который сидел под деревом с закрытыми глазами.       Когда Чимин позвал Мина, тот приоткрыл глаза, смотря на младшего, который выглядел как лесная фея с этим венком. Даже двигался он так легко и свободно, будто и вовсе не ступал на зелёную траву. Старший и не заметил, как человек оказался слишком близко, касаясь лба вампира ладонью. — Всё нормально? — с нескрываемым беспокойством спрашивает Чимин. — Да… Тебе очень идёт. — улыбается Мин, смотря на омегу с восхищением.       Мин берёт ладонь Чимин, отстраняя её от своего лба. Ладонь у омеги была такая тёплая, Юнги даже чувствует, как сладкая кровь бежит по молодому телу. — Я… Для тебя тоже сделал. — говорит Пак, прерывая неловкую тишину. — Что? — переспрашивает вампир. — Венок. — Чимин поворачивается и показывает красивые венок из разных цветов. — Мне? Зачем? — не понимает Юнги. — Ну… Я просто подумал… — пытается объясниться Чимин, но выходит не очень. — Извини, я выкину его. — дёргается Пак, но альфа его удерживает. — Не нужно. Надень на мою голову его. — отпускает ладонь Чимин старший и прикрывает глаза.       Пак слегка тушуется, не зная как поступить, а потом осторожно надевает на голову альфы венок, смотря на лицо Мина. Несильный ветерок задевал тёмные волосы, от чего причёска Юнги стала слегка неряшливой. Чимин поправляет пряди волос Мина, чтобы те не мешали ему. Пак не перестаёт восхищаться красивым лицом Юнги, которое словно сделано из камня гениальным мастером. Идеальное лицо, которое все бояться, но Чимин… Искренне восхищается красотой альфы.       Юнги неожиданно открывает глаза, от чего омега пугается и резко отстраняется, но Мин не даёт этого сделать, удерживая человека рядом за руку. Наступает неловкое молчание. Пак чувствует себя маленьким птенчиком рядом с вампиром, который смотрит так. Его аура и правда давит, особенно, когда находится так близко. Однако давление постепенно слабеет, не пугая уже так сильно. Чимин расслабляется, чувствуя не страх, а безопасность с вампиром. Стоит только вспомнить то, как он одним махом хладнокровно убил того волка. В его силе сомневаться не стоит. Но сейчас вся эта ситуация слегка смущает, ведь они уже больше минуты смотрят на друга, будто изучают. — Может… Пойдём дальше? — предлагает Чимин, отводя взгляд. — Давай. — соглашается Юнги и поднимается на ноги.

***

      К позднему вечеру они и правда достигают высокого холма, с которого открылся невероятно прекрасный вид на всё лесное великолепие вокруг. Чимин уверенно подбегает почти к самому краю и словно птица, раскрывающая свои крылья, поднимает руки, наслаждаясь потоком ветра. Невероятные ощущения, которые и словами не передать. Та самая свобода, лёгкость и покой. Омега слышит приближающиеся шаги со спины, но не двигается, желая урвать ещё пару секунд. Мин кладёт ладонь на талию Чимина и разворачивает его к себе. — Осторожно, потоки ветра могут стать сильнее. — предупреждает Мин.       И сразу же после слов альфы подул сильный ветер, снося с головы Чимина его венок. Пак тянется к нему рукой, но поймать не удаётся. Венок теряется где-то за деревьями. — Я же говорил. — хмыкает старший, отпуская Чимина и надевая на его голову свой венок. — Цветы тебе идут больше, чем мне. — объясняет своё действие Юнги и отходит чуть дальше от края, присаживаясь на землю.       Пак, придерживая венок ладонью, подходит к Юнги и присаживается рядом с ним, прижимая коленки к груди. Ночное небо было безоблачным, поэтому уже можно было рассмотреть маленькие точечки, которые звёздами называют. На самом ли деле они такие маленькие, как мы их видим? На самом ли деле они такие большие, какими их описывают астрономы? Где же правда? — Где-то там мои родители. — шепчет Чимин. — Где? — уточняет Юнги, повернув голову к младшему. — Там. — указывает пальцем в небо Чимин. — Папа говорил, что все умершие люди становятся звёздами. Если они были хорошими, то сияют так ярко, что их можно увидеть даже отсюда, а если человек плохой, то они попадают в темноту и их души не могут переродиться. — делится Пак. — Глупость. — усмехается Мин. — Звёзды — это звёзды, а люди — это люди.       Чимин старается не принимать слова Мина близко к сердцу, но это его задело. — Ты был человеком? — спрашивает Пак, продолжая наблюдать за звёздами. — Да. Давным-давно. — кивает Юнги. — А почему стал вампиром? — Я не хотел становиться вампиром. Хосок сделал это против моей воли. — Но ведь тебя можно убить… Колья, серебро, крест… — перечисляет Чимин. — Смерти моей хочешь? — Нет. — мотает головой Пак. — Правда нет. Просто хочу понять… — У нас с Хосоком заключён контракт. Он не позволит мне умереть, пока условия не будут исполнены. — отвечает Юнги. — А что за условия? — с интересом спрашивает Чимин, взглянув на вампира, который всё это время смотрел на него. — Не имеет значения. — отвечает Мин, отвернувшись. — Твои родители умерли? — переводит тему Юнги. — Да… Перед жертвоприношением… Они пошли в лес и на них напал волк. — с тяжестью рассказывает Чимин. — Я остался один, мне было страшно. Поэтому я и решил стать жертвой, чтобы умереть от твоих рук. Всё это время я не становился жертвой, такая судьба была не уготована мне, поэтому я решил пойти против неё и прийти к тебе в руки. Хотел узнать, что выйдет. — вздыхает человек. — И как? — Я… встретил Тэхёна, который, несмотря на то, что ему пришлось пережить, двигался вперёд. И я захотел также. Меня и правда не пугала смерть, а теперь… И жизнь не пугает. — улыбается Чимин, а Юнги видит, как в глазах скопились слёзы, которым омега волю не даёт.       Даже у бесстрашного есть страх. И хорошо, если он о нём знает, но если ты с ним не знаком, то он настигнет тебя неожиданно, не спрашивая разрешения. Чимин думал, что его главный страх — привязанность, поэтому он её избегал, но теперь появился кошмар, куда более пугающий. Одиночество. Одна мысль об этом заставляет омегу дрожать и плакать, давая открыть закрытую дверь к своей душе. И вот она открывается, а Мин, словно принимая приглашение, входит внутрь.       Юнги мягко приобнимает Чимин, давая ему выплакаться. Всем нужны такие моменты, чтобы выпустить накопившееся. И Пак, не имея сил всё держать в себе, плачет, чуть ли не крича Юнги, лесу, горам о своей печали. Мин не отталкивает человека, а Чимин не отстраняется от вампира. Даже наоборот прижимая ближе, поднимая на Мина взгляд заплаканных глаз. Альфа смотрит на него и пальцем вытирает льющуюся слезу, а потом, не имея понятия, что творит, наклоняется и касается своими губами омежьих, которые пропитаны солью, печалью прошлого и страхом настоящего. Младший даже не особо соображает, что происходит, что Юнги делает, он лишь прикрывает глаза, позволяя Юнги целовать себя, отдавая свою боль. И лишь сияющая луна становится свидетелем того, как человек впускает вампира в свою душу.