Love=Pain (сборник имейджинов)

— Улыбнись пожалуйста, — он склоняется к моему уху и тихо шепчет, у меня бегут мурашки от ощущения его дыхания. — Я просто немного нервничаю, — тихо отвечаю я в ответ сквозь улыбку. — Расслабься, получай удовольствие, — он говорит тихо и нежно, подхватывает мою руку. Мы идём по красной дорожке, улыбаясь и вставая удачной стороной для фотографов, они кричат в основном ему, я же сыграла роль второго плана почти без слов, но он сказал, что поддержит меня на моём первом выходе в свет. — Я пойду внутрь, а тебе стоит попозировать, — я тихонько освобождаю руку из сгиба его локтя и, помахав всем рукой, удаляюсь. А Генри остается, чтобы сказать несколько слов журналистам и сделать пару отменных фотографий для журнала, где его очередной год признают самым сексуальным мужчиной. Я быстро поднялась по лестнице, придерживая спадающий под ноги подол платья, и вошла в зал. Огромное светлое помещение, в котором неимоверное количество людей и стоит гул голосов. Я медленно проскальзываю к бару, заказываю минеральную воду с лимоном и так же тихо исчезаю в зале, где будут оглашать награжденных. Администратор указал мне на стол, за которым сидела наша съемочная группа, и я, ни теряя ни минуты, направилась туда. В зале еще не было столько людей, и можно было спокойно пройти к своему месту. Я села, поправила тонкие лямочки на плечах, отпила кислой газированной воды. Стол был пуст, на нем стояли только таблички с именами, и рядом со мной Генри Кавилл, который сейчас красовался на дорожке, а я, как трусливая зайчиха, пряталась там, где меньше людей. Я закусила губу и так глубоко ушла в свои мысли, что когда подошёл режиссёр и заговорил со мной, я вздрогнула. — Господи, — он падает на место рядом, где стоит именник Генри, — ещё ничего не началось, а я уже устал. А ты почему здесь? Не красуешься на дорожке? — Уже прошла, я их особо не интересую, — я отмахнулась. — Да ну, ты на себя наговариваешь... Он замолкает и смотрит куда-то вдаль, я поворачиваю голову вслед за его взглядом и вижу, как с бокалом на тонкой ножке в руке мчится она. Актриса, игравшая главную героиню, её огромные, словно аквариумы, глаза и колыхающиеся под тонкой кофтой груди привлекли много внимания. — Боже, ну и богодельня, я прошу, налейте мне бокал Дон Периньон, — она ставит бокал на стол, — а он мне такое шампанское только бутылкой и предлагает мне её купить! Представляете?! — А ты что думала? Что здесь всё бесплатно? — Девид изгибает бровь и смотрит на неё, — Конечно! Тоже мне повод для разлива бесплатного бухла да ещё и такого дорогущего! — Мне пришлось взять какую-то непонятную жидкость, — она приземляется на стул рядом со мной. — Я снял кучу фильмов и заработал миллионы для киностудий, а хорошего виски здесь для меня так и не подают, — Девид смеется. Она цокнула и отпила пузырящуюся жидкость из бокала. — Дейв, — голос за моей спиной прозвучал мягко, но напористо, — пересядь на свое место. — Садись на моё, какая разница?! — Боюсь, что если меня пригласят на сцену и свет прожектора упадёт на моё место, то их ждёт малоприятный сюрприз, — Генри хохочет. — Ой, ладно, — Дэвид пересаживается, освобождая место Генри. Он садится и распахивает пиджак. — А ты почему сбежала? Я отмахнулась и опустила глаза в стакан. Может, я и не была актрисой главной роли, но скрывать свои пылкие чувства к мужчине я могла профессионально. Когда я первый раз увидела его на площадке, мои внутренности все сжались, он сразу улыбнулся, пожал руку. Это был фильм про супер шпиона, он спец агент, за которым открыли охоту, а я была его младшей сестрой, которую нужно было спрятать от опасных ребят. У меня было всего пару реплик, одно объятие и ещё пару сцен, где я сижу нервная за рулём.У нас была одна общая сцена, которую снимали три дня, и мы виделись ещё несколько раз на площадке, и каждый раз я прятала в себе эту волну будоражащих меня чувств. Он сидел рядом, и я чувствовала запах его парфюма, он поворачивался и улыбался, говорил, чтоб я не переживала в свой первый раз. Мы выслушали приветствие, прослушали вступление о том, кто в номинации, и, поняв, что никого из нас это не коснется, мы расслабились и откинулись в стульях. — Мне нужно отойти, — я встаю, — что-то мне жарко здесь. Все закивали, а я быстро двигаюсь в сторону выхода, огибая столы и людей. Я вышла в фое и двинулась в сторону туалетов , мне хотелось немного освежится и выдохнуть , на меня накатила небольшая паника от такого количества людей. Я немного сбрызнула своё лицо холодной водой, провела ладонью с холодной водой по декольте и вздохнула. Прохлада чуть облегчила моё самочувствие, и я решила вернуться. Я вышла и ещё раз глянула на себя в зеркало: чуть раскрасневшееся лицо и капли, стекающие в лиф. — Ты в порядке? — Да, — я попятилась от Генри, который стоял рядом с дверью, — я что-то разнервничалась. — Так бывает, особенно когда начинаешь... — Да, я понимаю, просто... — я отмахнулась. — Давай выйдем на воздух? — Нет, не надо, — я отхожу от него, потому что понимаю, что меня так взбудоражило его присутствие, то, как он поворачивался ко мне и улыбался. Генри поправляет пиджак и двигается ко мне ближе и ближе, сокращая расстояние между нами. Моя паника начинает нарастать, мы одни в маленьком закутке у туалета. — Ты сегодня так хороша, — он сбрасывает с моего плеча прядь волос и невзначай касается кожи. — Спасибо, — мне кажется, что я, как черепаха, пытаюсь спрятаться, сжаться. Он делает ещё шаг и подходит почти вплотную, и когда он открывает рот, чтобы что-то сказать, мы слышим каблуки, и он сразу отступает и даёт мне пройти вперёд. Я быстро выскакиваю и вижу двух девушек: они сворачивают к туалету и о чём-то громко болтают, я же бегу к залу, моё сердце стучит как у воробья быстро-быстро. Я слышу шаги Генри сзади. Мне хочется идти так быстро, чтобы разорвать расстояние, но я на каблуках, и он выше меня на полторы головы. И уже почти добежав до входа, я чувствую, как его сильная рука сжимает мой локоть. Он тянет меня к себе и, подхватывая мою талию и почти отрывая от пола, затягивает в соседнюю дверь, где большими буквами написано: "Запасной выход". Мы на лестничной площадке, внутри гулкая тишина, а я слышу только стук своего сердца в ушах. — Я не договорил, — он подходит, и я упираюсь в стену лопатками, и стена холодит мою обнажённую кожу. — Послушай, — я пытаюсь что-то сказать, но все слова куда-то исчезли из моей головы, — ам... — Ты такая милая, когда волнуешься, — он проводит ладонью по моему плечу. — Генри... — Такая прекрасная в этом платье, — он обхватывает мою талию и так глубоко вздыхает, что его грудь вздымается и медленно идёт вниз. — Не нужно, пожалуйста, здесь не место, они сейчас заметят, что нас двоих нет, что они подумают? — у меня вдруг открылся фонтан слов. — Тебя сильно это волнует? — он вздернул брови. — Нет, меня это вообще не волнует, — я упираюсь ладонями в его грудь, — меня волнует, что ты задумал, зачем ты себя так ведёшь? — Глупая ты мне нравишься, — он смеётся, — с того дня как ты пришла на площадку, такая счастливая, весёлая, полная мотивации, ты свела меня с ума. Я вытаращилась на него, ведь он мне даже не намекнул на чувства, в его поведении была только дружественная нота и какая-то околородительская поддержка. Всё-таки мы, видимо, не плохие актёры, видимо, мы действительно умеем играть то, что нужно. — Я думала, что такая, как я, никогда не сможет зацепить сердце такого мужчины, как ты, — честно говорю я. — Почему ты так думала? — Ну, — я хмыкаю, — ты известный актёр и секс-символ, уж прости за честность, а я девушка, дорвавшаяся до второстепенной роли, пытающаяся стать хоть кем-то. — Это всё ерунда, все глупости, ты умная, смешная, будь ты даже уборщицей на площадке, ты бы завоевала сердце каждого, — он проводит пальцем по моей щеке. — Нет, это уже слишком красиво. — Ты просто не видишь того, что вижу я, — он вздергивает мой подбородок и смотрит в глаза, его губы растягиваются в нежной улыбке, и он припадает к моим губам, касаясь их так, словно это крылья бабочки.