Часть 16.2
15 апреля 2022 г., 18:32
Неделя пролетела быстро: Ирука трудился над статьями, проектами и экзаменами, не было времени даже вздохнуть. Какаши вернулся на занятия и они завели привычку придерживать друг для друга места. Оказалось, просто быть рядом без лишнего напряжения и душевных терзаний – совсем неплохо.
На смену пришёл взволнованный смех, смущённые румянцы, украденные взгляды и случайные прикосновения, ехидные шуточки и подколы на тонкой грани с флиртом… От всего этого у Ируки ум за разум заходил: он всё ещё тревожился и терзался, но уже совсем по-другому. Мучительно сладостно.
Когда наступила пятница, парень решился спросить Какаши о том, что задумал ещё пару дней назад.
– Эй, слушай, – с замиранием сердца начал он, – есть планы на завтрашний вечер?
Какаши смотрел как Ирука убирает тетрадь с ручками в рюкзак, ожидая, что они смогут уйти с занятия вместе, как в прошлый раз.
– Ммм… Возможно. Позависать с тобой, кажется?
Ирука широко улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках:
– Котецу устраивает костёр. Хочешь… хочешь сходить? Со мной?
Внутренний интроверт в Какаши заупирался, тогда как безнадёжный романтик пал ниц перед смущённой улыбкой Ируки. Он не мог отказать. Только не когда они вышли на мировую.
– Конечно хочу. С радостью.
Просияв, Ирука поднялся с места. Какаши пропустил парня вперёд и проследовал за ним вниз по ступенькам, к выходу из аудитории.
Оказавшись на улице, они остановились там же, где разошлись в прошлый раз – на стоянке. Какаши не сводил с Ируки глаз, пока он подворачивал правую штанину (этот процесс втайне виделся Хатаке невероятно сексуальным), чтобы та не угодила в цепь.
Ирука снял велосипед со стойки и перекинул ногу через сиденье.
– Ну, тогда до завтра? – он повернулся, чтобы пристроить рюкзак у себя за спиной.
Какаши трудно было мириться с тем, что в вопросе Ируки сквозило сомнение, но знал, что заслуживает того. Слишком часто он подводил его…
– Скажешь, во сколько заехать за тобой.
– Хорошо, – с облегчением улыбнулся Ирука. – Nos vemos / (До встречи).
Проводив его взглядом, Хатаке отправился домой.
***
– Вот, держи, – Куренай протягивала Ируке смятую десятидолларовую банкноту. – С ума что ли сошла? Не надо, – возразил он, открыв автомобильную дверь. – Да возьми уже! – настаивала девушка. Не выдержав, она запустила деньгами в Умино. – Не-е-ет! – пропел Ирука. Он вскочил с места и захлопнул за собой дверь, а купюра приземлилась на пустое сиденье. Выйдя на тротуар, парень мельком посмотрел на своё отражение в двери пиццерии и потуже затянул растрепанные волосы. Они с Куренай только что вышли с занятия по кикбоксингу, мокрые как мыши, и теперь собирались побаловать себя огромной жирнющей пиццей. Ибо могли себе позволить! Оказавшись внутри заведения, Ирука подошёл к стойке и обратился к хостес: – Я хочу забрать заказ на имя Ируки. – Ирука… – повторила женщина, пробегаясь глазами по списку. – Да, конечно. Двенадцать долларов девяносто девять центов. Он протянул ей двадцатку. – Одну минутку, – хостес вручила парню сдачу и скрылась на кухне. Ирука присел на обитую мягким материалом скамейку, не забыв поправить задирающиеся шорты из спандекса. Он уже пожалел, что не накинул на плечи чего потеплее: накопившийся за время тренировки жар постепенно рассеивался, оставляя после себя холодок. – Ирука! – позвал знакомый голос. – Рад тебя видеть! – О, Тензо! Привет, – Ирука улыбнулся, и поднялся на ноги, чтобы подойти поближе. Приняв тёплую коробку с пиццей, он одной рукой прижал её к боку. – Спасибо за персональную доставку, – пошутил он, оглядывая покрытый мукой фартук молодого человека. Растерянная хостес вернулась к стойке с пустыми руками. – А, ну, я увидел твоё имя на чеке и решил выйти поздороваться. Ты единственный Ирука, с которым я знаком. – Я тоже не сталкивался с тёзками, – посмеялся Ирука. – Как дела? – Да нормально. Работаем. Учимся. Всё как у людей. У тебя как? Всё… в порядке? – Тензо бросил осторожный взгляд в сторону. Ирука на автомате посмотрел туда же и увидел группу молодых людей, среди коих особо выделялась голова цвета пепла. Рядом, слева, мелькнула растрёпанная копна тёмных волос… Ставшие вмиг непослушными руки Умино едва удержали коробку. – Д-да, эм-м-м… Я в-в порядке, – во всяком случае был. – Блять, – Тензо свесил голову и неловко почесал шею. – Прости. Я думал, ты уже видел их и просто держишься молодцом… – Забей, всё хорошо. Думаю, мне… – Ирука невольно оглянулся на компанию за столиком снова. И на этот раз глаза Какаши были направлены прямо на него. Ирука, как ни старался, не сумел больше выдавить ни слова. Сидящий в окружении друзей и приятелей Дейдара оторвался от своей тарелки. Запахло жареным, он буквально пятой точкой это почувствовал. И, по-видимому, не он один: весь столик притих и уставился на замершего с открытым ртом и коробкой в руках Ируку. Блондин бегло зыркнул на Обито, чтобы убедиться: нет, он еще ничего не заподозрил. Отлично. Теперь нужно действовать быстро, пока всё не покатилось к чертям собачьим… – ИРУКА-А! – подскочив со стула, позвал он. – Иди скорее сюда, дорогой! Да уж, Ирука ему спасибо за это не скажет, что уж там говорить о Какаши, но он не смог придумать как ещё можно экстренно спасти ситуацию. К счастью Дейдары, небольшой перформанс начал работать – установив связь между ним и Ирукой, компания вернулась к прерванному разговору. – Ну до чего же сладкий, – проворковал блондин, опустив руку Ируке на талию, когда тот подошёл. – Я что, заказывал десерт? Ирука покраснел ярче свёклы. Бедняжка. – Народ, это Ирука, – бросил он друзьям. – Ирука, это народ. Парни едва запомнили его с того дня в мастерской, но это и не важно. Главным зрителем представления Дейдары должен был стать Обито. И шоу началось. – Ты только вышел из спортзала? – Дейдара игриво провёл пальцами по всей длине Ирукиной руки и остановился в районе бицепса, чтобы со всей сластью пощупать. Дейдаре и притворяться особо не нужно было – этот парень действительно был чертовски горяч в коротких шортах и майке с глубокими вырезами по бокам, обнажающими часть его торса. – Я, э-э… да. Только что с занятия по кикбоксингу. Ну, знаешь, всякие там удары и наступательные движения… О, Боже милостивый! – Ммм… Надо было сразу подойти, – промурлыкал Дейдара, – я бы не прочь, чтобы ты наступил на меня… – он невинно похлопал ресницами и свернулся вокруг чужой руки. Ирука забормотал что-то неразборчивое, краска так и не сходила с его щёк. Блондин, возможно, даже успел бы насладиться столь милым зрелищем, если бы не грохот, что низвергнулся на его уши – это Какаши пытался спасти выпавший из рук стакан. Кажется, веселью конец. А жаль. – Ладненько, беги, пока я тут не разошёлся, – сказал Дейдара, разворачивая Ируку. Он звонко шлёпнул его по заднице, а затем подтолкнул вперёд. – Шуруй-шуруй, а то пицца остынет. Ирука оставил последние реплики без комментариев и послушно пошёл своей дорогой. Было бы славно, подыгрывай он Дейдаре хоть чуть-чуть, но что есть, то есть – растерянность Ируки можно было понять. Дейдара откинулся на спинку стула, гадая, на какой флаг Какаши будет рвать его после этой выходки. – Это его ты таскал в кладовку на прошлой неделе? – спросил Яхико. Блять, ну спасибо большое… – Возмо-о-ожно, – уклончиво протянул Дейдара. Он взял свой стакан и прикусил соломинку, изображая застенчивость. – Ты где его откопал, Дей? – поразился Обито, провожая взглядом отдаляющуюся задницу Ируки. – Бёдра у мальчика – просто сок. А эти ноги… Какаши до побеления костяшек сжал салфетку в руке. – Да так, – неопределённо отозвался Дейдара, тщательно избегая взгляда Хатаке. Последний уже дыру на нём прожёг. – Тебе-то какая разница? Я думал, ты у нас гей только для Какаши. – Наверное, Какаши просто наставил меня на путь истинный, – хмыкнул брюнет, по-собственнически сжав затылок Хатаке. Дейдара закатил глаза, а затем уставился на свои ногти. Уф-ф. Надо бы перекрасить их до отъезда в Чикаго. – Он тоже с факультета искусств? Знакомое лицо, – Обито нахмурил брови. – Не-а! – чирикнул Дейдара. – С биологии. – Пф, задрот ебаный, – посмеявшись, Обито потянулся за очередным куском пиццы. На этом тема и закрылась. По возвращении домой, Дейдара сразу ринулся в спальню и закрыл за собой дверь. Времени оставалось совсем немного – он знал, что Какаши уже идёт по его душу. Плюхнувшись в кресло на металлической ножке, парень достал мобильный и набрал Ируку. – Сорри за весь этот спектакль, – выпалил он, как только гудки стихли и Ирука ответил на звонок. – Все нормально. Я понимаю, почему ты так поступил. Честно говоря, ничего необычного и не произошло – ты всегда себя так ведёшь, – на другом конце линии раздался тихий смешок. – А нечего вертеться передо мной в таком виде! Бесстыдник! – В каком «таком»? Мокром и мерзком? – с явным недоверием в голосе уточнил Ирука. Так Дейдара окончательно убедился в том, что Умино даже не подозревает, насколько он привлекателен. – У всех есть свои причудливые предпочтения, дорогуша. Не надо меня стыдить, это некрасиво! – А лучше сразу на тебя наступить. Да? Дейдара удивлённо втянул воздух ртом, стараясь игнорировать взволнованно заколотившееся сердце. Нужно усмирить свой пыл. Сейчас же! – Дразнишь. Как жестоко с твоей стороны! – сказав это, блондин достал из ящика стола бумажный веер и принялся обмахиваться. – Ты там хоть в порядке? – Ну… да. Просто всё это было очень неожиданно. Я раньше не видел их вместе в такой обстановке. – Понимаю. Если тебе станет от этого легче, они не… – как и ожидалось, момент настал: дверь в комнату Дейдары сотряслась от настойчивого стука. – Блять. Мне пора. Чмоки! – закончив вызов, парень резко пододвинул к себе косметичку. – Открыто! – выкрикнул он, принимаясь рыться в баночках и коробочках. Какаши стоял за его креслом через мгновение после того, как дверь открылась. Не теряя времени, он затребовал объяснений: – Что у тебя с Ирукой? – Прошу прощения? – Дейдара торопливо размазал консилер под глазами. – Не знал, что вы знакомы. – Прекрати валять дурака, Дей. Блондин посмотрел на Какаши через зеркало в попытке понять его настроение. Бесполезно. Как и всегда – пугающе нечитаемый. Припудрив щёки и лоб, Дейдара бросил аппликатор в пудреницу и захлопнул её со щелчком. – Ничего у меня с ним нет. К сожалению. – Ты можешь хотя бы раз в жизни ответить серьёзно? Дейдара развернулся на кресле – длинные волосы вспорхнули и опустились на спину. – Я абсолютно серьёзен, – отрезал он. – Мы просто друзья. – Ты на него запал? – Конечно, блин, «запал», – мгновенно ответил Дейдара, изобразив в воздухе кавычки. – Ты вообще его видел? Последний комментарий попал в десятку – равнодушие Какаши пошло трещинами. – Чего ты так смотришь? – спросил Дейдара, снова повернувшись к зеркалу и открыв тушь. – Я чего-то не знаю? – он решил для начала разыграть неведение, нужно было послушать, что у Какаши на уме. В конце концов, они никогда ещё не говорили об Ируке. Только тогда, в полубреду, и то, Дейдара не догадывался, что речь идёт о нём, пока сам Умино не обратился к нему с вопросами. – Ты спал с ним? – Тебе-то что? – Дейдара приблизился к зеркалу, прокрашивая ресницы. Вот бы ему вытащить из Какаши немного правды… Тогда он точно смог бы помочь этим двоим. – Отвечай на мой вопрос. Дейдара поморгал, оценивая свою работу в зеркале. Недостаточно выразительно. Может, стоит попробовать накладные ресницы? Какаши выжидающе смотрел на него с отражающей поверхности. Дейдара снова повернулся к нему. – Мы целовались. Всего один раз. – Какого. Хуя, – прогремел Какаши, сжимая кулаки. Реакция оказалась достаточной для того, чтобы Дейдара передумал притворяться, что ничего не знает. К тому же, поведение Хатаке вызывало у него раздражение – хотелось только сильнее поддеть его. – Какаши, я тебя безумно люблю, но ты не имеешь права на меня злиться. Это произошло ещё до того, как я узнал, что вы вообще знакомы. Ирука пришёл на одну из наших вечеринок в конце года, и я увязался за ним. Мы поцеловались. Всё. – Всё? – по тону Какаши было понятно – он не верит ни одному слову. – О, я определённо пытался зайти дальше. Но Ирука дал мне от ворот поворот. – Яхико сказал, что ты затащил его в кладовку в мастерской. Клянусь Богом, если ты врёшь мне… – То что, Какаши? Что ты мне сделаешь? А? – вскинулся Дейдара. Агрессия второго парня конкретно раздражала. Хатаке сразу подумерил пыл. Оба понимали: как бы зол он ни был, Дейдаре вреда не причинит. Дей утомлённо вздохнул: – Ну, скажи, я хоть раз врал о том, кого таскаю в койку? Ты же меня знаешь. Я люблю покопаться в чужом грязном белье, и своё никогда не прячу. – Тогда что произошло в кладовке? – настаивал Какаши. – Ирука – не твоя собственность, Какаши. Я не обязан ничего тебе докладывать. – Я вижу, что ты игнорируешь мой вопрос, и это уже начинает выводить меня из себя. – Ты хоть представляешь, насколько лицемерно сейчас себя ведешь? – спросил Дейдара. – Это просто отвратительно, милый. – Да плевать. Ответь мне, – напирал Хатаке. – Пожалуйста, – со слышимым отчаянием добавил он. Дейдара подскочил со стула и стал раздражённо клацать плечиками с одеждой, вывешенной на напольной гардеробной вешалке. – Он искал меня в мастерской, чтобы поговорить о тебе, – прервав свои поиски, блондин тыкнул пальцем в грудь Какаши. – Хотел расспросить про твои отношения с Обито. Стал бы я судачить об этом при Яхико? Ответ ты знаешь. Вот и пришлось затащить его в кладовку подальше от чужих ушей. Я не собирался рассказывать тебе об этом, потому что это не твоё дело, но теперь, раз уж я предал доверие Ируки, будь так добр, попридержи ёбаных коней! Неужели Ирука умолчал о той вечеринке? О том, что познакомился с ним и впервые увидел Обито в тот день? Это было… Весьма любопытно. Дейдару почти задел тот факт, что Ирука не упоминал об их зарождающейся дружбе. Какаши в полном замешательстве сделал едва заметный шаг назад. – Что именно ты знаешь обо мне и Ируке? – Всё, полагаю. Хатаке снова охватил гнев: – Тебе ведь известно, как я ненавижу, когда кто-то получает личную информацию обо мне не от меня, – буквально прорычал он. – Ируке нужно было кому-то довериться, и я его не виню, – пожал плечами Дейдара, – ты, солнышко моё, здорово дел наворотил. – Я стараюсь всё исправить, – не слишком уверенно сказал Какаши. – Правда что ли? – выплюнул Дейдара, скрестив руки на груди. – Умалчивая обо всём, что происходит у тебя с Обито? И как, помогает? Какаши вспылил пуще прежнего: – А с каких таких пор ты у нас стал экспертом в отношениях? С твоей-то разборчивостью… У Дейдары челюсть отвисла от такого неприкрытого оскорбления. – Да даже с моей разборчивостью Ируке бы лучше встречаться со мной! – рявкнул он. Упс. Это не должно было всплыть. – Я бы уж точно обращался с ним лучше, чем ты, – раздражённо хмыкнул блондин. Какаши посмеялся через нос. На лице растянулась кривая ухмылка. – Да ты такой же верный как кошка, Дейдара. Перепрыгнешь на чужие коленки, стоит только поманить. Ауч. Больно! Дейдара мог бы спустить это на тормозах, зная, что Какаши тоже страдает, что он растерян и напуган, но… не-а. Если Хатаке вздумал поцапаться как сучка, то не на того нарвался. – Видимо, ты не знаешь Ируку так хорошо, как я, – оскалился парень. – Таких не упускают. – Нахуй иди, Дейдара, – развернувшись на выход, бросил Какаши. С него достаточно. Дейдара остановил его, схватив за предплечье. Кажется, он всё же немного переборщил, и ситуация вышла из-под контроля. Он ведь хотел помочь Какаши. Но и Ирука стал его другом, как за него не заступиться? – И это меня называют драма-квин. Представь? Хатаке попытался высвободить руку, но Дейдара вцепился крепко. – Расслабься ты, – блондин посмеялся и почти невесомо поцеловал бицепс второго парня. Недолго он переживал из-за услышанных в свой адрес гадостей. – Не пытаюсь я его у тебя увести. Я бы так с тобой не поступил – это раз, а два – Ирука сам бы не согласился, даже если бы я предложил. Выберись уже из этой красивой головы хоть на минутку, – проговорил Дейдара, протягивая руку, чтобы пригладить волосы Какаши, – и ты увидишь, что он просто без ума от тебя. К удивлению Дейдары, тёмные глаза наполнились слезами. Не о чем больше было спорить. Но Дей собирался сказать ещё кое-что: – Предупреждаю, – сладко проговорил он, отпустив руку Какаши и обхватив ладонью его щёку. – Ещё раз его обидишь – проткну тебе сердце шпилькой. Какаши испустил слабый смешок. – Ничего смешного не вижу, – сказал Дейдара, прежде чем отстраниться и вернуться к гардеробу, в нижней части которого были в ряд выставлены туфли на высоченных каблуках, – я так и сделаю. Выбрав подходящую пару обуви, он швырнул её к чемодану, слыша, как Какаши успокаивает себя серией глубоких вдохов. – Я не знаю, что мне делать, Дейдара, – повержено признал Какаши. – Быть с ним честным. Это всё, чего он хочет. Чего все хотят. – Но… Дейдара уже едва держал себя в руках. Он на самом деле жалел Какаши, но не мог посочувствовать должным образом после того, как Хатаке так сильно ранил его словами. И, наверное, тем, что в них была доля правды… Дейдаре нравилась драма, ему всегда за радость было поковыряться в чужой личной жизни, но когда дело доходило до его собственной… Нет, спасибо. Он не был готов к самокритике. – Так. Мне нужно сделать пробный грим, пришить к шапочке пайетки и собрать всю одежду, пока поезд не уехал без меня, – объявил он, выталкивая Какаши за дверь. – Дуй со своим нытьём куда-нибудь в другое место, пожалуйста. Желательно к Ируке. – Но… – Пока, люблю тебя-я-я! – блондин, пыхтя, захлопнул дверь перед его носом. Глупые, глупые мужчины. И отчего только Дейдара так к ним слаб?
