Одна ночь - и я навеки твой

— Эми, ты как? Уже лучше? Или наоборот? — Камилло обеспокоенно гладил девушку по спине, придерживая ее волосы.       Вчера утром Эмильде стало плохо, но она подумала, что это пройдет, а лицедей на лечении настаивать не стал. Но, к сожалению, сегодня утром тошнота и головная не исчезли, а наоборот — вернулись с новой силой. Стоило изобретательнице проснуться, как она побежала в ванную. Утро было испорчено. Стоило почувствовать небольшое облегчение, как Гральнет переоделась и пошла в сторону Каситы. Она все еще помнила, как Камилло ругался в день ее отравления. К тому же, тогда девушка пообещала всегда обращаться за помощью, если она потребуется. Эмильда пришла в дом семьи Мадригаль как раз к концу завтрака. Ей на встречу выбежали обеспокоенные Долорес и Мирабель. Они встревоженно взяли девушку под локти и повели на кухню к целительнице. Та тут же пихнула в руки пирожок и начала наблюдать за исцелением. Но его не случилось. Даже после последнего кусочка выпечки, нездоровый цвет лица не пришел в норму, а голова не прошла. Но появился новый приступ тошноты. Эмильда сломя голову побежала в ванную, по пути чуть не сбивая Камилло, проснувшегося две минуты назад. Лицедей стоял в коридоре, глупо хлопая глазами, но как только до него дошло, кто именно пронесся мимо него, как он тут же сорвался с места, следом за возлюбленной залетая в ванную. Взору предстала картина, сидящей на полу девушки. Ее спина дрожала, а все тело было в напряжении. Парень тут же упал рядом с ней на колени и приобнял, собирая волосы себе в руку. Так мы и пришли к моменту, что они сидят, прижимаясь друг к другу в ванной. Изобретательница глубоко дышала, стараясь придти в себя. — Все в порядке? Посидим немного или пойдем в комнату? — Юноша успокаивающее поцеловал девушку в край ушка. — Посидим… Пожалуйста… — Эмильда устало откинула голову назад, макушкой утыкаясь в стену. — Давай я схожу за тетиным пирожком? — Не помогло. — Прозвучало шепотом. Сил совсем не было. — Что? — Я первым делом была у тетушки Джульетты. Пирожок не помог. — Глаза прикрылись, а с уст сорвался рваный выдох. Потихоньку ком в горле начинает рассасываться, а мигрень отпускать. — Как так? Что тогда делать? — Девушка не успела ответить, хотя собиралась пожать плечами. Дверь в ванную приоткрыла Джульетта. — Как вы тут? Эмильда, мы позвали врача из города. Сможешь сейчас пойти в гостинную, чтобы она осмотрела тебя? — Женщина стояла, подожив руку на дверной проем, а другую сжимала в кулак в районе груди. Именно там зарождался комок страха. Она до сих пор помнила ощущение беспомощности, когда дар пропал и она не могла ничем помочь. — Думаю, да. — Гральнет открыла глаза и, оперевшись на руки, попыталась встать. Внезапно ее подхватили крепкие мужские руки, ставя на ноги. И когда Камилло только успел встать? Медленным шагом все трое пошли в гостиную. Там на одном из диванов сидела пожилая женщина. Изобретательницу посадили рядом с ней. — Здравствуйте, юная леди. Я Аделаида Ларэ́н. — Здравствуйте, я Эмильда Гральнет. — Приятно познакомиться. Семья Мадригаль, могу ли я попросить вас оставить меня наедине с пациенткой? — Врач хоть и выглядела строго, но Эмильда сразу прониклась к ней симпатией. Голос женщины звучал уверенно, но мягко. Сеньора Ларэ́н говорила негромко, а оттого пробуждала в душе теплые чувства. Те, кто были в гостинной кивнули, оставляя женщину с изобретательницей наедине. — Ну-с, юная леди. Рассказывайте, что вас беспокоит. — Параллельно с вопросом женщина взяла Эмильду за руки и начала прощупывать пульс. — У меня очень болит голова, второй день сильно тошнит. Темнеет в глазах. Уже некоторое время я чувствую небольшую слабость. — Можно ощупать вашу голову и живот? — Сеньора Ларэ́н подняла руки на уровень чужой головы, ожидая разрешения. Девушка легко кивнула. Врач начала пальцами касаться висков, лба и других частей головы, спрашивая не больно ли в этом месте. — Чувстуете дискомфорт, когда я трогаю здесь? А так? Тут? Хорошо. Приподнимите рубашку.       Изобретательница послушно исполняла все просьба и честно отвечала на вопросы. Спустя некоторое время врач убрала руки с чужого тела и начала что-то записывать в свой блокнот. Эми обеспокоенно сидела на месте и терла пальцами свои запястья. Вскоре кожа покраснела, а врач подняла взгляд на нее. — А с женским здоровьем у вас как? — Эм… Последний раз два с половиной месяца назад… — Что ж. Тогда я знаю, что с вами. Вы… — Женщина уже было хотела сказать диагноз, как вдруг Гральнет подалась вперед и прижала палец к своим губам. Она медленно указала на листок, чтобы диагноз написали на нем. Она не хотела, чтобы все узнали, что с ней не от нее, а от Долорес. Врач понимающе кивнула и что-то написала на листке. — Я пойду. Не волнуйтесь, я никому ничего не расскажу, но зайдите завтра ко мне. Я расскажу вам, что нужно делать, и назначим время приемов, чтобы я наблюдала за вашим состоянием. — Сеньора Ларэ́н, откланявшись, ушла. Дверь в гостиную не успела закрыться за ее спиной, как в помещение ворвались члены семьи Мадригаль. Они были не все. Отсутствовали Бруно, Агустин, Луиза и Изабелла. Камилло тут же подбежал к возлюбленной и приобнял ее, садясь на диван. Эмильда же даже не дернулась. Она бездумно смотрела в стену, а в руках лежал скомканый листок бумаги. Кажется, что на мгновение она выпала из этого мира. — Милая, что сказала врач? Это серьезно? — Пеппа встала прямо перед девушкой, беря ее ладони в свои. Эмильда подняла пустой взгляд на нее, а потом повернулась к лицедею рядом с собой. — Камилло… Иди за кольцом… — Девушка говорила чуть ли не отчаяно. Было непохоже, что она шутит. — Чего? — Юноша недоуменно смотрел ей в глаза и хлопал ресницами. — Говорю, иди за кольцом… Я, кажись, беременна…       В гостинной стало тихо. Слышался только звук тикающих часов. Секунды начали тянуться вечность. Альма выронила из рук стакан с водой, который принесла для гостьи. Все не знали, что сказать. Новость весьма обескураживающая. Неизвестно сколько бы еще по времени длилась эта неловкая пауза, но Пеппа резко схватила сына за ухо, поднимая его с дивана. Ему, бедному, даже согнуться пришлось, чтобы мать не оторвала ему ухо. — Камилло Мадригаль! Как тебе не стыдно?! Принудил девушку до свадьбы… Негодник! Нельзя так делать. Я же совсем не так тебя воспитывала! Бедная девочка… — Мааам. Да, она сама ведь! — Не ври! Она не могла. Она же воспитанная девочка, да еще и хрупкая! — Да! Я тоже так думал! Но она меня так зажала! Ты бы знала… Там бы и слон не выбрался.-Пока родственники ругались, Эмильда начала приходить в себя. На слова Камилло она тихонько прошептала: «Ты ведь и сам против не был. Захотел бы — ушел бы. Силенки-то явно больше…», — но ее совсем никто не услышал, кроме Долорес. Та стояла, тихонько посмеиваясь в свою ладошку. Уж она-то знает все, что произошло в ту ночь. Девушка уверена, встреть Эмильда не брата, а ее саму, она бы и ее уговорила. Очень уж настойчивой была изобретательница. — Все. Мне надоело! Встань в угол, Камилло, и подумай над своим поведением! — Пеппа начала подталкивать сына к углу комнаты, рядом с книжным шкафом. После этого она вернулась к гостье и ласково взяла ее под локоть. — Пойдем, Эмильдочка, чаю выпьем. Ты прости за моего сына. Растила-то его я, а вот пошел он в Феликса. Тот тоже даже до помолвки руки распускал. — Девушки медленно двинулись в сторону столовой. За ними пошли и Абуэла с Джульеттой. За их спинами послышаося возмущенный оклик. — Эй, любовь моя! Ты говорила, что это будет секрет! — Молчи! Воспитал свою копию, а теперь бедной девочке нелегко придется!       Женщины оставили остальных членов семьи в гостиной, а сами сели за стол в столовой. Налили чай с лавандой, чтобы немного успокоиться. — И что теперь делать.? — Чашка в руках Эми дрожала, но она смогла сделать глоток. — Для начала, как давно вы.? — Альма положила согнутый указательный палец на верхнюю губу, а подбородком оперлась на большой палец. — Около двух месяцев назад… — Тогда скоро начнет появляться живот, а это явно вызовет вопросы… — Абуэлла задумчиво постукивала пальцами по стенкам кружки. Внезапно она подалась вперед, складывая руки в замок на столе. — Для начала сделаем ребенка законным. В ближайшем же времени вы распишетесь, а всем скажем, что свадьба была давно, два месяца назад, но секретная. Скажем, что на ней была только семья. Тогда не появится возмутительных слухов о том, что ребенок был зачат раньше брака. — А потом.? — Эми не знала, на что ей надеяться и о чем думать. — А потом ты переедешь к моему сыну, и мы будем готовить тебя к беременности и рождению ребенка! — Несмотря на неприятную ситуацию, Пеппа все равно была счастлива и сияла.