The Blood in Your Veins

Глава 4. Снова вижу красное

Еще три дня прошли без особых изменений в расписании Стивена. Он пошел на свою смену сна в 12:30 по нью-йоркскому времени и был разбужен между 5:20 и 5:30 утра. Этого времени не хватило бы даже на два полных цикла сна, но все присутствующие — возможно, за исключением Стефана Баара, который был химиком, — прошли через изнурительные графики во время учебы в медицинском институте и ординатуре. Так что они, в некотором роде, привыкли к этому. После пробуждения у него было пятнадцать минут, чтобы принять душ, побриться и переодеться в одежду примерно его размера, предоставленную его похитителями. После этого он приступил к работе. Его смена сна закончилась примерно за три часа до ужина — около 8:30 утра по нью-йоркскому времени, — и небольшая закуска прибыла примерно в полночь по местному времени, но, согласно его часам, было 2 часа дня. Завтрак подали через одиннадцать-двенадцать часов после ужина, когда в Нью-Йорке был вечер, и он снова лег спать через полчаса после полуночи на восточном побережье. Очевидно, пока он спал, для бодрствующих наступил еще один перерыв на перекус. Единственным маленьким благословением во всем этом было то, что люди, державшие их здесь, осознавали силу кофеина и предоставляли черный чай и кофе каждый раз, когда приносили им еду. А еще Стивен решил, что в душевых и туалетах не было камер, что, как он надеялся, было правдой. Он не заметил никаких очевидных признаков, и, по правде говоря, не хотел искать дальше доказательств. В течение всего своего бодрствующего дня Стивен в основном помогал готовить образцы для анализа крови. Он пытался выработать стратегию с Саммер о том, как наилучшим образом использовать их ресурсы, если потребуется хирургическое вмешательство, но у них было мало возможностей. Им еще предстояло получить нормальные рентгеновские снимки своего пациента — Тони Старка, что все еще сбивало Стивена с толку, — поэтому большая часть их планирования была связана с логистикой. — Врачи в Соединенных Штатах обязаны пройти хирургическую ротацию на третьем курсе медицинской школы, — сказал Стивен, — Поэтому Джада знает основные хирургические процедуры. У вас это тоже входит в обязательную программу? — Да, — ответила Саммер. — Все врачи проходят двухлетнюю базовую программу, включающую обучение общей хирургии. Так что доктор Махаджан тоже сможет нам помочь. — Они могут быть нашими медсестрами и техниками, — пробормотал Стивен. — Но что насчет доктора Баара? Саммер поджала губы. — Никакого медицинского образования, но я бы предпочла, чтобы он был под рукой. Если мы скажем, что он не нужен на операции… Стивен поморщился и кивнул. — Конечно. Он может держать ретрактор, — он выдохнул. — Нам понадобится аппарат искусственного кровообращения. Его нельзя просто купить в ИКЕЕ. — Ни одно из этих устройств не дешевое, и уж тем более его не легко достать, — сказала она, указывая подбородком на современное оборудование, разбросанное по комнате. — Я не думаю, что это будет проблемой. Кем бы ни были эти люди, у них есть ресурсы. Он поджал губы. — Еще нам нужен анестезиолог. Она сделала паузу и вздохнула. — Да. Да, нужен. К сожалению, я думаю, если операция состоится, то мы будем работать с кем-то из их команды. Стивен нахмурил брови. — С чего ты взяла? — Когда они впервые показали мне рентгеновские снимки, я сказала, что мне понадобится хирург для области позвоночника — ты — и анестезиолог. Они говорили только о том, чтобы найти мне хирурга, так что похоже у них своя медицинская команда, в которую, судя по всему, входит анестезиолог. Он вздохнул. — Надеюсь он компетентный. Саммер пожала плечами. — Мы мало что можем с этим поделать. И мы не можем больше ничего планировать для этой гипотетической операции. По крайней мере пока я не получу рентгеновские снимки получше. На этом дискуссия закончилась, и три дня спустя никаких изменений не произошло. Новых рентгеновских снимков не поступало, так что и он, и другой хирург просто помогали готовить образцы и вводить данные. И Стивену уже много лет не было так скучно. Он бы и не подумал, что находиться в плену будет настолько неинтересно, особенно если в это время ты занимаешься медицинской деятельностью. Но когда упомянутая медицинская деятельность была повторяющейся лабораторной работой, которой он не занимался со времен медицинской школы? И заниматься этим около пятнадцати часов в день в течение трех суток подряд без музыки, без чтения, без чего-нибудь, что могло бы немного отвлечь или разнообразить его рутину? Это было ошеломляюще. Часть его не была уверена, сможет ли он выжить в таком темпе хотя бы… сколько, по словам Джады, Старк проживет без лечения или операции? Два месяца? Он бы не смог жить так в течение двух месяцев. Прошло три дня, а он уже сходил с ума. Примерно в середине своей смены на четвертый день он пожалел, что когда-то жаловался, что ему скучно. Он печатал результаты различных тестов, проведенных Джадой, когда дверь в комнату внезапно распахнулась. Вздрогнув, Стивен немедленно повернулся на звук и увидел, как вошли пятеро мужчин, все с пистолетами, направленными на остальную часть комнаты. Рядом с ним Джада немедленно закинула руки за голову, и он быстро последовал ее примеру. — Медленно выйдите из комнаты! И без сюрпризов! — сказал один из мужчин. Стивен даже не мог определить его акцент. Может быть, это был восточноевропейский? Русский? Бывший советский блок в Азии? Где-то в этом регионе мира, хотя это было не особенно полезной информацией, учитывая, что там от двадцати до тридцати стран. Саммер спала, хотя, оглянувшись через плечо, Стивен увидел, что она проснулась от звука и приподнялась. Но он не мог долго смотреть ни на нее, ни на других врачей, потому что один из мужчин схватил его и заставил идти. Пистолет, который был у этого человека, быстро свел на нет любые мысли о возмездии. Их повели по коридору. Он видел перед собой Стефана, Миру и Джаду, которых вели так же грубо, как и его самого. Дорога была не очень долгой, может быть, минута, но Стивену казалось, что тянулась каждая секунда. Несмотря на все его усилия, его сердце начало бешено колотиться при новом развитии событий. Мужчина со Стефаном наконец остановился перед дверью и отпер ее, затем толкнул химика внутрь. Через несколько секунд Стивен был у двери, и его самого подтолкнули вперед. Он быстро огляделся, насколько мог, не двигаясь с места: комната приличных размеров, может быть, 15 на 20 футов, с бетонными стенами и без окон, точно такая же, как та, где содержали его и других врачей. Раскладушка в углу. Стол с компьютером, заваленный обрывками проводов и электроники. Укромный уголок в самом дальнем углу, который, возможно, скрывал ванную за стеной. Там были также двое других мужчин, вооруженных огромными пистолетами — чем-то вроде автоматических винтовок, — и еще один мужчина, который скрестил руки на груди и смотрел на него и его коллег-врачей взглядом, который сразу же заставил Стивена насторожиться. Он излучал атмосферу человека, который за всё здесь отвечает. А потом появился он. Знаменитый Тони Старк, или Железный Человек, как он себя величал. Он выглядел как прежняя тень самого себя, похудев на несколько фунтов и покрывшись болезненной бледностью, которую Стивен сразу заметил, даже в нынешних обстоятельствах. Выражение удивления появилось на впалом лице Старка, но когда Стивен сосредоточился на нем, оно быстро сменилось холодным гневом человека, прикусившего язык, чтобы не сказать ничего лишнего. Всех пятерых врачей поставили в ряд лицом к Старку, прежде чем заставили опуститься на колени. Стивен прикусил губу, чтобы сдержать стон боли от удара коленями о бетонный пол. — Ты говоришь, что «я блефую» и никакой медицинской команды нет, — сказал мужчина. Он оттолкнулся от стены и исчез из поля зрения Стивена. — Вот они, — он начал справа от Стивена проходя через врачей. — Стефан Баар, химик, — на шаг ближе. — Джада Фергюсон, гематолог, — еще один шаг, и он услышал, как доктор Махаджан резко вдохнула. — Мира Махаджан, патологоанатом. Еще один шаг, и мужчина оказался у него за спиной. К полному ужасу Стивена, он почувствовал, как холодный металл прижался к его затылку. — Стивен Стрэндж, нейрохирург, — затем металл покинул его голову, и он услышал еще один шаг. — Саммер Уэстон, кардиоторакальный хирург, — еще один шаг, и он снова мог видеть мужчину краем глаза, на этот раз слева от себя. Тони Старк держал губы плотно сжатыми, пока их похититель проходил через врачей. Когда он закончил, миллиардер сглотнул и посмотрел на них всех. — Хорошая работа, доктора — сохранять мне жизнь так долго, — сказал он. — Недостаточно хорошая, Старк, — огрызнулся мужчина. — Их решение — это только временная мера. Они дают тебе всего несколько недель. Их называют лучшими врачами в мире, а они все еще не могут тебя вылечить? Стивен с усилием сдержал свое возражение по поводу полного невежества этого человека. Это было настоящее чудо, что другие врачи так быстро нашли решение, чтобы задержать распространение палладия! Старк, казалось, согласился с ним и не имел таких оговорок в отношении сдерживания. — Это безумие, Юсифов. Командам химиков и врачей требуются месяцы, если не годы, чтобы создать то, что вы ищете. Он не мог этого видеть, но Стивен почти чувствовал насмешку их похитителя, этого Юсифова. — В таком случае, зачем тебе столько врачей, правда? — пара шагов, и он снова оказался позади Стивена, потом чуть правее. — Я не врач, но, насколько я могу судить, эти двое смотрят на анализы и пытаются решить проблему. Ни одна из них не справилась с задачкой, не полностью. Так кого же ты хочешь оставить, Старк? Чернокожую американку или индийскую британку? Одной женщиной меньше, это ничего не изменит. Стивен осмелился взглянуть направо, когда услышал учащенное дыхание. Доктор Махаджан заметно дрожала и начинала задыхаться. Справа от нее доктор Фергюсон была спокойна, но ее губы дрожали, а на глазах выступили слезы. Старк шагнул вперед, и несколько пистолетов поднялись при этом действии. Он остановился, но не сдвинулся с места, подняв руки. — Не делай этого. — Почему нет? — возразил мужчина. — Ты отказываешься работать, потому что умираешь. Они подвели тебя, и одна из них заплатит за это. Возможно, и та, и другая, они обе из низших рас. Пока Стивен обдумывал тот факт, что он услышал подобный комментарий в гребаном 2010 году, дыхание доктора Махаджан ускорилось до полной гипервентиляции. Его медицинский разум сразу это заметил. Но другой доктор оказался быстрее. — Дыши носом, Мира, — тихо сказала Саммер. — Попробуй вдохнуть, затем выдохнуть через сжатые губы. Ты можешь… — Заткнись! Доктора Уэстон ударили по затылку с такой силой, что она растянулась на полу. И Стивен сорвался. Теперь, если бы кто-нибудь спросил доктора Стивена Стрэнджа, он бы ни в коем случае не считал себя героическим или благородным. Его роль как врача заключалась в служении, но даже за относительно короткое время работы нейрохирургом он завоевал авторитет, который признал его восходящей звездой, и люди в медицинском сообществе уже считали его одним из лучших нейрохирургов. Вскоре спрос на его опыт был бы достаточно велик, чтобы у него была возможность отказать тем, кто не стоил его времени, и он не чувствовал бы за это ни капли вины. Его навыки были ценны. Но услышать, как этот грубый мужчина сначала оскорбляет двух самых блестящих женщин — нет, самых блестящих врачей — в их областях, а затем открыто нападает на другую, заставило Стивена полностью овладеть чувством защищенности, которого он не испытывал со смерти своей сестры. Он обезумел. Он вскочил на Юсифова в яростном гневе, не имея в голове никакой конкретной цели, кроме как помешать ему причинить кому-либо боль, проносящуюся в его голове. В этот момент он почти не думал, только адреналин и почти первобытная ярость бежали по его венам. Это было не похоже на него — быть таким вспыльчивым; он был человеком, который сохранял хладнокровие в самых напряженных обстоятельствах. Но, возможно, несколько дней плохого сна в сочетании со стрессом от сложившейся ситуации наконец-то дали о себе знать. Когда он думал об этом впоследствии, даже он признавал, что понятия не имел, о чем думал. Это было спонтанное решение, о котором он потом пожалеет. В одно мгновение ему удалось выбить пистолет из рук Юсифова и ударить кулаком в лицо. Он слышал крики и борьбу позади себя, но был сосредоточен на своей собственной цели. Стивен ударил его еще дважды, прежде чем кто-то обхватил его за шею, оттащил назад и начал душить. Он вцепился ногтями в руку, но это ничего не дало, но затем он направил пятку прямо в чувствительную часть подъема нападавшего. Мужчина застонал от боли, и хватка на шее ослабла. Выстрел разнесся в замкнутом пространстве, заставив Стивена застыть от удивления и шока, когда в ушах зазвенело от ударной волны — и это привело его к краху. Он увидел, как Юсифов поднял пистолет как раз перед тем, как Стивена ударили оружием по лицу. Удар лишил его равновесия, он упал на пол и секунду лежал там, оглушенный. Он почувствовал влагу на затылке. В ушах у него все еще звенело. Когда Стивен попытался приподняться, удар в спину снова отправил его на пол. Невольный стон боли вырвался из горла. Он закрыл глаза, переводя дыхание, но не успел опомниться, как его схватили за обе руки и подняли на колени. Со своего нового положения он снова мог видеть остальную часть комнаты, и сердце Стивена замерло от того, что было перед ним. Было несколько тревожных зрелищ: Тони Старк с окровавленным носом стоял на коленях так же, как и он. Один из бандитов рядом со Старком с воткнутой в шею отверткой лежал мертвый. Саммер в углу комнаты, прижимающая трясущуюся Миру к груди. И доктор Стефан Баар на полу истекающий кровью в районе живота и Джада, отчаянно пытающаяся остановить поток крови своим лабораторным халатом. Стивену стало плохо. Он инстинктивно потянулся к Стефану, чтобы попытаться помочь, но хватка на его руках усилилась и удержала его на месте. Старк заговорил первым. Звон в ушах Стивена, хотя и был все еще сильным, утих настолько, что он мог слышать звуки вокруг. — Пусть они помогут ему. Я больше не буду сопротивляться. Я сделаю то, о чем ты просишь. Юсифов вернулся в поле зрения Стивена, когда тот встал перед ним, хотя его взгляд был прикован к Старку. Он сказал инженеру: — Ты убил одного из моих людей. Жизнь за жизнь — это справедливо, не находишь? — Он ничего не сделал, — прошипел Старк, вырываясь из рук, которые удерживали его. Стивен видел, как мужчины оттащили его назад и в ответ крепче сжали. — И он нужен. Иначе вы бы не привели его сюда. — Он ничего не сделал, — согласился Юсифов, затем повернулся к Стивену. — Он сделал, — затем нанес резкий удар ногой в живот Стивену, заставив его согнуться пополам от боли, насколько позволяли держащие его люди. Он чуть не пропустил следующее заявление. — И я должен убить его за это. Но хирург еще понадобится. А химик? Он не смог вылечить твою болезнь за месяц, и тебе осталось недолго, Старк. Химик потерпел неудачу, и на данный момент он — пустая трата ресурсов. Затем Юсифов кивнул одному из своих людей, и тот схватил Джаду за руку и рывком поднял ее на ноги. — Нет, пожалуйста, нет, не надо! — закричала она, когда ее оттащили от Стефана. Их похитители проигнорировали ее, и Юсифов подошел к раненому. Он направил пистолет в голову Стефана. — Не делай этого! — крикнул Старк. В комнате раздался выстрел. Из-за угла доносилось громкое рыдание, прежде чем оно стало приглушенным. Звон в ушах Стивена вернулся с удвоенной силой, и он обнаружил, что наполовину оглох от этого звука. Его желудок скрутило. Он чувствовал, что его сейчас вырвет. Опустив голову и закрыв глаза, он пытался дышать медленными вдохами через нос. Все, что он чувствовал, — это запах крови. Он с усилием подавил рвотный рефлекс. Стивен пропустил следующий разговор, слишком занятый попытками успокоить дыхание, стараясь не блевать, и у него не было сил разобрать слова за шумом в ушах. Но затем мир пришел в движение, когда его подняли на ноги и вытолкнули из комнаты, оставив позади Тони Старка и тело доктора Стефана Баара.