Приключение вампиров. Часть 1

      Пряная, густая жидкость, будто сама квинтэссенция жизни, лилась в горло невероятно сладчайшим нектаром. Он мягко утолял жажду, приглушал голод и пьянил, подобно лучшему вину, что найдёшь только в закромах богачей. Гаред никогда в жизни не пробовал ничего более восхитительного, и он был готов пить и пить этот нектар, лишь бы тот не кончался. Но… это случилось.       Последняя капля коснулась языка, и, как бы Гаред ни пытался, большего добыть не мог. Отчаянно простонав, он вгрызся глубже, чтобы вытянуть ещё хоть немного вожделенной жидкости, но это было бесполезно. Не скрывая сожаления, Гаред открыл глаза, чтобы с обидой посмотреть на источник столь сладостного напитка… и отшатнулся назад, разжимая руки.       Всё это время в его объятиях был человек. Та самая девушка, которую Харкон равнодушно назвал бутылкой. Смотря на её тело, безжизненно лежащее на полу, Гаред перевёл на свои руки. Окровавленные, они пахли той самой амброзией, которую он пил. Кровь. Та самая, что недавно душила запахом железа и зарождала в горле комок, теперь была всем. Она манила, заставляла что-то внутри поднимать голову и улыбаться, показывая в широкой улыбке оскал острых клыков.       Стендарр милостивый, а ведь Гаред действительно верил, что не станет таким, как те многочисленные монстры, на которых он охотился! Верил, что он другой, и что сможет сдерживать жажду и, когда давал согласие Харкону, он хотел лишь остаться с Сераной, не думая о последствиях. Не задумываясь о том, что за собой повлечёт его выбор.       Машинально облизывая окровавленные губы, Гаред рассматривал распростёртое на каменном полу женское тело, осознавая, что наделал. Ужас, что охватил его изначально, утих. Сейчас Гаред скорее чувствовал некое умиротворение. Голод притупился и настроение стало лучше. Хотелось веселиться, улыбаться. Пригреться у огня, щуря глаза от сытого удовольствия, будто какой-то каджит.       Тем не менее, остатки совести тихо грызли изнутри, корчась от боли. Он не собирался выпивать бедную девчонку, хотел сдержаться, просто выйти из собора, но стоило ему пройти мимо неё, одурманенной вампирами, как шум бегущей по жилам тёплой крови, которую мерно гоняло человеческое сердце, помутил рассудок, оставив после себя лишь голод и жажду.       Лишь сейчас Гаред в полной мере осознал — он перестал быть охотником на вампиров, он перестал быть человеком. Он стал одним из ночных существ, для которых живые всего лишь корм, и которые без сомнения пресекают чужие жизни и мечты просто ради пропитания или по собственной прихоти.       Он добровольно стал чудовищем, которое не смогло себя контролировать. Даже не так. Он стал монстром, который даже не захотел себя сдерживать. Гаред прекрасно осознавал, что и не задумался о том, чтобы удержаться. Он даже наслаждался тем, что в последние мгновения своей жизни выпитая им девушка прекрасно осознавала, что с ней происходит. Видимо на грани наложенные на неё чары спали, но это вызвало у него лишь восторг.       Облизав окровавленные пальцы Гаред нахмурился. Не совершил ли он ошибку? Глупый вопрос, ведь сейчас задаваться им было уже слишком поздно. Вздохнув, он отвернулся от тела, пытаясь собраться с мыслями.

***

      Даже все те века, что Серана провела в заточении, не изменили Фьюру Кровопийцу. Она всё так же оставалась страстной любительницей боёв и убийств, а её исключительное мастерство воина было той же константой. Казалось, Фьюра стала ещё сильнее, но при этом она осталась такой же, какой её запомнила дочь Харкона.       Переодеваясь в чистое платье после жаркой тренировки, на которой лучший воин Волкихар прошлась тренировочным мечом по всем частям тела Сераны, девушка думала, что, пожалуй, совсем не скучала по спаррингам с Кровопийцей. Может, такой же фанат оружия, как Фьюра, был бы счастлив учиться у подобного мастера, но сама Серана никогда не питала любви к оружейному бою. Ей больше по душе магия. На уроки Фьюры она когда-то давно согласилась только потому, что хотела уметь защитить себя, если по какой-то причине не сможет использовать заклинания.       Переодевшись, Серана покинула свои покои, желая найти Гареда, который уже должен был очнуться и выслушать вводную лекцию отца. Кроме того, что она хотела узнать о его самочувствии и впечатлениях, ей не давал спокойствия сам факт согласия принять вампиризм. Почему он, охотник на вампиров, решил стать одним из них? Этот вопрос не давал Серане покоя.       Брошенный на неё саму им взгляд перед согласием с предложением отца так же не добавлял Серане душевного равновесия. Может быть именно она была причиной, по которой Гаред согласился? Подавив неуместное желание улыбнуться, Серана цепким взглядом окинула коридор.       Со стороны алхимической лаборатории шёл вампир-босмер. Серана раньше его никогда не видела. Видимо это был один из новичков о которых ей рассказала Фьюра. Кровопийца поведала о тех, кто присоединился к клану после заточения дочери лорда. Очевидно, перед Сераной был Ронтил, прислужник алхимика. Больше босмеров в замке так и не появилось. — Эй, ты! — Серана подозвала к себе босмера. — Ронтил, верно? — Да, леди Серана, — поклонился вампир. — Чем я могу вам помочь? — Где Гаред? — Насколько я знаю, он не покидал собор, леди, — отчитался Ронтил, склоняя голову в жесте послушания.       Нахмурившись, Серана сдержала удивления. Прошло слишком много времени для того, чтобы прийти в себя. Что-то произошло? Облизав нижнюю губу, Серана решила уточнить: — А где мой отец? — Лорд Харкон в своих покоях. — Понятно, — Серана поджала губы. — Можешь быть свободен. — Если вам что-то понадобится — только скажите. Я всегда к вашим услугам, леди Серана, — услужливо склонился в поклоне Ронтил.       Проигнорировав его, Серана развернулась, направившись в сторону собора. Странно всё это. Она была намерена проведать Гареда. Но первым, на что в соборе Серана обратила внимание — была грязь. Толстые слои пыли, разбитый пол и сплошные обломки. Хотелось закатить глаза — похоже, после побега матери об уборке и ремонте замка задумывались редко, если задумывались вообще. И только после Серана обратила внимание на иссушенного трэлла и Гареда, застывшего у стены и смотрящего в пустоту. Серана забеспокоилось — обращение прошло как-то не так? — Гаред! — тот медленно перевёл на неё пустой взгляд изменившихся вампирских глаз. — Как ты себя чувствуешь? Бывший страж бросил взгляд на трэлла и криво усмехнулся. — Двояко. С одной стороны немного паршиво, но с другой…       По взгляду на трэлла Серана всё поняла и расслабилась. Всё с Гаредом в порядке, просто переживает из-за несдержанности. Контроль инстинктов вампира — всего лишь вопрос времени и тренировок, хотя в любом случае их кровожадность и жажда насилия сравнима с жестокостью даэдра и азартом оборотней Хирсина. — Если волнуешься, что выпил её до дна, то не переживай, мало какой новорожденный вампир способен сдержаться во время первой трапезы. — Я думал, что смогу держать себя в руках, что не убью её, — грустно произнёс Гаред.       Серана медленно подошла к своему спасителю. Лёгкая полуулыбка ушла с её лица, она смотрела серьёзно и строго, как учитель на нерадивого ученика. Гареду нужна была встряска. Это вампирша отчётливо осознавала. Сложив руки на груди, она с легкой усмешкой начала говорить: — А ты думал, стать вампиром также просто, как постричься? — Гаред отвёл взгляд, вновь уставившись на тело трэлла. — Вампиризм серьёзный шаг, он меняет природу не только тела, но и души, а не просто вносит косметические изменения с лёгким дискомфортом. Я знаю, что тебе пока сложно это принять, но теперь ты хищник, стоящий выше смертного в пищевой цепи. Волк не переживает о загрызенном зайце. И ты не должен.       Циничная отповедь Сераны заставила Гареда возмущённо вскинуться и воскликнуть: — Люди не должны быть добычей! — Почему ты тогда принял дар отца, если так высоко ценишь их жизни?       Сначала Гаред замер, словно вопрос застал его врасплох, после чего резко отвернулся. Серана успела заметить на его лице смущение, что её крайне заинтриговало. Чего он так смутился, и почему поспешил это скрыть? В девушке взыграло любопытство. — Была причина… но я думал, что смогу сдержаться и не убить женщину. — Не всё приходит сразу. Даже самые сдержанные вампиры десятилетиями тренируют свою выдержку, — Серана улыбнулась и коснулась плеча нового сородича, привлекая внимание. — У тебя теперь много времени. Ты ещё натренируешь самоконтроль. Ну а пока, может, вместо самокопания познакомишься с новым домом? Пойдём, я покажу тебе замок. Или тебе понравилось сидеть в пыльном соборе? — Вот уж нет, — Гаред невольно улыбнулся сам, посмотрев на ставшую хитрой улыбку Сераны. — Я с огромным удовольствием посмотрю замок. Но, знаешь, этому месту не помешает уборка.       От того, что Гаред озвучил её мысли, Серана не удержала смешка и поманила мужчину за собой. Уже на выходе, Гаред резко обернулся, смотря назад, на алтарь Молага Бала. Серана замерла, когда он решительно повернулся, подходя к нему. Проведя пальцами по густой крови, которая наполняла алтарь, Гаред повернулся и спросил: — Почему твой отец так поступил? — Он боялся, — верно поняла недосказанность в вопросе Гареда Серана. — И страх затмил ему разум. — Этот алтарь отличается, — кивнул на святилище Гаред. — Что в нём исключительного? — Почему ты спрашиваешь это у меня, а не моего отца? — прищурилась Серана. — Я ему не доверяю, — пожал плечами Гаред. — Твой отец что-то недоговаривает.       Если бы Серана была моложе, то вряд ли бы удержала вздох облегчения. Отец был тем, кто любил больше всего контроль. Если он не мог что-то контролировать, то он уничтожал это. Серана была уверена, что он подчинит и Гареда, но, видимо, этого не случилось. Бросив задумчивый взгляд на алтарь Молага Бала, которого спокойно смог коснуться Гаред, она ответила на вопрос своего нового сородича. — Этот алтарь создали не даэдропоклонники, а сам Король Насилия, — Серана до крови закусила губу. — Это был его дар моему отцу. Пошли отсюда, я же, кажется, обещала тебе экскурсию?       На выходе из собора Серана пропустила вперёд Гареда и, обернувшись, вновь посмотрела на алтарь Молага Бала. Одно то, что Гаред смог его коснуться, говорило о многом. Хотя бы о том, что в игре её отца что-то пошло не по плану. Торжествующе улыбнувшись, Серана повернулась к бывшему Стражу и начала знакомить его с замком. Первым она указала, где находятся покои её и отца. Больше ничего вперёд по коридору не было. Когда-то, правда, там, чуть дальше, был выход во внутренний двор, который мать превратила в алхимический сад, но ныне он погребён под завалом.       Серане даже не нужно было спрашивать, она и так знала, что произошло — после побега матери отец рассвирепел и захотел разрушить всё, что напоминало о ней. Когда девушка впервые увидела завал, она почувствовала укол грусти — она любила мамин сад, там было невероятно красиво. Теперь уже, наверное, всё погибло.       Следующим пунктом стал спуск в общую спальню, по всему периметру которой стояли или лежали гробы. Здесь спала большая часть клана. Некоторые даже создали видимость личного пространства, отгородив свой гроб ширмами и шкафчиками. — Первые дня три ты будешь ощущать постоянную сонливость — твой организм всё ещё перестраивается и тратит на это много энергии. Можешь выбрать любой свободный гроб, — объясняла Серана. — Здесь не написано, где чей, — нахмурился Гаред, осмотрев несколько гробов. — Это и не нужно, — улыбнулась Серана. Ей было интересно и даже немного забавно возиться с новорождённым вампиром и знакомить его с новой природой. Сейчас Гаред напоминал ей ребёнка, который познаёт мир. — Чувства вампиров острее, чем у смертных. Принюхайся и ощутишь чужие запахи от занятых гробов. Те, где запаха нет, свободны. Давай, не стесняйся, попробуй.       Какое-то время Гаред ходил между тремя гробами, пытаясь вычленить из смеси дерева, лака и пыли аромат вампиров. Вот, наконец, его лицо прояснилось, что ознаменовало удачу, и он более уверенно прошёлся между гробов и остановился возле дальнего, у комодов. Серана довольно кивнула, обрадованная успехами своего ученика, и поманила его за собой дальше.       Следующим пунктом стала библиотека и, одновременно, магическая мастерская. На первом уровне расположилась лаборатория алхимика, а на втором уголок зачарователя. Книжные шкафы тянулись вдоль стен на обоих уровнях, все заставленные книгами на различные темы. Глядя на полки, Серана размышляла, как много новинок появилось во время её отсутствия, и пообещала себе в ближайшие дни провести ревизию.       Здесь же обитал волкихарский алхимик Феран Садри, с которым Серана тепло поздоровалась. Он был одним из немногих вампиров клана, к которым она действительно хорошо относилась. Садри не интересовали интриги и трон лорда, он не искал милости отца, всё, что его интересовало — это алхимия, которой он посвящал свободное время. Когда мать была занята, Серана часто приходила к Ферану пообщаться или провести пару совместных экспериментов.       Когда они пересекали пиршественный зал, Гаред старался не смотреть в сторону столов с человеческими останками. Однако всё-таки бросил взгляд, когда раздался короткий лай — один из членов клана играл с гончей смерти, дразня окровавленной костью. — Совсем, как нормальная собака, — прокомментировал бывший страж, наблюдая за радостными прыжками жуткого пса. — Когда рядом нет врагов, которых нужно растерзать, их поведение не отличается от обычных псов, — отозвалась Серана. — Хочешь перекусить, или идём дальше? Мне кажется, тебе будут интересны кузница и тренировочный зал.       Хоть Гаред и косился на кубки с кровью и трэллов на столах, но, будучи сытым, без труда сдержался и жестом показал, что предпочтёт экскурсию. Серане было даже забавно наблюдать за его метаниями. Она отчётливо понимала, что будь у её спасителя меньше силы воли, он бы с радостью присоединился к вечному пиру.       Тренировочный зал, обитель Фьюры, заставила Гареда заметно оживиться. Он с огромным интересом осматривал стойки с разнообразным оружием и многочисленные манекены, половина из которых была почти уничтожена тренировками волкихарского воина. Наблюдая реакцию Гареда, Серана уже прогнозировала, по сколько часов он будет здесь пропадать. Самой Фьюры в зале не наблюдалось, но девушка твёрдо решила обязательно познакомить с ней Гареда.       Из кузницы на нижнем уровне доносились равномерные удары, свидетельствовавшие о кипящей работе кланового кузнеца. С Хестлой, присоединившейся к Волкихар после заточения Сераны, девушка успела познакомиться после тренировки. Не сказать, что она была впечатлена самой женщиной, но Фьюра отпустила уважительный комментарий о качестве изделий Хестлы.       Пока Гаред разглядывал топор на ближайшей стойке, а сама Серана прикидывала, стоит ли вести его в загон трэллов, прибежал Ронтил. Заметив Гареда, он подобрался, приблизился к ним обоим и, поклонившись, воскликнул: — Леди Серана, рад снова вас видеть. Я здесь по поручению нашего лорда к вашему спутнику, — босмер светло улыбнулся бывшему Стражу: — Гаред, рад с тобой познакомиться, моё имя Ронтил. У меня для тебя послание от лорда Харкона. Он приказал тебе найти Гарана Марети и передать ему, что «Время пришло».